Пересечение судеб

— Ауч, — попытка принять сидячее положение закончилась болью во всём теле. Поэтому Чонгук положил свою голову на подушку и начал осматривать место, где он находился. Внезапно дверь больничной палаты открылась, и внутрь вошёл Тэхён. В его руках был бумажный пакет и два стаканчика с кофе. — О, ты уже очнулся, — Ким улыбнулся и быстро оказался рядом с любимым. — Врач говорил, ты ещё пару дней пробудешь без сознания, но ты сильнее, чем оказалось. Как себя чувствуешь? — Тэхён? Почему я тут? И почему всё тело так болит? — Гук снова попытался подняться, но, как и в первый раз, ничего не получилось. — Эй, тебе ещё нельзя подниматься! — младший поставил всё, что принёс, на тумбу рядом с кроватью и кинулся к Чону. Поправив ему подушку и одеяло, юноша попытался обнять своего возлюбленного. И на удивление у него это получилось. — Так, что случилось? — взгляд старшего был направлен чётко на карамельные глаза его любимого. Казалось, что сейчас он видел их совсем по-другому: они стали ещё более магнитными, ещё красивее и даже казалось, что в них было видно любовь и нежность, которой он раньше ещё не замечал. — Чон Вон — на тот момент их главный. Зашёл тебе за спину. И выстрелил тогда, когда ты этого не ожидал. Я тогда очень испугался, думал, что потерял тебя... — Тэ замолчал, прокручивая в своей голове кадры с того самого момента. Казалось, ещё немного — и он заплачет, но нет. Юноша быстро вернулся в реальность. И на его лице появилась лёгкая улыбка. — Но сейчас ты жив, и всё просто отлично. Я рад, что всё обошлось, иначе.. — Иначе? — с интересом и игривой улыбкой переспросил Гук. — Неважно. Я пойду позову врача, пусть проверит твои показатели, — перед тем как Чонгук смог что-то ответить, Тэ практически выбежал из палаты и направился на стойку регистрации в поисках врача. Через пару минут он вошёл в палату вместе с мужчиной средних лет и какой-то молодой девушкой, как потом Чон понял, это была ассистентка врача, проходящая практику. — Как вы себя чувствуете? — официальным тоном спросил мужчина, подойдя ближе к своему пациенту. — Всё тело ломит, и голова раскалывается. А, и подняться не могу, — Чон недовольно посмотрел на Тэхёна, а потом снова на врача. — Док, я в порядке. Можете уйти. — Вы — мой пациент, я обязан провести осмотр, чтобы знать, какие лекарства и процедуры вам нужны. Так что, хотите вы того или нет, но лечиться придётся, — мужчина улыбнулся и показал своей ассистентке приступать к осмотру. Та покорно кивнула и приблизилась к Гуку. Недовольно буркнув, Чон закатил глаза и повернулся к Тэ. Пары секунд зрительного контакта было достаточно, чтобы понять, что всей больничной мотанины не избежать, так что старший расслабился и позволил девушке измерять и записать его показатели. — Итог готов, — ассистентка улыбнулась и отдала свою планшетку врачу. Тот внимательно всё прочитал, кивнул и вышел из палаты. Девушка поклонилась и последовала за ним. — Это было обязательно? — недовольно фыркнув, Чон посмотрел в сторону капельницы, стоящей рядом с кроватью. — Быстрее вылечишься — быстрее сможешь закончить то, что тогда начал, но так и не смог закончить, — губы Тэ расплылись в игривой улыбке. — Это новый способ подразнить меня? — Гук снова попытался подняться с кровати, но как и в другие разы у него этого не получилось. В итоге стало только больнее. — Ты же знаешь, что будет, когда я доберусь до тебя? — Знаю, но ты сначала доберись. А я пока переоденусь. Ты ведь не против? — невинный взгляд — и вот Тэхён начинает расстегать пуговицы своей рубашки. — Блять! — Чон нервно сжал простыни под собой о чём сразу же пожалел, так как мышцы плеча сразу отдали болью. — Зайчонок злится? — Тэ продолжал медленно расстёгивать пуговицу за пуговицей, при этом словно прожигая довольным взглядом такого злого, но в тоже время такого беспомощного Чонгука. — Я тебя прикончу! — злости и желанию Гука не было предела. Всё, о чём он думал, это Тэхён. То, как он завалит его на кровать, срывая с него одежду, забыв и о нежностях, и о прелюдиях. Этот мелкий слишком долго нарывался. Пока Чон изнемогал от собственной беспомощности, Тэ уже стоял без рубашки. Это был самый провокационный поступок. Ким осознавал, что будут последствия, но как он мог упустить возможность подразнить Чонгука? Словно пантера, младший подобрался к сумке с вещами. Специально поставив её так, чтобы была возможность повернутся и выпятить свою задницу прямо перед его уже злым возлюбленным. Все действия Кима были словно в замедленной съёмке, что очень выводило старшего. Но это было ещё не всё. Контрольным выстрелом стал расстёгнутый ремень брюк, которые вскоре оказались на полу, открывая Чонгуку вид на пиздецки соблазняющую задницу Тэхёна, скрытую за тонкими белыми трусиками. — Зайчонок, тебя что-то тревожит? Что-то случилось? — и снова невинный вид. Словно Тэ ангелочек, и никого ничем не дразнит. — Да, тревожит.. — еле как выдавил из себя Чонгук, стараясь не заорать на всю больницу. — Подойди, я тебе кое-что на ушко скажу, — абсолютно сдержанно и спокойно произнёс старший, попутно подзывая Тэхёна своей рукой. Тэ невинно улыбнулся и послушно пошёл к кровати Чона. Это было ошибкой. Потому что, как только он приблизился к кровати, рука Гука оказалась в его волосах, притягивая Тэ к его губам. — Если ты думаешь, что больничная койка и незапертая дверь могут как-то меня остановить — ты очень ошибаешься, — не дожидаясь ответа старший ещё раз нажимает на чужую голову, почти сразу втягивая Тэхёна в страстный и жадный поцелуй. Но Ким даже и не собирается сопротивляться. Такой Чонгук и риск, что их застукают, невероятно сильно будоражили все его фантазии и инстинкты. — Ну что, малыш, готов платить за мои нервы? — и снова не дожидаясь ответа Чон отталкивает Тэ от своих губ, направляя его голову к своему паху. — Ты знаешь, что делать. — Думаешь я сделаю это? — младший посмотрел в тёмные глаза любимого, но уже через секунду рука на его затылке сжалась чуть сильнее, вынуждая того ещё чуть нагнуться, упираясь своими губами в ткань боксеров. — А думаешь у тебя есть выбор? — довольная улыбка и ещё немного давления на затылок возлюбленного. — Кажется, я переборщил.. — тихо прошептал Ким, положив свои руки на бёдра старшего. В этот момент дверь палаты открылась и внутрь вошёл Чимин вместе с Юнги. — Тэхён~и, я конечно понимаю, что ты соскучился по моему брату, но таким методом ты ему не поможешь, — Чим улыбнулся и подошёл к кровати брата. Рука на затылке Тэ сразу ослабла и юноша смог оказаться рядом со своей одеждой. Бедолага в спешке начал натягивать брюки не той стороной, на что Пак лишь улыбнулся. — Тут все свои. Можешь спокойно одеваться. Я не мама, презирать не буду, — ещё одна улыбка, и Чимин наконец-то обратил внимание на недовольного брата. — Не смотри ты так. До твоего полного выздоровления ни-ни. — А не пошёл бы ты нахуй?! Хули вообще припёрся? — Чон окинул недовольным взглядом сначала брата, затем его мужа. — Юнги сказал, что мандарины помогут быстрее вылечится. Так что мы решили принести тебе немного, — Пак поднял вверх пакет полностью забит мандаринками, а Юнги продолжил стоять у двери с безэмоциональным выражением лица. — Ты припёрся ради мандаринок? Серьёзно?! — Чон взял одну мандаринку из пакета и начал нервно чистить. — За что мне такое наказание.. — Я тоже люблю тебя братик, — Чим мило улыбнулся и нежно поправил волосы Чонгука, который сейчас, словно кролик, точил мандарины. — Я за мандаринками, — откликнулся Юнги и, не дожидаясь ответа, вышел из палаты. — Чего это он? — удивлённо поинтересовался Тэхён. — Не обращай внимания, он просто завидует Чонгуку. Поэтому пошёл покупать свои личные мандаринки, которыми он ни с кем не поделится, — Пак улыбнулся и протянул Тэхёну одну из мандаринок. — Брат, когда я наконец-то услышу о том, что вы вместе?