Во всем виновата мать.

В своей темной комнате сидел синеволосый парень. Заткнув уши наушниками, он просто что то смотрел в телефоне. И этого парня звали Скарамучча. Ему всего 16 лет, и он живёт в съёмной квартире с жестокой матерью — Райден Сёгун. Она всегда только унижала и издевалась над собственным сыном. Считала что он ни на что не способен, и даже не сможет сдать предстоящие экзамены в следующем году. А Скарамучче было плевать на мать. Но он был с ней согласен в одном — в следующем году он экзамены не сдаст. Он хочет в ближайшее время покончить со своей никчемной жизнью. Он все равно не знает чего хочет. А за несколько десятков километров от Скарамуччи, живёт прекрасный парень Кадзуха. Но они ничего о друг друге не знают. Кадзуха простой и приятный парень. У него светлые, почти белые волосы с одной красной прядкой. И в его жизни все было почти хорошо. Но так казалось лишь на первый взгляд. В самом деле парень, которому всего 16 лет, уже жил один. И живёт так с 14 лет. Его родители трагично умерли ещё когда Кадзуха был совсем ребёнком, а опекающая его тётя так же погибла. Утонула в море, но неизвестно как. Кадзуха был ещё ребёнком, но ему уже приходилось работать. Конечно наследство от тёти и родителей помогало, но было мало. Хватало только на оплату коммуналки и еду. Остальное он зарабатывал сам. Кадзуха пробовал много разных работ, но никакие ему не нравились. И сейчас, когда через год предстоят экзамены, он все ещё не знает чего хочет. Он хочет только умереть. Ну, или найти друга. И именно по этой причине он нашёл бота в телеграмме, Дайвинчик. Сделал свою анкету и искал людей. Но к сожалению попадались только какие то отморозки. Спустя час сидения в этом боте, ему попался первый необычный человек. Его анкета: Скарамучча, 16, Санкт-Петербург — Я скарамучча/скара. Тут вообще по приколу, но если реально норм чел найдётся, то пообщался бы. Из увлечений пинать хуи целый день. Я курю, поделюсь с вами если нужно. Если важно, то я агрессивный чел, так что супер-пупер-няшки-стесняжки валите сразу. Не привлекает никто, так что отношений со мной не ждите. Лучше бы пообщался с пацаном, но девки тоже не против. Короче все. А на аватарке парень, с короткими темно-синими волосами, с фиолетово-синими глазами, и очень привлекательным лицом. Кадзухе впервые понравилась какая то анкета, и спустя пропущенные сотни анкет ему попался он. Нажав на «лайк», он стал ожидать ответа. Но долго ждать не пришлось, и уже через 10 минут ему поступает сообщение от бота: «Есть взаимная симпатия! Начинай общаться!» И ссылка на аккаунт этого парня. Не долго думая он перешёл по ссылке и написал простое «Привет». Через пару минут поступает ответ.

Скарамучча. В сети.

Привет. Судя по анкете ты норм чел, с какого района?

Привет. Я с Приморского, а ты?

Бля, я с Невского. Довольно далеко.

Ничего страшного. Если нужно будет, то я всегда готов приехать.

О, крутяк. Че делаешь вообще сейчас? Как дела там? Ну и т.д. Расскажи хоть чёт о себе, а то от анкеты мало что понятно.

Ну, я увлекаюсь игрой на гитаре, компьютерными играми, стихи пишу. Гуляю часто. Дела нормально, а ты как? Тоже расскажи о себе.

Так и завязалась их переписка. На удивление такие разные люди смогли хорошо поладить. У них нашлись общие темы разговора, и впрочем им оказалось очень интересно общаться. Они переписывались около двух часов, но их прервало одно сообщение.

Скарамучча. В сети.

Блять, мамка пришла. Давай пока, пока что, а то опять будет орать, че я в телефоне сижу.

Ох, хорошо. Удачи тебе там!

Скарамучча. Был в сети недавно.

Как Скарамучча и сказал, Райден только пришла, и уже с порога орала. Всегда её все не устраивало. Сейчас её не устроило что обувь на пороге валяется. Ну-ну, нашла до чего докопаться. Она прошла на кухню, и увидела там грязную посуду, которую она сказала помыть сыну ещё утром. —Ты ахуел? Почему посуда опять не мыта? В который раз. Я прихожу с работы уставшая, попросила тебя ещё утром. А ты, неблагодарная тварь. Даже посуду помыть не можешь! Бездарность! — с кухни орала мать. Скарамучче казалось, что она обычным тоном уже разучилась говорить. Через час с кухни послышался крик: —Скар! Иди есть, пока не остыло. Через 5 минут не придёшь, вывалю тебе еду на голову! — слыша такие угрозы в очередной раз Скаре уже и не верится в это. Но он все равно пришёл. На столе стояли пельмени. Опять. В который раз он убеждается в том, что его мать совсем не умеет готовить. –Мам, почему ты, вроде взрослый человек, а даже готовить не умеешь? Даже я больше умею, чем ты. И это я ещё и беспомощный — с насмешкой сказал Скарамучча. Он уже знал какие будут следующие слова, но все равно ему было смешно с этого. —ТЫ! Да ты хоть знаешь сколько я пахаю на работе, и ты думаешь у меня ещё есть какие то силы готовить? Могла вообще ничего тебе не делать, сидел бы тут голодный. Неблагодарная тварь! — она сильно ударила по столу от ярости, что даже тарелки подпрыгнули. Быстро съев свою порцию, Скара помыл тарелку и снова спрятался в своей комнате. Зайдя в теперь новый чат, он написал.

Кадзуха. Был в сети недавно.

Я на месте. Ты там как? Поел хоть?

Да, спасибо что интересуешься. Я нормально. Кстати, сегодня я впервые попробовал сделать новое блюдо. Вышло хорошо, мне понравилось. А ты уже поел? Что ел?

Нифига, круто. Ты сам себе готовишь? Не завидую я тебе. Я ел пельмени, как обычно. Мамка ниче готовить не умеет. Заебала.

Да, я сам себе готовлю. А почему ты так говоришь про свою мать? У вас какие то личные проблемы?

Типо того. Она типо работает дохуя, а я будто нихуя не делаю, вот и орёт на меня постоянно. Заебала она. Только жизнь портит.

Ох, сочувствую тебе ( У меня нет родителей, я живу совсем один.

Фига, а че так? Завидую вообще.

Да тут завидовать нечему. У меня родители умерли ещё когла я был совсем ребёнком. Потом со мной тётя жила, но в мои 14 лет она тоже умерла, утонула. А жить одному совсем не в кайф. Я очень устаю, слишком много обязательностей. Я с 14 лет уже сам работаю, и это при том что я ещё и учусь. И ещё куча обязательностей. Как бы я хотел жить снова с кем то… ещё и одиноко очень.

Ох, жесть то какая. Реально нечему завидовать. Ну, сочувствую наверное? Не умею поддерживать, сорян.

Да ничего. Я уже давно смирился. Просто тяжело немного, а так уже привык. Ладно, давай не будем о грустном. Расскажи лучше как в школе дела? Какие друзья?

Если ты спрашиваешь что либо о моей жизни, это уже не может быть чем то весёлым. В школе все хуево, кое как на 3 оценки вытягиваю. Ни с кем не дружу. Уебаны какие то в моем классе. Бесят меня. А у тебя?

Ох, это довольно грустно. Прости что задел такую тему. У меня в школе все более менее, в основном 4, но и 3 есть. Из друзей только один парень, Томо, друг детства. И то, он теперь в Москве живёт. Мы почти не общаемся.

Бляяя, жиза какая. Сочувствую тебе. Кстати, раз такое дело, что мы оба типо «одиночки», то го как нибудь гулять сходим? Знаю одно место в центре крутое, мне кажется тебе бы понравилось.

Ооо, круто! Я не против. Потом скинь точный адрес. Они договорились о встрече, и потом ещё вплоть до ночи переписывались. Они даже обсудили некоторые личные темы, не смотря на то что и знакомы от силы несколько часов. Но почему-то, два таких недоверчивых человека, смогли довериться друг другу. Как они и договорились, они встретились через два дня. Место, которое Скара показал Кадзухе, оказалось и вправду очаровательно. После Кадзуха предложил ему съездить в его район, сказав что там часто встречается кое-что интересное. Приехав туда, там оказалось куча котиков в переулках. В каждом переулке не меньше трех котиков. Кадзуха гладил каждого, а Скарамучча только некоторых, которые выглядели более ухожеными, т.к по его словам: «он не хочет заразиться какой нибудь херней». А Кадзуха лишь смеялся с такого. Это был очень классный день. Оба признались друг другу что давно им не было так весело, и что нужно встречаться почаще. Разъехались они по домам только к часам 10 вечера. Так они общались до самого конца учебного года. Частые прогулки вместе, ночные разговоры по душам, перекидывания мемами. Кадзуха жаловался на то, как заебала работа, но он не может уйти, т.к платят хорошо, а Скара говорил о том, как его заебала мать, что только и орёт на него. Но оба были в десятом классе, поэтому никаких гос. экзаменов не было, что очень славно. С наступлением лета жизнь будто бы становилась лучше в сотни раз. И когда в очередной раз мама Скарамуччи пришла домой с криками, тот собрал вещи и приехал к другу домой. Кадзуха очень удивился подобному событию, но конечно же пропустил друга. Т.к это была пятница, завтра Кадзухе не нужно на работу, поэтому они просидели почти всю ночь смотря аниме, поедая пиццу, сделанную парнем, живущем в этой квартире. Они смеялись с шуток друг друга, а когда все съели, начали драться подушками, решая где кто будет спать. Было всего несколько вариантов. Кадзуха бы спал на раскладушке, а Скарамучче на диване. Но на этот вариант Скара сразу сказал нет. «Нечего тебе спать на этой неудобной раскладушке в собственном же доме. Все же я к тебе ворвался» — так объяснял свой ответ парень. На второй вариант, где они бы спали наоборот, нет сказал Кадзуха. «Нечего гостю спать на неудобной раскладушке» — сказал глупую причину второй парень. В итоге они пришли в решению спать вместе на диване. Уже было 6 утра, а они только спать ложились. Ну, да какая разница. Для Скарамуччи это вообще норма. Но не норма спать вместе с парнем на одном диване. Обоим было неловко. Сначала они лежали отвернувшись друг от друга, но так было ещё некомфортнее, поэтому Кадзуха развернулся к Скаре. Тот же, почувствовав на себе взгляд, тоже повернулся. И ещё пару минут они просто лежали, смотря друг другу в глаза. Но первым от смущения не вытерпел Кадзуха, и отвёл взгляд. И спустя пару секунд, тот произнес: —Скар. можно тебя, ну… обнять? — это было очень неожиданно, да и к тому же сказано так неуверенно. —Если сильно хочешь, то… ладно, можно. — и все же Скарамучча согласился. И его обняли. Тёплые худые руки обняли его. Очень крепко и приятно. Скарамучча совсем не любил такое, но почему то с ним это воспринималось по другому. Не было того отвращения, как всегда. Ему даже нравилось. Поэтому, немного подумав, он все же обнял Кадзуху в ответ. Неловко, неуверенно, но обнял. И плечом, к которому прислонился Кадзу, он почувствовал как тот улыбается. Поэтому, Скара все же набрался уверенности и обнял друга ещё крепче. Было тепло. И совсем не одиноко. Впервые за всю жизнь ему не одиноко. Они лежали так ещё несколько долгих, но приятных минут. В полной тишине, которую прервал голос: —Знаешь, мне впервые совсем не одиноко. С тобой приятно. Спасибо, что пришёл сегодня ко мне. Я даже подумать не мог, что мне может быть так хорошо — спокойно, тихо и с долей грусти говорил Кадзуха. Эти слова будто бы тронули тоненькую струнку души Скарамуччи. —Мне тоже очень хорошо сейчас с тобой. С тобой мне больше не одиноко. Я… спасибо что принимаешь меня — неуверенно, но чётко проговорил это Скара. Ему правда было хорошо. Он чувствует, как его друг улыбается ему в плечо. И под такими приятными ощущениями оба засыпают очень быстро. На утро первым проснулся Кадзуха, и увидел то, что они все ещё в объятьях. Нежно улыбнувшись, он попытался вылезти из объятий. Попытка оказалась удачной. Встав с кровати, он посмотрел на часы, и удивился тому, что так поздно встал. Уже час дня! Но он не стал будить друга, поэтому тихо прошёл в ванную, быстро умылся и пошёл на кухню. За сорок минут он успел приготовить небольшую стопку блинчиков. И в это время встал Скарамучча. Когда он проснулся, немного разочаровался что рядом нет никого, но учуяв приятный запах, он сразу побежал на кухню. А там у плиты стоит такой домашний, хозяйственный Кадзуха, дожаривая последние блинчики. —О, Скар, ты уже проснулся? Тогда иди умывайся и садись за стол — с улыбкой сказал Кадзуха. —Это. это… ты правда разрешаешь мне поесть вместе с тобой? — с огромным удивлением сказал Скарамучча. Ему никогда никто не готовил ничего вкусного, а особенно так с утра, ещё и блинчики. —Конечно! Чего ты так удивляешься? — Кадзуха сам удивился тому, что вызвал такую неожиданную реакцию у друга. —Просто… мне никто никогда не готовил блинчики. Ещё и просто так. Мне даже не верится — все ещё не отойдя от шока говорил Скарамучча. —Ох, ну тогда я буду первым! Давай уже, мойся и приходи — с лёгким энтузиазмом сказал Кадзуха. Скарамучча наверное ещё никогда не умывался настолько быстро. Эмоции зашкаливали. Ну какой нормальный человек так удивиться обычным блинам? А вот, Скарамучча не обычный. Вновь зайдя на кухню на столе уже стояли тарелки, чашки с чаем, банки варенья и сгущёнки, а также нутелла. Кадзуха поставил тарелку с блинами на стол, и жестом показал чтоб Скарамучча тоже садился есть. —Спасибо тебе огромное за такое! Мне очень нравится! — Скара уплетал блины за обе щеки. Кадзуха только умилялся с этой картины. Его лучший друг первый раз в жизни ест блинчики, которые приготовили для него! Это ж надо так. Но Кадзуха был только счастлив, что смог так порадовать друга. Когда они все доели, Скарамучча помог другу помыть посуду. Немного подумав что им поделать, они решили пойти гулять. Но не решили куда, поэтому сели на первый попавшийся автобус и поехали до конечки. В итоге они оказались вообще в Купчино. Гуляли они аж до 11 часов ночи! Сходили во «Вкусно и точка» покушать, покатались на электро самокатах, и даже дошли до Невы. Хотя пришлось потратить на это почти 2 часа, но зато весело. Им было очень хорошо, и ничего не могло им помешать наслаждаться нынешнем днем. Точнее, почти ничего… всего пару сообщений от Райден могли все изменить. —Сука, опять мамка пишет наверное. Зайдя в чат с контактом «тварь», он увидел кучу сообщений с угрозами. Сообщения были из рода «ты где тварь, быстро домой!», «если сейчас же не вернёшься домой, то я тебя так отпизжу, как ещё никогда ты не получал» «через час не вернешься- убью». Скарамучча знал, если мать ему угрожает избиением или убийством, то это не к добру. —Блять, Кадзу, видимо мне нужно спешить. Мать если так пишет, то значит если я не приду, то будет только хуже. Поэтому давай, пока. Возможно у меня телефон отберут. Все, я побежал! — последние слова Скар уже прокричал, убегая. Кадзухе хотелось помочь ему, забрать от матери, но от не мог. Слишком беспомощный. Но тут, он вспомнил нынешнюю ночь. Те объятия, те чувства и слова. Он будто снова все прочувствовал. И прекрасно зная о своей «ненормальности», он сразу понял в чем дело.

Той ночью кое-что изменилось.

Придя домой Скарамуччу уже ждала мать на пороге. Но не для того что бы обнять, а для того чтобы отпиздить. —Ты где шлялся, сучка? — в её голосе было слышно огромную ярость. Все уже шло плохо. —Гулял. Тебе не плевать, а? — опасно, опасно, опасно. Но пока есть шансы избежать избиений, нужно пользоваться. Иногда такое срабатывало. —Ты как с матерью разговариваешь? Не дорос ещё! Я там на работе, пахаю весь день, а ты, тварь неблагодарная, шляешься хрен знает где! Я надеялась увидеть чистую квартиру и готовый ужин, но конечно же, мамочка готовь все сама, я гуляю! Да ты там трахаешься невесь с кем наверняка, со шлюхами какими то — Райден наклонилась чуть ближе к его уху, и саркастично прошептала — а может не ты трахаешь, а тебя. Я все думаю что ты пидорас. Одно сплошное разочарование — мать дала пощёчину. Сильно, больно, жжёт… — пошёл и переоделся. Сегодня есть не будешь. И завтра тоже. Чтоб знал как матери перечить! — она дала вторую пощёчину. Схватила за волосы и потащила в комнату сына. Сильно и безжалостно тянув его за короткие волосы, она протащила его и кинула на кровать. — сиди и помалкивай, шлюха. Скарамучче больно. Голова болит, щеки горят, а боль от тянущихся волос все ещё не отпускала. Он был унижен сильнее обычного. Ещё никогда мать его не называла пидорасом, и шлюхой тем более. С чего она вообще взяла такие вещи?.. Немного успокоившись, он достал телефон и открыл заветный чат.

Лучший друг. Был в сети недавно.

Блять, Кадзу, это пищдец…

Что случилось? Что она сделала с тобой?

Да, всего дала пару пощёчин, потаскала за волосы по квартире. Это уже привычно. Но сегодня она назвала меня шлюхой и пидорасом. Ещё и сказала что я наверняка трахался где то с кем то, а может меня трахали. С чего блчть она вообще это взяла нахуй? Это пиздец, я ещё никогда не чувствовал себя таким униженным.

Охх, боже, это ужас… Это ненормально такое отношение к ребёнку. Ты пробовал как нибудь сходить в полицию? И может про такие унижения ей кто то рассказал, вот теперь она так и думает о тебе.

Полиция? Ты сам знаешь где живёшь. У нас даже закона о домашнем насилии нет. А про то что рассказали… Наверное. У неё все подружки такие. Одна Яэ чего стоит. Брр, аж передернуло.

Боже, я так хочу тебе помочь… но я ни на что не способен сейчас. Я так понимаю что она тебе не разрешит в ближайшее время выходить из дома?

Про это она ничего не сказала, но наверное да. Хотя мне плевать. Завтра вечером опять приду к тебе. Ты не против?

Нет конечно. Приходи когда хочешь. Я рад тебе всегда.

Спасибо тебе, Кадзуха… Без тебя я бы уже давно покончил с собой.

Погоди? Всмысле? Не надо так говорить… Какой суицид, не надо такого!

Точно, я же тебе не рассказывал. Я хочу покончить с собой уже два года. Просто не выходит. Но сейчас, пока ты со мной, я не собираюсь такого совершать.

Я рад что останавливаю тебя от такого. Но почему ты хотел это сделать?

Да потому что ни цели, ни мечты у меня не было. Сам не знал что хочу.

Ох, неприятно осознавать, но у меня такая же ситуация была. Я не знаю чего хочу от будущего, но теперь с тобой у меня нет такого. Больше я не хочу умирать.

Ты и желание суицида? Очень неожиданно, но тебя можно понять. Мне очень жаль тебя. Но пока мы дружим, все будет хорошо.

Верно. Ладно, мне нужно ещё готовить есть. Попозже напишу.

Лучший друг. Был в сети недавно.

—Черт, точно… мы дружим. И больше ничего. А он в жизни не полюбит меня. Я не хочу портить все чувствами, как это было с Томо. Я ничего тебе не скажу. По крайней мере пока что — в полной темноте и одиночестве говорил Кадзуха сам себе. Нельзя, и все. Как Скарамучча и обещал, на следующий день он пришёл к Кадзухе вновь. Они снова провели время прекрасно, наслаждаясь компанией друг друга. И вновь они ложились спать вместе. Снова было неловко. Особенно Кадзухе. Спать вместе с другом, в которого умудрился влюбиться, это сверх смущение. И опять они смотрели друг другу в глаза. Но в этот раз первым не сдержался Скарамучча, и очень неожиданно прижал Кадзуху к себе. Крепко-крепко обнимая. Второй же был только рад таким действиям, и обнял парня в ответ. Но в этот раз первым уснул Скара. Кадзуха все ещё не могу уснуть, ему мешали мысли в голове. Как же было приятно спать вот так, в объятьях со своим возлюбленным. Но как же было тяжело осознавать что к тебе не чувствуют того же. Кадзуха долго лежал на Скарамучче, витая в своих мыслях. Он все сильнее и крепче обнимал парня, словно боясь его потерять. Но как бы чувства не зашкаливали, усталость и сон взяли свое, и парень наконец уснул. На утро Кадзуха вновь встал первым, и умывшись, пошёл готовить. В этот раз был омлет, с сыром и колбасой. Кадзуха очень любил это блюдо, и надеялся что Скаре тоже понравиться. Через пятнадцать минут уже встал и сам Скарамучча. Совершив все утренние процедуры, пришёл на кухню, где его уже ждал завтрак, любезно приготовленный его другом. —Садись кушать ‐ Кадзуха сел за стол и позвал Скарамуччу. —Спасибо большое тебе. Ты в очередной раз готовишь для меня. Мне очень приятно — Скара сел за стол и принялся есть завтрак. Отрезав небольшой кусочек, он попробовал совершенно новое для себя — боже, это так вкусно! Кадзу, да ты прирождённый повар! — ему очень понравился омлет. Кадзуха лишь улыбнулся и дальше продолжил есть. Ради таких слов и радостей, он был готов готовить для друга хоть каждый день. Когла оба доели, они вместе убрали посуду и пошли на работу к Кадзухе. Сегодня был рабочий день, поэтому ему все же нужно сегодня работать, хоть и не на полный день. Все же несовершеннолетний ещё. —А ты где работаешь? — Скарамучча поинтересовался у друга, ведь тот никогда не рассказывал. —В одной кофейне, недалеко от Невы. Баристой конечно же. Если хочешь, могу и тебе приготовить кофе — любезно предложил Кадзуха. —Правда? Конечно хочу! Но только я обязательно заплачу, и это не обговаривается — Скара знал о том, что Кадзуха наверняка захочет оплатить его заказ, но он сразу настоял на этом. —Ну-ну, так уж и быть, раз настаиваешь. Остальной не короткий путь они дошли спокойно, иногда рассказывая какие то истории или шутки. Через 30 минут они дошли до места работы Кадзухи. Немного подождав когда Кадзуха переоденется и будет готов к работе, Скара подошёл к стойке, за которой уже стоял парень. В чёрном фартуке, чёрной одежде и нежно улыбался. —Здравствуйте, можно ли мне пожалуйста средний капучино? — саркастично говорил Скара, играя роль самого обычного посетителя. —Конечно, скоро все будет готово — подыграл ему Кадзуха. Через пару минут кофе было готово, и бариста позвал посетителя, давая знать что кофе готово. —А оплатить? — Скарамучча уже приготовил карту для оплаты, но его опередили. —Ваш кофе уже оплачен лично мной. Наслаждайтесь — с ухмылкой говорил Кадзуха. —Блин, я же сказал что сам оплачу! Опять ты все для меня делаешь — с наигранной обидой сказал Скарамучча. На самом деле ему было очень приятно от такой непривычной заботы. Ещё пару часов Скарамучча сидел в кофейне, раз в час заказывая ещё по одной чашке кофе, которое опять же оплачивал Кадзуха. Он сидел то в телефоне, то слушал музыку в наушниках, то брал с полок какую нибудь книгу, читал пару страниц и убирал. Но большую часть времени он сидел в своих мыслях, раздумывая над всем что происходит в его жизни. Но больше всего его волновали новые, непривычные чувства. Что то трепетало в груди от каждого слова, взгляда, встречи с Кадзухой. Несколько раз загуглив что это может быть, Скарамучча все сильнее осозновал — он влюбляется. Но он не хотел такого, к тому же блин, в парня? Он же не пидорас, как его мамка говорила. Или все же она была права? Скарамучча настолько сильно задумался, что даже не заметил как к нему подошёл его друг. —Ээй, чего задумался так? Даже меня не заметил — помахав рукой перед лицом Скары, сказал Кадзуха. —А, ой, извини. Ты уже закончил? — отвлекшись от раздумий, спросил Скарамучча. —Ага. Пойдём погуляем немного у Невы? — предложил Кадзуха, и Скара охотно согласился. Они гуляли около часа, просто наблюдая за рекой и людьми. Выбирали глазами какого нибудь человека и пытались угадать, как он живёт. Довольно интересное занятие. Но вдруг Кадзуха прервал друга. —Слушай, Скар, мне нужно рассказать тебе об одной важной истории из моей жизни. Она довольно много значит для всего впринципи — говорил Кадзуха, немного поникнув. —Хорошо, я тебя слушаю — Скара выражал абсолютное спокойствие, но внутри кипела тревога. Он боялся что Кадзуха может сказать какую то вещь, после чего они не смогут общаться. —Хорошо. Вообщем, помнишь тебе как-то рассказывал про друга детства, Томо? — Скарамучча кивнул. — ну так вот. На самом деле история была совсем другая. Томо был старше меня ровно на три года. И все случилось прошлой зимой. Он был славным другом, но у меня есть кое какая странность. Даже я бы сказал, ненормальность. Мне… мне нравятся парни. — Кадзуха сказал это очень неуверенно. Он ожидал что его могут отвернуть, ударить, сказать что он мерзкий. Но этого не произошло. —Ох, довольно неожиданно. Но я тебя не осуждаю, это твой выбор. И давай дальше рассказывай — по внешнему виду Скарамуччи нельзя было сказать что он сильно удивлён. Но вообще, он был не только удивлён, но и рад. Ведь раз его друг гей, то у него есть шансы. —Ты не осуждаешь меня? Я приятно удивлён. Но вообщем. Томо этого не знал. А он был моим первым другом. Он был очень добр и мил ко мне, мне было так хорошо с ним. И я влюбился в него. Я долго отрицал эти чувства, но у меня не вышло. С каждой нашей встречей я все больше влюблялся в него. И в один день я решил, я хочу признаться. Не знаю почему, но я был уверен в том что это будет взаимно. Я написал стих-признание. Это было у меня дома. Я, набравшись уверенности, выразительно рассказал ему стих. Он все понял. Я ожидал хорошей реакции, но я видел как его эмоции сменяются на агрессию и разочарование. Я видел в его глазах отвращение ко мне. И он мне сказал о том, что видеть меня больше не желает, ведь не хочет себе друга гея, что при том любит его. Казалось, что он хотел ударить меня. Но он быстро собрал вещи и ушёл. Я не видел и не слышал о нем ничего до конца мая. Потом он мне написал что уезжает в Москву навсегда, и чтоб я никогда не вспоминал о нем, и заблокировал. Было больно. И именно та ситуация зародила моё желание смерти. Конечно после она развивалась уже от других вещей, но главным было именно это. — поставив небольшую паузу, Кадзуха спросил — как ты относишься к этому? Скара не знал что ему сказать. Ему было противно от слов о том, что Кадзуха любил кого то. Это было так странно. Ему хотелось даже поддержать его. И все же он выдал: —К тому что ты гей я отношусь совершенно нормально. Я не поступлю с тобой как этот урод. И на счёт суицида… не нужно было так загоняться по этому поводу. Он не достоин твоих слёз и боли. Не переживай по этому поводу, хорошо? Таких людей нужно стараться отпускать как можно быстрее — Скарамучча боялся сказать что то лишнее, что могло задеть парня. Но ему в ответ лишь улыбнулись. —Спасибо что принимаешь меня таким. Я очень рад. Я очень боялся что ты отвергнешь меня, но ты оказался совсем не таким. А так, я уже почти отпустил его. Иногда конечно грустно от той ситуации, но мне уже не больно. К тому же теперь в моей жизни есть ты, и мне больше не одиноко. — по его глазам было видно как он рад. Его приняли, а это уже достижение! На это Скарамучча ничего не ответил, только улыбнулся, и обнял друга, как в знак поддержки. Скара понимал — ему доверяют. И это радовало. Они погуляли ещё некоторое время, но потом Скаре уже нужно было ехать домой. Попрощавшись, оба разошлись по домам. И Скару дома в очередной раз встречала мать с криками и орами. В этот раз его опять наказали тем, что он не будет есть следующие два дня. Уже привычно, да и какая разница. Все равно он потом вновь пойдёт в тот дом, где ему всегда рады. Туда, где ему хорошо. Так продолжалось больше месяца. Скарамучча постоянно сбегал к Кадзухе, и они прекрасно проводили время. Они все так же вместе ложились спать, но неловкость уже сходила на нет. Уже не спрашивая, они обнимали друг друга и спали так. В кофейне Кадзуха постоянно оплачивал кофе Скарамуччи. И так же каждый раз мать наказывала сына. То не кормит, то не разрешит гулять и заберёт ключи, то отнимет карманные деньги. И куча остального. Но зная, что тебя всегда ждут в другом месте, на это становилось плевать. Они строили планы на будущее, что Кадзуха отучиться на директора и откроет свою кофейню, а Скарамучча будет там баристой. Они представляли как съедуться вместе, и больше никакая Райден им не помешает. Но так же оба влюблялись в друг друга все сильней. Кадзуха спокойно принимал свои чувства, хотя и переживал, что это не взаимно. А Скарамучча давил в себе все чувства до последнего. Он пытался перестать думать о таком, отвлекайся на другие вещи, говорил себе что это не нормально, но чувства брали верх. И он влюблялся в собственного друга. Он никогда не испытывал ничего такого, и было так приятно, но так страшно. Каждую ночь которую он проводил не с Кадзухой, он писал кучи текстов в заметках, посвящённые его возлюбленному. Он расписывал то, как бы признавался в любви, то как они с Кадзухой начинают отношения. Ему нравилось это делать. Но он так боялся признаться Кадзухе. И после очередной ночи вместе, Каэдехара все же решился. Он решил что в следующую их встречу он признается ему в чувствах. Но не обычно, а стихом. Бессонные ночи он проходил в попытках написать стих, но ничего не выходило. Слова не связывались, строки не звучали. И в один момент вдохновение его охватило, и он написал:

«Ты ворвался в жизнь мою, Как лучик солнца в бездне. Ты изменил меня всего, Как в моей любимой песне. Ты жизни моей смыслом стал, Тогда, когда я умирал. Тебя всего я полюбил, И ты мечты мои осуществил. Ох, как люблю тебя я! Для меня нет жизни без тебя. И как хочу тебя я уберечь, От матери твоей сберечь. Жить с тобою будем мы, На света чёрного краю. И больше не притронусь я к ружью, И вытащу тебя из тьмы.»

Перечитав ещё несколько раз, Кадзуха точно убедился в том, что ему нравится. Но главное чтоб Скаре понравилось. Быстро выучив его наизусть, он несколько раз его пересказал с выражением, чтобы завтра точно не облажаться. Они договорились ещё вчера встретиться возле работы Кадзухи и пойти погулять. На следующий день Кадзуха ходил таким счастливым, каким ещё его никто не видел. Он уже представлял как ему ответят взаимностью, совсем забывая о том, что такого может и не случиться. Когда Кадзуха закончил свою смену, на улице его уже ждал Скара. Они вновь пошли к Неве. Но Кадзуха заранее подготовился, и запомнил самое лучшее место для признания. Он повёл туда Скару. Место оказалось и вправду хорошим. Красиво выраженные деревья, более менее тихое место, мало людей, и очень красивый вид на Неву. Немного поднабравшись уверенности Кадзуха пошёл на финишную прямую. —Так, Скар, я привет тебя сюда не просто так. Можешь пожалуйста сейчас просто посидеть и послушать что я говорю, а потом уже скажешь свой ответ, хорошо? — Кадзуха говорил это с яркой улыбкой на лице, и из-за неё Скара и не переживал, что сейчас может случится что-то плохое. —Хорошо, я тебя слушаю — Скарамучча сел на ограждение и ждал речи Кадзухи. —Фух, я к этому долго готовился, поэтому получай — Кадзуха вдохнул как можно глубже, и начал рассказывать заученный стих.

«Ты ворвался в жизнь мою, Как лучик солнца в бездне. Ты изменил меня всего, Как в моей любимой песне. Ты жизни моей смыслом стал, Тогда, когда я умирал. Тебя всего я полюбил, И ты мечты мои осуществил. Ох, как люблю тебя я! Для меня нет жизни без тебя. И как хочу тебя я уберечь, От матери твоей сберечь. Жить с тобою будем мы, На света чёрного краю. И больше не притронусь я к ружью, И вытащу тебя из тьмы.»

Кадзуха проговорил это с яркой выразительностью, уверенно и чётко, на одном дыхании. Закончив свой стих, он стал ждать ответа. Скарамучча слушал это, и вникал в каждое слово. Когда стих дошёл до слова «полюбил», парня будто осенило. Это стих, признание в любви, и кому? Скарамучче! Его полюбили, причём взаимно. И даже написали для него стих. Даже когда Кадзуха закончил, Скар ещё несколько минут сидел в состоянии шока, переваривая полученную информацию. Это было неожиданно, но так приятно. Когда Скара заметил что Кадзуха уже волнуется, он проговорил на одном дыхании: —Я… я тоже тебя очень сильно люблю — он сказал это, и прижался в объятьях к Кадзухе. Они чувствовали, как слезы счастья наворачиваются на глазах, а уровень дофамина поднимается на максимум. Они стояли так долго, обнимаясь, чувствуя друг друга полностью. Кадзуха приподнял голову с плеча Скарамуччи, и попросил посмотреть на него. Он поднял голову, а в его глазах отражалась неистовая радость. И тогда Кадзуха прикоснулся своими губами к губам парня. Он затянул его в глубокий и нежный поцелуй. Без намёка на страсть, совершенно невинный, но такой чувственный. Обоим казалось, что они сейчас лопнут от переизбытка счастья. Разорвав поцелуй, оба произнесли в унисон: я тебя люблю. После этого их отношения изменились только в лучшую сторону. Теперь они засыпали вместе, перед сном целуя друг друга куда угодно, а после крепко-крепко обнимая. Кадзуха также будил Скару лёгкими поцелуями в лоб или щеки. Когда они гуляли, всегда держались за руки. И доверяли они друг другу полностью. Они знали друг о друге буквально все. Все их прошлое, настоящее, все мысли и чувства. Им было вместе хорошо, как никогда ранее. Ночные прогулки, уличные котики, Нева. Все это стало таким родным. С каждой встречи у них было куча фотографий, с которых потом они вместе умилялись. В одну из их ночей они сидели и придумали как записать друг друга. Ведь подпись «лучший друг» уже не актуальна. А банальное парень, любимый и т.д не хотелось. —Запишу тебя как листодуй, с сердечком — в шутку сказал Скара. —Что? Какой ещё листодуй? — с удивлением сказал Кадзуха. —Ну мы постоянно когда гуляем, ты находишь какие то очень большие к красивые листочки, и дуешь на них. Типо напеваешь. Ну поэтому ты и листодуй — пояснил свой вариант Скарамучча. —По такой логике я могу тебя записать как… как… бля, ничего в голову не приходит. Что ты делаешь такого необычного? —О, я могу тебя ещё записать как коротышка. Ты меня на 3 сантиметра ниже — придумывал на ходу Скарамучча. —Тогда я тебя как дылда, или малолетка. Ты меня на 3 месяца младше — такие же варианты накидал Кадзуха. —Хах, ладно. Шутки шутками, но надо че нибудь придумать все же. —Можно просто по каким то милым прозвищам записать, ну и с сердечком тоже — предложил Кадзуха вариант. —Ага, мне тебя че, записать как «хуй» с кучей смайликов? — с насмешкой говорил Скара. —Мда, глупая идея. Тогда я не знаю… — уже отчаившись сказал Кадзуха. —Хотя знаешь, а банальные подписи не так уж и плохи… — немного подумав, сказал Скармучча, все еще придумывая в голове, как подписать парня. —Хм, правда? Тогда я тебя подпишу как Скарамуш, с сердечком — слабо просмеявшись, сказал Кадзуха и так и записал парня. —А я уже придумал. Но тебе не скажу, так что даже не проси! — Скарамучча придумал назвать его солнышком. Слишком яркий и тёплый для него, но такой приятный. Настоящее солнце. —Ээй, да ну блин! Ну пожалуйста, покажи! — Кадзуха начал упрашивать Скару, заранее зная что ему все равно потом покажут. Через пару минут уговоров он все же согласился. —Кгх. ладно, смотри — Скарамучча протянул телефон с контактом «Солнышко♡». Кадзуха немного удивился, но ему было очень приятно, что его так назвали. —Это очень мило, спасибо тебе — нежно улыбнувшись, Кадзуха быстро чмокнул Скару в щеку, в знак благодарности. Скарамучча немного смутился, но в ответ все равно поцеловал. Теперь Кадзуха сидел как довольный кот. Также, один из самых запоминающихся дней был тот, когда Кадзуха сводил Скарамуччу в парк аттракционов, ведь он столько раз говорил что хочет туда. Они катались на самых разных экстремальных и не очень аттракционах. Американские горки, прыгающая скамейка, цепная карусель на высоте около 100 метров над землёй, Шейкер, а также покупали попкорн и колу, и сидели на скамейке, ели их, иногда подкармливая подлетающих птичек. С того дня у них очень много фотографий и видео, из которых потом Скарамучча делал эдиты и выкладывал в тик ток. В один день Кадзуха принёс с прогулки белого котика, и теперь он был их домашним питомцем. Они долго думали как его назвать, и в итоге взяли имя персонажа из любимого аниме — Ацуши. Котик Ацуши, очень мило. Даже когда Скар возвращался домой, и его встречали с криками и орами, ему было плевать. Больше мать его не загоняла в какие то рамки, он разрушил их сам. Казалось, их прекрасную ныне жизнь, наполненную счастьем и мечтами никто не мог разрушить. Но оказалось могли… В один из дней, когда Скара вернулся домой после очередного побега длиною в 3 дня, мать его не встречала с криками. Он очень удивился, и пошёл посмотреть что с ней. Пройдя в комнату матери, не было ничего необычного. Мать опять работала за компьютером. Скарамучча сказал ей тихое «привет», но не было никакой реакции. Подумав, что это и к лучшему, он прошёл в свою комнату, переоделся и лёг на кровать. Зашёл в излюбленный чат и вновь начал писать.

Солнышко♡ В сети.

Прикинь, на меня мамка вообще внимания не обратила. Первый раз такое. Я вахуи.

Ну, это и к лучшему. Зато нет постоянных оров, ведь так? Это же прекрасно.

Ты прав. Но почему то к меня плохое предчувствие на счёт этого. Неладно все как-то.

И в этот момент заходит мать. С совершенно спокойным видом. Она простит выйти Скарамуччу поговорить. Написав Кадзухе о том что ему нужно отлучиться к матери, он направился на кухню к ней. И её спокойствие было пугающим. —Скажи мне пожалуйста, где ты шляешься по столько времени последние пол года? Я в жизни не поверю если ты скажешь что гуляешь сам. Не по 3 дня подряд — без прелюдий, прямо начала говорить мать. —Я… ну, у друга ночую, а что? — слегка испуганно сказал Скарамучча. —А точно ли это просто друг? — не понятно к чему клонила мать этим разговором. —Ну да, к чему такие странные вопросы? — не обычный. Но матери знать об этом нельзя. —Тогда дай-ка свой телефон на проверочку. Тебе же нечего таить — Райден впервые улыбалась при нем. Но эта улыбка не предвещала ничего хорошего. —Нет, с какого перепуга я должен давать тебе свой телефон? Моя собственность, и мне уже 16, так что я не обязан перед тобой отчитываться — Скарамучча пытался отстоять. Ей нельзя видеть его телефон, нельзя. —Пока ты мой сын, и прописан в этом доме, я имею право требовать с тебя все. Телефон давай сюда — Райден говорила правду. Она имела право просить у него телефон, но он не хотел ей его давать. —Не отдам. Ни за что — Скарамучча крепко сжал телефон в своих руках, и начал отходить от матери. Райден встала из-за стола, и начала подходить к сыну. Он пытался уйти, спрятаться, лишь бы мать его не трогала. Но она оказалась предельно близко. Схватив руку с телефоном, она начала очень сильно её сжимать. Скарамучча сопротивлялся до последнего, но когда мать надавила на самую больную точку, он распустил руку от боли. Райден выхватила телефон, который по чистой случайности оказался разблокирован. —Просто друг говоришь? Обычных друзей на обои не ставят — Сёгун указала Скарамучче на обои его телефона — давай теперь зайдём в твой телеграмм — только она захотела нажать на иконку, но её руку перехватил сын. —Не смей сука. Не смей — Скарамучча начал повышать голос на мать, чего раньше никогда не делал. Но удержать руку не удалось и мать зашла в приложение. А там был открыт тот самый чат. —Солнышко? Так ещё и с сердечком? Помоему это совсем не «по-дружески» — Райден поднимала руки выше, чтобы сын не помешал ей. Она начала читать переписку — ого какие вы интересные вещи пишите. «Солнце, люблю тебя», «вот на меня мамка опять наорала и наказала. Да похуй, завтра приду опять к тебе», а ответ на это «конечно котик, я всегда тебя жду». Ого, да тут и поинтереснее есть: «солнце, может перейдешь в нашу школу, а то без тебя будет совсем херово. Все равно на одну специальность пойдём.» И на какую ты уже выбрал специальность пойти? Да ты ни на что не способен, ничтожество — Скарамучча стоял и слушал все это, чуть ли не со слезами на глазах. Все потеряно, мать узнала. Что она собирается делать? — Я забираю твой телефон и твои ключи. Всю следующую неделю ты сидишь дома, понял? Какое разочарование, мой сын, который и так полное ничтожество, ещё и пидорас. Лучше бы ты сдох ещё при родах. Скарамучча зашёл в свою комнату. Ему хотелось кричать, рвать, метать, зарезать свою мать. Но он не был способен ни на что из этого. Он лишь упал на кровать, и начал плакать в подушку. Это отчаяние. У него забрали самое дорогое. И в очередной раз виновата мать. Она рушит всю его жизнь. Он только обрёл любовь, и тут же её потерял. Он даже не знает чего ещё ожидать. Может прямо сейчас выпрыгнуть в окно? Но нет, всего 3 этаж, он не умрет. Он просто лежал, совсем потерянный в себе и своей жизни. Так он и уснул. Следующие три дня он провел просто валяясь в кровати, в полном отчаянии. Он даже не мог попереписываться, как обычно это делал. Даже музыку не мог послушать. На четвёртый день мать ушла на работу, закрыв его в квартире. Ему хотелось сбежать к его любимому парню, но он закрыт в этих четырёх стенах. Было больно, просто невыносимо. Он достал свой любимый нож, и уж было хотел прямо сейчас вскрыть вены. Но он не сделал. Была маленькая надежда на то, что он ещё сможет убежать. На пятый день мать пришла довольная. Но Скарамучче было плевать. Райден зашла в свою комнату, закрыла дверь, дважды убедившись в том что дверь закрыта. Набрала какой то номер и позвонила. «Ало? Наш договор в силе?» — спрашивала Райден. «Да, все в силе. Перечисляйте сумму сейчас, и мы начнём действовать» — говорит неизвестный из динамика. Райден зашла в приложение банка, и перевела на этот номер 50.000 рублей. «Деньги получены. Когда нам начинать?» — довольно сказал голос. «Примерно через пол часа придёт человек, Кадзуха Каэдехара. Я вам скидывала его фотографию. Все происходящее снимайте на видео, и после вышлите на этот номер» — Райден продиктовала номер Скарамуччи и сбросила трубку. После она зашла в чат «Солнышко♡» с телефона Скарамуччи.

Солнышко♡ В сети.

Солнце, привет. Тут появились некоторые проблемы с матерью, можешь пожалуйста прийти на крышу дома, адрес сейчас скину.

Боже! Ты куда пропадал? Я так переживал что что-то случилось. Хорошо, я приду, но почему именно на крышу? Почему не у меня дома?

Есть некоторые проблемы. Мать отслеживает моё местоположение, и она узнала о нас. Сказала что если я ещё раз к тебе приду, мне мало не покажется.

Ужас какой… Хорошо, я приду. Скинь адрес. Райден скинула адрес того дома. Она прекрасно отыграла роль своего сына. Осталось только ждать. Кадзуха быстро собрался и пришёл на нужное место. Но Скарамуччи там не оказалось. Там были только три неизвестных парня, вид которых давал понять, «не суйся к нам». Кадзуха начал писать Скаре, но ответа не было. Тогда к нему подошли эти парни. —Ты Каэдехара Кадзуха? — спросил самый высокий из парней. Откуда они знают его? —Да… а что вам нужно? И откуда вы знаете меня? — Кадзуха начал отходить от них дальше, но скоро уже был край крыши, пришлось остановиться. —Да тут просто нас кое-кто нанял сделать с тобой некоторые вещи, и заплатили нам за это 50.000. Так что мы просто обязаны это сделать — парни начали обходить его кольцом, и схватили за руки. Кадзуху кинули на пол. Он пытался встать, дать отпор, но из было трое, и в разы сильнее его. По итогу ему стало не хватать сил, и он сам упал на пол. Один из парней достал телефон и отошёл подальше, и начал снимать происходящее на камеру. Оставшиеся два парня злобно взглянули на Кадзуху, и начали его бить. Удар в живот, в спину, в ноги, в грудь. Удары повторялись, а их сила нарастала. Его били ногами и руками, громко смеясь над происходящим. Кадзухе больно, очень больно. Он не понимает, за что его бьют? Кому понадобилось заплатить такую сумму, чтобы просто поиздеваться над ним. «Райден» всплыло в голове. Точно, Скара говорил что мать узнала обо всем. Это она. Опять она все разрушила. Но его мысли разбил очередной удар в живот. Его сильно пнули ногой. Потом прилетел новый удар кулаком в нос. Кадзуха услышал хруст, неимоверную боль, и тёплую потекшую кровь. Теперь его стали бить и в лицо. Боль охватывала все тело, появлялось чувство удушья. Или это его душили… Кадзуха уже не соображал. Каждый раз когда он начинал терять сознание, его встрягивали, не давая это сделать. Они хотели чтобы бедный парень прочувствовал все. Больно. Неизвестно сколько прошло времени избиений, но они резко прекратились. «Неужели это прекратилось?» — пронеслось в голове парня. Но его мысли прервал противный голос. —А теперь приступим ко второй части договора. Ну что, шлюшка, тебе наверное будет не привыкать — и громкий, противный смех. Кадзуха не понял что они собирались делать, но когда с него сорвали рубашку, он осознал. «Меня собираются изнасиловать. Нужно бежать» Он попытался вырваться из цепких рук, пытался встать, но все безуспешно. Все тело ужасно болит, и любое движение приносит невыносимую боль. Это был конец. Его, саму невинность, сейчас изнасилуют. Загрязнят чистого человека. Он почувствовал как с него сняли нижнюю одежду. Он слышал как смеялись эти два парня, в то время когда они расстергивали свои ширинки. Противно. Один из парней оторвал кусок рубашки, и завязал с помощью него рот Кадзухе. Теперь он даже не сможет кричать. Второй парень подошёл сзади и перевернул бедного парня. Теперь он лежал на животе, на холодном полу, уткнувшись в него же сломаным носом. Парень, что был повыше, подошёл сзади к Кадзухе и прислонился своим органом к его заду. «Как противно, противно, противно» метались мысли в голове. —Ну че, пидор, готов к экстремальным ощущениям? Будет больно, обещаю — противный голос говорил с ним. Кадзухе было плевать, он все равно уже ни на что не способен. Член того парня начал входить в неподготовленное отверстие. Тело пронзило резкой болью. Чем глубже в него входили, тем сильнее была боль. По ощущениям, Кадзухе казалось, что рвутся все его внутренние органы. Как же больно. Тот самый парень вошёл полностью, касаясь чувтвительной точки. Кадзухе было больно, противно и страшно. Он плакал. И уже плевать на то что все снимается на видео, он не может больше терпеть. Член противного высого парня начал выходить, и вновь входить в узкого Кадзуху. Было очень сухо и больно. Каждое движение внутри него отдавало сильной болью. Он чувствовал как из него начинает выходить тёплая кровь. Его порвали изнутри. Ужасно больно. Но парень все не переставал насиловать его, каждый раз повторяя свои движения снова. Когда отверстие Кадзухи уже растянулось, тому парню стало легче входить, и он начал набирать определённый ритм. Достаточно быстрый. Каждый резкий толчок был невыносимо больным. У Кадзухи будто бы разом обострилась все чувства, и он ощущал каждое малейшее движение. В скором времени парень кончил внутрь него. Он вытащил свой член с громким хлюпающим звуком. Кадзуха чувствовал что внутри него разлилось что то тёплое, противно-липкое. Его осквернили. В нем не осталось никаких эмоций и чувств, он стал полной пустышкой. Он больше не плакал и не кричал. Ему оставалось только надеяться что кто-то придёт, и спасёт его. «Скарамучча… помоги» эти слова крутились в его голове последние. полчаса? Час? Пять часов? Он не знал сколько прошло времени, но ему казалось что он здесь уже вечность. Скарамучча лежал в своей комнате, не находя себе места. Вдруг к нему зашла мать. —Сын, забирай свой телефон. Мне он больше не нужен — мать протянула ему телефон. —Реально? Наконец-то — он быстро забрал свой телефон и зашёл в любимый чат, чтобы рассказать все что произошло. Но увидел те сообщения. Тот адрес — стой… что ты сделала? Что с ним? —Я не знаю, но ты можешь пойти посмотреть на это, если хочешь — в этот момент на телефон приходит сообщение он неизвестного номера. Он открыл чат, и там было это видео. Посмотрев первые несколько секунд, его чуть не стошнило — Что ты творишь? Какая же ты сука! Я тебя так ненавижу! Чтоб ты сдохла тварь ебучая! — он кричал это с наворачивающимся слезами. Выстро схватив нож и телефон, он выбежал из дома. До того дома ему идти минут двадцать, но он добежал меньше чем за десять. Быстро поднялся на крышу, он увидел все происходящее своими глазами. Кадзуха, полностью раздетый и избитый лежал на полу, двое парней насиловали его, и ещё один снимал все это. Скарамучча достал нож и начал подходить к ним. —Отошли от него, твари. Иначе прирежу всех нахуй — его руки дрожали, окутывал страх. Но он уверенно шёл на этих парней с ножом, сжимая его так, будто это его последняя надежда. —Да ты слабак-слабаком, даже поцарапать нас не сможешь. Лучше присоединяйся к своему дружку — сказал парень, что снимал все. Он противно и громко смеялся над Скарамуччей. Он был уверен что этот «слабак» ничего не стоит. —Доигрались — быстрая фраза и он побежал на парня. Глаза Скарамуччи налились кровью. В них читалась ярость и ненависть. И спустя пару секунд нож вонзился в живот первого из парней. Быстро, больно и глубоко. И так же быстро Скарамучча вытащил нож, за которым после растеклась кровь. Она растекалась по всей одежде парня, впитывалась в ткань. Он кинул телефон на пол, и после сам свалился на колени. Парень держал руки на ране, будто пытаясь сдержать кровь. Но ничего не помогало. Резко к его горлу поступил кашель, а после кровь. Каждый вдох приносил ему ужасную боль и последующие отхаркивания крови. Парень валялся на полу, истекая кровью и пронзительно крича от боли. Скарамучча лишь взглянул на эту ужасающую картину, и слабо ухмыльнулся, направиашись к другим двум парням. Они быстро отпустили Кадзуху, подходя ближе к краю крыши. Парни смотрели на их товарища почти со слезами на глазах. При них убили его, а они даже ничего не смогли сделать. Осталось лишь бороться за свою жизнь. Слишком недооценили парнишку. —Прыгайте. Или сам столкну — будто отдал приказ Скарамучча. Он медленно и аккуратно подошёл к Кадзухе, сев рядом с ним. Один из парней замешкался, не зная что делать. И лишь один случайный шаг стал для него роковым. Он перешагнул край крыши и не смог удержать равновесие. Один момент — и он летит вниз с крыши. Звук удара тела об землю последовал совсем скоро. Пронзительный крик прекратился так же быстро, как и падение. Все точно поняли — он умер. —Кадзуха, солнце, скоро все будет хорошо. Я пришёл к тебе, теперь они тебя не тронут — Скарамучча прижимал к себе почти безжизненное тело парня. Он нежно, почти невесомо гладил его по щеке, пытаясь успокоить. —Вы не уйдёте отсюда живыми — резкое заявление он последнего выжившего парня. На его глазах были слезы, но по взгляду было видно, он хочет мстить. Парень начал подходить к Скарамучче с Кадзухой. Всего пару шагов, и он оказался почти вплотную к ним. Скарамучча положил Кадзуху на холодный пол, вложил ему в руку свой нож, и встал рядом с ним. —Солнце, только не умирай — сказал Скарамучча и сжал руки в кулаки. Парень, не успев среагировать, получил этим же кулаком в нос. Хлынула кровь, и резкий крик боли. В тот момент когда он пытался прийти в себя, Скарамучча нанёс ещё один удар, но уже в челюсть. Был слышен хруст, сопровождаемый очередным воем. Каждый удар был в разные места. В нос, в челюсть, в глаз, в грудь, в живот. С каждым ударом парень отходил все дальше назад. Когда очередной удар прилетел снова в нос, послышался очень сильный хруст. С криком, визгом боли, парень схватился за нос. Слегка ощупав его, он понял, что нос смещен сильно вправо. Он страха и боли парень хотел было упасть на пол, но его пнули коленом в живот. Парень скорчился от боли, и все же упал на колени. От стольких ударов он начал кашлять кровью. Совсем как его первый товарищ. Скарамучча взглянул на него оценивающим взглядом и ухмыльнулся. —Ну что, сам спрыгнешь, или мне помочь? — насмехаясь над парнем говорил Скарамучча. —Прошу, не убивай — речь прервалась частым кашлем — я уйду и верну все деньги, только дай жить — он умолял. Почти молился Скарамучче, лишь бы ему дали жить. —Нет. Оказалось, они стояли почти у самого краю крыши. И сильно толкнув ногой парня, он полетел вниз. Всего пару секунд, и слышится снова тот же самый звук удара тела. Скарамучча взглянул вниз, и увидел два окровавленных тела лежащих на земле. А вокруг них уже столпился народ. Кто то кричал, кто то плакал. Скарамучча не слушал, и лишь направился обратно к Кадзухе. Но стоило ему лишь обернуться, и он увидел… Кадзуха лежал в луже крови, а рядом с ним тот самый первый, как казалось, убитый парень. В его руке был тот самый нож, которым ранили его самого. Вероятно он стащил у Кадзухи, пока Скарамучча был занят другим парнем. Рана была нанесена ровно на шее, по артерии. Она была сделана будто профессионалом, что убивал так уже сотни людей. Скарамучча быстро подбежал к бездыханному телу, прикладывал руку к кровоточащей ране, словно это могло помочь. Он держал его на своих руках, всего окровавленного, избитого и измученного. —Нет! Нет, нет, нет. Я же говорил тебе чтоб ты не умирал. Солнце, почему… — Скарамучча плакал. Громко и сильно ревел. Его слезы капали на бледное лицо Кадзухи. Скарамучча взглянул на того парня, и заметил что тот ещё дышит. Под влиянием эмоций, он подошёл к нему и выхватил свой нож. —Сдохни! — громко и яросто прокричав это, он вонзил свой нож в живот парня. Вытащил, и снова пырнул. Один, два, три, десять, двадцать… раз это повторялось. Он не мог контролировать себя, и ранил уже мёртвое тело. Он кричал и плакал, бил и резал. Спустя сколько-то прошедшего времени он начал успокаиваться. Отпустив уже давно мёртвого парня, он вернулся к такому же безжизненному, бездыханному телу. Взял его на руки и крепко обнял. Он плакал, уткнувшись в такие любимые волосы. Он держал в своих руках такое холодное, худое и бледное тельце, которое когда-то было самым тёплым и приятным. Скарамучча обнимал Кадзуху, целовал холодные губы и лицо. Он извинялся за все что только можно было. Он извинялся перед тем, что покинул из кота. Хотелось вытащить парня с того света. Но к сожалению, это невозможно. Скарамучча сидел так ещё долго. Он чувствовал появляющуюся прохладу, или это был холод тела Кадзухи. Со временем сил плакать не осталось, и он просто сидел в объятьях с мёртвым телом. В его голове промелькнула маленькая, но заманчивая мысль. Скарамучча достал нож, которым было убито уже двое людей. Аккуратно опустив Кадзуху на пол, Скарамучча не раздумывая решил. Он закатал рукав рубашки и поднёс лезвие ножа. Отсчитав мысленно до трех, он глубоко вонзил нож в собственное запястье, а после провел им вдоль руки, вплоть до локтя. Быстрая и резкая боль, хлынула кровь. Скарамучча лёг рядом с Кадзухой и взял его за руку. Казалось, что глаза высохли, и даже на такую ужасающую боль не было сил плакать. Он просто лежал, и очень медленно умирал, истекая кровью. Крепко сжимая родную руку в своей. Они так и лежали на этой крыше. Только один уже давно не дышит, а второй все еще умирает. Тело светловолосого парня было ледяным, глаза открыты, но стали похожими на хрупкое стеклышко. Порез на шее перестал кровоточить ещё когда сознание покинуло его полностью. Скарамучча крепко держал ледяную руку, и мучительно-медленно умирал. Он почти было спас любимого, но не успел совсем чуть-чуть. И сам же погиб. В скором времени на крыше лежали уже два мёртвых тела. Два молодых парня, держась за руки, умерли вместе. Злосчастная судьба издевалась над ними всю жизнь, и так жестоко завершила их короткие жизни. Но умирая, оба поняли одно. Умирать оказалось очень страшно. И невыносимо больно.