Спарринг-партнеры

Леголас ни разу не проигрывал в стрельбе из лука за все столетия, что прожил в Средиземье. Но затем он встретил Лотиэль, прекрасную эльфийку из Имладриса, которая владела мечом, луком и стрелами с такой смертоносной точностью, что могла победить в бою любого встречного, будь то эльф, человек, гном, орк, гоблин и т.д. Она была приглашена в Братство Кольца никем иным, как Элрондом, королем Имладриса, на встрече, проведенной в такой секретности, что все друзья-хоббиты Фродо Бэггинса смогли ее довольно легко подслушать. Она сказала об этом Леголасу в начале пути, и он, к ее радостному удивлению, рассмеялся шутке. С тех пор она всегда старалась изо всех сил пошутить над ним, от остроты до каламбура или глупого лица, просто чтобы увидеть, как он улыбается или смеется. Он быстро заметил это и стал оставаться рядом с ней во время их ежедневных путешествий, предпочитая ее компанию любой другой. Она ценила всех в отряде, но также чувствовала трепет в сердце, когда он был рядом. Сказать, что она быстро влюбилась в эльфийского принца, было бы преуменьшением; она почувствовала, как что-то вспыхнуло в ее сердце в тот же момент, когда она впервые увидела его. Через некоторое время в пути Леголас заметил, что Лотиэль просыпается каждое утро очень рано и на некоторое время исчезает в лесу, а затем возвращается в лагерь до того, как проснутся остальные. Однажды утром, когда листья были еще мокры от росы и солнце едва поднялось над горизонтом сквозь деревья, он пошел за ней в лес. Она не отклонялась слишком далеко, но на достаточном расстоянии, чтобы точно не разбудить других участников похода. Леголас наблюдал с расстояния в несколько ярдов, наполовину спрятавшись за большим толстоствольным деревом, как она подняла свой лук, натянула его — и быстро, как молния, пустила стрелу в полет. Она воткнулась в дерево в не менее пятидесяти ярдах от нее с удовлетворительным стуком, и она тут же бросилась в бой, стреляя по множеству воображаемых врагов. В какой-то момент она перекинула лук через плечо и вытащила уже меч, сражаясь с любым врагом, которого представляла перед собой. Леголас выбрал совершенно неподходящий момент, чтобы выйти на поляну, и ее меч со свистом прошел вдоль его щеки, чудом не задевая кожу, когда она взмахнула лезвием в воздухе. Лотиэль издала тихий вздох и немедленно отдернула свое оружие, глубоко извиняясь за рану, которую она чуть не нанесла ему, но он только улыбнулся и предложил себя в качестве спарринг-партнера. Он не слишком удивился, когда она стала побеждать его во всех соревнованиях, которые он только мог придумать, даже в нескольких созданных Гимли, Мерри и Пиппином. Спарринги и дружеские состязания продолжались до самого утра, пока Арагорн, хотя он и сам наслаждался наблюдением за происходящим, не созвал группу, и ежедневный поход продолжился. В последующие дни и недели Лотиэль и Леголас вставали рано каждое утро и отправлялись туда, где только можно было найти свободное место. Однажды они дрались на мечах на вершине валуна в двадцати футах над землей, лежащего на краю утеса. Мерри и Пиппин, те еще сводники, и даже Сэм и Фродо шутили над парой отдельно друг от друга, что они находятся на периоде ухаживания, настолько близкими они кажутся. Лотиэль, хоть и была эльфийкой, которая не должна проявлять особых эмоций, краснела и отгоняла их или меняла тему разговора, чтобы сосредоточиться на чем-то более интересном для хоббитов. Леголас, с другой стороны, задумчиво улыбался и наблюдал, есть ли у нее влечение к нему или нет. Конечно, эльфы влюбляются только один раз, поэтому Лотиэль и Леголас оба надеялись, что другой — их единственная любовь. Утром, когда Лотиэль проснулась немного позднее, их тайная привязанность друг к другу наконец вышла на свет. Она услышала, как Леголас что-то бормочет Арагорну у угасающего костра, когда встала и натянула плащ, чтобы согреться. Что-то о «будь честным» и «а что, если она меня не любит?» Ее сердце екнуло, но она заставила себя успокоиться, подойдя к ним и мягко поздоровавшись, чтобы не разбудить остальных. Она поймала понимающий взгляд Арагорна в сторону Леголаса и повернулась, чтобы схватить свое оружие. Она задалась вопросом: «Что бы это могло значить?» Эльфийский принц последовал за ней в лес, и они нашли хорошую поляну с упавшим деревом посередине, чтобы поспарринговать вокруг. В какой-то момент Лотиэль прыгнула на поваленное дерево, и Леголас последовал за ней. Затем она внезапно споткнулась и, не задержанная ничем кроме воздуха, упала. Леголас издал тревожный крик и поспешил на землю, чтобы посмотреть, все ли с ней в порядке. Лотиэль неподвижно лежала на плотно утрамбованной земле, ее меч отлетел на расстояние вытянутой руки, а ее светло-каштановые волосы ореолом разлетелись вокруг ее головы. Леголас встал на колени рядом с ней и тщательно проверил, дышит ли она. К его величайшему облегчению, она открыла глаза. — Лотиэль… — тихо пробормотал он и нежно поднес руку к ее щеке. Она выглядела так красиво, даже вот так, потеряв сознание на земле, что он почти забыл обо всем на свете, кроме нее. Она быстро открыла глаза и дразняще улыбнулась ему, сев слегка поморщившись. — Оу, тебе не все равно. Он нахмурился, не улыбаясь с облегчением, как она думала, и ее собственная улыбка исчезла. — Конечно, не все равно, — запротестовал он и прижал ее к себе в объятиях, жест редкий и очень нежный для расы эльфов. Она мягко ответила на объятие, когда он продолжил. — С того самого момента, как мы встретились. Она почувствовала, как ее щеки вспыхнули румянцем, но не отбросила все мысли, как обычно. Вместо этого она чуть отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом, и спросила: — Что ты имеешь в виду? — вкладывая в свои слова надежду. — Я имею в виду, что я, несомненно, глубоко влюблен в тебя, Лотиэль, и мне всегда будет не все равно, если ты упадешь. За неимением лучших слов, я хочу всегда быть рядом, чтобы поймать тебя, когда ты споткнешься на дороге жизни. Она мягко улыбнулась ему и ответила: — Как и я… глубоко влюблена в тебя, правда. Однако… — она усмехнулась и оборвала себя. — Что? — спросил он, слегка нахмурившись от ее дразнящей ухмылки. — Ты меня сегодня не поймал, — заметила она, и он в ответ закатил глаза. — Это была ошибка, недосмотр. Но если ты окажешь мне честь ухаживать за тобой, клянусь, подобных ошибок больше не повторится. Щеки Лотиэль вспыхнули более глубоким розовым оттенком, цветом цветущей розы, когда она улыбнулась в ответ эльфийскому принцу. Без колебаний она ответила с любовью: — Это будет честью для меня. Его глаза загорелись, и он наклонился, чтобы поцеловать ее, оба закрыли глаза, целуясь сладко и нежно. С края поляны донеслись возгласы и свист, и Лотиэль отстранилась, чтобы прошептать в губы Леголаса: — Ставлю три серебряных монеты — это хоббиты. — Так и есть, — пробормотал он в ответ, и они повернулись лицом к ухмыляющейся четверке. — Наконец-то, — хором подхватили Мерри и Пиппин. Сэм толкнул Фродо локтем, а последний добродушно посмеивался, протягивая своему другу маленький кошелек, в котором звенели монеты. Лотиэль рассмеялась про себя при мысли, что хоббиты делали ставки на то, когда она и Леголас наконец будут вместе. Он положил руку на ее нижнюю часть спины, чтобы притянуть ее ближе, обвив рукой ее талию, и объявил: — Если вы ненадолго не оставите нас в покое… Четверо мгновенно разбежались и сделали вид, что уходят, но вместо этого спрятались в довольно плохо замаскированных местах, чтобы продолжить подслушивать и шпионить за парой. — Gellon ned i galar i chent gîn ned i gladhog, — пробормотал Леголас на ухо Лотиэль, прежде чем нежно поцеловать ее в щеку. Она ответила с довольной улыбкой: — Gi melin, Леголас. На что он так же с любовью ответил: — Gi melin, Лотиэль.