Чёрная тушь

Серый рассвет и такая черная тушь на простыне, "Нет! Это полная чушь!", ее глаза говорят мне. В то время, как рука в блестящих часах Роняет на пол холодный тесак. Пока тело кровоточит, двери лифта Моментально отрежут меня от этой ночи...

Она стоит напротив зеркала. Глаза слегка щурит и всматривается в собственное отражение. Сегодня Елизавета хочет быть лучшей. Сегодня она желает затмить абсолютно каждую девушку, которая будет проходить мимо. Платья Лиза одевает редко, но сегодняшний день - исключение. Мягкая ткань едва закрывает плечи, позволяя любоваться на изящные татуировки на ключицах. Платье темно-синего цвета подчёркивает каждый изгиб тела, делает его ещё идеальнее. Тушь. Тоже редкое явление. Лиза купила её специально для этой встречи. Ресницы стали ярче, а сама девушка хмурится. Надеется, что не смажется ничего из-за неаккуратности, а может и из-за слез. Вроде как эта штука водостойкая. Не дай Бог очередная обманка производителей. Телефон вибрирует. Оповещает о новом сообщении. Кира пишет. На лице играет слабая, горькая улыбка. Блондинка сообщает о том, что будет ждать Лизу у входа в отель, если придет раньше. А она и придет раньше. Елизавета уверена. Телефон отправляется в сумку, а следом за телефоном эта несчастная тушь. Глаза бегают по комнате. Ничего не забыла? Забыла. Сердце свое забыла. Оно остаётся тут, в этой комнате. Дальше Лиза идет без него. Удивительно, их последняя с Кирой встреча, а девушка оставляет свое сердце. Просто так надо. Сегодня Елизавета опять станет самой красивой и самой желанной. И это будет в последний раз. Хочется плакать и биться в истерике словно ребёнок, которому не разрешили взять с собой любимую игрушку. И действительно, приблизительно так это и выглядит со стороны. Только проблемы немного иные. Лизе действительно не позволили сделать так, как она хотела бы. Но сейчас без слез, девушка уже все решила для себя. Никто и никогда не был для неё препятствием. В окне серый BMW. Значит, за Лизой приехало такси. Теперь точно не время распускать сопли. Она сумочку вешает на плечо, кеды подходящие надевает и вылетает из квартиры пулей. Времени смириться было предоставлено достаточно. Андрющенко спускается по лестнице, вылетает во двор и садится в машину. Кажется, что Елизавета едет вечность. Время течёт мучительно долго. А причиной тому служат мысли, что буквально пожирают мозг изнутри. Их последняя встреча состоится сегодня, в излюбленном отеле, в привычной обстановке. Кира подарит Лизе новые, незабываемые воспоминания. Ногти нещадно впиваются в бедра. Отвратительно. И кажется, что девушка так и сидела бы в салоне авто, но водитель привлекает к себе внимание. — Девушка, приехали, — произносит мужчина. — Да.. Отлично. Оплата наличными, — Елизавета приходит в себя. Нужную сумму оставляет и выходит из машины. Как и было предсказано Лизой, Кира уже стояла у входа. До безумия красива и сексуальна. Чёрная водолазка, брюки того же цвета. Волосы, собранные в небрежный хвост, идеально дополняли образ девушки. Елизавета на пару секунд зависла, любовалась всей этой картиной. В последний раз. Им не суждено быть вместе, слишком разные. Из разных миров. Ноги ватные сами собой поднимаются по ступенькам. И вот, Кира совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. — Кисуль, ты чего задумалась? — блондинка аккуратно, но по-хозяйски кладёт руку на талию Лизы. — Всё нормально, — улыбается слегка, а потом к губам напротив тянется. — Скажи мне, почему встречи с тобой самые желанные? — Кира шепчет это на ухо Лизе и опаляет горячим дыханием чужую шею. Языком обводит буквы татуировки, — Сегодня ты в платье... Необычно. Но это сводит меня с ума. Есть какой-то повод? — Потому что твой статус нам этого не позволяет? — Елизавета усмешку давит, а следом шею вытягивает, поцелуи горячие принимает, — Рада, что тебе понравилось, — на последующий вопрос девушка не отвечает, молчит. Просто не хочет обманывать. Они идут молча. Держатся неплохо. Ну или Лизе так кажется. Просто её дико тянет к Кире, а Киру напротив, тянет к ней. Период цветов и подарков эта пара обошла стороной. Они вообще много чего обошли стороной. Перепрыгнули с пункта знакомств к пункту бешеной страсти. Девушки были увлечены друг другом. И возможно влюблены, но ни одна из них не признавала этого. Кира не может вставить ключ в замочную скважину, у неё есть занятие гораздо интереснее. Руки блуждают по телу Лизы. Они с особым интересом изучают чужие ребра. Словно впервые касаются нежной кожи. Медведева прижимает предмет своего обожания к двери. А Елизавета невольно хмурит брови, шипит. Так показывает свое недовольство. — У тебя есть ключи, так открой, — произносит Андрющенко, заглядывая в глаза напротив. — Блядство, Лиза, — выдыхает недовольно. Ключ вставляет, буквально вталкивает внутрь любимую девочку. Нетерпение играет с девушкой злую шутку. С громким хлопком дверь закрывается, Лиза успевает позаботиться о замке, закрывая его на два оборота. Не хочется думать ни о чем. Чужие руки подхватывают за бедра, лишают возможности стоять на земле. Спина в очередной раз изучает светлые и шершавые стены. А Елизавета ладони прохладные запускает в пепельный блонд Киры. Хвост распускает и позволяет себе зарыться в волосы, вдохнуть излюбленный запах шампуня, отдающего чем-то карамельным. — Ты сводишь меня с ума, — опять шёпот. Кира слегка прикусывает чужую губу и оттягивает ту на себя. Девушка сжимает бедра Лизы, ведёт, всю инициативу берет на себя, подводя к до тошноты аккуратно заправленной постели. Всё и все бесят. Всё мешает и раздражает. Абсолютно всё. Кроме неё. Кроме любимой Индиго. Кира никогда не пасовала, не боялась. Но почему-то ни разу не дарила Елизавете простое "Я люблю тебя". Они жили от встречи до встречи. А днем делали вид, что не знаю друг друга. И это тоже бесило. Заставляло собственнические замашки показывать багровыми засосами поверх Лизины татуировок. Всем вокруг это даёт понять — трогать Андрющенко не стоит. Но и выходить им вместе на публику было запрещено. Статусы не позволяют. Хотя дело не в них. Томный вздох. Глаза смотрят куда-то в потолок. Лиза чувствует мягкую простынь. Руки Киры пролетают под ткань платья. Низ живота приятно тянет. Бабочки? Нет, что-то в разы лучше. Желание, страсть. Одежда сейчас определённо лишняя. Лиза тихо охает, когда чужие пальцы касаются уже промокшего белья. Кира дразнит, играется. Потому что её это заводит. Девушка поднимается выше. Оставляет горячие поцелуи, заставляя нежную кожу покрываться мурашками. Тихий стон ласкает слух. Он первый, но далеко не последний. Стягивать с худощавого тела платье Кире в новинку. Обычно Лиза предпочитает рубашки или футболки. Второй вариант хорош своей простотой. Сплит проходится влажной дорожкой по чужим ключицам. Кира чувствует, как Андрющенко замирает в её руках, принимает любые ласки. Девушка наконец находит злосчастную застежку на спине. — Забудь, без платья ты выглишт в разы лучше, кисуль, — и Кира спешно стягивает ненужную ткань, прилагая все усилия для того, чтобы не сорвать её. Все же кому-то в этом возвращаться домой. — Сучка.. Я так старалась, — Лиза тихо скулит. Ей по душе все, что сейчас происходит. Кира просит молчания. Поцелуем затыкает не задумываясь. А руками талию Елизаветы сжимает. Выбивая из чужих уст приглушенный стон. Кира любит чужое тело. Она без ума от него. Поэтому тёмный бюст следует чётко за платьем, куда-то в сторону, как ненужное тряпье. Медведева пальчиком проводит по округлой груди, сжимает слегка сосок. Ей нужны эмоции Лизы. Ей нравится, как та опрокидывает голову назад и сжимает меж пальцев белую простынь. Хоть картины пиши. — Тшш, тише, — Шепчет Кира. Она опускается от груди вновь к талии, сжимает ту, параллельно целуя кубики пресса, оставляет тёмные засосы. Лиза выгибается сильнее, тем самым вызывая улыбку на чужом лице. Ей хорошо. Чертовски хорошо, когда Кира целует. Ласкает нежную кожу, оставляет отметины. Но сейчас голова забита совершенно другим. Лиза сладко стонет, а хочется плакать. И это не ускользает от чужого взора. Они не вместе, но Кира почему-то всегда замечала любые перепады настроения Елизаветы, абсолютно любую мелочь. — Лиз, ты в порядке? — срывает с уст мгновенно. Мимолетная забота друг о друге, волнение. Именно в такие моменты казалось, что между ними может быть нечто больше чем просто секс. — Всё хорошо, — А в такие моменты все глупые фантазии вновь растворялись. Потому что ответ Лизы четкий, без единого сомнения. Кира продолжает. Пальцы проходятся по влажной ткани нижнего белья с лёгким нажимом. Хочется слышать девочку любимую. Последний элемент одежды покидает тело Елизаветы. Хитрая ухмылка на лице Киры. Она продолжает играть, специально. Поэтому медлит. Стягивает с себя черную водолазку и улыбается. — Ты издеваешься сейчас? — слегка возмущённо произносит Лиза. — Как ты могла о таком подумать, кисуль? — Кира выбившуюся прядь волос чужих за ухо нежно убирает, а следом в глаза смотрит. Хмурится слегка, когда Лиза отводит взгляд, но не говорит ничего. Пальцы умело проходятся меж чужих ног. Они массируют горошинку клитора, пока Кира пытается поймать чужой взгляд. Все тщетно. Лиза не смотрит. И это раздражает. Медведева лишь наблюдает за тем, как девушка подрагивает под ней. Пора прекращать чужие мучения. Она входит резко. Потому что все уже давно пройдено. Тело чужое изучено, каждый сантиметр. И нужный темп под приглушенные стоны набирает. Клитора продолжает массировать. — Ну же, не сдерживай себя, — Кира улыбается самодовольно. Эти слова были вовсе не обязательными. Лиза никогда не ограничивала себя рядом с Кирой. Напротив, была раскрепощенной. Потому руки Андрющенко вновь зарываются в светлые волосы. С уст срываются новые стоны и неразборчивый шёпот. А Кира желает слышать свое имя. Ускоряет тем. Чувствует, как Елизавета подрагивает, зарывается в её волосы. Девушка уже близка к разрядке. Кире хватает ещё несколько толчков для того, чтобы получить чужой оргазм. Лиза доходит до нужного состояния и наконец даёт Медведевой желаемое, выстанывая её имя и мгновенно обмякая в крепких руках. Кира выходит неспеша. Пальцы о простынь вытирает и волосы растрепанные в хвост собирает. Это не конец. Язык желает вылизать эту девушку. Аккуратным мазками оставшуюся смазку собирает. Пробует Лизу на вкус. И та чертовски хороша. Впервые внимательность Киры её подводит. Потому что Елизавета пускает первую слезу под чужие ласки. —Кир, — Шепчет еле слышно. И ноги сводит, когда блондинка поднимает голову вверх. — Слушаю тебя, — слегка удивлённо произносит девушка. Лиза никогда её не останавливала. Так что же произошло? — Кир, — повторяется. Наконец сил набираясь, — Я люблю тебя, — Андрющенко не знает какого ей ждать ответа. Просто хочет сказать это в их последнюю встречу. Просто хочет, чтобы та знала. А Медведева на время замирает. Ощущение, что та бредит. Слишком громкое и неожиданное признание. Кира не готова сейчас об этом говорить. Да и не уверена, что вообще будет когда-нибудь готова. — Ранее обычный отлиз на тебя так не действовал, — с ноткой удивления в голосе произносит Кира. Момент весьма неловкий. Ей не хочется задевать чужие чувства. Лиза молчит. Это была крайне неудачная попытка перевести все в шутку. Особенно сегодня. Особенно сейчас. Быть может, если бы Кира ответила иначе, все было бы по другому. — Эй, кисуль, — девушка ложится рядом. За подбородок Елизавету тянет к себе и целует, — Давай поговорим об этом чуть позже, пожалуйста Это просьба эхом в ушах отдаётся. Андрющенко хочется разозлиться и прикрикнуть на Киру. Она ведь совсем не понимает, что другой возможности у них просто не будет. — Всё хорошо, я понимаю, — Лиза губу прикусывает, — Давай ложиться. Пора бы. Кира лишь кивает сдержанно. Она понятия не имеет, как вести себя в данной ситуации. Поэтому просьбу чужую выполнить готова. Её настораживает следующая встреча. И то недосказанное, что осталось между девушками. Кира совершенно не думает о том, что следующей встречи не будет вовсе. Эта мысль не посещает её. Сон быстро берет верх. Минут двадцать и Медведева посапывает. Этого же к сожалению нельзя сказать о Елизавете. Девушка лежит, принять происходящее пытается. Смотрит на тихо спящую Киру и хочется лечь рядом, тоже уснуть. Но нельзя. Она встаёт с кровати бесшумно. Платье, что на стуле небрежно висит, одевает, застегивает с особым трепетом. А сама кажется на грани. Способна ли Лиза сохранять хладнокровие? Она не уверена. Но подходит к той самой сумочке, в которую ещё пару часов назад закинула тушь. Сейчас нет необходимости в этой вещице. Лиза достаёт нечто иное. Обычный тесак, что хранится на самом дне. Девушка смотрит на него секунд десять, до побеления в костяшках сжимает. А после на Киру взгляд кидает. Глупо это всё. Кто бы мог подумать, что все вот так вот кончится у них? Лиза могла бы. Подходит к кровати сжимая свое холодное оружие. А тело предательски дрожит. Ещё никогда не было так сложно перерезать кому-то горло. Блядство. Кира спит, безумно красивая. Елизавета губы поджимает в тонкую полосочку. Не время плакать. Она наклоняется. Нож к чужому горлу подносит. И вот она - ошибка. Андрющенко слишком медлительна сейчас. Кира чувствует движение и глаза открывает. Вот так просто. Все кончено, сейчас Медведева наверняка начнёт защищаться. И Лиза проиграет. Но ничего из того, что представляла себе Елизавета, не происходит. Девушка сонно глаза открывает. Фокусирует взгляд и с лёгким удивлением смотрит на Андрющенко. Иногда Лизе казалось, что у Киры вовсе отсутствует страх. Но она боится признаться в своих чувствах. Значит, страх всё же есть. — Вот в чем дело, — Кира не двигается. С усмешкой смотрит на девушку напротив. Страха действительно нет. Только нечто необъяснимое в горле застревает, — Поэтому ты и решила все сказать сегодня? Хочешь моего ответа? Лиза молчит. Блондинка наблюдает за тем, как нож в её руках дрожит. Та нервничает, боится. И все это кажется до жути смешным. — У нас будущего нет. И быть не может, понимаешь? — Кира говорит тихо, — Поэтому сейчас ты мне перережешь глотку. И я не стану этому противиться. Пусть это будешь ты, а не кто-то другой, — делает короткую паузу, — Похоже ли это на признание в любви? — Сука, — Лиза глаза закрывает. Голову вверх поднимает, останавливая поток подходящих слез. Это действительно похоже на признание в любви. И сделать задуманное становится ещё сложнее. Рука Кирина аккуратно запястье Елизаветы хватает. Подносит тем самым нож обратно к собственному горлу. Любовь так глупа. Она не думала, что попадётся на подобные уловки. — Давай, Лиза, сделай это. Не сделаешь ты, сделает кто-то другой. Только у тебя проблемы появятся, — Медведева все понимает. — Я.. — Не хочешь? Не можешь? Отключись, сделай, — Шепчет тихо, сглатывая тот самый ком в горле. — Мы встретимся, я обещаю, — губы касаются губ напротив. Мягко, последний раз. Роняя солёные слезы на Кирино лицо. Последние силы в кулак собирает. Всю себя этому поцелую посвящает. Лиза дышит рвано. Чувствует себя отвратительно. Нож проходится по шее. Пуская густую, красную кровь. Это был последний вздох Киры Медведевой. А Елизавета в волосы собственные зарывается. Тесак из рук выпускает. Хочется лечь рядом и перерезать глотку себе. Но сил нет даже на это. Без особых церемоний Лиза собирается. Нож с собой забирает. Оставлять его там не хочется совсем. О теле Киры не думает. Об этом подумают уже другие люди. Они все следы заметают. Девушка покидает отель на дрожащих ногах. Телефон из сумки извлекает и звонит по давно знакомому номеру. — Медведева Кира Андреевна мертва. У меня всё. Я больше не смогу сотрудничать с вами, — голос тихий из-за поступающих слез. Девушка сбрасывает трубку мгновенно, не ждёт никакого ответа. Лиза слишком прикипела и душой и телом к Кире. Сердце бьётся с бешеной скоростью. Девушка ненавидит себя. Всхлипывает тихо. Об этом никто не узнает. Никогда и никто не узнает о том, что она рыдала после того, как перезала горло Кире. Такого не должно было быть. Но это произошло. Крик, полный боли, оглушает ночные улицы. Только это неважно. Всем плевать. Всем, кроме Лизы. Которой Кира все же призналась в чувствах. — Я люблю тебя, — чёрная тушь, которая была куплена исключительно для этой встречи, летит в мусорный бак рядом. Она больше не нужна никому. Впрочем, Лиза тоже больше никому не нужна.