On Bloody Glass

      Троица собравшаяся удачно провести время, неспешно шла по пешеходному переходу, болтая на лёгкие темы и смеясь с шуток Тачихары. Чуе всегда нравилось проводить вот так время с друзьями. Уже на следующей улице виднелось ближайшее место, куда парни спокойно могли ввалится и выпить за душевными разговорами. На светофоре загорается зелёный, и брюнет с двумя рыжими двигаются вперёд, но никто явно не ожидает, что пусть и на красный свет, перед ними пролетает машина. На какое-то время они замирают, смотря на только что проехавший автомобиль, явно в полнейшем замешательстве и недопонимании.       — Какого хера щас было?.. — не слишком громко произносит Мичидзо, чуть нахмурившись, когда они стоят у дверей уже нужного им здания.       — Да одни пидоры слепые и гоняют. — отвечает своему другу Накахара, сложив руки на груди, с таким же недовольством.       — По-любому права покупали. — решает вставить и своё слово Рюноске, на что два рыжих кивают соглашаясь, и открывая дверь в клуб под названием «Scarlet Nights» троица ловко проскальзывает внутрь.       У двери стояла охрана, проверившая документы парней, что выглядят так молодо, но всем уже есть 18. Тачихара занимает столик у стенки, с мягкими диванчиками и розеткой в стене, ибо таких было не слишком много. Компания располагается на своем месте, осматривая само помещение.       Громкая музыка, яркий свет, танцующие и пьющие люди, бармен начищающий бокал до блеска. Всё как всегда. Через пару минут к их столику подходит официант.       — Желаете сделать заказ? —милым голос произносит высокий юноша.       — Я наверное буду ликёр, а вы ребят? — обращается к Аку и Чу Мичидзо, рассматривая возможный выбор алкоголя.       Накахара принимается рассматривать такую же бумагу, как и в руках у друга, останавливая свой выбор на не очень дорогом вине, ибо дороже он себе позволить не мог.       —Я вино буду, а ты, что будешь, Аку? — произносит Накахара.       Рюноске поднимает голову, смотря сначала на друзей, затем на дружелюбного официанта.       — Можете сделать кофе, пожалуйста? — спокойным тоном произносит брюнет, на что получает одобрительный кивок, после чего юноша уходит.       Чуя смотрит на ребят, увлекательно слушая, как Тачихара рассказывает о своем университете и курсе, поскольку учится в другом учебном заведении, в отличие от Акутагавы и Накахары, что учатся в одном универе, но в разных группах. Рюноске порой дополняет рассказы Мичидзо, а Чуя рассказывает о своем новом общежитии.       — Место в принципе удобное. Комната у меня на 4 этаже, балкон есть. Вид на парк, где часто гуляют парочки или выгуливают собак. Я бы завел себе пса. — уже чуть замечтавшись говорит накахара, на что его рыжий друг смеется.       —Чуу, ты и сам как пес. — не удержавшись, подкалывает друга Тачи. За что и получает по голове. — Ауу, за что? — чуть обижено смотрит на Накахару Мичидзо.       —Псина кусачей оказалась. — с не очень довольным видом произносит Чуя, начиная немного также смеяться, в то время пока Акутагава просто наблюдал с улыбкой за двумя буйными рыжими.       Спустя какое-то время, кажется, что в глазах начинает всё плыть. Громкая музыка уже неприятно звенит в ушах, а сознание словно покидает тело рыжего парня, пока он изливает душу в туалет. Аку немного растерянно наблюдает за тем, как его друга открыто рвёт, и кажется из него сейчас все органы наружу выйдут. Мичидзо выглядит не лучше. Он едва предложение сказать может, врезаясь в каждую стену и косяк. И тогда Рю понимает, в какой пиздец вляпался. С горем пополам, он уводит Тачи обратно на их место, где они выпивали (точно не только то, что заказывали в самом начале.) оставляя Чую завершить изливание души в уборной, надеясь, что тот справится и проблем не будет.       «Но всё не всегда так, как мы хотим, да?.. »       Накахара сквозь туман и слезы скопившиеся в уголках глаз, вроде заканчивает такое романтичное свидание с туалетом. Медленно поднимаясь на дрожащих ногах, он встаёт, держась за стенку кабинки. Сделав пару тяжелых вдохов и выдохов, рыжий наконец решает, что готов выйти. Не очень аккуратно открыв дверцу и подойдя к раковине, Чуя смотрит на свое отражение, которое не может даже толком развидеть. В голове ничего не может быть кроме слова — пиздец —. Которое описывает всё, что произошло за два часа, что они тут были. Бледные, с мягким оттенком розового, ладони набирают воды, чтобы умыть уставшее и вымученное лицо. Протерев усталые глаза, что сейчас до безумия нуждаются во сне, Накахара пытается рассмотреть очертания своей внешности в зеркале, но алкоголь очень этому препятствует. Холодная вода расслабляет, даёт немного опустить всё. Он уже собирается уходить, как вдруг чужие руки тянут назад, закрыв рыжему рот рукой, и щелкнув замком кабинки. Сказать, что Чуя ахуел, ничего не сказать. Глаза сразу расширяются, но нормально фокусироваться даже не думают, не позволяя толком разглядеть человека, сделавшего это. И Чуя проклинает их прямо сейчас. В самый, мать вашу, не удобный момент, он даже не может понять, что вообще происходит. Единственное, что может приметить Накахара, это рост. Этот человек достаточно высок по сравнению с ним. О, ну это не мешает буйному рыжему влепить этому дылде пощечину, удивляясь, что он вообще попал по щеке. Но человеку на против него, это действие по-видимому не особо нравится, от чего он с рыком приближается к лицу рыжего, открыв тому рот и… Прильнув к чужим губам, агрессивно прижав Накахару к стенке кабинки.       Мозг Чуи не работает. От слова совсем. Он не понимает, что вообще сейчас происходит, почему его губы покрывают чужие, и что черт возьми происходит. Он старается оттолкнуть незнакомца, пока тот не прикусывает нижнюю губу рыжего, заставляя издать тяжелый вздох. Чуя бы точно ушатал его, если бы был трезвым. Но сейчас он не в состоянии сильно сопротивляться. Поэтому остаётся только несчастно пытаться получить удовольствие. И в принципе, у него это не так плохо получается. Чужие губы теплые и мягкие, целует он довольно умело, и запах. Он сводит с ума уже пьяного Чую еще раз. Напоминает темный шоколад и жасмин, приятные нотки спокойствия. И рыжий не замечает, как уже не сопротивляется, держась за спину незнакомца и приоткрывая рот, стараясь в пьяном рассудке отвечать на довольно приятные поцелуи. Чужой язык скользит между губ рыжего, проникая внутрь рта Чуи. Их языки почти сплетаются, ну как хотелось бы парню, прижавшим Чую к стенке, но сам Накахара не очень способен нормально это сделать, расслабляясь от пальцев, держащих его за поясницу, и сжимая, когда неизвестный углублял поцелуй. Тихие вздохи легко выбиваются из рыжего мальчишки, когда он вновь пытается оттолкнуть незнакомца, что на удивление получается. Парень отстраняется, оставляя Чую отдышаться, делая тяжелые вдохи и выдохи. Щелчок, и дверь кабинки открывается. Чуя чувствует, как его вытаскивают из неё, подталкивая к выходу из уборной. Всё, что он слышит, это:       — Тебе пора, сладкий. — и эти слова эхом отдаются в голове. Глубокий и мягкий, довольно приятно звучащий. Накахара неуверенно плетется к выходу, открывая дверь, и вываливаясь в основную потасовку. На губах остался вкус виски, хотя рыжий его точно не пил сегодня. Единственная мысль, которая заставляет Чую задуматься, это: «тебе пора, сладкий», и он искренне не понимает, как может быть сладким, когда его буквально пару минут назад до этого рвало, и он чуть не выблевал душу.       Акутагава с легким расслаблением смотрит на друга, выползшего из уборной. Он выглядит не очень конечно, но главное, что цел и жив. Брюнет в это время пытается вызвать такси и утихомирить Тачихару, который уже поет какие-то непонятные песни и пытается слинять куда-то. Рюноске ему это сделать не позволяет. Дожидаясь, когда второй рыжий дойдет до них. И Чуя идет как может, плетется из последних сил, когда вокруг яркие огни светят в итак затуманенные глаза. Он не знает каким чудом, но добрался до их столика. Акутагава тихо выругивается, говоря, что пить с ними точно больше не пойдет. И когда он обоих тащит к выходу, у которого их уже ждет машина, Рю всё-таки выдыхает. Самое сложное сделано. Тачихара начинает дремать, Чуя молча сидит, пальцами касаясь своих губ, а аку просто смотрит в окно. Отличный настрой для учебы. Сначала они завозят Мичидзо, ибо тот один бы вообще не дошел до дома, следующим Аку, потому что его ближе, ну и последним остаётся конечно же кто? Правильно — Чуя. Он выглядит уже чуть менее пьяным, чем был, расслабляясь на сидении. Вот виднеется и институт, в котором он теперь будет учиться, а вот общага, в которой он теперь живёт. Рыжий выходит из транспорта, поблагодарив водителя, не морочась с оплатой, ведь Рю уже за все заплатил.       Он медленными не спешными шагами идёт по коридорам общежития, ища свою комнату, и наконец-то натыкаясь на нужную, стучит в дверь три раза, надеясь, что Ацуши еще не спит. И его очень радует, что это так. Его сосед по комнате еще не дремлет, запуская рыжего внутрь. Он выглядел немного обеспокоенно, смотря на рыжего парня.       — Не спрашивай. — мямлит тот, заваливаясь на кровать и тая на мягкой кровати, проваливаясь в самый глубокий и желанный сон.