Осколки моей жизни уходят с тобой

Воздуха не хватает, каждый вдох словно резал лёгкие заставляя хриплый кашель вырываться вновь. — Эй! — Т-таб таб-блелтки. — Через кашель пытается сказать Тэхён. — Что? Где? — К-карман. Рука быстро скользнула в карман польта Тэхёна, нащупывая пластинку таблеток. Он быстрыми движениями выдавливает таблетку из пластинки. Тэхён приоткрывает рот и Чон сам кладёт маленький кружочек. Таблетка легла на сухие губы, и Тэхён с трудом проглотил её, чувствуя, как горечь царапает горло, от чего кашель вновь вырвался. — Ты блять, ещё тут таблеткой подавись. — Хмурился Чон, наблюдая за Тэхёном. Через минут пять Тэхёну становится легче. Дыхание восстановилось, кашель уменьшился. — Как ты?— После недолгого молчания спросил Чонгук. Но ответа не последовало. — Тэен? — Не совсем, н-но лучше, — Откашливаясь отвечает Ким, — Тэхён. — негромко продолжает Ким приводя дыхание в норму. — Чего? — Сведя брови Чон смотрит на Кима непонимающим взглядом. — Тэхён – зовут меня. — Да блять, это неважно. Что это сейчас было? Тэхён молчит. Всматриваясь куда-то вдаль. — Ты болен чем-то? — Нет. — Резко возразил Ким — Просто не привык бегать такие расстояния. Опускает голову Тэхён и смотрит на руку, обманывая не только Чона, но и себя. Игнорируя привкус крови после кашля. — Ясно. Чон прошёл и сел рядом с Кимом, откидывая голову назад. — За что они тебя? — Спросил Ким так и не поднимая взгляда, смотря на кровавое пятно на руке и быстро вытирая его об штаны. — Это не твоё дело. — Отвечает Чон чиркая зажигалкой в попытке поджечь сигарету. — Ладно. — А ты что? Вспомнил что это алкашня когда-то не убрала за собой? — Что? — То ли не понял, то ли не расслышал Ким. — Нет, я это... ну, помочь хотел. — Зачем? — Ну как зачем, а если бы тот парень всё-таки задушил тебя? — Ну и что? — Знаешь, если тебе настолько плевать на себя, то подумал хотябы про чувства своих родных, которые волнуются о тебе, переживают. — Уже поднимая голову на Чона немного повышенным тоном говорит Тэхён. — Мне и на них плевать. Тэхён замер, в недоумении наблюдая за Чоном. — У меня был единственный человек благодоря которому хотелось жить. Человек который вырастил меня вместо матери, воспитал и научил всему что я знаю. Его больше нет. Тэхён молчал. Он не знал что сказать. Ему было жаль его, он хорошо понимал его чувства, ведь все кто остался у самого Тэхёна – тётя. С этой тётей он живёт уже давно и переехал он вместе с ней в этот город. А родители... — Извини... мне жаль. — Потеряв этого человека, я потерял всё. — Выдохнув дым, Чон хмыкнул и продолжил — Так что мне похуй. Похуй на всё и в первую очередь на себя. Чонгук не понимал почему он перешёл на такую личную тему, почему вдруг решил высказаться этому странному парню. — Знаешь, вот ты тут сидишь и так просто говоришь о смерти, говоришь, что тебе абсолютно плевать на свою жизнь. А ведь есть люди, которые дорожат каждой минутой своей жизни, каждой секундой. Каждый день они боятся просто не проснуться утром, не успеть попрощаться с дорогими себе людьми, просто потому что нет возможности жить спокойно, без проблем и переживаний. И вот смотря на таких как вы, они готовы отдать всё, лишь бы не бояться, что завтра они не проснутся, не боятся что завтра могут умереть. И не боятся в принципе, больше не увидеть свет. Чон молчит. Смотря куда-то вперед, в пустошь. Ему нечего ответить. — Так что пока ты тут ноешь, что бы поскорей сдохнуть, другие молятся хотя бы дожить до утра. Разозлившись Тэхён поднялся и быстрым шагом направился подальше от этой остановки и этого человека. В груди сжало резкой злостью и обидой. Ким не понимает как можно так относится к своей жизни, как можно так относится к своим родным, даже не заботясь что они будут чувствовать после его смерти. Ведь он понимает тех, кто боится не проснуться утром. Но таких как Чон, Ким просто не понимает, и наверное никогда не поймёт.

* * *

Проходя по коридорам института, Тэхён ловит на себе косые взгляды, большое количество косых взглядов и смешков. Зайдя в кабинет где должна проходить пара, Тэхён нашёл своего друга, схватив его он тихо спросил: — Слушай Бомгю, а что происходит? Почему так все смотрят на меня, я как-то не так выгляжу? Тэхён оглядывает себя: обычная коричневая рубашка из толстого материала, классические чёрные брюки и белые кроссовки. Вроде ничего не обычного. — А ты что ещё не видел? — Спрашивает Бомгю оглядывая Кима удивлённым взглядом. — Что я должен был видеть? — Ооо, а вот и один из голубков! Сзади к парням подошли ещё двое, один из которых был – Пак Ёнсу, тот кто и сказал это, обращаясь к Тэхёну? А второй кажется его друг на побегушках – Ханбин. — Ну что, как Чон сасётся хоть? Тэхён ничего не понимая просто стоит. А точно ли к нему обращаются? Тэхён оглянулся, но взгляд Ёнсу был направлен на него. — Вот видишь Саён, Чона оказывается больше интересуют кареглазые брюнетки с сюрпризом между ног, а у тебя ни того, ни другого. — Ёнсу обращался уже к девушке что со злостью раскладывала свои учебники. Блондинка с отвращением посмотрела на Кима. Ничего не ответив она лишь показала средний палец и села на своё место. Вот сейчас Ким окончательно потерялся. При чём тут Чон? И что уже сделал Ким? — Бомгю? — Ким обращается к другу, потому что сам он точно ничего не поймёт. Бомгю поворачивает телефон экраном к Тэхёну. Глаза Кима в лёгком шоке и недоумении становятся шире, щёки принимают красный оттенок, а рот приоткрылся в немом шоке. На экране было фото как Чон держал за руку Тэхёна и они вместе бежали. Но подпись под фото окончательно добила Тэхёна: "Чон Чонгук и Ким Тэхён бегут вместе за ручки по радужной дорожке. Как мило. Голубки ;)" — Что Ким, всё не можешь фоткой налюбоваться? Вечер тот вспоминаешь? Тэхён помнил тот вечер. Помнил как Чон тянул его за руку убегая подальше от звука сирены. — Ооо, а вот и второй голубок подошёл! Чон не обращая внимания просто проходит мимо направляясь к своему месту. — Что же ты Чон так девушек разочаровываешь? – Ёнсу наигранно покочал головой — Тут каждая мечтает с тобой хотя бы за одной партой посидеть, а ты с парнями по ночам за ручку бегаешь. Чон подошёл к своему месту и принялся раскладывать вещи. — А ты что Ёнсу, завидуешь, что по мне даже парни сохнут? Или тебя так нервирует тот факт что за всю жизнь, кроме мамы ты ни скем за руку не держался. По кабинету раздались гул смешков и перешёптываний. Тэхён тоже не сдержался от усмешки. И почему-то Ёнсу, что уже весь покраснел от злости, решил вызвериться именно на Тэхёна. Ким не понял что произошло, когда щека уже горела от жгучей боли, а сам он, уже лежал на полу. Ёнсу самодовольно хмыкнул, а после сделал единственное, на что его толкали слабые логические выводы – кинулся на Чона. Чонгук ожидая чего-то подобного, отшатнулся в сторону, пропуская мимо придурка и пинком под зад придавая тому ускорения. Тэхён ждать не стал, он поднялся и заметив друга Ёнсу направился к нему. Кулак саданул по щеке друга того придурка, от чего костяшки обожгло огнём. Не удержав равновесия, Ханбин столкнулся с дверью и вылетел в коридор, едва не сбив подошедшего к аудитории преподавателя. — Что здесь происходит?! – возопила седоволосая женщина, крепче прижимая к себе папки с бумагами, словно их вот-вот могли выхватить и разорвать. Она обвела возмущённым взглядом группу, а также застывшего Чонгука и Тэхёна, на щеке которого уже начинал наливаться синяк. На Ёнсу который вовремя вернулся на своё место, она внимания не обратила. — Я вас спрашиваю?! – взвизгнула женщина. Тэхён бросил испепеляющий взгляд на Ханбина, который как-то растерянно смотрел на преподавателя, но отвечать на её вопрос не спешил. Сам же Ким не знал, что сказать, лишь тяжело дышал после выброса адреналина в кровь. Чонгук не слушал и не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к недобро скалящемуся Ёнсу. — Ким Тэхён, Чон Чонгук — Произнесла своим громким голосом. — За мной.

* * *

Они стояли в кабинете деканата и ждали пока женщина выпроводит крикливую преподавательницу. Звук открывшейся двери заставил Кима выпрямиться. Вся задумчивость моментально развеялась, стоило ему увидеть строгое лицо декана. — Ким Тэхён, Чон Чонгук – тихо произнесла она, останавливаясь напротив парней. Её тёмно-бордовый костюм слегка блестел в свете электрических ламп, алая помада на губах слегка стёрлась, становясь какой-то светло-розовой. – Поздравляю, вы умудрились отличиться в первую же неделю занятий. Она облокотилась поясницей о письменный стол, складывая руки на груди. — Затеяли драку во время пары – покачала она головой и внезапно вперилась взглядом в Тэхёна: – Ким, у вас же Тётя – простая работница. Ладно Чон… у него отец… Женщина вздохнула, явно намекая на то, что захоти Тэхён остаться в институте – его тёте придётся раскошелиться. Вот только Тэхёну не верилось, что за простой мордобой могут отчислить. Что-то в груди похолодело… — Это я. Тэхён и декан посмотрел на Чонгука разными эмоциями: парень с возмущённым удивлением, женщина с интересом. — Что ты, Чонгук? – спросила та. — Я начал драку, – Чонгук поднял голову, глядя прямо ей в глаза. – Не он. — Но зачем? Кажется, она истинно не понимала к чему такому спокойному студенту начинать драку. — Потому что они придурки. — Чон! — Цыкнула декан — Выбирайте вырождения. — Я ещё не выражался. — Ким, – взгляд женщины переместился на Тэхёна – Это правда? Чон сам начал первым? Парень нервно улыбнулся, совершенно не зная, что ответить. Говорить, что вообще-то всё это начали Ёнсу и Ханбин было как-то совсем уж по-детски. Тэхён быстро взглянул на серьёзного Чонгука, вновь на декана и хотел было возразить, как тот резко пнул его в ботинок. От чего Ким взглянул на Чона, встречаясь с серьёзным угольным взглядом. — Ким? — Напомнила декан. — А да. — Резко выполнил Ким. — Что да? — Поправляя съехавшиеся очки переспросила женщина. Тэхён тяжело вздохнул вновь кидая быстрый взгляд на Чона, который уже смотрел куда-то вперед. — Да, это он начал драку. — На одном дыхании выполнил Ким. — Мг, ясно. — выдохнула она. — Теперь Ким выйди. Нам с Чонгуком надо поговорить. Тэхён всё ещё находясь в лёгком недоумении, кивнул и направился к выходу.

* * *

Чонгук вышел из кабинета декана спустя минут пятнадцать с таким же спокойным выражением лица, с которым заходил. Тэхён заметив парня отлип от стенки в коридоре и поравнялся с ним: — Что она сказала? — Ничего, – буркнул Чон, шагая довольно быстро куда-то вперёд. — Зачем ты заступился? – продолжил наседать Тэхён. — Считай благородным порывом. — У тебя такие бывают? — Хорошо. Будешь должен, – Криво усмехнулся Чонгук. — Но всё же, я мог и сам за себя постоять. — Не прекращал Тэхён. — Придурок, – фыркнул Чонгук. – Тебя из института бы выгнали. — А тебя? Тебя ведь тоже выгнать могли. — Как видишь, не выгнали. — Выдыхает Чон, понемногу начина раздражаться не прошенному собеседнику. — Ну и меня бы не выгнали. Тэхён пугается когда его резко хватают за шиворот рубашки и притягивают ближе. — Слушай Ким Тэхён. — Чуть-бы не рычит Чонгук прям в лицо Тэхёну. — Не сравнивай меня, с собой. Ты не знаешь кто мой отец, и не знаешь как он влияет на всех этих...марионеток. Поэтому, если бы я не заступился, тебя пинком бы уже погнали от сюда. Чонгук, продолжая удерживать парня за шиворот, нервно косился по сторонам, понимая, что сейчас они с Кимом представляют весьма интересную картину. А злые языки будут очень рады пустить очередной глупый слух… Чон разжал руки и чуть пихнул Тэхён, от чего тот слегка отшатнулся. — И тётя твоя, ничего бы уже не сделала. — Закончив Чонгук развернулся, быстрым шагом направляясь к выходу. Он был слишком зол, бесили все и всё. Сначала Отец утром докопался, потом придурки эти, декан со своими нотациями, а теперь и этот парень. Но больше всего раздражало, слишком частое упоминание отца в диалогах. Да, Чонгук и сам его только недавно упомянул Киму, но какой же ужасный привкус осел на языке после этого, будто Чон съел что-то тухлое. Ведь такое чувство, словно Чонгук хвастался своим отцом, возвысил его, унижая при этом тётю Тэхёна. Чонгук скривился и раздражённо сжал кулаки. — Да пошёл ты! — Огрызнулся в спину Тэхён, наблюдая как быстро отдаляется фигура парня, скрываясь за углом.

* * *

Домой Чонгук вернулся, когда уже смуглый город погрузился во тьму и начал накрывать мелкий дождь. Уже подходя к дому, он заметил машину отца и тревожно горящие окна. Значит, сейчас что-то будет… Вздохнув, Чон толкнул входную дверь, моментально попадая под три пары глаз. — Где ты шлялся?! — Гулял, – Равнодушно отозвался парень, снимая с плеч ветровку. Начинающийся дождик уже успел намочить его волосы и оставить на одежде мелкие капли, которые, постепенно впитываясь, неприятно холодили кожу. Отец, который пылал праведным гневом, упёр руки в бока, не в силах выразить своё возмущение: — Гулял значит. — Я просто вышел прогуляться, – терпеливо выдохнул Чонгук. Ругаться не было сил: голова начинала неприятно пульсировать болью. – Что в этом такого? — А об учёбе ты не хочешь подумать? Джисон подскочил к парню, вперившись горящими глазами в совершенно спокойное лицо: — Я трачу столько денег на твоё обучение, дополнительные занятия, а ты уходишь не пойми куда, неизвестно с кем, так ещё и драки устраиваешь! — Отец, – позвал Хосок, – не стоит. — Не вмешивайся! — Я вышел погулять, – всё так же упрямо продолжил Чонгук, сверля подбородок отца безразличным взглядом. – Не трать свои деньги на меня. От них всё равно никакого толку. — Да как ты… — Потрать их на Хосока. Оплати ещё одни курсы… красноречия… — Не распоряжайся моими деньгами! – рыкнул отец, сжимая кулаки. – Будешь зарабатывать – будешь распоряжаться! — Не буду! – выпалил Чон, обходя мужчину и стараясь не задеть даже дыханием. В комнате повисла тишина, под которую Чонгук всё-таки удалось удалиться в свою комнату, где он, захлопнув дверь, повалился на кровать. Рука автоматически открыла ноутбук. Тусклый синеватый свет упал на стены, выбеливая и без того бледное лицо. Судя по звукам, доносившимся снизу, они спорят. Парень прикрыл глаза, прикладывая ладонь ко лбу и стараясь не думать, не слушать. Злость. Ядовитая. Просачивающаяся через кожу, через лёгкие. Отравляющая сердце и душу. Чон вскочил, рывком посылая ноутбук на пол. Он думал, станет легче, но лишь подбросил дров в разгорающийся костёр злости. Следующим в стену полетел стакан, разбиваясь на осколки. Взгляд метнулся по комнате, но из-за аскетичного образа жизни здесь побить было нечего. Чонгук зажал голову руками, стараясь обуздать невесть с чего нахлынувшие чувства. Обратно повалившись на кровать он лишь прикрыл глаза. Стычки с отцом и братом были не редкостью, но сейчас она задела сильнее, словно пробила защитную оболочку. Дверь раздражающе скрипнула, когда в комнату осторожно заглянул Хосок, что в темноте комнаты, всё-таки смог разглядеть силуэт брата. — Чонгук? – Позвал брат, подходя ближе. — Иди к чёрту! – Выпалил тот продолжая лежать с закрытыми глазами. Хосок тяжело выдохнул, облокачиваясь о спинку кровати и медленно съезжая на пол: — Поговори со мной. — Я… не хочу говорить, – Зло выдохнул Чонгук. Говорить не хотелось. Было лишь желание, чтобы эта злость ушла. Разум вновь играл с ним в странные игры. — Почему ты...так относишься к институту? – внезапно спросил Хосок. — А зачем он мне? – Рыкнул Чонгук, устремляя взгляд в потолок, словно он мог ответить за глупые вопросы его брата.— Зачем мне высшее образование? — А что ты ещё собрался делать? Сидеть здесь? — Не знаю. Чонгук прикрыл глаза. Странно. Они разговаривают. И ещё не убили друг друга. Месяц назад даже такой разговор связанный парой фраз, казался ему невозможным, да и Хосок не думал, что сможет говорить с младшим братом о таких пустяках, как очередной год в институте. — Там люди. Всяко лучше стен. Тебе нужны люди. — Пошли эти люди нахер, – Ухмыльнулся Чонгук, вытаскивая из кармана сигареты и медленно закуривая. Ему было плевать на то, что подумают отец, что подумает брат. Было плевать на всё. — Ты куришь? – без ошибки угадал терпкий запах табака Хосок. — Тебя волнует? – зажимая сигарету в зубах, спросил Чонгук, поглядывая в сторону. — Я тоже хочу. Можно? Тишина длилась минуты две, а потом шуршание на кровати послышалось вновь. Конечно, Хосок ожидал, что сейчас ему прилетит чем-нибудь, например подушкой, или же брат банально обматерит его, послав ко всем чертям, но, к его удивлению, всё было тихо. — Дай, – Протянул руку Хосок. — Должен будешь, – Буркнул Чонгук, бросая на пол сигареты с зажигалкой, а сам вновь уставился вверх. Потолок странно синел в наступающих сумерках, свет от упавшего на пол ноута неровными полосами стелился по потолку, заглядывая куда-то за шкаф. Чон услышал чирканье зажигалки, и вскоре рядом с ним на кровать приземлился брат, так что пришлось убрать руку в сторону, дабы на неё не легли. — Как ты их куришь? – поморщился Хосок, вопросительно глядя на сигарету. – Они же ужасные… Чонгук пожал плечами, уже докуривая первую сигарету. — Если не нравится, зачем брал? – Поднял он брови, хотя Хосок не мог видеть его лица. – Чтобы показаться таким опупенно близким? — Просто решил попробовать, – Отозвался тот, в голосе которого начали сквозить оборонительные нотки. Столько осторожности. Кажется, старший брат даже дышал через раз. — Хочешь, чтобы было как раньше? – криво улыбнулся Чонгук, туша бычок о спинку кровати. — Я хочу… чтобы ты был ближе, – спустя некоторое время отозвался Хосок. Чонгук повернул голову к нему, упираясь взглядом в застывшую руку с сигаретой. Курить он не спешил, и никотиновая палочка зазря исходила терпким сизым дымом. — Ты гомик, что ли? – Хмыкнул Чон младший. – Ближе? Что за девчачья бредятина? — Не передёргивай. Я хочу быть твоим старшим братом. Хосок тоже повернул голову, и теперь они смотрели друг другу в глаза. — Прозевал ты своё счастье, – Хохотнул Чонгук. — Ещё много лет назад. — Я знаю...и мне очень жаль. — Тебе жаль, – Поднял брови парень. – Тебе… жаль? Ну вот. Хосок снова ляпнул лишнее, снова задел прошлое, задел...так и не затянувшуюся рану брата... — Иди отсюда, – тихо выдохнул Чонгук, прикрывая глаза. – Хосок, выйди из моей комнаты. Хосок лишь молча поднялся с кровати и вышел из комнаты, оставляя после себя щелчок двери. Пролежав в темноте ещё час Чонгук вскочил с кровати. Он быстро подхватил забытый рюкзак, что валялся в пыльном углу комнаты ещё с подросткового возраста, и принялся впихивать туда первые попавшиеся вещи. Взял все накопленные деньги за последние время, их было немного, но на ближайшее время должно хватить. Осмотрев опустевшую без его разбросанных вещей комнату, подхватил ноутбук с пола, отправляя оный к остальным вещам, и застегнул молнию. Распахнув двери, перед ним привстала преграда в виде брата. — Свали! Хосок не сдвинулся с места. — Куда ты собрался? — Спрашивает Хосок, не пропуская Чонгука, которой пытается проскочить мимо. — Не твоё дело. — Чуть бы не скрепя зубами отвечает Чон младший. — Даже если ты уйдешь, куда ты пойдешь? На лавке спать будешь? — Если понадобится, буду. А теперь съебись. Отпихивая брата, Чонгук всё-таки смог проскочить мимо. — Возьми. — Хосок протягивает Чонгуку пачку денег. — Мне не нужны твои деньги. Чон попытался уйти, но Хосок не позволяет, хватая за локоть и разворачивая на себя. — Ты не выйдешь с этого дома, пока не возьмёшь эти деньги. — Довольно твёрдым тоном обращается Хосок к младшему, прожигая предупреждающим взглядом. — Чонгук. — серьёзным тоном произносит Хосок. Чонгук выхватывает деньги из рук старшего и быстрым шагом спускается по лестнице, направляясь к выходу. — Береги себя. — Напоследок сказал Хосок уже захлопнувшейся двери.