Забыл взять тебя

      Машины Арсения нигде не было, а вместо неë на парковочных местах стояли два чëрных лексуса. Казалось, ничего хуже этого нельзя было вообразить.       — А где?...       Не успел Антон задать вопрос, как Арсений тут же схватил его за запястье и резко прижал к ограждению. Шастун ощущал на себе зверский взгляд голубых глаз, исследовавших его, как загнанную в угол жертву, и не мог пошевелиться. С каждой секундой становилось напряжëннее, Арсений сжимал его запястье сильнее и сильнее. Холод мурашками прошëлся по рукам. Дыхание сбилось.       — Что ты?...       — Стой здесь и не двигайся, — прошептал Арсений в ухо, заглядывая Антону за спину.       Шастун прикрыл глаза, признавая своë поражение, и постарался уйти от ощущения полной безысходности. Ему было страшно не столько из-за действий Арсения, сколько из-за того, что в целом происходит. Казалось, мир сошëл с ума, и Антон остался единственным здравомыслящим человеком.       Говорят, когда закрываешь глаза, ощущаешь всë совсем по-другому. Будто начинаешь концентрироваться, замечая не подвластное взгляду. Ощущения встают на первый план, рациональность уходит далеко-далеко, оставляя за собой легкий аромат одеколона.       Арсений был похож на море, такое спокойное и манящее, как пение соловья. Но стоило солнцу скрыться за горизонт, как начиналась страшная буря. Антон будто находился в самом еë центре и не решался что-либо предпринимать, боясь, что его заденет огромная волна неконтролируемых эмоций. И с каждой секундой буря не унималась, только усиливалась. Аромат морского бриза стал острым и, как лезвие ножа, резал горло.       — Арс...       Казалось, прошло всего несколько секунд, но для Антона это была целая вечность. Он с опаской пошевелил рукой, аккуратно дотронулся до плеча Арсения.       — Всë ведь хорошо, правда?       Буря затихла. Наступил штиль. Арсений кинул взгляд на Антона, но затем быстро отвëл его, вновь сосредоточив внимание на парковку.       — Не беспокойся, мы скоро уедем.       Антон сжимал плечо Арсения, как спасательный круг, не переставая смотреть мужчине в глаза. Перед ним не было того светлого неба. Взгляд был тëмным, пронзительным, как тлеющий уголь.       — Жди меня здесь. Если увидишь красную машину с номером 527 – сразу беги к ней.       Арсений отстранился и, кинув на Антона последний взгляд, ушëл.       Парень не до конца понимал опасность своего положения. Он преданно ждал, иногда выглядывая из-за высокой ограды, чтобы оценить, не приехала ли красная машина. Но еë, как и Арсения, не было на горизонте. И с каждой минутой Шастун напрягался, гадая, что происходит. Он даже не мог вообразить, в какую передрягу он попал вместе с Арсением. Перед ним всплывали самые ужасные картинки, которые он никак не мог выкинуть из головы.       Это было похоже на страшный кошмар. Перед ним предстала та самая подсобка, забитая мусором до потолка, и незаметная решетка в самом углу. Он вспомнил, как было одиноко и страшно тогда, и эти ощущения точь-в-точь повторялись и сейчас. Он не мог оторваться спиной от ограждения, боясь, что от этого зависит его жизнь. И с трудом сдерживался, чтобы не заорать на весь лес от страха.       Ноги не держали его. Он вздрагивал, когда слышал малейшее колыхание ветра. И с трудом переводил дыхание.       Перед ним вспышками проносились эпизоды из подсобки. Как он сначала попал туда по какой-то причине. Как пытался вырываться, но ничего не получалось. И как он осел на пол, обреченно принимая свою участь.       Он взялся за колени, смотря под ноги, на растоптанную тëмно-зелëную траву.       Бах.       Оглушающий звук выстрела вернул Антона в реальность.       Он вздрогнул, тут же выпрямился, прижался к ограде. Аккуратно выглянул из-за спины.       Бах.       Антон пошатнулся, чуть не упал. В его глазах помутнело. Он не знал, что делать, и держался изо всех сил, чтобы не упасть.       Бип-бип.       Антон зажмурился, думая, что вновь услышит выстрел. Но вместо него прозвучал громкий автомобильный сигнал. И тогда он резко обернулся и, увидев заветную красную машину, чуть не упал лицом об асфальт.       Бах.       Бип Бип.       Антон собрался с мыслями и, поняв, что ему надо спасаться, побежал к машине. Однако никто не мог предугадать, что в этот же момент из-за угла главного корпуса выбегут охранники с пистолетами в руках.       «Блять!»       Антон только ещë сильнее запаниковал. он пригнулся, чтобы его не было видно из-за машин, как в каких-то боевиках. Всë же, иногда фильмы спасают жизни – и за это Шастун был готов поручиться.       Бах. Бах. Бах.       Из-за многочисленных выстрелов Антон успел оглохнуть. Он прошëл несколько рядов, судорожно переставляя ноги, нагибаясь всë ниже и ниже. В его голове было пусто, адреналин захлынул в голову, и появилась та самая концентрация, спасающая множество жизней. Шастун в моменте даже стал увереннее.       Послышалось ещë несколько выстрелов, но уже других. Охранники отвлеклись на звук. И тогда Антон увидел, как по ступенькам главного корпуса выбегает Арсений с пистолетом в руках.       — Садись, блять!       К Антону подъехала красная машина, и ему пришлось тут же запрыгивать в неë, понимая, что водитель не сбавит скорость. Ведь у стрелков была возможность прострелить колеса. И тогда Антон понял, в чëм заключался план Арсения.       — Блять! Как же Арс? Арс!       Антон заорал на водителя, толком не разбирая ситуации.       — Не ори! Нам надо валить. Сейчас же.       — Да что блять происходит?       На Антона накатила истерика. Он сжал переднее сиденье, царапая подушку руками, и судорожно смотря на дорогу.       Ещë пара выстрелов. Антон прикрыл глаза, вжимаясь в сиденье.       Треск разбитой фары.       — Сука! Конченый, отвлекай блять! — раздражëнно крикнул водитель, после чего сделал крутой манëвр и, нажав педаль газа, на полной скорости помчал к выезду из курорта.       — Ебанутый. Какого хуя? У нас теперь фары нет, — недовольно произнëс он, поморщившись. — Меня кстати Серëжей зовут, а тебя?       Антон настороженно приоткрыл один глаз и, взглянув на водителя, тихо ответил:       — Антон...       — Слушай, Антон, — начал Сергей, бросив взгляд на зеркало заднего вида. — Когда я скажу, тебе надо будет быстро пересесть на левую сторону и открыть дверь. На счëт три уже должен открыть. Понял?       Антон судорожно кивнул. Он пребывал в таком шоке, что с трудом переваривал информацию, сказанную Сергеем. И только спустя несколько секунд осознал, что от него потребовали.       — Раз.       Антон прислонился рукой о соседнее сиденье.       — Два.       Он сделал резкий рывок и, с шумом выдохнув, схватил ручку двери. Он сидел в ожидании нужного сигнала. Рука дрожала, а у самого Антона кружилась голова.       — Три!       Машина резко остановилась. Шастун с шумом открыл дверь и, увидев Арсения, тут же протянул ему руку, когда Сергей нажал на педаль газа. Мужчина тяжело упал на задние сидения, завалившись на Антона.       — Закройте, блять!       Шастун не мог дотянуться до двери рукой, как и Арсений. Его ноги чуть ли не свисали над дорогой, а он сам не мог занять место. Тогда Шастун резко схватил Арсения за талию и потянул на себя.       — Закрывай! — заорал Антон, дëрнув мужчину за рукав.       Когда Арсений ощутил ногой пол машины, он тут же приподнялся и, отстранившись от Антона, дëрнул за ручку. Дверь с шумом закрылась. Пуля пролетела мимо.       — Блять, долбоебы! Какой епта курорт? А ты, конченый сука, не мог вырубить ебучий телефон, чтобы тебя не отследили? Они сука не тупые!       Водитель орал на парней, как на двух провинившихся школьников. Но оно было неудивительно, ведь, по сути, из-за этой парочки у Сергея теперь тоже проблемы.       — Серëг, я тебе благодарен по гроб жизни.       — Теперь ты у меня в должниках, гнида, — послышалось со стороны брюнета. — И только попробуй отвертеться. Я тебя прикончу.       Антон наблюдал за перепалкой и молчал, сжимая переднее сиденье рукой. Он зажмурился и приложился лбом о подушку.       — Шаст, успокойся. Всë хорошо.       Состояние Антона стало заметно Арсению. Тогда парень обернулся на него и, недолго думая, заорал:       — Нахуя ты меня бросил, блять? А если бы тебя пристрелили? Ты подумал, сука, об этом?       Арсений молча уставился на Антона, видя его покрасневшие от слëз глаза. И шумно вздыхал, смотря на него.       — Ой, семейные разборки пошли, — послышалось недовольное от Сережи, — оставьте это на потом, бля. Вообще не до этого сейчас.       Антон тут же уткнулся носом в подушку переднего сидения. Арсений скрестил руки на груди и, не говоря ни слова, отвернулся к окну. Сергей увеличивал скорость и, выехав на главную дорогу, резко повернул направо, из-за чего Антон чуть не свалился с сиденья.       — Пристегнитесь, дебилы.       Антон потянулся за ремнем. Его руки так дрожали, что он не мог просунуть скобу в замок. Арсений, заметив это, тут же взял его ремень и пристегнул парня, смотря с тем же беспокойством во взгляде.       — Прости меня, — чуть тише произнëс Арсений, не решаясь взглянуть Антону в глаза. — Мне не стоило тебя оставлять. Я не подумал о себе в тот момент.       Шастун смотрел на Арсения, сжимая ремень. Он едва успокоился после случившегося.       — Я не понимаю, что происходит, — в который раз сказал Антон, — мне это нихуя не нравится!       Антон чувствовал подступающую злость. Ему толком никто не объяснял, что происходит, это изрядно надоело. Последние несколько дней – сущий кошмар, который нельзя описать каким-то там мелким происшествием в клубе. Ведь кому нужна такая перестрелка из-за случайной пьяной стычки?       Послышалась полицейская сирена. Антон вздрогнул, подумав, что их остановят за превышение скорости. Но с каждой секундой сигнал будто отдалялся.       — Антон, — послышалось тихое от Арсения. — Я тебе всë объясню, но не сейчас. Хорошо?       Антон только отвернулся. Он не хотел показывать, как ему страшно, но его дрожащие руки говорили сами за себя. Он глубоко дышал, прикрывая глаза, и старался думать о хорошем.       Шум колëс. Отдаляющаяся полицейская сирена. Гулкое биение сердца.       Внезапно Антон почувствовал теплое касание на своей руке. На секунду он будто впал в состояние невесомости, и все тревоги куда-то испарились, словно их и не было. Он аккуратно приоткрыл глаза и взглянул на обеспокоенного Арсения. Он всë ещë держал его за руку, аккуратно поглаживая костяшки пальцев. Антон вздрогнул, взгляд заметался.       — Куда едем-то? — спросил Серëжа, не сбавляя скорости.       Арсений не убрал руку. Он смотрел на Антона, анализируя его состояние.       — Чем дальше – тем лучше, — ответил Арсений, недолго думая.       Антон на секунду засмущался, когда увидел их руки. И молча отвëл взгляд.       — Тогда поедем в нашу подземку. До неë ехать час, но там хотя бы есть охрана.       Арсений согласился с предложением Сергея, после чего, взглянув на Антона, убрал руку. Они тут же сделали вид, что ничего не было, и отвернулись друг от друга.       Казалось, за этот день произошло так много всего, чего не случалось у Антона за все двадцать пять лет его жизни. И всë благодаря странному голубоглазому кассиру, внезапно появившемуся в его жизни.       Вопросы только копились у Антона. Как Арсений узнал про сахар? Почему он так заинтересован в общении с ним? Что произошло в клубе? Почему Арсений спасает его? Кто этот владелец красной машины? Что, мать твою, вообще происходит?       И всë же, во всëм этом было понятно только одно: Арсений – не простой кассир из супермаркета.       Но кто же он?