1985.

Билли

      Я стоял как вкопанный по середине гаража, вслушиваясь в отдаляющиеся шаги, не решаясь догонять её. Какого чёрта она вообще имеет право мне предъявлять, за то, что я не собираюсь выполнять какой-то дурацкий доклад? Какого чёрта мы ссоримся из-за доклада? Из-за грёбаного листочка с набором букв и предложений. Да я потихоньку схожу с ума — я поссорился с девушкой, которая мне отказала в банальном поцелуе, при том, что мы даже не успели узнать друг друга лучше.        — «Мы же теперь хорошие знакомые, Билли!» — передразнивал я её манеру речи. — «Да, ты спас меня, Билли, но я тебя даже не поцелую! Да, Билли, я скажу что ты хороший, а потом скажу, что мудак!»       Я яростно хлопнул крышкой капота. Да, может я и мудак, но! Я сделал для неё больше, чем для всех девушек, с которыми я был. Раскрыл для неё всю свою романтическую натуру, а в итоге получил «Иди к чёрту, Билли». Оказывается, чтобы ссорится с девушкой, не обязательно с ней спать и даже целоваться. Все мои бывшие предъявляли мне за реально серьёзные вещи, но женские, по типу: «Билли, ты не звонил мне целую неделю». В данном случае, если бы я не звонил неделю, меня бы убили, при том, что наше «общение» началось четыре дня назад.        Я облокотился на машину, закуривая и хмурясь, понимая, что мириться придётся. И первый шаг придётся делать мне. Если моё вспыльчивое состояние уже к вечеру поубавиться, то у неё только ярче вспыхнет. Чем дольше буду тянуть, тем агрессивнее она станет по отношению ко мне. Конечно, был ряд причин для примирения с моей стороны, и это не только из-за грёбаного доклада. Все мои силы, вложенные в такой короткий срок в неё, не должны пропасть даром. Это своеобразная игра, из которой я не мог не выйти победителем. Я уже сам не понимал, что происходит. Надеясь держать ситуацию под контролем, упустил самые важные моменты. Если она так легко затеяла ссору на пустом месте, значит была причина. Либо она уже себе что-то нафантазировала, как обычно это делают все люди перед свиданием, либо же я её просто достал. Правдоподобно звучали оба варианта. Я прикрыл глаза рукой, понимая, что всё оставшееся время до встречи проведу в догадках. 

***

      На следующее пасмурное ранее утро я уже парковался рядом со знакомым небольшим домиком с покатой тёмной крышей. Город толком не проснулся, редкие пешеходы ползли кто-куда. Я обожал такую погоду: серые тучи обволакивали всё небо, не давая утреннему солнцу толком прогреть землю. Чувство умиротворенности прямо витало в воздухе, в тумане, где время будто бы застыло. Земля только просыпалась от ночного лёгкого дождика. Даже привычно громкую музыку слушать не хотелось, а просто наслаждаться тишиной и пейзажами, уже давно приевшимися, но любимыми в такую погоду.        Я заглушил мотор и повернулся к окну, рассматривая крыльцо её дома и знакомый навес для велосипеда рядом. Взглянул на часы, проверяя время — семь утра, а велосипеда нет.        — Чёрт, куда можно свалить в такую рань? — хрипло сказал я, медленно вылезая из машины. Нагретый салон автомобиля сменился на промозглый холодный ветер, заставляя меня сильнее кутаться в кожаную куртку. Я захлопнул дверцу, оборачиваясь по сторонам. Ни души.        Через минуту я стоял на крыльце дома, с сомнением топчась на месте и засунув руки в карманы. Задумчиво уставившись на дверной звонок, вслушивался в звуки вокруг, пытаясь определить, есть ли кто дома. Надумав всё, что можно, я решительно потянулся пальцем к звонку, предварительно ещё несколько раз обернувшись. За дверью послышалось копошение и я быстро натянул на себя свою коронную лучезарную улыбку. После скрипа засова, на меня выглянула женщина лет сорока, с большими грустными глазами и кудрявыми взъерошенными тёмными волосами.        — Здравствуйте. — вымолвил я.       — Здравствуй. Если что, подписки на газеты мы не покупаем. — зевнув, буднично ответила она. Улыбка тут же сползла с моего лица. Я удивлённо вскинул брови, не понимая, как можно спутать меня с почтальоном.        — Я не почтальон.        — А кто? — женщина хмуро уставилась на меня, шире открывая дверь и кутаясь в плед.        — Я к Дженнис, — я запустил руку в волосы. — мы должны заниматься докладом и я хотел бы с ней это обсудить.        — Как тебя зовут? — она открыла дверь, пропуская меня внутрь.        — Билли.        С порога я тут же попал в небольшую, тускло освященную прихожую. Я застыл на месте — на выцветших розовых обоях висело несметное количество картин, по большей части пейзажи. Тут были и зелёные луга, залитые солнечным светом, и морские пейзажи с тонущими кораблями, и горные озёра, освящённые диском полумесяца. Все изображения были аккуратно оформлены в простенькие рамочки, и, видно с любовью, грамотно развешены по всей площади коридора.        Немного растерявшись от такой «выставки», я замер на месте, разглядывая картины. Женщина, закрывая дверь, обернулась на меня.        — Нравится? — спросила она.        — Да. Это вы нарисовали? — я прошёл вдоль стены, всматриваясь во все изображения. Мой взгляд резко замер на одной картине. С полотна на меня смотрели два знакомых шоколадных глаза. Это была Дженнис, я узнал её. Маленькая девочка лет восьми сидела полу-боком в каком-то кресле, скучающе подпирая пухлую розовую щечку рукой.        — Некоторые из картин мои, но большинство покойного мужа. — женщина остановилась рядом и проследив за моим взглядом,добавила. — Эту картину написал отец Дженнис десять лет назад.        — Это ведь она? — я повернулся к женщине.        — Да, это моя любимая. — она аккуратно сняла полотно со стены, любовно протирая краем пледа рамку. — Не хочешь чаю?        Я кивнул и мы прошли на кухню. По пути я успел бегло рассмотреть гостиную и лестницу но второй этаж. Не смотря на то, что на улице было достаточно светло, шторы везде были задернуты, отчего казалось, будто       сейчас вечер. Одна тусклая настольная лампа освещала кухню, но я смог разглядеть все детали. Особенно меня привлёк большой чайный сервис в окружении множества баночек всевозможных размеров. В нос тут же ударил смешанный запах трав и приправ. Я присел на краешек деревянного стула, наблюдая, как женщина неторопливо перемещается по кухне.        — Какой чай предпочитаешь?        — Заварите на своё усмотрение. — я снял куртку, положив на стул рядом.        Женщина, чуть покопошившись, обернулась ко мне, поставив на стол две чашки ароматного чая и тарелку с конфетами. Я поднес кружку к лицу, вдыхая тёплый пар. Пахло приятно, но я не мог даже догадаться, что это за травы, как ни старался.        — Это лаванда и мята. — ответила на мой немой вопрос женщина, присаживаясь рядом.        Я благодарно кивнул, с осторожностью отпивая. Душистый чай, да ещё с таким новым вкусом, согрел меня за пару секунд. Чашечка была крошечная, поэтому я решил не выпивать всё залпом, смакуя каждый глоток.        Так странно, ведь несколько минут назад я стоял на сырой улице, а здесь было так тепло и по-домашнему, будто я в сказке. В той самой сказке, где добрая бабушка наливает тебе чай в стареньком домике. Не ожидал сам от себя, что буду чаёвничать с её мамой. Я лишь надеялся узнать, дома ли Джен, а в итоге как зачарованный, сижу пью чай, таращась во все стороны. Уходить не хотелось, я согрелся полностью, расслабляясь, откинувшись на спинку стула.        — Ты одноклассник Дженнис? — женщина шумно отпила, обхватив чашку двумя руками и ещё сильнее кутаясь в плед.        — Да, нам часто задают делать доклады вместе. Вот я и подумал, что было бы неплохо зайти к ней сегодня по этому поводу, да и подкинуть до школы. Она ведь дома? — с нескрываемой надеждой в голосе спросил я. Говорить, что все предыдущие проекты Джен делала одна, я не стал. Не хотелось падать в грязь лицом прямо в первое знакомство с её матерью. Да и женщина выглядела очень уставшей, расстраивать её я почему-то не горел желанием.        — Она уже ушла, буквально за пару минут до твоего прихода.        Я раздраженно вздохнул, прикусывая губу. Опоздал. Сегодня и так пришлось вставать раньше, чему я был не особо то и рад. Так вдобавок ещё и опоздал. Как единственный плюс, хотя бы удалось познакомится с её мамой. Милая женщина, смотря на неё, я невольно вспоминал свою мать. Моменты обрывками тихонько прокрадывались в мою голову снова, заставляя цепенеть и сильнее сжимать кружку в руках, как бы сильно я не пытался их отгонять. Ностальгировать не хотелось, по крайней мере не сейчас и не здесь.        — Спасибо, я наверное пойду. — я допил остатки чая, опрокидывая по привычке чашку, как когда пью виски. Женщина грустно улыбнулась и проводила меня до крыльца, попутно зевая.        — Билли, заходи вечером если что, часов в восемь. Я приготовлю что-нибудь. Что ты любишь? — спросила она, прислоняясь к дверному проему плечом.        — Да не надо, спасибо. — я смущенно отвёл взгляд, надевая куртку.        — Ну как же не надо, такое событие — Дженнис нашла парня, да ещё такого милого! Посидим втроём, поговорим. Я покажу тебе остальные картины из нашей домашней коллекции.        Я выпучил глаза на женщину, чуть не подавившись собственной слюной. К таким заявлениям жизнь меня не готовила, но я решил не отвечать ничего на это. В первую очередь, нужно узнать у самой Джен, как она к этому относится, и почему её мама считает, что мы пара.        — Хорошо, мы обсудим это с Джен. — я улыбнулся и кивнув головой на прощанье, спустился по ступенькам.        — Кстати, она сейчас в городской библиотеке, раз уж ты её ищешь! — крикнула мне в след женщина, закрывая дверь.        Это то, что нужно. Я прошёл к машине, хлюпая ботинками по лужам и разблокировав, сел внутрь. Двигатель приятно замурчал и я рванул в сторону городской библиотеки Хоукинса.        Библиотека нашего города представляла собой трёхэтажное здание из красного кирпича с болотно-зелёной покатой крышей. Больше она походила на особняк кого-то из мэрии. Кто знает, может когда-то давно это и был жилой дом. Внутри она ничем не отличалась от других библиотек, хотя я редко в них бывал, точнее никогда. Книги, это последнее, что меня могло интересовать. Я не мог даже осилить тоненький автолюбительский журнал, что уж говорить о Шекспире и других писателях.        Я зашёл внутрь, бесшумно открыв дверь. Уловил едва различимый запах старых книг и плесени, морщась. Я огляделся, рассматривая убранство большого зала, шагая к стойке регистрации книг, за которой сидела неприметная женщина в очках лет тридцати. Тяжело вздохнув, я облокотился руками на стойку, пытаясь подобрать нужные слова. Говорить, что я ищу книгу или учебник, было бессмысленно. Поэтому я решил сразу зайти с главного:       — Я ищу девушку: мелкая, — я показал ладонью примерную линию её роста. — с кудрявыми тёмными волосами и с глазами такими большими коричневыми.        — Молодой человек, — женщина посмотрела на меня поверх очков. — у нас тут библиотека, а не место для поиска пары.        — Нет, я имею в виду, она приходила сюда?        — Я не помню. В любом случае, если вы пришли искать здесь не книги, а девушку, выход прямо за вами. — невозмутимо ответила библиотекарша.        Я кивнул, и всё таки решил направиться внутрь здания, дабы удостоверится, что я не болван, который лишний раз не проверил. Было необычайно тихо, я слышал только треск ламп над головой и свои шаги, эхом отдающиеся между огромными книжными стеллажами. Яркий, ни с чем не сравнимый аромат, ударил мне в нос, смешавшись с привкусом чая и библиотечными запахами. Я, буквально как сторожевой пёс, шёл по этому приторно-сладкому шлейфу, заглядывая в каждый проём между полками. С каждым моим шагом аромат усиливался, пока я не заметил знакомую макушку за следующим, почти последним, стеллажом. Она с хмурым лицом бегала глазами по какой-то потрёпанной книге в тонком переплёте, не замечая ничего вокруг. Я улыбнулся, толкая язык за щеку.        — Тебе помочь? — сказал я, вставая в проёме и скрещивая руки на груди. Дженнис вздрогнула, оборачиваясь на меня. О, я узнаю этот взгляд. Убийственный взгляд обиженной девушки. Я мысленно приготовился к тому, что сейчас меня будут материть и как итог, нас вместе выкинут из библиотеки. Но, к моему удивлению, она, не сказав ни слова и натянув маску безразличия, картинно захлопнула книгу и обошла меня. Всё, о чем я думал в этот момент, все мелочи, окружающие меня, забылись разом, а сердце пропустило один удар, прежде чем замереть от волнения.       Я вздохнул, следуя за ней в читательскую комнату, или как она там называется. Пытался просверлить взглядом ей дыру в спине, я был уверен, что она чувствует мой тяжелый серьёзный взгляд на себе. Но она ничего не говорила и делала вид, что меня здесь нет, будто я для неё пустое место. И наверное, она была права. Я заслужил, но лучше бы она треснула меня по голове книгой, чем обделяла вниманием к моей персоне.       Она подошла к столику, заваленному книгами, и аккуратно положила новую к своим собратьям. Я удивлённо вскинул бровь, не понимая, как можно просмотреть столько учебников за такой короткий срок.        — Ты это всё прочитала? — я плюхнулся прямо на стол, хватая первую попавшуюся книгу и вертя её в руках. Дженнис, не глядя на меня, открыла свой старенький школьный рюкзачок, запихнув пару книг внутрь, и направилась к выходу. Я тут же, не думая, подорвался с места и преградил ей рукой все пути к отступлению, вставая в проёме, прислонившись плечом к дверному косяку. Если она выйдет отсюда, то только через мой труп.       — Ты же понимаешь, что я тебя не выпущу? — сказал я, смотря на неё сверху вниз. Опять молчание. Она просто уставилась на мою руку, не моргая и сверля её взглядом. Я уже был готов начать истерить и лезть на стенку, лишь бы она сказала хоть что-то.        — Я пришёл извинится! Хватит делать вид, что я пустое место!        Не дослушав мою тираду, девушка ловко поднырнула под моей рукой. Я в последний момент успел схватить лямку её портфеля. От неожиданности Дженнис отпустила его и обернувшись, исподлобья уставилась на меня. Я видел, как она сжимает свои маленькие кулачки, испепеляя меня одним лишь взглядом шоколадных глаз.        — Ты поедешь со мной, если хочешь, чтобы я вернул тебе его. — сказал я, легонько потрясая рюкзаком в руках и не дожидаясь ответа, направился к выходу. Она тяжело вздохнула и последовала за мной. Я слышал, как она тяжело сопит от раздражения, метая молнии мне в затылок.       Я вышел на улицу, толкая дверь и придерживая перед ней. Не смотря на то, что погода оставалась пасмурной, воздух заметно потеплел. Я шумно вдохнул и обернулся на Дженнис. Сегодня она оделась тепло: под тёмной джинсовой коротенькой курткой виднелась чёрная водолазка — я был спокоен. Да, с некоторых пор я стал более внимательнее и заботливее. Мы спустились по ступенькам и я вежливо открыл дверцу пассажирского сиденья перед ней, как истинный джентельмен, пытающийся загладить свою вину. Подождав, пока она усядется, я плюхнулся на сиденье следом.        До школы мы домчались быстро и молча, изредка кидая друг на друга многозначительные взгляды. Всю поездку её портфель находился у меня на коленях — отдам его, и кто знает, может она выпрыгнет из машины, не желая больше и секунды проводить со мной. Времени до уроков было ещё полно, и я припарковался на школьной стоянке. Дженнис хотела было выйти, но я заблокировал двери, поворачиваясь к ней.        — А теперь ты выслушаешь меня. — начал я самым искренним голосом, пытаясь подобрать подходящие слова. — Я мудак, я знаю. Вчера было некрасиво с моей стороны так отвечать. Я готов помочь тебе с докладом, только скажи, что нужно делать.        Девушка посмотрела на меня удивленным взглядом. Да я и сам, если честно, был в шоке — таскаюсь как сопливый пятиклассник за девчонкой, портфели ей ношу и извиняюсь. Слишком много противоречий. В моей голове уже какой день висел необдуманный вопрос «Что ты делаешь, Билли?» Я и сам не знал, что я делаю и почему. Просто не знал. Интуитивно позволял себе думать о ней перед сном и просыпаться с ней утром, представляя, чем она занимается в данный момент. Что она ест, какую музыку она любит, какие парни её раздражают, а какие наоборот, привлекают? Я просто жил с этими мыслями, терзаясь этими вопросами уже какой день.       Повисла долгая минута молчания. Я отвернулся к окну, разглядывая фасад школьного здания. Моему терпению приходил конец, но я ждал. Я был готов уже к чему угодно. К любому ответу.       — Если серьезно хочешь помочь, после школы приходи в библиотеку. — спокойно ответила Дженнис, забирая из моих рук портфель. — Выпусти меня, Билли.       Была бы возможность, я бы никогда не отпускал её. Но лишь заслышав своё имя, я тут же отдал ей портфель. Она вышла, негромко хлопая дверью, и я зачаровано наблюдал, как она медленно уходит. Даже не оборачивается. А я сижу один, утопая в благоуханиях её духов, секрет которых я так и не смог открыть.