Не свидание, а деловая встреча, конечно

«— У него основная аудитория — дети двенадцати-тринадцати лет. Контент у него такой — детский» – сказал Олëша когда-то. И сейчас, в принципе, тоже думает так, но когда этот самый «он» сидит перед ним с серьëзным выражением лица и говорит также серьëзно, Лëша немного теряется.

Самую малость, знаете.

***

Если быть честным, Алексей не ожидал того, что его сообщение, написанное глупо и скомкано, хоть как-то привлечëт внимание многомиллионного видеоблогера. Он просто спросил про создание мерча и задал пару более точных вопросов, а получает… «Давай лучше встретимся и лично обсудим. У темы мерча много мелких деталей, легче будет так» – был ответ Фильченкова. «Ты же в Питере, вроде живëшь. Я всю неделю занят, но воскресенье у меня выходной. Можем пораньше встретиться, часов, может, в двенадцать» Захаров считает себя абсолютно спокойным человеком, но его пробирает дрожь при виде ответов. Как-то глупо и совсем не в его характере обсëров всего, что движется и не соответствует его мнению. Нужно принять душ и выпить чаю, чтобы взбодриться и слегка отвлечься от раздумываний над тем, какие вопросы задать собеседнику, раз уж встречу тот уже назначил.

***

Подрываться в воскресенье рано, чтобы привести себя в более-менее нормальный вид, это конечно было небольшой ошибкой. Лëг он поздно и, честно, проснувись думает, что лучше бы отменил такую раннюю встречу. Лëша более чем уверен, что после стрима вечером сразу ляжет и уснëт. Спасибо, что воскресенье — стрим без вебки будет и уставшего лица будет не видно. Наряжаться Лëша не любит. Какой смысл? Не свидание же, а простая встреча. Главное, чтобы было комфортно. Всë самое простое: штаны, футболка, зипка. Длинные волосы, удивительно чистые, он собирает в привычный хвост, чтобы не мешались. На улице ветер, ещë и холодный, но Захаров всë равно надевает кепку. Не так уж и холодно, если он быстро дойдëт до метро, а потом также быстро до нужного кафе. Как дурак, приходит за полчаса раньше, потому что плохо рассчитал время, которое ему понадобится на то, чтобы добраться. Лëша занимает столик у окна, пусть и не любит, когда солнце слепит. Он сонно залипает в телефон и заказывает зелëный чай, чтобы немного взбодриться, пока ждëт. Рома приходит идеально к двенадцати, минута в минуту. Кафе удивительно полупустое, поэтому находит собеседника он без труда и улыбается, когда подходит. — Привет, рад увидеться вживую. Не люблю в переписке обсуждать что-то, – говорит Фильченков, садясь. — Можно было в дискорде созвониться тогда, – отвечает Лëша, зевнув. — Не привык вот так обсуждать. — Мнм, ну, зато ты вышел прогуляться! Тем более, что тепло сегодня, мне в худи жарко ужасно. Хотя ветер, холодный, конечно.. Роман зевает, заразившись этим от Лëши. Одет он, в собственный мерч. Свободные штаны в клетку и чëрное худи. Лëша видел их, когда рассматривал товары на сайте. Ужасно неудобном и лагающем, кстати. Не забыть бы сказать об этом Фильченкову, чтобы этой проблемой занялись. — Ты себе уже заказал что-то? Долго тут? – спрашивает юноша, обратив внимание на чайник для заваривания на столе. — Нет, только чай, пока что. Я не завтракал, но у них есть гранола, так что.. Поем тут, позже. — О, тебе гранола на завтрак нравится? С молоком или йогуртом? – Рома, судя по лицу и пристальному взгляду, спрашивает из чистого интереса. Лëша этого внимания не понимает — собрались они совсем не для дружеских бесед, но он отвечает: — С йогуртом. С молоком, ну… Пиздец, отвратительно. — Я понял, ах-ха, – Фильченков издаëт смешок, кажется, на мат. — Давно гранолу не ел… Но я думаю о чëм-то более плотном, она слабовато насыщает. И десертик ещë… Захаров почти закатывает глаза, но умело останавливает себя от такой реакции. Он ест меньше сахара и в принципе меньше — пытается поддерживать здоровое питание, чтобы не сдохнуть в пятьдесят. Хотя постоянное употребление никотина, режим сна и частое сидение за компьютером могли бы поспорить с его «здоровым образом» жизни. — Сладкое любишь? — Да, оно мне думать помогает! Сижу туплю ужасно, потом что-то сладкое съем и думать легче становится. — Это зависимостью называется.

Лëша слегка хмурится — не ему об этом говорить, но сказать то нужно.

— Я знаю, но так получше. У меня плотный график, нужно думать сутками и хоть это помогает, – Рома говорит спокойно, наконец расслабив лицо и уткнувшись в меню. Он выбирает что-то и уходит к стойке, чтобы сделать заказ. Лëша не слышит, что именно тот заказывает, потому что перечитывает вопросы в заметках — подготовился заранее, ведь не хочет задерживаться. Думает, что разговор затянется, поэтому нужно заранее решить как быстрее добраться домой и подрубить стрим. Правда, раскошеливаться на такси не хочется совсем. — Так, ладно, начнëм тогда про мерч? – спрашивает Лëша, когда Рома возвращается. Тот смотрит в ответ с какой-то грустинкой, но кивает. — Да, давай. Мне начать в общих чертах или у тебя есть подготовленные вопросы? — Есть вопросы. — Ой, ну, прямо как на подготовке к экзаменам у препода,– ютубер хихикает, прикрыв глаза. Когда он замолкает, то снова смотрит на Захарова так, словно хочет сожрать с потрохами. Или любуется. Лëше некогда размышлять об этом, пусть это и отвлекает. — Типа того… Так вот, не знаю это простой вопрос или нет, но начну с этого, – стример опускает взгляд в телефон и зачитывает первый вопрос о материалах и качестве, после чего разговор проходит приятнее с каждой минутой. Рома охотно отвечает, рассказывая мельчайшие подробности, о которых Лëша не просил, но слушает особо внимательно, смотря на парня напротив. Чуть позже они делают перерыв — Захаров идëт заказывать себе еду и изначально хочет покурить, но передумывает, ведь Рома в разговоре — удивительно — успел упомянуть, что не любит запах табака. Стримеру не так уж и сложно поставить чужой комфорт выше своего и всего раз отложить сигареты. Тут хотя бы есть причина, по которой он может отложить — был бы один, то без вопросов бы вышел покурить. Гранолу и салат с десертом приносят через пятнадцать минут, пока Лёша трогал примеры мерча, которые ему принёс Рома. Штаны в коричневую клетку и белую футболку. Качество искренне радует, потому что приятное и хочется дать своим подписчикам то же самое. — Эти, кстати, можешь себе забрать. Дарю, – улыбается Фильченков, впиваясь в Лёшу прожигающим взглядом ярких голубых глаз. Захаров чуть хмурится, не совсем веря словам, и переспрашивает: — Реально? — Да, а почему нет? Тебе же понравилось качество. Пусть будет, мне не жалко. — Ты меня впервые видишь. — …Это не мешает мне подарить небольшой подарок. — Схуяли небольшой, сам знаешь сколько это стоит, блять. Номер мне свой диктуй. — Не надо мне ничего. Просто возьми. Что ты такой недоверчивый то? Лёша, по ясно читающейся мимике, слегка недоволен, но ненадолго умолкает. — Спасибо тогда. Но лучше бы ты тг мне свой дал, я вк почти не пользуюсь. — М-м-м… Хорошо, давай я сам найду. Рома находит свой аккаунт по юзернейму и возвращает телефон его владельцу, после чего приступает к еде — они оба не завтракали и спустя полтора часа разговоров, стоило бы поесть. Лёша ест спокойно, ведь торопиться, кроме запланированного стрима, некуда. Но это позже, а сейчас не нужно съедать всё за десять минут, как он делал это на стримах. Однако, Рома ест быстро и часто поднимает взгляд на стримера, стараясь, кажется, запомнить мимику и какие-то привычки. — Чего ты так пристально смотришь? – спрашивает Захаров. — Любуюсь, а что? – Фильченков слегка щурит глаза и улыбается. Лёша тормозит, хлопая ресницами, а потом выдаёт смешок. — Да ничего. — Нет, я серьёзно. Солнце классно падает и у тебя глаза красиво выглядят. Плюс, волосы блестят. Замри, дай мне сфоткать! Рома быстро хватает телефон, открывая камеру, а Захаров действительно замирает. Совсем не двигается, пока тот не опускает телефон на стол. Хорошо хоть он успел опустить ложку в тарелку — пришлось бы замирать с ею, недонесённой до рта. Стыд какой. И не так важно, что на стримах его мимика куда более резкая, а кадры могут быть более кринжовыми, чем такие фотографии, но… По очевидной причине хочется вести себя более прилично: всё же, он тут беседы ведёт с человеком, который, наверное, больше ста раз лучше него самого. От резкого нервяка в животе крутит, однако Лёша молчит, совсем не подавая вида. — Ну красавец! Ля, какой,– Рома выглядит совсем расслабленным, когда говорит с ним, и Захаров чуть неловко выдыхает. «— Че за хуйня, просто сидим разговариваем. Не о сотрудничестве же договариваемся» – думает он, пытаясь себя успокоить. — Я тебе скинул в тг, потом бы отвлекся и забыл. Так, ты же про пины спрашивал, да? Как здорово, что мы их только разработали. Они кайфовые жесть, смотри! – ютубер достаёт из маленького кармана рюкзака пины и передаёт в руки Лёше. Их пальцы сталкиваются и Рома для себя отмечает, что у парня руки прохладные, в отличие от его — постоянно горящих и зудящих. Кожа на ладонях и пальцах неприятно сухая из-за какой то непонятной аллергии и, по ощущениям, горит. Фильченков резко обхватывает ладонь стримера своей и довольно улыбается — ощущение жжения проходит из-за прохлады. Он выдыхает спокойно и расслабляется полностью, ведь ему совсем комфортно. Лёша на столь внезапное прикосновение почти дёргается, но руку чужую не скидывает, сам пребывая в удивлении от собственной покладистости. Видит, что ютубер довольный, а ему, в принципе, без разницы. Не сосутся же они. — У тебя такие руки холодные-е-е…, – Рома тянет гласные, вытягивая вторую руку на стол, чтобы схватиться за чужую ладонь, а голову кладёт на стол. Упирается в него подбородком, а сам смотрит на собеседника. — А у тебя горячие. Почему? – Лëша даже не пытается спросить зачем тот взялся за его руки, но здравый смысл подсказывает — раз те горячие, то нужно чем-то охладить. — Да-а, не знаю. Аллергия на что-то, но у меня времени нет по врачам бегать. Только в том году разобрался с операцией на глаза и в этом году с зубами мудрости, – Рома совсем не жалуется, только делится. С искренним желанием рассказать. — Вот тут, смотри, что-то типа подкожных прыщей. Они чесались раньше, а теперь постоянно горят и кожа трескается. Я за всë холодное цепляюсь, лишь бы охладить их ненадолго. — …Понятно. Давно у тебя это? — Да, лет пять уже наверное. Но раньше так сильно не горело, последний год только. — Надо всë-таки к аллергологу. И дерматологу заодно. Найди время, мало ли это что-то серьëзное, – Лëша говорит это без беспокойства, но почти просит. — А, ну, если у тебя выходной только в воскресенье, то тогда хрен извернëшься.. Большинство врачей ведь по будням. — Вот и я об этом. Некогда,– Фильченков жмëт плечами и садится нормально, отпуская чужие руки. — Я тебе их согрел, не могу больше держать. И давай вернëмся к мерчу, тебе же идти нужно будет скоро… Горячие ладони убирают, а Захарову внезапно становится холодно. То ли стоило одеваться теплее, то ли просто у Ромы руки настолько горячие, что комнатная температура кажется холодной после них. Лëша хмыкает, чувствуя мелкую дрожь от смены температуры. — Да не. Мне, ну, меньше часа добираться. Полтора часа ещë в запасе есть, – отвечает Лëша и видит, как Рома улыбается довольно так — точно тот человек, о которых говорят «золотой ретривер». Захаров отвлекается от лишних мыслей и рассматривает пины в руке. Металлические и с качественной цветовой передачей. Крепление плотное. То, что нужно и именно то, каким он хотел сделать свой мерч. — Как тебе? — Я в ахуе. Это прям то, что я себе представлял, когда думал о качественном мерче. — Рад, что тебе нравится, я и сам, искренне, в восторге! Не могу же я продавать своим подписчикам херню, – Фильченков улыбается, а стример издаёт смешок — ему казалось, что тот совсем не матерится, аудитория ведь состоит из детей. Захаров ещё раз осматривает пины и одежду, после чего заглядывает в свой список с вопросами. Ничего больше не остаётся, ведь, что удивительно, обсудить они успели многое. — Так, допустим, я закуплю те материалы, договорюсь с художниками по поводу дизайнов и вся эта часть будет у меня готова. Но нужно же и с твом производством согласовать, – проговаривает Лёша вслух. — Я не на постоянные продажи нацелен, одну большую партию сделать и достаточно, однако по скорости тебе нормально будет? — Хороший вопрос…, – Рома слегка щурится, отведя взгляд в сторону. — Ну, ты ведь ещё не скоро со всем этим разберёшься, так? Просто напиши заранее, как закончишь основную подготовку, а я тебя сориентирую. Между коллекциями у нас не так напряжённо, поэтому, если ты попадёшь как раз в этот промежуток, то будет отлично для нас обоих. — Хорошо, тогда, – отвечает Захаров, прикидывая, что нужно в ближайший же месяц заняться дизайном самому, а также нанять художников. Художников можно подыскать и среди собственных зрителей, всë же определëнная аудитория у него присутствует. — Напишу заранее. Фильченков довольно улыбается и пьет свой чай, по-видимому, расслабляясь. — Ну, вот и договорились. Какие у тебя планы на вечерний стрим? Стример чуть тормозит, всë-таки не ожидая, что таким будут интересоваться. — Ансаб-день проведу. Там за твичовскую валюту закинули всякие новинки из стима, буду играть по часу в пять игр, – отвечает спокойно. — Ой, прикольная рубрика! Ну, звучит здорово, по крайней мере. Всë же, я ещë не смотрел твои стримы с этой темой. — М? А другие смотрел, что ли? — Так, немного глянул, прежде чем тебе ответить. Нужно же знать, кто совета просит и с кем встретиться. — Да, логично. А я твои видео последние не смотрел. — А я и не заставляю. Если тебе интересен майнкрафт с определëнным сюжетом, то глянь, если нет, то нет, что поделать, – Рома выдаëт смешок в конце. — А какой сюжет у тебя там? — Тебе интересен именно сезон, который я сейчас снимаю, или ты в общем спрашиваешь? — …В общем. У тебя там разные сезоны? — Да, каждый сезон с разным сюжетом, но есть как бы центр – мой персонаж. Он в любом сезоне есть и главным героем является. — Было бы странно, если бы было по-другому как-то. — Ну, да… Только разные истории везде. Мой персонаж везде разные цели выполняет и связан с разными делами и разными персонажами, – ютубер отвечает с особым интересом – скорее всего ему нравится делиться таким с тем, кто вообще ничего не знает. — Поэтому мерч не весь конкретно со мной или майнкрафтом, а связан с сезоном. — А-а-а, вот, получается, за что меня мои захейтили. Не шарю за лор Лололошки, кх-ха-хах, – Захаров смеëтся, впоминая тот момент. Фильченков заражается чужим смехом, потому что этот момент он видел. Вернее, конкретно искал, что могло послужить интересом к его мерчу. — Чтобы шарить, нужно смотреть. Всë просто, – говорит Фильченков. — Ну, сколько вот серий у тебя в сезоне? — Обычно около сотни и больше. По двадцать минут обычно идут. — Сколько? – кажется, стример слегка в ахуе. — Да ну, столько смотреть. Ужас какой. — А я вот это снимаю ещë дольше. Точное время зависит от контента на серию и моей тупости… — Могу понять, я же тоже ютубом занимался. — Мгм, я знаю. Так, тебе рассказать сюжет моего последнего сезона, если уж ты смотреть не собираешься? — Давай. Вот короткую версию послушать интересно, уж извини. Роман смеëтся и начинает рассказывать, иногда отвлекаясь от основного сюжета на мелкие детали. Лëша слушает с особым интересом, стараясь даже запомнить что-то, не совсем ясно зачем.

***

За разговорами проходит целый час, что Лëша замечает только, когда заглядывает в телефон, проверить уведомления. — Мне пора уже. Было очень интересно и про сезоны твои послушать и про мерч узнать. — Да и мне было интересно поделиться с тобой этим всем, – Рома улыбается, когда поднимается из-за стола и надевает рюкзак. — До встречи тогда. Ты же не откажешь мне ещë встретиться как-нибудь? — Нет, но нужно будет согласовать когда, если у тебя выходной только в воскресенье, а у меня в понедельник и вторник, хотя в принципе.. — Согласуем по факту, хорошо? Лëша находит улыбку Ромы достаточно приятной и обнадëживающей, а потому кивает и протягивает руку для рукопожатия. Тот протягивает в ответ, но тянется и недолго обнимает на прощание. Захаров чуть ступорит, но улыбается тоже довольно и никак не противится объятиям. Фильченков отстраняется и уходит в другую сторону, залипнув в телефон, пока Лëша ещë с минуту смотрит ему вслед и думает не сошëл ли он с ума.