дыши глубже

"ну что ты наделал?" - он прервавшись на полуслове, пытался найти правильные слова, не понимая, что вообще можно говорить в такой ситуации. - зачем ты такое делаешь, себя не жалко? - глаза в панике бегали, пытаясь охватить весь масштаб проблемы - ты что наделал болван? он тораторил и звучал на столько невнятно, что сам не разбирал, что говорит. он подхватил лежавшего, поднимая и придерживая его спину рукой, усадил. Он видел, что второй жив, что он моргает, дышит, но паника и прострация полностью разъедали изнутри, смешивая все мысли, перебирающие, что он может сделать и правильный порядок этих действий, в кашу. Нужно достать жгут? бинты? это капиляры, вены задеты? Прислонив парня спиной к стене, он схватил его запястье, надеясь почувствовать пульс, оно такое холодное, но пальцы обволакивает вытекающая густая и горячая кровь, запах которой уже заполнил комнату. Руки трясутся, голова переполнена, он мечется, не зная делать ли, то, что первое приходит в голову и на фоне остальных идей кажется хоть сколько-то благоразумным. таких мыслей слишком много. - подожди меня минуту, я за бинтами, жди, я сейчас буду - он посмотрел в лицо сидевшему, пытаясь засечь движение и на секунду улыбнулся, желая хоть как-то обнадёжить. за громким стуков ног о деревянный пол последовал хлопок, открывшейся дверцы шкафа и грохота от падения предметов, вылетавших от туда. что-то со звоном разбилось. вскоре шаги направились обратно, парень забежал в дверной проём, держа в руках коробку, с которой на ходу слетела крышка. - сейчас сейчас, не волнуйся, мы тебя перебинтуем, вызовем врачей, они тебе помогут, будешь как новенький, когда оклимаешься! он сел на корточки напротив темноволосого, вытряхивая всё содержимое из контейнера и судорожно выискивая среди всего выпавшего марлю. найдя её, он взял обеими руками сидящего за упавшую голову и приподняв её, проверяя, не всё ли потеряно, глаза были закрыты, грудная клетка поднималась слабее и реже. - ну же, давай, просыпайся! - он нервно смеялся, не поддавая это отчёту. времени мало, взяв парня за предплечье, он начал стягивать их бинтами так плотно, как только мог, каждый новый слой багровел. нужно сначала замотать предплечье скрученной в жгут марлей, что бы остановить ход венозной крови в направлении от запястий, так ведь? благо память об этом оставалась ямной мыслью и инструкцией к действию среди потока навязчивых вопросов, возникавших в голове и вопрошающих, жив ли темноволосый вообще? может всё бесполезно? "нет, конечно жив, как может быть иначе?" - отзывалось убеждение, которое не хотелось даже поддавать сомнению, но это случалось. на глаза наворачивались слёзы "нужно сохранять спокойствие" гулко отдавалось в голове, на что сразу появлялся вопрос, как вообще можно оставаться невозмутимым и рассудительным в такой ситуации? теория всегда была проще, но весь пол никогда раньше не был залит кровью. нужно дышать глубже. всем. -давай же, потерпи ещё чуть чуть, я почти закончил, и не через такое проходили, правда? обесценивание? он не ждал ответа, хотя крайне на него надеялся, но только он сам и его всхлипы прерывали тишину. с бинтами покончено, почти бездыханное тело сползало вниз по стенке, скользя в луже собственной крови. заметив это, блондин, тужась, подхватил его и отнёс на кровать, находившуюся в нескольких метрах, положив под голову умирающего несколько подушек, держащих её на высоте и сразу прикладывая свою голову на его грудь, прислушиваясь к еле-слышному сердцу. между каждым ударом, отдающимся гулом, проходит вечность. бинты насквозь промокли, но вроде кровь течёт не так активно. "это потому что она кончается или получилось её остановить? я не успел? почему я пришёл так поздно, почему позволил этому случиться?" времени обвинять кого-либо нет. он сел на колени рядом с телом, неумело делая массаж сердца, под каждым толчком продавливается матрас. "правильным решением было его сюда положить? почему я не знал, как действовать в этой ситуации?" через каждые несколько толчков он снова прислонял ухо к груди парня, надеясь услышать, что получилось что-то исправить, и правда, сердце билось громче, победа, не всё потеряно! - видишь? получилось, всё будет хорошо! скажи что-нибудь, прошу тебя, ответь мне. картина перед глазами начала размываться от переполняющих их слёз. радуясь, что что-то получилось исправить, он взял телефон, набирая скорую, на экран капали слёзы, мешавшие печатать. ожидая ответа, он зажал телефон плечом, освободившимися руками же снова нащупывая на шее пульс и признаки дыхания. почувствовав, что всё на месте и даже более ощутимо чем ранее, он поднёс холодное запястие лежащего к своему лицу, оставтв на нём практически невесомый поцелуй. - всё будет в порядке, слышишь? за тобой уже скоро приедут. Солнце сквозь полузакрытые занавески било в глаза. больничные синие стены, мягкие простыни, в руке, полностью замотанной белыми лоскутами марли, торчит игла капельницы, из открытого окна слышен шум деревьев и редкая птичья трель. это определённо не худшее, что можно было увидеть первым при пробуждении после того, что случилось, однако это значило, что содеянное провернуть не получилось. может оно и к лучшему? смутные воспоминания о произошедших вчера событиях начали возвращаться в черноволосую голову. убить себя? как только глаза чуть привыкли к яркому свету, повернув голову на койке, он увидел сидевшего поблизости своего белокурого спасителя; он упав лбом в колени, тихо спал. - спасибо. - ты вообще представляешь, что натворил?? сколько ты для меня значишь? прошу, молю тебя, не делай так никогда. почему ты не позвонил мне, почему ты не рассказывал? если у тебя снова будут такие мысли - звони максимально срочно. я боюсь потерять тебя, говори об этом, рассказывай, если будешь о таком думать, я приеду так быстро как смогу. если тебе одиноко, переезжай ко мне на время, я отпрошусь с работы, но я тебя умоляю, не молчи. сне стыдно, что я раньше не заметил того, что ты собирался это сделать, я больше не позволю этому случиться, слышишь? не позволю, я обещаю.