Игра, стоящая свеч

Машина подъехала к двухэтажному дому. Ворот у дома не было, поэтому Веснински мог легко бы попасть в дом через главный вход, но это безусловно бы заметили. Проживая в этом доме большую часть свою жизни, он запомнил, где какие камеры и где какие люди. Натан успел насолить многим людям и в связи с этим у него была и скорее всего есть охрана. Обойдя дом и подойдя к самому крайнему окну первого этажа, Натаниэль уверенно толкнул его в угол. Появился разъём, в который Нат без труда просунул руку и отворил окно. Отец об этом не знал и это было хорошо. Запрыгнув, Веснински огляделся. Вещи в его бывшей комнате остались не тронуты. Огромная кровать, в которой он утопал, шкаф, переполненный ненужными шмотками, полки с коллекционными ножами. Вся комната в оранжевых оттенках, так как Натан не любит яркие цвета, он сюда не разу не совался. Осторожно подкравшись к двери, Веснински прислушался. Шагов не было слышно, стояла тишина мёртвых. Это одно из того, что Нат не любил дома. Тут всегда было, как на похоронах. Натаниэль никогда на них не был, но представлял их себе именно так. Прощаться с кем-то, молчать, отпускать и помнить… Натаниэль же отпускал и помнил каждый проведённый здесь день. Когда он слышал крик матери будучи ребенком и дрожал, вцепившись в одеяло, боясь. Но боясь не за себя, а за мать, которую в приступе гнева Натан мог убить. Или когда после её смерти защищать Ната стало некому. В ход шло всё утюг, нагретая плита, ножи и даже пистолет. Иногда он сам поражался, как смог выжить в этих условиях. Он мечтал в них не возвращаться. И вот сейчас он здесь. Иронично не правда ли? Открыв дверь, он выглянул в коридор, ведущий в гостиную. Убедившись, что рядом никого нет, он начал перебирать ноги и замер. В гостиной он заметил макушку. Макушку, которая ему часто снилась. Женщина, сидевшая на диване и смотрящая на огонь, не заметила его присутствия. — Мама? — сглотнув, нервно спросил он. Женщина обернулась и Натаниэль смог разглядеть изменившиеся черты лица, но всё равно узнаваемые. Впалые щёки, стеклянные глаза и ровной чертой губы. Веснински подбежал, упав перед ней на колени и к глазам поступили слёзы. — Ты жива, — заулыбался парень. — жива. Она смотрела на него безразличным взглядом. — Мама, где ты была всё это время? — ладонью откинув горячие капли, он обхватил её ледянущие руки. — Знаешь, я так скучал. Знаешь, мне было так одиноко без тебя. Он хотел продолжать говорить. Он хотел быть услышанным. Но… В ответ услышал лишь молчание. Только сейчас Натаниэль заметил, что она не реагирует на него. — Мам, что с тобой? — руки содраглись и женщина посмотрела на свои руки в руках парня. — Ладно. Потом. Пошли, мам. Он попробовал помочь Мэри приподняться, но та начала сопротивляться. — Нет, мы уходим! — он сжал её крепче, но заметив синяки от своих рук, выпустил её. Тут же бросившись и обняв Мэри, Нат затараторил. — Нам нельзя здесь оставаться! Он нас убьёт, понимаешь? Нужно уходить! Это больше не наш дом! Натаниэлю показалось, что женщина обняла его в ответ, но та тут же его оттолкнула. Веснински услышал шаги. — Чёрт, я забыл взять нож. — он полодил свою руку на руку матери, сжимая её. — Я быстро. Я вернусь и мы уйдём. Вместе. Веснински бросился к двери и схватил нож, как вдруг услышал незнакомый голос с гостиной. — Мэри! Боже, ты жива! — голос незнакомого мужчины раздался по дому. — Этот хрен всё время здесь тебя прятал. Ну ничего, не бойся, всё теперь будет хорошо. Натаниэль ринулся к двери, но почувствовал резкую боль в ноге, обернувшись, он увидел его. Своего отца с пистолетом в руках и самодовольной улыбкой. И та пуля, что попала ему в ногу, была далеко не обычной. Потому что почти сразу парня накрыла пелена, замутняя разум, и последнее, что он увидел, была его рука, тянущаяся в двери, а затем её падение вместе с его телом. *** Проснулся он в неудобном положении, привязанный к стулу. Руки и ноги болели от верёвок, что их сдавливали. На ноге была повязка с его кровью. Видимо, обезбол ему не в кололи, так что боль он ощущал всецело. Пот скатился с его лба и взгляд поднялся на дверь, которая заскрипела и отворилась. — Лола. — вздохнул Натаниэль, предвкушая свои мучения. Лола, любовница отца, подключалась тогда, когда Натан хотел доставить ему как можно больше страданий. И этот раз вряд ли станет исключением. — Рада тебя видеть, Натаниэль. — кровожадно усмехнулась девушка. — Ответил бы тем же, но дорогой отец учил, что врать плохо. — театрально заявил Нат, ловко управляя интонацией в своей речи. — Засранец. — с размаху дала пощёчину Лола. — А ты всё такая же. — Натаниэль горделиво вскинул голову, словно не находился в столь унизительном положении. — Ничего, я с тобой славно поиграю, ты уж не сомневайся. — она опёрлась на край стола, на котором находились всякие инструменты. — Я так понимаю отца ждём? — Веснински устремил взгляд на дверь. — Меня не нужно ждать, Натаниэль, я уже здесь. — мужчина с такими же рыжими волосами, как у Ната, показался в проёме. — Уже соскучился по мне? — криво усмехнувшись, поинтересовался Веснински. Натан подошёл ближе и, схватив парня за волосы, приподнял его голову. Нат зарычал, но тому было по боку. — Отпусти. — потребовал парень. — Ты слишком долго был на свободе. — вздохнул Натан. — Стал более… Строптивым? — Нахальным. — вмешалась Лола. — Да. — задумчиво кивнул Натан. — Но мы это исправим. — Исправим. — злобно усмехнулась девушка. Веснински переводил взгляд то на отца, то на Лолу, пытаясь понять, что же они задумали. — Рассказать ему? — захлопав ресницами, спросила она. — Не-ет. — протянул гласную Натан, улыбаясь. — Не будем портить сюрприз. — Я не люблю сюрпризы. — нахмурился Натаниэль. Он попытался высвободить руки, но все попытки оканчивались провалом. — А тебя и не спрашивали. — закатила глаза девушка, а затем улыбнулась. — Ну что ж, оставлю вас наедине. Разговор отца и сына после долгой разлуки, как мило. Дверь за ней захлопнулась и Натаниэль почувствовал смертоносную ауру, исходящую от его отца. — Ты хоть понимаешь, что наделал? — Что, отец? — устало спросил Нат. — Сукин сын. — ударяя кулаком по щеке, сказал Натан. — Не называй её так! — оскалился Веснински. — Ооо. — усмехнулся Натан. — У этого щенка прорезались клыки. — Отпусти меня. — А что, если нет? — Перегрызу глотку. — улыбнулся Натаниэль и почувствовал, что из носа пошла кровь. Натан разразился смехом. — Ну и ну. Ничего, она тоже была такой. — они оба понимали, кто это «она». — И я её исправил. Теперь это просто безэмоциональная кукла. — Тварь. — в гневе дёрнулся вперёд Натаниэль и чуть не упал, но Натан придерживал стул ногой. — Я даже не сопротивлялся, когда Стюарт пришёл забрать свою драгоценную сестру. Ведь не она была моей цель, — он схватил Ната за подбородок и взглянул в сверкающие от ярости глаза. — а ты, глупый щенок. «Ты меня недооцениваешь.» — проглотил несказанные слова Натаниэль. — Что? Язык проглотил? Где же твоя дерзость. Веснински потянулся в карман за ножом, не отводя взгляд от Натана. Тот, видимо, устал от своих монологов и неинтересной реакцией сына и позвал Лолу. Веснински решил, что лучше дождаться когда рядом будет только один человек. Лола медленно выбирала то, чем причинит боль Натаниэлю. Её взгляд обожания бегал от одного ножа к другому, от одного инструмента к другому. Её рука потянулась к длинному и очень острому на вид ножу. — Лицо не трогай. — попросил Натан. — Как скажешь, дорогой. — остриём она коснулась футболки парня и та, потдаваясь, начала рваться. Лезвие достало и кожу парня, вслед за рвущейся одеждой появлялись кровавые порезы. Натан ждал криков, ждал безумия, но парень не хотел давать ему этого. Он стиснул зубы крепче, прикусывая щеку изнутри, стараясь забыть про боль, абстрагироваться от происходящего. Веснински чувствовал капли крови, что стекали по его телу. Лоле надоело молчание и она сделала порез поглубже. Рык вырвался изо рта Натаниэля. — Сука. — выругался он, пронзая девушку ненавистным взглядом. И круг его мучения возобновился с новой силой. Под конец он начал терять сознание, но во время одёрнул себя и заметил, что они с Лолой остались одни в комнате. Глядя вниз, он видел залитую кровью кожу и чувствовал запах железа и головокружение. Нож, который он из-за всех сил старался не уронить, ловко избавил его руки от верёвки и он вздёрнул голову, готовясь вырваться. Но был опережён. В комнату ворвался знакомый силуэт и Нат глупо заулыбался. — Эндрю… — всё вокруг приобрело новые краски. Веснински начало казаться, что блондин ему мерещится. — Ты пришёл меня спасать? Или прощаться? Девушка обернулась, но было поздно, её огрели по голове. Эндрю выглядел максимально непринуждённо для подобной ситуации. Можно было догадаться, что экшен у него в крови. Миньярд подошёл к Натаниэль и протянув руку, уставился на истерзанную грудь. — Щиплет. — улыбнулся Натаниэль и коснулся руки, убеждаясь, что он не галлюцинация. — «Ты был прекрасен». — сухо произнёс Эндрю, глядя в глаза парню. — Серьёзно? — Прости, я… Эндрю притянулся, грубо целуя в губы, вымещая свой гнев, который был вызван Натаниэлем. Веснински среагировал быстро, когда Натан. Достав нож, он оттолкнул Эндрю в сторону и бросился на отца. Тот с лёгкостью увернулся и выбил нож из рук парня. Всё же Нат был не в лучшем состоянии. Эндрю нахмурившись, приготовился к атаке. Веснински же осознал, что потерял достаточно крови и сознание окончательно покинуло его тело.