Забыться

Весь день мог бы пройти так же, как и все до этого, если бы девочке, Шарлотте, не показали сегодня реальность. Ту ужасную реальность, где все к ней относятся не так, как она ожидала. Не так добродушно. Все время до сна прошло как в тумане, она не помнила, как вообще смогла дойти домой, когда ей успели обрезать волосы более аккуратно. Глаза болели и резали от недавних слез. «Почему…почему все это произошло? За что они так со мной?» - крутились вопросы в голове Вайлтшайр. Они давили и обгоняли мысли о том, что нужно хотя бы постараться успокоиться. Ее даже посещали мысли о том, что в тот момент, когда Си предлагал уйти…то следовало сделать это, не медля. Видимо, этот мир он понимал намного лучше Шарлотты. По крайней мере, она начала так думать. Улегшись на кровать, девочка сразу же заснула от усталости. Поначалу ее встречали разные пугающие яркие картинки, только после чего она наконец попала в свою библиотеку воспоминаний к Фрею. Сможет ли он понять ее? Она надеялась. Это была последняя ее небольшая надежда. – Милая Шарлотта, наконец-то ты пришла. Случилось что-то ужасное, как я погляжу? – раздался глубокий голос Оракула где-то позади Шарлотты. Обернувшись, девочка застала повседневную улыбку Фрея, которой он озарял ее каждый раз, когда она приходила в это место. В груди Вайлтшайр смешались разные ощущения: от облегчения увидеть никак не изменившегося «друга» до непонимания, как он может так спокойно относиться к подобному. – Да…Ты был прав. Мир действительно не такой, каким я себе его представляла, – еле слышно проговорила девушка, после чего немного опустила голову. Длинная и объемная челка, свисая и до этого аж до кончика носа, теперь закрывала половину лица Шарлотты, будто пытаясь спрятать от оставшейся правды мира, до которой девочка еще не добралась. Но есть ли в этом смысл, если она уже поняла многое? Есть ли смысл и дальше бежать от реальности? – Рад, что глаза моей милой Шарлотты наконец узрели гниль этого мира, но что ты собираешься делать дальше? И правда. Что она будет делать дальше? Продолжит жить с правдой? Попытается исправить ситуацию? Или…ей все таки просто исчезнуть из этого мира? Она совершенно не представляла, какой путь ей выбрать. Какой выбор будет правильным не только для нее самой, но и для других. – Ты уверенна, что об этих других людях вообще стоит беспокоиться? Ты же видела прекрасно, как все они поступают друг с другом. Как они поступили с тобой. – Но ведь…Анри…я уверена, что она не такая, как они! Она моя подруга, я должна подумать хотя бы о ней. Что она будет делать, если я действительно умру? – Совсем недавно милая Шарлотта даже и не задумывалась о ней. Может, ты просто хочешь оправдать свою слабость? Приподняв свои руки так, чтоб она могла видеть ладони, Вайлтшайр вновь погрузилась в свои мысли. Неужели Оракул прав? Неужели она просто пытается оправдать свою слабость? «Что мне тогда...делать?» Только спустя некоторое время девочка увидела протянутую руку Фрея с канцелярским ножом. Убрав мягкие белые волосы с глаз, она взглянула в глубокие, будто черная дыра, глаза Оракула. – Почему бы милой Шарлотте не постараться отвлечься от мыслей и не опробовать один из методов физического нанесения себе увечий? Когда мыслей много и слов не хватает, но тяжесть хочется сбавить, люди часто приходят к этому способу, – будто прочитав мысли Вайлтшайр, в которых все бушевало, высказалось существо напротив. И Шарлотта взяла нож. – Это действительно поможет? – все еще с сомнением тяжело выговаривала слова девочка. Ее грудь быстро вздымалась и опускалась. Шарлотте было тяжело дышать. «Оказывается всегда был такой простой способ? Если я это сделаю, мне станет легче?» – Многим помогает. И тебе, верю, тоже поможет. Так что можешь приступать. Заставь свои мысли перейти в кровь и выведи их через порезы, – со своим спокойным голосом Фрей был будто везде. Он доносился со всех сторон и достигал мозга, явно не хотя оттуда уходить. Будто загипнотизированная, Шарлотта провела лезвием горизонтально по своей тонкой руке, ставшей такой из-за вечной рвоты черно жижей в последние дни и недоедания. А затем снова и снова. Порезы не были глубоки, кровь еле выступала из кожи маленькими капельками росы. Но мыслей было много. И Вайлтшайр наносила кучу новых порезов, с каждым разом углубляя их все больше. И вскоре вся ее левая рука была исписана лезвием с красными чернилами. Кровь не переставала идти и даже пару капель смогло упасть на пол, образуя небольшую лужицу. В голове Шарлотты было пусто. Ее обе руки ослабли и в какой-то момент нож со звоном упал на пол библиотеки. Ноги стали подкашиваться, и в результате девочка упала бы вслед за ножом, если бы ее не поймал Оракул, что все время находился с ней и шептал о том, какая она молодец и что нужно продолжать, если она хочет почувствовать себя лучше. В этом мире она потеряла сознание. Когда Шарлотта открыла глаза в своей спальне, ее воспоминания о прошлом дне будто пропали. Не было никакой тяжести, только легкость. И если бы не подстриженные волосы вместе с израненной рукой, девочке могло показаться, что вчерашних и ночных событий никогда и не происходило. Но ей не хотелось об этом сейчас думать. Она думала только о распорядке дня, который она должна была выполнить и сегодня.