Jujutsu Kaisen [сборник]

Годжо

      Он живет ради этого. Ты всхлипываешь — и его зрачки расширяются, как будто он только что сорвал джекпот. Ты дергаешься, извиваешься, пытаешься сомкнуть ноги — а он только смеется.       — О, что случилось, милая? Я думал, ты сказала, что сможешь выдержать.       Он делает вид, что прислушался к твоим мольбам дать тебе передышку, весь такой милый, но пять секунд спустя его пальцы снова двигаются, изгибаясь под нужным углом, а язык ласкает твой клитор, как будто он умирает с голоду; твои бедра обхватывают его голову — и он наслаждается.              А когда ты возбуждена до слез?       Он так сладко воркует с тобой:       — Ну же, еще разок. Ты можешь кончить для меня еще один раз, правда? Будь хорошей девочкой ради меня.       Обожает то, как твой голос срывается на стон. Специально перевозбудит тебя, чтобы увидеть, как твои бедра дрожат, а тело предает тебя.

Тоджи

      Бедняжка. Чрезмерная стимуляция с ним такая грязная и пошлая, но в лучшем смысле этих слов, потому что он безжалостен. Не имеет значения, дрожишь ты, что-то бормочешь или пытаешься отползти — он просто притянет тебя обратно за талию одной рукой и скажет что-то вроде:       — В чем дело, милая? Ты умоляла об этом пять минут назад.       У него из горла вырывается низкое рычание, когда ты сжимаешься вокруг него от перевозбуждения, как будто больше не можешь этого вынести. Он одержим твоим пределом и обожает находить способы его преодолеть. Эта самодовольная ухмылка только растет, когда твои глаза закатываются, а ноги дрожат так сильно, что ты не можешь стоять прямо.       — Ты дергаешься как ненормальная. Это значит, что ты снова близка к оргазму? Я думал, ты уже все.       Больше всего ему нравится, когда ты обмякаешь в его объятиях примерно после пятого оргазма, и ему приходится приводить тебя в чувство, чтобы продолжить.

Нанами

      Нанами поначалу такой мягкий, он старается не торопиться. Он уважителен. Он спрашивает тебя, что тебе нравится, целует тебя в шею, позволяет тебе испытать удовольствие от твоего первого оргазма и так нежно хвалит тебя…       Но потом он видит, какая ты чувствительная, и это пробуждает в нем что-то дикое. Это безупречное самообладание начинает давать трещину.       — Ты уже дрожишь, милая? Только от моих пальцев?       Очки сняты. Его галстук развязан. Он закинул твои ноги себе на плечи и наблюдает, как ты плавишься от его ласк, бормоча похвалы сквозь стиснутые зубы.       — Ты можешь кончить еще раз. Ты так хорошо справляешься. Такая чувствительная для меня.       Если ты плачешь или умоляешь, его тон становится твердым:       — Нет, не стесняйся. Я хочу видеть тебя всю.       Бонус: будет отлизывать тебе несмотря на чрезмерную стимуляцию, держа твои бедра широко раскрытыми мертвой хваткой.

Гето

      Сугуру — милый садист. Будет разговаривать с тобой таким тоном, будто ты на уроке, а он — твой учитель. Ты говоришь, что ты чувствительная? О, милая, ты только что открыла его любимую игру.       — Уже? Ты уже перевозбуждена? Хм… возможно, мне нужно потренировать твое сладкое тело.       Он спокоен самым пугающим образом. Он прижимает тебя к себе нежно, но крепко, и этот медовый голос шепчет, как прелестно ты выглядишь, дрожа под ним. Он всегда испытывает тебя.       — Тебе приятно? Или ты уже на пределе?       Чрезмерная стимуляция с помощью игрушек + его пальцы = его любимое сочетание. Ему нравится видеть, как твое тело предает тебя, даже когда ты рыдаешь и дрожишь, и тогда его губы прошепчут тебе на ухо:       — Вот так. Вот так. Просто расслабься, милая. Кончи для меня еще раз.       Будет перевозбуждать тебя до тех пор, пока ты не потеряешь сознание, с лисьей улыбкой на лице.

Сукуна

      Поначалу твоя чрезмерная стимуляция даже не доставляла ему удовольствия. Речь идет о доминировании. Речь идет о том, чтобы владеть каждым подергиванием, каждым прерывистым вздохом, каждым влажным дюймом твоего перевозбужденного, истерзанного тела.       Любит, когда ты умоляешь о перерыве, потому что тогда он знает, что он уже выиграл.       — Умоляешь? Думаешь, меня волнует, устала ли ты, мелочь? Я только начал.       Представь, что тебя держат четыре руки. Две держат твои запястья над головой. Две других… одна на твоем горле, другая — между ног, неустанно ласкает твой клитор, даже когда его член все еще неумолимо трахает тебя.       Ты извиваешься, плачешь, в голове пусто от того, что кончаешь слишком часто, а он только смеется.       — Посмотри на себя. Даже говорить не можешь. Только слюни текут, а я еще не насытился.              Питается перевозбуждением. Ты выгибаешься от него дугой? Он притягивает тебя ближе. Ты пытаешься сомкнуть ноги? Он принуждает их раздвинуться.       — Твое тело такое искреннее, моя любимица. Ты говоришь «хватит», но только посмотри, как ты течешь на меня, умоляя о большем.       Он из тех, кто заставляет тебя потерять сознание.       И когда ты это делаешь? Он снова разбудит тебя новым оргазмом.