Rumors

После того случая прошло уже порядка недели. Когда Тэхен не пришел на следующий день, Юнги это показалось нормальным, но сейчас он уже начал ощущать его отсутствие. На мгновение ему померещилась его улыбка. Улыбка человека, которого только что жестоко избили. Какой нормальный человек вообще может после этого так улыбаться? «Все ли… в порядке?» Хоть Юнги пока и не готов признаться сам себе, что Тэхен что-то в нем поменял, но это так. На следующий день Юнги порвал все связи с бандой, сведя все на нет. Ему даже пришлось пару раз подраться, но это не так важно. Важно — это то, к кому Юнги идет сейчас. В голове творится полный бардак. Ему стыдно, совестно за себя. Он должен быть полностью готов, что этот человек его и слушать не захочет, отвергнет и глазом не моргнет, но… Почему-то он не хотел мириться с подобным исходом. Звонок в дверь и тихие шаги. Послышался щелчок дверной ручки. — Ты что тут забыл? — Мы… можем поговорить, Хо? — Знаешь, чего-чего, а этого я вообще никак не мог ожидать, — Хосок нахмурил брови, но все же впустил бывшего друга в квартиру. Сняв обувь, Юнги прошел внутрь. Как и ожидалось, тут все не особо поменялось за последние три года. Комнату все так же наполнял тусклый свет от настольной лампы, а в полумраке можно было разглядеть многочисленные плакаты и постеры, которые они вместе вешали на стены, крепя их дешевым скотчем. Хосок сел на кровать, а Юнги остался неуклюже подпирать своим телом дверной косяк. — Молчать пришел? Я вообще-то не очень рад тебя видеть. — Знал, что ты так скажешь. — И? Юнги сделал глубокий вздох. — Как бы тупо это ни звучало, но прости меня. — Серьезно? — вскинул брови Хосок. — Ха, вот это прикол! И ты говоришь мне это через три сраных года, идиот? Его руки медленно сжимаются в кулаки, а в глазах бушует море досады и обиды. — Да. Тогда я не мог поступить иначе, — Юнги подошел к кровати, но взгляд его прикован к полу. — Я был таким мудаком, и я прекрасно пойму, если ты меня пошлешь… Я порвал со всем этим. — Ты… бросил банду? Не осмелившись приблизиться, Юнги кивнул и посмотрел прямо в глаза парню. — Я потерял много времени, но сейчас я хочу, чтобы ты знал, как ты мне дорог! Сколько времени я потерял на все это… Мне правда так жаль, так жаль. Юнги не мог спрятать свои эмоции и решил, что если прятать, так в своих собственных ладонях, которыми он закрыл лицо. Поджилки тряслись в ожидании реакции друга. На что он вообще надеялся? Что можно просто прийти и извиниться? Сердце стучало в голове, а пальцы холодели от нервов. Через пелену пульса послышался скрип кровати, а в следующую секунду Юнги ощутил приятную тяжесть на своих плечах. Хосок обнимал его. — Не представляешь, как долго я ждал этих слов от тебя. Чертов мудак. Что-то блеснуло в его глазах. Слезы? Хотя и сам Юнги довольно расчувствовался. Он вытер пальцем чуть не скатившуюся слезу и крепко обнял друга в ответ. — Ага, еще какой. Мин Юнги и Чон Хосок дружили со средней школы. Они правда были лучшими друзьями, дополняли друг друга и помогали во всем. Они уже могли подумать, что их дружба может длиться вечно, но… У семьи Мин появились проблемы с коллекторами. Когда Юнги было 11, его отец начал много пить. Юнги смутно помнил это время, но все его воспоминания были просто отвратительными, отвратительными до жути. Отец набрал кучу долгов, а его матери приходилось работать на нескольких работах, чтобы хотя бы попытаться держаться на плаву. Но когда его отец снова не рассчитал дозу алкоголя, он в гневе сильно покалечил Юнги и его мать. С того вечера Юнги частично потерял память. Травма сына стала последней каплей — его мать развелась с отцом, все бросила и переехала с ним из Сеула в Тэгу. Первые три года они жили без проблем. Казалось, что все уже наладилось, но после этого черная полоса в жизни Юнги только началась. Кто-то слил их адрес проживания, и коллекторы нашли их и там. Начались многочисленные угрозы, подбрасывания жутких записок и даже доходило до мертвых животных у двери. Юнги усвоил важную вещь — деньги, власть и сила. Они решают все. Все, чего хотел Юнги — стать сильным. Стать сильным, чтобы защитить маму. В юном мальчике зародился росток жестокости. Он связался со школьными хулиганами и попросил научить его драться. Поначалу выходило плохо, ведь Юнги от природы был достаточно хрупким мальчиком, а насилие напоминало ему об отце. Но он уже не был маленьким мальчиком. А большим мальчикам нужно было уметь постоять за себя. Хосок пытался отговорить его, правда. Он буквально делал все, чтобы не дать Юнги утонуть в этом, но, в конечном итоге, он не справился. Парни сильно поссорились и больше не общались с последнего года средней школы. Друзья оказались по разные стороны баррикад. — Мне тебя не хватало, — всхлипывает Хо. — Мне тебя тоже. После долгожданного примирения со своим другом, Юнги стало намного легче на душе. Наконец-то он мог отпустить хотя бы малую часть всего, что в нем накопилось. Юнги знал — Хосок и правда самый хороший друг, который у него когда-либо был. С ним можно поделиться чем угодно, не боясь, что тебя осудят или высмеют. Так, сначала колеблясь, Юнги принял решение — рассказать Хосоку о том, что у него сейчас на уме, а на уме у него был Тэхен. — Ким Тэхен? Новенький что ли? — удивился Хосок. — Хоть я и в параллельном классе, я слышал, репутация у него отнюдь не лучшая… — Это мягко сказано, — пожал плечами Юнги. — Думаешь, он правда занимается «этим» со всеми за деньги? В голове у Юнги промелькнуло лицо Тэхена, искаженное от боли и разбитые губы, которыми он так тепло и искренне ему улыбнулся тогда. Смог бы он такое совершить? — Честно… Я так не думаю, — Юнги отвел взгляд, смотря куда-то в стену. — Ну, то, что ты о нем позаботился, уже о многом говорит, знаешь ли. Может, попробуешь узнать его получше? — В смысле? — Ну, я имею ввиду, попытайся подружиться с ним. — Я? С ним? — захлопал Юнги выпученными глазами. — Ну не я же, — одарил его саркастичным взглядом Хо. — Возможно, у тебя есть шанс завести еще одного друга. Улыбнувшись, Хосок игриво стукнул Юнги в плечо. — Просто попробуй, мистер ледышка! Ты же в сердце добрый мальчик. — Перестань говорить, как моя мать! — съязвил Юнги, но, отвернувшись, все же улыбнулся. Как же все-таки хорошо, что они помирились.

***

На следующий день Тэхен появился в школе. Синяки и ссадины еще не совсем прошли, но он старательно пытался скрыть их под длинными рукавами свитера и пластырями на лице. Несмотря на советы Хосока, Юнги решил пока оставаться просто наблюдателем. Он правда не мог заставить себя просто подойти и поговорить с Тэхеном, хоть он и правда ощущал нечто, напоминающее беспокойство. А в это время продолжались перешептывания одноклассников о Тэхене. Порой доходило до крайностей — идя по коридору, они обсуждали его во весь голос буквально за его спиной, видимо, желая, чтобы предмет сплетен услышал их. Но Тэхен просто ускорял шаг и делал вид, что ничего не происходило. Видевший все это Юнги чувствовал закипающий в нем гнев, руки так и чесались заехать по этим мерзким личикам. — Держите свой рот на замке, твари, — прошипел Юнги в сторону одноклассников, кинув на них свирепый взгляд. — Делать вам больше нехуй? Сплетники тут же почувствовали недоумение вперемешку со стыдом. Убедившись, что грязные разговоры закончились, Юнги направился к выходу. Прошло уже пять дней, как Тэхен все так же исправно ходит на учебу. А Юнги лежит на парте, устало наблюдая за зеленеющими листьями за окном. Все так же лежа, он взял ручку и начал ею щелкать. — Черт, ну и угораздило же меня спалиться… Юнги измученным взглядом смотрит на лист с тестом по алгебре и неминуемо осознает, что ни черта не понимает. А ведь если бы его не поймали на списывании по той же самой алгебре, этого можно было бы избежать. — К черту, все равно ни хера не понимаю. Пойду, может, проветрюсь, — бубнит себе под нос Юнги и выходит из кабинета. Болтаясь по коридору, он настолько погружается в свои мысли и усталость, что не замечает, как в него кто-то врезается. — Ой, прости. Юнги видит знакомые волосы. — Тэхен? Глаза Тэ округляются и он мигом отворачивает голову. — Прости, я спешу, — его голос кажется холодным. «Как ты можешь говорить сейчас со мной так, когда улыбался мне такой улыбкой в тот раз?» — Что ты здесь делаешь так поздно? — пытается начать разговор Юнги. — А сам-то что здесь забыл? Юнги стиснул зубы. «Почему он огрызается и даже не смотрит на меня?! Черт…» — Если это все, что ты хотел, то я- Тэхен хотел было уйти, но Юнги крепко хватает его за руку. — Почему ты себя так ведешь? Взяв его лицо за подбородок, Юнги заставляет парня посмотреть ему в глаза, и… Теперь Тэхен не может отвести взгляда, пока Юнги бегло осматривает оставшиеся почти затянутые ранки на лице парня. Тэхен теряется. Теряется, ведь его глаза говорят за него. — Зачем пытаешься быть грубым со мной? Тэхен распахивает глаза и устремляет взгляд в пол, прикусив губу. Кажется, его раскрыли. Рука Юнги смещается с тонкого запястья парня и приподнимает рукав свитера. — Все еще болит, да? — слова слетают с его губ прежде, чем он успевает их обдумать. Тэхен освобождает свою руку и немного кивает головой. — Если тебе интересно, я больше… Не общаюсь с теми ребятами, — Юнги почесывает затылок. — Мне жаль, что они избили тебя. — Правда? Что-то в голосе Тэхена заставило Юнги ощутить трепет где-то в груди. — Да. — Я рад, — теперь уже по-настоящему улыбнулся Тэхен, и кажется, что Юнги так долго ждал этого. — Так куда ты идешь? — О, я просто делал дополнительное задание по физике, — затараторил Тэхен. — Физика? О, боже, не напоминай. — А ты? — А у меня беды с алгеброй. Оставили после уроков за списывание, — признался Юнги, хоть ему было неловко. — Оу, серьезно? Ну, если у тебя проблемы, — Тэхен замялся на долю секунды. — Если у тебя проблемы, я бы мог тебе помочь… Если ты хочешь, конечно… — Вау. — Ч-что? — Просто никто еще не предлагал мне помощь с учебой. — Так ты не против? — Нет. Но меня тяжело учить, имей в виду. Буду материться и проситься покурить каждые пять минут. — Ахаха, разберемся! — хихикнул Тэ, похлопав Юнги по плечу. Еще немного поговорив, они договорились, что Тэхен будет оставаться с Юнги после уроков несколько раз в неделю, чтобы подтянуть несчастную алгебру. — Ну, я побежал, — улыбнувшись, помахал рукой Тэ, и скрылся. — До завтра, — в пустоту прошептал Юнги.