Кроваво-красные розы

4-15 24.05.2023. Бостон, штат Массачусетс. Полицейское управление.       Юноша дрожал как осиновый лист на беспощадном ноябрьском ветру, хотя в комнате для допросов было весьма тепло. Горел мягкий свет потолочной лампы, от которого заплаканное лицо парня казалось восковым. Его руки были прикованы к столу, испещренному потертостями и шероховатостями, а также следами от ножей и окурков, с помощью наручников. Короткая цепь сильно ограничивала его движения и он склонился так сильно, как мог, чтобы почесать свой нос. Второй стул пока что оставался пуст — агентам ФБР и местным стражам порядка стоило решить несколько бюрократических вопросов, а именно, кто должен допрашивать задержанного.       Дверь скрипнула и парень вскинул голову, уставившись на источник звука воспаленными от слез глазами. Он знал, что так и будет. Не стоило делать этого. На пороге появился мужчина с темными кудрявыми волосами, который задержал его и нацепил наручники. При виде мужчины плечо задержанного, которое Уилл дернул, поднимая парня с земли — заныл. В руках у мужчины была папка.       — Я специальный агент Уилл Грэм, — произносит Уилл. Прескотт ожидаемо спал и поэтому отдал пальму первенства федералам, да и он был больше, чем уверен в том, что это просто какой-то чудак, который захотел посмотреть место преступления, — прежде чем мы начнем, я должен сказать вам, что у вас есть право хранить молчание. Вы можете не свидетельствовать против самого себя. Кроме этого у вас есть право на адвоката, если у вас нет финансовой возможности на его услуги, то мы предоставим государственного защитника, — отчеканил Уилл. Перед задержанным появился лист бумаги, где было изложено все то, что ему только что сказал агент, — вы понимаете, что я вам сказал? — интересуется федерал.       Уилл устал. Он уже забыл, когда нормально спал в последний раз. Кажется, еще в Куантико. С тех пор, как агент прилетел в Бостон, у него не было времени на то, чтобы поспать. Если не считать пары часов, перед тем, как они с Ронни поехали в парк.       — Д…да, — он заикнулся, когда отвечает. Губы дрожат, речь дается ему с трудом, — да, конечно, агент.       — Тогда поставьте свою подпись, — голос у Уилла такой сухой, что от него становится не по себе. Он ждет, пока парень выведет на бумаги какие-то загогулины и забирает документы, — итак, Джейд Маршал, что вы делали в Парке Паблик Гарден? — он пристально смотрит на парня.       — Ну, я… вообщем, — было заметно, что он нервничает. Уилл наблюдает, как тот заламывает пальцы, слышал, как от волнения парень стучит ногой под столом. Его взгляд бегал, не фокусируясь на чем-то конкретном, — это… это так глупо…       Джейд только сейчас словил себя на мысли о том, что совсем не подумал о том, что будет делать, если его поймает полиция или же федеральные агенты, а ведь пару был под охраной. И теперь совершенно не знал, какие предпринять действия. Все, что оставалось — оправдываться в надежде на то, что ему поверят. Уилл Грэм не казался ему тем, кто способен поверить человеку, которого лично задержал при весьма специфических обстоятельствах.       — Что именно глупо? — Уилл был спокоен. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Ронни, которая была в комнате для наблюдений вместе с дежурным офицером Мией Нолан. Шейман ловила себя на мыслях о том, что не может отвести взгляда от сосредоточенного лица Уилла Грэма.       — Ну… то что я был там, — выдохнул парень, — не стоило делать этого.       — Чего не делать? — Грэм был методичен. Допрашивать людей он умел. По какой-то причине люди часто начинали откровенничать с ним по совершенно непонятной причине.       — Приходить в парк. Просто… Эллин. Мы вместе учились. Она была моей подругой. И… я… мм…       Он замялся. На бледном лице появился слабый румянец. Было заметно, что ему некомфортно говорить об этом и Уилл все понял.       — Она вам нравилась? — Уилл вопросительно выгнул бровь.       — Ну… можно сказать итак, — он продолжал заламывать пальцы, — и я… ну для меня это было огромное потрясение, когда я узнал, что Эллин убили. Еще и таким образом. Для всего курса это было потрясение. Она была другом для многих одногруппников.       Грэм понял, что сейчас находится не в самом выгодном положении. У них не было времени на то, чтобы узнать что-то об окружении Эллин. С одногруппниками общались полицейские, хотя Уилл хотел сделать это сам, так как его навыки разоблачать ложь были гораздо развитее, чем у обычных копов.       — Итак, почему вы были в парке? — настойчиво повторяет свой первый вопрос профайлер. Пока что ни один из невербальных знаков не говорил о том, что Маршал врет или что-то скрывает. Он был очень подавлен и растерян.       — Я прочитал в интернете, что маньяки часто приходят на то место, где совершали убийство, — Уилл с трудом удержался от того, чтобы не усмехнуться. При всей своей полезносности, Интернет чаще всего играл с пользователями в опасные игры, — и я решил поймать его.       — Серьезно? — с скептицизмом поинтересовался Уилл, сложив руки на груди. Парень коротко кивнул. Конечно, было понятно, что он не убивал Эллин. Его психопортрет не соответствовал тому, который уже начал составлять Уилл.       — Так вы меня отпустите? — с надеждой поинтересовался парень. Он посмотрел на Уилла молящим взглядом.       — Посмотрим, — нахмурился Уилл, покидая помещение.       Ему хотелось врезать этому человеку, и если бы он не ушел, то скорее всего сделал это. Каким нужно быть идиотом, чтобы додуматься до такого? Грэм испытывал сильнейшее возмущение и недовольство. Они не продвинулись ни на дюйм. Конечно, он мог допрашивать парня весь следующий день, но понимал, что это не дало бы ровным счетом ничего. Он прошел в наблюдательную комнату и встретил на себе вопросительные взгляды Мии и Ронни.       — Что с ним делать, агент Грэм? — поинтересовалась офицер, так как ей не дали никаких распоряжений.       — Оставь его в камере до прихода Прескотта, — просит Уилл, — думаю, что он захочет побеседовать с ним. Ну и будет ему уроком.       Мия коротко кивает. Не в ее полномочиях оспаривать решения и указания федеральных агентов. Уилл и Ронни покидают полицейское управление, чтобы поехать домой и хоть немного отдохнуть — впереди много работы.       Они не говорят о том, что произошло и о задержанном. Ронни ведет машину в сторону дома по Бостону, который постепенно отходит от ночного сна. Лучи солнца золотят горизонт и согревают собой землю. Фонари погасли, а людей на улице становится все больше и больше. 7-30 24.05.2023 Бостон, штат Массачусетс. Бостонский Университет.       Ронни терпеть не могла свои сны. Они были странными, даже если трактовать их с помощью психоанализа. Она отлично знала, что известный австрийский психоаналитик Зигмунд фрейд, считал, что сновидения являются проявлением бессознательного и отражают важную информацию о сокровенных мыслях и желаниях человека. Возможно, те образы, которые приходили к ней каждый раз, когда она засыпала, пугали ее на каком-то неосознаваемом уровне, что не осознавала их и не принимала.       Еще когда Шейман училась в старшей школе, то поделилась с сестрой о том, что ей сняться странные сны и она не может понять, что они могут значит. Тария только пожимала плечами и просила Ронни не забивать голову всякой ерундой. У нее было иное мнение о снах и обсуждать его с кем-то девушка была не намерена. Изучение психологии и в частности, психоанализа, помогло ей понять некоторые вещи, но пока она не имела представления о своем прошлом, о том, каким именно было ее детство, все эти знания были бесполезными. В годы студенчества один из профессоров, который преподавал Ронни, настоятельно рекомендовал ей пройти курс психотерапии прежде, чем она начнет свою практику, но девушка проигнорировала эту рекомендацию. Тогда она не осознавала, что ей овладел страх. Девушка боялась, что в ходе сессий выяснится что-то такое, к чему она не готова. Возможно, Ронни не осознавала этот страх и искала другие причины, по которым избегала психотерапии. Нет времени, нет денег, нет ресурсов, но не страх перед неизвестным прошлым.       Прежде чем стать курсантом академии ФБР, она общалась с психиатром в рамках медицинской комиссии, но это был один короткий сеанс, который не был направлен на прояснение травмирующих моментов прошлого, а скорее попыткой выявить возможные психические расстройства. Таковых у нее не имелось. В самой академии с ними работала доктор Алана Блум. Ронни не могла сказать о ней ничего плохого — милая женщина, достаточно приветливая и добродушная. Она проводила со студентами всякие тесты, на этом все. Видимо, у нее было не так много времени на то, чтобы заниматься какой-то полноценной работой с каждым по отдельности.       Когда они вернулись из участка, то Уилл удалился в душ, Ронни же прошла в кухню, где была черная мебель со столешницами из мрамора. Девушка извлекла из холодильника бутылку с водой и открутив крышку, сделала пару глотков. Холодная жидкость прошла по горлу, даря блаженное наслаждение, которое наступает, когда долго не пил или же был на жаре. Шейман понимала, что ей тоже стоит принять душ и рухнуть спать, хотя-бы на пару часов, чтобы быть в тонусе и не терять концентрацию внимания.       Когда же Ронни все-таки добралась до своей кровати, в небольшой спаленке со встроенным в стену шкафом и угловым рабочим столом, то поняла, что сил на душ у нее просто нет. Она может принять его после того, как немного поспит. В голове все еще крутились события произошедшие в парке и участке. Неужели тот тощий парень, похожий на типичного ботаника, в самом деле был уверен в том, что сможет дать отпор потенциальному убийце своей подруги? Если учесть, что он безоговорочно выполнял приказы Уилла Грэма и не дал ему никакого отпора, то Ронни была уверена в том, что будь на месте федерального агента маньяк, то результат был бы тот же, только скорее всего парня ждала бы та же участь, что и Эллин.       Постепенно Шейман все же смогла погрузиться в беспокойный и прерывистый сон, который был наполнен странными и жуткими образами. С момента смерти Эллин Кайли ее сны стали еще более жуткими, а иногда казалось, что странные видения появляются и во время бодрствования. Сейчас это было особенно некстати, ведь в бюро итак были не лучшего мнения о ней, а появись у нее расстройство психики, то это стало бы прямым направлением на увольнение.       Когда девушка проснулась, то был почти полдень. Уилл сидел на кухне, врубив небольшой телевизор, висевший на стене. Шел новостной канал. Диктор рассказывал о том, как прошел матч по американскому футболу, но девушка довольно быстро поняла, что спорт не интересен Грэму — он включил телевизор для фона.       — Смог отдохнуть? — поинтересовалась она, наблюдая, как Уилл возиться с кофемашиной. Шейман сама сказала о том, чтобы он чувствовал себя, как дома и брал все, что хочет, особенно на кухне.       — Да, поспал, — выглядел он в самом деле свежее. На нем была чистая рубашка синего цвета и джинсы. Ронни же появилась в серой футболке и сиреневых спортивных штанах. Ее волосы были влажными после душа и от них приятно пахло розами, — а ты?       — Тоже, — ответила девушка, упуская ту часть, где ей снова снились кошмары, — ладно, пока ты возишься с кофе, я сделаю нам завтрак.       Когда она занята чем-то, то не думает о кошмарах и причинах их возникновения. Она замешивает яйца и молоко для омлета, добавляет немного сушеной зелени, попутно показывет Уиллу, где можно взять чашки для кофе.       — У тебя все в порядке? — слова Уилла вынуждают девушку оторваться от омлета и посмотреть на него. Голубые глаза излучают тепло, Ронни потребовались бы лишь пальцы одной руки, чтобы перечислить всех людей, которые смотрели на нее так же, как Уилл. Хотя нет, его взгляд был каким-то особенным. Пронизывающим. Проникающим в самую глубину души, находя там ответы на все те вопросы, которые только хотел задать профайлер. Под этим взглядом Ронни ощущала себя, как открытая книга или же так, словно она была полностью обнажена.       — В полном, — быстро ответила девушка, и тут же заполнила рот омлетом, словно это могло спасти ее от дальнейших расспросов.       Уилла беспокоило ее поведение. То, как быстро меняется ее настроение, ее странные реакции. Грэм не учил ее в академии, группу Ронни вел другой преподаватель. Возможно, ему стоит поговорить с Аланой Блум, которая тестировала всех студентов. Она могла рассказать какие-то подробности об эмоциональном состоянии Ронни, когда та училась. Его размышления прервал телефонный звонок. Уилл достал из кармана джинс смартфон. Разговор с детективом Прескоттом был короткий и судя по тому, как изменилось выражением лица профайлера — произошло что-то ужасное.       — Собирайся. В парке Джамайка Плейн нашли еще одно тело…