Это всегда был ты

       Снейп. Гарри Поттер помнил свой первый день в Хогвартсе. Сказка, о которой он даже никогда не мечтал, вдруг оказалось реальностью и ОН был её частью. Гарри помнил огни замка, запах еды и воска, смех и восклицания, музыку и песни, улыбку директора, похлопывания по плечам от сокурсников. Гарри помнил взгляд и боль. Его взгляд.       Темная мантия, серая кожа, сальные волосы, крючковатый нос. Но хватило именно одного взгляда, чтобы Гарри понял — ЭТОТ человек не должен быть в его сказке, но он был.       Гарри помнил. Он помнил насмешки, оскорбления, гнев и боль. Помнил слезы на своих щеках после первого занятия, помнил как шептал в туалете «я докажу, докажу», вот только что он хотел доказать и кому?       Гарри помнил страх, когда в старой хижине на полу некрасивой черной кляксой валялся его профессор. Он был без сознания, а Поттер что есть силы цеплялся за палочку в своей руке, понимая что является причиной состояния кляксы. Он не хотел, ему было жутко. А потом ОН спас его, словно забыв что Гарри натворил совсем недавно. Он просто загородил его своей спиной, а Поттер вцепился что есть мочи в его руку. Снейп был его страхом, он был Ужасом Подземелий, но вот там, под старой скрипучей Ивой он был его спасением — Гарри помнил тепло его руки.       Гарри помнил надежду, на то что все изменится. Гарри помнил разочарование, когда понял что нет.       Гарри хотел бы забыть тот урок. Он напротив профессора, у него ничего не выходит — снова. Голова болит, ноги и руки от напряжения слегка подрагивают. Тошнит от мерзких воспоминаний, а может и в целом от состояния близкого к истерике. Гарри помнил дернувшуюся ему на встречу черную руку (ту самую руку, которая щит), когда он пошатнулся. Гарри помнил крепкое плечо и запах шерсти. Гарри помнил, как он шептал, что-то о глупых мальчишках, дурацких приказах и о мерзких тетках. Гарри помнил вкус чая и тепло от камина. Он помнил омут, помнил образ отца, помнил презрительный взгляд. Банку тараканов он тоже помнил.       Гарри помнил башню, свой безмолвный крик, черные мантии и тело директора. Гарри помнил отчаяние и боль, а еще он помнил страх.       Палатка, холод, голод. Гарри помнил надежду — призрачную лань.       Гарри помнил кровь и тот взгляд. Он помнил его шепот, слезы. Помнил ощущения тепла, только оно было неправильным — кровь как будто обжигала его.       Гарри помнил крики, лес, зеленый свет. А потом казалось все закончилось, потому что он именно этого и хотел. Но Гарри помнил победу, только не мог вспомнить свою радость. Защита умерла.