Неудачная игра

***

      Ежиха отправилась в ближайшую аптеку, чтобы накупить рецептурных лекарств. Вернее, «компонентов»…       Фармацевт искренне удивился мятой бумажке, которую вручила ей посетителей, и сказал что нормальный врач такого никогда не напишет. Подозрения Роуз становились всё больше, но распроссить Тейлза сейчас означает ещё больше потерять доверие. Не спроста же он так сильно скрывает правду: — А эта подпись? — очередной раз возмутился продавец,— Медсестра не имеет права расписываться на рецептах, выданных врачом!       Розовая пригляделась к бумажке. До этого она не обращала внимание на каляку в углу «рецепта». Шок ежихи не заставил долго ждать — это не английские буквы. Европейцы расписываются по другому и она это хорошо знает. Даже привести в пример её подпись или подпись Тейлза, разница на лицо, не говоря уже о том, что она знает как расписывается терапевт их больницы.       С этим нужно разобраться, и Роуз знает как. Поблагодарив аптекаря и забрав лекарства, девушка отправилась в мастерскую.

***

      Прауэр отлучился от реальности. Его не волновало ничего, даже мельтешащий вокруг него Соник с подносами еды и вариантами для отдыха. После ухода Эми былой дискомфорт вернулся. Казалось, если он не будет держать всех и всё под контролем, то что-то пойдёт наперекосяк, и его тайна раскроется…       Тайна — ребёнок внутри тебя. Что может быть хуже? А главное, как? На смену этим вопросам быстро пришли другие: что делать с этим ребёнком? Куда его деть? Как рассказать об этом друзьям? Как дальше жить?       Как… Соник отреагирует на ребёнка?       Ответ пришёл сам собой: Соник — он словно ветер. Он не стоит на месте, и вряд ли сможет остепенится и посвятить свою жизнь семье. Тем более, если эта «семья» состоит из лучшего друга и совместного с ним карапуза… Конечно, вряд ли он бросит их на истязание судьбы и убежит в закат, но отношение будет совсем иное. Не как к лучшему другу детства, а как… к абузе.       Тейлза перестанут воспринимать как члена команды. Все будут считать его… мутантом. «Парень-мутант родил ребёнка от героя ежа Соника», — вот что первое придёт на ум, когда увидят двухвостого лиса с младенцем на руках. Это позор. Позор не только для Тейлза, но и для Соника…       «Смотрите! Это от него тот мутант родил ребёнка! Эй, Соник! Как тебе было с этим двухвостым? Хорош он в постели?», — и насмешки. Много насмешек. Если первое время Соник будет отмахиваться, то потом начнёт ненавидеть лисёнка. И в конечном итоге отречётся и от него.       Майлз не может этого допустить. Он столько пережил, чтобы вновь стать близким с Соником…       Нет. Никто и НИЧТО не сможет разлучить их с Соником. Тем более этот ребёнок, который даже не родился. Этот гад не изменит ни жизнь своих родителей, ни чью либо ещё. Даже если он уже пытается это делать! Пауэр этого не допустит. Надо избавится от этой маленькой дряни... вернее, от последствий той ночи.       — Земля вызывает Тейлза, приëм! — ëж щелкнул пальцами перед лицом друга. — А? — сознание Прауэра вернулось из стратосферы. — О чëм задумался? — с интересом спросил парень, подпирая подбородок своими ладонями. — Ни о чëм, — спешно ответит лис, — можешь принести мне кокос?       Собеседник похлопал глазами: — Кокос? — поднял бровь. — Да, я пить хочу… — Больше ни слова!       Сильный поток ветра вздëрнул чëлку Майлза, и на пару секунд воцарилась тишина: — Кокос доставлен! — быстрым движением ножа, колючий проделал дырку в фрукте и вставил в неё пластиковую трубочку, — Бон аппетит, мисье гениальный лис!       Соник поклонился и выставил кокос напарнику. Тот острожно взял трубочку в рот и глотнул. Лицо морфа перекарёжило: — Что такое? — Вкус ужасный, — прохрипел малыш, массажируя горло. Противное больничное послевкусие распространилось по всей полости рта.       Соник попробовал: — Обычный кокос… вроде.       Трубочка неаккуратно выпала из рта и оставила за собой тонкую струю белого сока, скатившуюся с губ до подбородка. От этой картины, в животе Пауэра запархали бабочки. Большие зелёные глаза выглядели очень озадачено, пытаясь понять что не так с фруктом, и это привлекало: — С-соник! У тебя на подбородке сок, — осторожно сказал механик, указывая грязное место у себя на лице.       Игольчатый вытер лицо перчаткой, но недотëр возле губ: — Нет, ещë.       Парень вновь потëр свою мордашку, но местами оставались размазанные подтëки. Лис закатил глаза и движением ладони подозвал друга к себе. Взяв со стола салфетку и голову ежа в ладонь, он стал её вертеть и вытерать ту грязь, которую смог увидеть. Когда сине-бежевое лицо удалось очистить, Тейлз заметил, что расстояние между ними стало минимальным. Взгляд лиса неосознано скользил по коже друга и останавливался на каждой морщинке, неровности и шраме… На лице героя были небольшие шрамы, которые видно только при близком усмотрении. Он их получил в битвах с Эггманом. Сколько раз ему на лицо попадали осколки его роботов? Последствия на лицо… вернее, на лице.       Один из шрамов был на уголке верхней губы и Прауэр особенно задержал на нём внимание. Сильное желание поцеловать эти губы охватило разум хвостатого. Зрачки немного увеличелись.       Соник смотрел на странное поведение напарника и… ему это нравилось. В такие моменты милота Майлза пробивала максимальную шкалу и летела в глубокий космос. Ежиное сердечко странно заколотилось, мурашки побежали по коже. Это чувство… такое знакомое. У Соника дежавю. Словно, он уже был в такой ситуации вместе с напарником. Точно в такой же! Диван, сумерки, Тейлз… смутные воспоминания. Очень смутные…       Взгляды друзей пересеклись. Двухвостый поджал губы. Эти красивые изумрудные глаза сводят с ума. Сильный румянец вмиг покрыл лицо лиса, и тот стал похож на ехидну. Колючий улыбнулся, отчего прилив крови к голове желтошëрстного увеличился: — Ты такой милый…       Вырвалось самой собой из уст колючего. Тут запомидорились уже оба. В животе синего что-то заурчало.       Сердце Прауэра преисполнилось уверенностью. Настал момент признаться. Похер, что будет дальше, он переживёт. Нельзя вечно скрывать: — Соник, я…       Только хвостатый открыл рот, как дверь его мастерской со скрипом открылась. На пороге стояла Роуз.       Если бы Тейлз мог взвыть, то он бы это сделал.       Девушка с удивлением глянула на парней. По её взгляду читался немой вопрос «что происходит?»: — Эми! — воскликнул колючий и подбежал к подруге, — Ты куда-то уходила? — Как час назад, — устало ответила девушка, игнорируя парня и направляясь к лису, — Я купила тебе лекарства.       Механик тихо поблагодарил и стал рассматривать покупку: — Почему вы оба такие красные?       Хвостатый уткнулся в пакет: — Жарко очень… согласен, братишка? — Соник стал махать ладонью на своё лицо, словно веером. — Как скажете.       Учитель взяла пакет с продуктами, который долгое время лежал на полу и слегка запах, и направилась к выходу: — Я домой. Тейлз, если что-то нужно, звони…       Довольно спешно она покинула мастерскую и зеленоглазый громко выдохнул: — Такое ощущение, что она нас за чем-то запрещённым поймала, — засмеялся он. Майлзу было не до смеха, — Так что ты хотел сказать?       «Поймала за чем-то запрещённым…», — желтошёрстный сжал кулак: — Ничего… Тебе не пора тоже идти домой? — Пора… — сказал задумчиво парень, глядя в окно, — Но я не могу тебя тут одного оставить! Кстати, как ты себя чувствуешь? — Так себе…       Хвостик отвернулся. Напряжённая атмосфера вновь повисла в воздухе и бегуну предстояло её «разнапряжённить».       Парень хитро улыбнулся. За секунду он оказался за спиной друга и резким движением повалил его на диван, устраиваясь рядом: — Как насчёт братской ночёвки? — Мне не до этого, Соник…       На минуту повисла тишина: — Мы можем ничего не делать… Просто лечь спать когда ты захочешь.       Улыбнулся ёжик: — Мне не очень хочется, Соник…       Лис повернулся к напарнику спиной. Ему вновь нужно всё обдумать... Неожиданно синяя рука упала на живот механика и прижала его к телу позади. Соник уткнулся носом в мягкую шею. Он не хочет бросать малыша в таком состоянии, и не бросит.       Как бы Прауэр не старался убедить себя, что ему не нравятся эти прикосновения, он не смог. И поддался своим искренним желаниям. Придвинувшись ближе, он обнял лежащую на нём руку. Не на вечно, но пусть этот момент продлится подольше…       «Ему нравится, когда я его обнимаю… и мне нравится», — игольчатый расслабился и ещё больше прижался к напарнику. Он почувствовал, как сильно бьётся лисье сердце. Перед глазами промелькнули моменты их дружбы, от начала знакомства до сегодняшнего момента: как ёж спас маленького двухвостого морфа от шайки хулиганов, как вместе преодолевали опасности и покоряли мир, как решили поселится на этом острове и события последних месяцев. Зеленоглазый сильнее обнял напарника: — Прости, что меня не было рядом, когда я был необходим… — Т-ты о чём? — покраснел хвостатый. — Обо всём… обо всём, что было, когда меня не было.       Прауэр завис, но после усмехнулся: — Ты мастер выстраивать логические предложения. — Я серьёзно, — улыбнулся Соник. — Я тоже…       Атмосфера стала веселей, и Майлз обратно развернулся к ежу: — Ты как, бро? — искренне поинтересовался парень, поглаживая белую шёрстку на лице лиса. — Я люблю тебя, Соник, — прошептал Тейлз, глядя в глаза возлюбленного.       Ёжик завис, как и лис. Вот как происходят признания: в спокойной и лёгкой атмосфере, невзначай… — Чего..?       Вот теперь Хвостик занервничал: — Я… люблю тебя.       Колючий похлопал глазами: — И я тебя… друг.       Если кто и изобрёл френдзону, так это был Соник. Механик вновь отвернулся: — Я имел ввиду, что я тоже тебя люблю. Очень люблю, Тейлз!       Соник зажал малыша в крепкие объятия и стал тереться о его шерсть лицом: — Я понял, друг.       «Что-то пошло не так… а я не понимаю что», — синий занервничал и стал перебирать в голове варианты, как сгладить вновь возникшую неприятную ситуацию. Но его размышления прервал смех напарника. Тейлз улыбался, и казалось, что его смех сейчас был искренним… — Давай поиграем в приставку?       Неожиданно предложил двухвостый, от чего бегун на секунды впал в ступор: — Ты уверен? Как ты себя чувствуешь?       Голубоглазый повернулся лицом к другу: — Намного лучше. Спасибо, что не ушёл.       Соник пытался найти подвох, но похоже, его не было? Механик вскочил с дивана и потянул за собой ежа, после закружил его в танце на ковре. Друзья засмеялись. Наконец-то радость в воздухе перестала быть фальшивой.       Парни накрыли на стол вкусняшки, много нарезок сыров, от которых у малыша текли слюнки, самодельный сок, и включили приставку. Выбор пал на любимый пиксельных Файт Соника.       Синий выбрал своего любимого бойца и словил порцию шуточных возмущений что «Ты украл моего персонажа!». Майлзу пришлось выбирать из оставшихся хлюпиков и шанс на победу с ними был не то чтобы велик… И Соник это тоже понимал, поэтому и поддавался.

***

      Этот вечер был прекрасным. Так радостно Тейлз себя давно не чувствовал: — Пусть ты не отдашь мне своё сердце, но я и без того занимаю в нём важное место…       Шептал Прауэр и поглаживая колючки, коих хозяин сладко храпел на диване...

***