Смех продлевает жизнь?

Взрыв был даже мощнее, чем я думал. Настолько, что здание начало обваливаться, похоронив под завалами всех клоунов, не успевших сбежать или не погибших во время детонации. Хорошо. Остался только он.

***

Позже. Рыбный Завод в Бэрроуз. – И тогда он приходит, а коллегия показывает ему табличку с надписью: «Вы изгнаны из общества мимов», а юный мим им и отвечает: - Я что-то не то сказал? ПХАХАХАХХАХАХА – залился смехом клоун в фиолетовом костюме. – Поняли?! НЕ ТО СКАЗАЛ! ПАХАХХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХ, – истерично продолжил хохотать самый известный клоун-маньяк из существующих. – Да, очень смешно, босс, – ответил бугай в клоунской маске, искусственно посмеиваясь. Десяток шестёрок поддержали коллегу фальшивыми смешками. Хотя, возможно кому-то из них и правда было смешно. – Ох, да, Флокко, ныне молодёжь не ценит хорошую комедию и остаётся надееться, только на истинных знатоков, – утёр фальшивую слезу клоун. – Вот, например, возьмём мою девочку, Харлз, – бледнокожий маньяк воодушевлённо вскочил со стула, – устроить такой сюрприз на мой день рождения! Только представь, Флокки, – Джей приобнял подручного за плечо. – Я еду в шикарном белом лимузине, в своём прекрасном дорогом фраке цвета слоновой кости, за который расплатился с модельером щедрыми двумя девяти миллиметровыми прямо в череп, и что я вижу по приезде? Шлюшку-Мышку! Чуть ли не ленточкой обмотана, вся влажная, в сперме моих парней, сразу видно, Харли разогрелась, а уж когда мы узнали, что под маской мисс пай-дочка комиссара Джимбо! – Джокер издал некий вздох ностальгии. – Тогда-то всё закрутилось, доминошки начали падать одна за другой, и оглянись сейчас, Фликки! – маньяк расставил руки в стороны. – Мы хозяева жизни! Стоило лишь знатно повеселиться с Бэтсосочкой на протяжении нескольких недель и ВСЁ! – Принц Преступности выхватил из-за пазухи револьвер и сделал выстрел в воздух. – Готэм в огне! – БАМ. – Я король города! – БАМ. – Копы разбиты, повсюду анархия! – БАМ. – Семейка Крылатых Грызунов забилась в норы! – БАМ. – Старина Горди выпустил себе пулю в башку! – БАМ. – Я сделал пяток выстрелов но на них никто не среагирует! – БАМ. – А ещё он! – опустевший барабан издал хлёсткий щелчок. – Он…. ушёл…. – Буйство нрава сменилось печалью опустившейся головы. – Эм… да босс! Вы победили! Изгнали мышь из города! – принялся радостно комментировать Флокко, не понимая, чего это босс вдруг загрустил. – Победил? – тихо переспросил Джокер. – ПОБЕДИЛ?!?! – яростно прохрипел улыбающийся психопат, приближаясь к подручному, и крепкой хваткой вцепился в его горло. – У меня больше нет цели! НЕТ МОЕГО АНТИПОДА! МЕНЯ НИКТО НЕ МОЖЕТ ОСТАНОВИТЬ! Это победа?!?!?!? – Джокер продолжил трясти будто впавшего в ступор бандита. – ОН не придёт меня останавливать! ТОГДА КАКОЙ СМЫСЛ ВО ВСЁМ ЭТОМ?!!??! Нынешний хозяин Готэма выхватил из кармана нож и нанёс удар в шею своей шестёрки. – КАКОЙ ТОГДА СМЫСЛ?!?! Он продолжил их наносить. Удар. Удар. Ещё удар. Мощный поток крови давно залил пурпурный пиджак. Однако, казнь была остановлена лишь внезапно залившем окружающее пространство плотным дымом.       И это обстоятельство заставило зрачки неоново-зелёных глаз клоуна предвкушающе расшириться. – Что за запах? – маньяк глубоко втянул ноздрями воздух. – Так бьёт по лёгким! Явный привкус частиц свинца! – Все, сгруппироваться! – скомандовал один из бандитов. – По позициям! – вторил другой. – Нотки тяжести… – цокнул языком Джокер, продолжая свой монолог. – Кажется, я заметил дв…. ААААА!!!! – Колин?!? – Огонь! Огонь! Огонь! Пространство склада озарили вспышки выстрелов и оглушающий шквал пуль. – Кто-нибудь видел, что это нахрен было?!? – крикнул бандит. – Мне кажется мы расстреляли Колина! – В жопу Колина! Где против….АРГХ! – Гэвин? ГЭВИН!!!! Вновь раздался рокот разряжаемых магазинов. А Шут Анархии лишь заворожено наблюдал за всем происходящим. Это было будто в замедленной съёмке. Его подручные исчезали в дыму, словно трава, рассекаемая серпом. Может, стоит написать хокку? – Нет! НЕТ! – заверещал очередной клоун. – Он схватил меня! ОН СХВАТИЛ! Да. Схватил. Утащил в темноту. Улыбка на лице Клоуна Принца Преступного Мира растянулась. – Я не вижу ушей, – шаг, и вооружённый бандит повис под потолком на верёвке в трёх метрах, – не слышу взмахов тяжёлого плаща, – шаг, и черепа нескольких преступников с тяжёлым стуком ударились друг об друга, – но это ведь ты, правда? – Джокер радостно оскалился, последний из его людей выбыл, когда лицо бандита в клоунской маске повстречалось с бетонным полом. – Это ты, Бэтси? – нараспев произнёс клоун, вступив в лужу крови. – И, судя по всему, – маньяк недоумённо наклонил голову к плечу, рассматривая Приги, на животе которого было несколько колотых ран, – я заставил тебя потерять контроль? – Не его, – ответил Джокеру стальной голос. – Меня.       Когда дым рассеялся под тусклым светом, всё моргающих ламп предстал, словно артист под светом цирковых софитов, Найтвинг, а с лезвий его дубинок капала кровь. Как только шут увидел героя Бладхэйвена, его улыбка потускнела и он устало вздохнул. – А, так это ты, короткие шортики, – клоун выдохнул. – Хорошее представление, дверь вон там, – маньяк отвернулся, топая к своему «трону» в центре помещения. – Харли мертва, – между делом бросил Дик, стряхивая со своего оружия кровь. – Хорошая шутка, – не заинтересованно добавил Джокер. – Хотя, судя по моим ребяткам, может ты и правда её убил. – Знал, что ты это проигнорируешь, – стальным голосом продолжил мститель. – Она страдала, но, нам обоим на это плевать, – Грейсон втянул выдвижные лезвия и вернул оружие в пазы. – А вот, что тебя заинтересует, – первый Робин направился к зеленоволосому клоуну. – Я пришёл убить тебя. – Вторая хорошая шутка, – поаплодировал Джокер. – Да брось, Дик, несмотря на всю ненависть, даже Джейсон не пришёл сюда после того, что я сделал. А теперь? После Барбары. И подавно, – клоун развалился на своём троне. – Значит, не скрываешь? – протянул Ричард, намекая на секреты своей семьи. – Умоляю, – маньяк закатил глаза. – Я знал тайны вашей семейки ещё с того раза, как проник в вашу уютную пятизвёздочную пещеру. – Тогда она мне больше не нужна, – Грейсон снял маску и бросил её на пол. Шут никак не отреагировал на то, что герой перестал скрывать лицо. – Что, никакого комментария? Остроты? Шутки? Джокер лишь молчал. – Теперь я понял, – меланхолично улыбнулся Дик. – Тебе не хватает его. Клоун дёрнулся как от пощёчины. – Да, знал бы Брюс, что для того, чтобы тебя остановить, нужно было всего лишь не надевать плащ, – Ричард улыбнулся. – Если подумать… это правда забавно. – Не зарывайся, щенок, – холодно осадил Найтвинга Джокер. – Или мне в подробностях описать, что мы неделями делали с твоей маленькой мышкой? – оскалился маньяк. Триггер был выбран удачно.       Дик в одно движение бросил из-за пояса найтсюрикены, приколовшие пиджак психопата к стулу, а затем сократил разделявшее их расстояние, крестом приставив к шее клоуна дубинки с выпущенными лезвиями. – Оу, задел за живое? – продолжил лыбиться Джокер. – Ещё одно слово о ней и ты сдохнешь, – припечатал мститель. – ПХАХАХАХХАХАХА! – расхохотался шут, вытягивая шею. – Как ты быстро переобуваешься, короткие шортики! Появился весь такой пафосный, «Тёмный Ангел, павший к грешникам», сразу заявил, что убьёшь, а теперь пошёл на попятную? – Просто растягиваю удовольствие, – Дик вернул дубинки в позы и сильным ударом ноги оттолкнул клоуна, заставив стул упасть. – Ау, – протянул Джокер. Приближаясь, Найтвинг достал моток верёвки. – А я думал, что из вас героев связывание предпочитает Чудо Женщина. Дик проигнорировал клоуна и, с холодной методичностью, полностью его обездвижил. Он помнил про любой грязный трюк, про все его навыки, про то что этот вырвиглазный костюм по набору хитроумных игрушек ничем не уступает их практичной униформе. Помнил. Был готов среагировать в любую секунду. Чётко, с расстановкой. Грамотно. – И что теперь? Будем играть в слова? – принялся раскачиваться на стуле, по мере возможного, клоун. Некоторое время Найтвинг молчал. А затем нанёс удар. Чёлюсть основательно щёлкнула. Джокер потерял зуб. Скорее всего, первый за этот вечер. – Ого, – бледный самопровозглашённый повелитель озорства сплюнул основательный ком из крови и слюны. – А ты и правда бьёшь как большой папочка. Возможно, ты действительно повзрослел, короткие шортики, – маньяк взмахнул зелёными волосами. – Но, если верить слухам о том, что ты спал с рыжей мышкой, то это и не удиви… – Я передумал, – грубо прервал своего пленника Грейсон. – Расскажи мне всё. В подробностях. – Хммм… – Джокер скорчил гримасу. – И зачем мне это? Ночной Смотритель Бладхейвена сжал кулак, и нанёс ещё один удар в торс. Стул чуть сдвинулся. – Или я выбью из тебя правду. Экзекуция продолжилась. Прошло несколько часов. – Какие приятные воспоминания, – посмеялся клоун. – Когда-то я также провёл весёлую ночь с малышом Джейсоном. – Только разница в том, что я не опустился до того, чтобы избивать ребёнка монтировкой, – парировал Грейсон. – Хотя тебя вполне можно воспринять большим одержимым и беспомощным ребёнком. Зубов у Короля Озорства стало меньше. – Как думаешь, сколько времени пройдёт, прежде чем мои люди решат проверить этот завод? – Достаточно, – ответил Ричард, загоняя очередную иглу под ногти психопата. Чем вызвал приглушённое шипение шута. Первая явная реакция за много часов. – Я знаю, что ты не чувствуешь боль так, как другие люди. В моих глазах, прямо говоря, ты вообще не человек. Но я заставлю тебя почувствовать боль. Как и всех остальных. – Малыш…. БОЛЬ ЭТО МОЙ НАРКОТИК! – расхохотался маньяк. – Нет, – сосредоточенно покачал головой Дик. – Ты хочешь, чтобы все в это верили. В то что ты некая бессмертная сущность. Но знаешь правду? – Ричард прищурился. – На самом деле ты ничем не отличаешься от других. У тебя тоже есть предел. И я его найду. – О, так мы заговорили о пределах? – шут мрачно растянул губы в оскале. – Хочешь правды, да, Птенчик? Ладно, – клоун размял шею. – Нащупаем твои пределы. Полившийся рассказ из уст Джокера был подобен отравленной воде с блевотными запахами гнили и падали. Сначала история не отличалась ничем, чего бы Дик уже не слышал от десятков вовлечённых шестёрок или крох информации, полученной от Квин. Ничего, что могло бы проникнуть в разум. Но затем пошли детали. Пробирающиеся, подобно заострённым крюкам впивающимся в плоть, подробности. Зверства, известные лишь ему. – Знаешь, думаю ей даже нравилось, – продолжил с улыбкой Джей. – Ну, момент с игрушками точно. Мститель подошёл и опрокинул стул. Найтвинг схватил левую ногу клоуна и, ударив колено со всей силы, выгнул конечность в противоположную сторону. – АААААААААААААПХАХАХАХАХАХАХ – заорал Джокер, но затем, его вой медленно превратился в истерический смех. – Что ты говорил? – холодно задал вопрос Ричард. – И-и-игрушки, – на глазах клоуна выступили слёзы. – Это доставляло ей явно больше удовольствия, чем бита в заднице. Лезвие разрезало верёвку с левой стороны. Аналогичную судьбу ноги разделила правая рука. И несколько мощных ударов в челюсть заставила далеко не забавного шута потерять ещё несколько зубов. – Что ты там говорил? – сжимал и разжимал окровавленный кулак Грейсон. – У, пхах, у, ха-ха, у теб-тебя совсем, пха, нет чу-чувства юмора, короткие шортики, – отплёвывался от крови клоун. – До всего этого я был самым смешным, в Бэт семье, веришь? – мрачно усмехнулся Дик, поставив ступню на деревяшку трона Короля Преступного Мира. – Так о чём мы? Ах да, вторая рука, – Ричард крепко стиснул конечность, которую Джокер пытался отдёрнуть в сторону. – Что ты там говорил? – Точно-точно, – маньяк поднял глаза с узившимися зрачками, в которых полыхала ненависть. – Частенько компанию нам с Харлз составляли мальчики. Экзекуция продолжилась. Удар за ударом. Подробность за подробностью. Сломанная кость за сломанной костью. Очередной психологический шрам, за очередным психологическим шрамом. И никто не собирался уступать в этом больном противостоянии. – А после мы привязали девочку её бэт-ремнём к сигналу и оставили на крыше Полицейского Департамента, с метками на этих бархатных бёдрах, оповещающих о количестве раз, когда я или мои парни накачивали её, теперь не такую уж и узенькую пиздёнку, нашим сливочным кремом, – тихо похихикал Джокер, стараясь не тревожить сломанные рёбра. – Вот и сказочке конец, а кто слушал, большой Готэмский геройский молодец. – Значит, твоя история закончилось, – Дик грубо схватил уже вдоволь искалеченного клоуна за пиджак. – Но вот я наблюдаю ещё достаточное для меня количество целых костей. Найтвинг с силой сжал опухшее, нехарактерно, в диапазоне этой обычно бледной кожи, посиневшее запястье. – ААААААААААААА, ПХААХ, – закричал Джокер и, совсем нехарактерно, будто через силу, засмеялся под конец. – А я ведь всё же сломал тебя.       Ричард отпустил руку и, грубо схватив копну потных зелёных волос, заставил шута посмотреть ему в глаза. – Знаешь где все остальные из семьи? – стальным, почти безэмоциональным тоном, задал вопрос Найтвинг. – Альфред уехал в Англию, не смог больше мириться с произошедшим ужасом. Джейсон в Сингапуре, в беспрерывном запое. Кэс скорбит, вернулась в Нанда-Парбат к матери. Тим и Стеф уехали, решили оставить плащи, навсегда распрощаться с этой жизнью. Дэм… Робину очень тяжело, он не выходит на связь. Но тебя ведь интересует, что с ним, верно? Впервые, за все эти часы, Дик заметил, что в глазах Джокера будто что-то сверкнуло. Если бы Найтвинг верил, что маньяк способен испытывать нечто подобное, то Грейсон поставил бы руку на то, что это был проблеск некой надежды. И тогда. Именно в тот момент, Ричард понял, что победил в этом противостоянии. – Это сломало Бэтмена, – заговорил Найтвинг, отпуская голову психопата. – Он подвёл свою первую ученицу, первую напарницу после меня. Опять. Дочь своего ближайшего друга. Он проиграл. И я сказал всё это ему во время нашей встречи. Прямо в лицо. Оскал на лице Джокера продолжил расти. – Он опустил руки, не смог продолжать борьбу, ушёл. Несколько месяцев я думал, что он готовится, собирает силы, возможно, ищет союзников, но знаешь, что я узнал несколько недель назад? Бэтмен преспокойно отдыхает на Арубе вместе с Талией аль Гул. Улыбка на лице шута стала источаться – Ч-что? – неверяще задал вопрос Джокер, подняв глаза на Дика. – Да, возможно, это именно то, что ему давно требовалось, возможно, потери Бэбс, того, что было с ней сотворено, не хватало для того, чтобы Бэтмен больше не смог выносить весь ужас Готэма? – Найтвинг пожал плечами. – Поздравляю, ты по-настоящему сломал его. Убил Бэтмена. Что в такой момент испытал бы любой враг Тёмного Рыцаря? Ликование? Триумф? Клоун Принц Преступного Мира начал впадать в нечто напоминающее исступление. – Н-нет-НЕТ!!! – через зубы, или их остатки, рычал Джокер. – Ты лжёшь! – С чего ты взял? – прищурился Дик. – После всего сотворённого, он просто сдался. – НЕТ ОН НЕ МОГ! – бился в своих путах клоун. – ПОДОБНАЯ ЕРУНДА СЛОМАЛА БЫ ЛЮБОГО ИЗ ВАС, КУЧКИ СЛАБОКОВ!!! НО НЕ ЕГО! ОН НЕСОКРУШИМЫЙ!!!! После выкриков клоуна Найтвинг засмеялся. Грейсон хохотал так как никогда в жизни. Почти истерика. Почти. – Вот оно, – брюнет смеялся и вытирал выступившие на щеках дорожки слёз. – Какой же ты убогий! – Заткнись! – крикнул с яростью Джокер. – Нет, ты будешь слушать! – Дик сжал ладони на тонкой шее клоуна. – Ты будешь слушать то, что Бэтмен отдыхает на островах с матерью своего ребёнка которая, между прочим, международная террористка, – Грейсон продолжил усиливать хватку. – Да, именно, он предпочёл её тебе, прокручивай эту мысль. До тех пор, пока я не отрежу твою голову и не сожгу твой обоссаный труп, ДУМАЙ! Думай о том, что тот, кого ты любил больше всего в жизни, спокойно попивает коктейли, и проводит ночи не бегая за тобой по залитым дождём крышам, а парит в сладкой неге объятий прекрасной женщины, – искры жизни в глазах-угольках стали гаснуть. – Пока кислород покидает твой больной мозг, осознай, что это не закончилось в величайшей битве между вами, – Найтвинг продолжил холодным, смертельно серьёзным тоном. – Ты никогда не был для него особенным. Всегда, каждый раз, он просто позволял тебе предаваться этим больным фантазиям. Ибо просто испытывал жалость к такому ничтожеству. Ты пустое место, Джокер. И, знай, город восстановится, Готэм это переживёт. А ты.... ты просто исчезнешь. Обратишься в прах. И именно я об этом позабочусь.       В конце концов, когда раздался щелчок сломанной из-за усилившегося давления шеи, Дик увидел лишь одно: одинокую слезу, которая вытекла из лопнувшего глаза грустного клоуна. Выдохнув, Найтвинг выпрямился, запрокинув голову и зажмурился, понимая, что всё закончилось.

***

Со страниц белого журнала. Не верится, что прошло несколько недель. Потеряв своего лидера, увидев его повешенный труп на всех экранах, клоуны растеряли организованность. Во многом благодаря действиям Буллока и Монтойи. Они хорошие копы. Другие не пережили бы этот кошмар. Станут прекрасными приемниками комиссара Гордона. До сих пор не верится, что солгать олицетворению лицемерия было так просто. Осознание того, что его чёрное сердце перестало биться, когда всё же именно я сумел пробраться в его голову и заставил перед смертью крутить эту мысль снова и снова, делает меня счастливым. Альфред был прав, его советы всегда самые лучшие. Я сделал это, любимая, я отомстил за тебя. Но Найтвинг больше не может существовать. Но я и не планирую цепляться за образ своей синей птицы надежды. Не теперь. Надежды больше нет. Не для меня. Но другим она нужна. Семье. Людям. Полиции. Готэму нужна надежда. А тот, кто способен ему её дать, не готов вернуться сам. Им нужен символ. Им нужен Бэтмен. Что же….. разве не для этого Брюс меня готовил с самого детства? Конец записи.