Пина колада

Неджи всегда был рядом. Ли, конечно, тоже занимал особое место в жизни Тен-Тен, будучи товарищем и напарником, но Неджи был рядом совершенно другим образом — он был в её сердце. Тен-Тен не помнила момента, когда влюбилась в него, зато отлично помнила день, когда Неджи признался в своих чувствах. И это был лучший день в её жизни.

~

В больничной палате, как и всегда, стоял лёгкий запах медицинского спирта, разбавленный уличными ароматами, что доносились из распахнутого окна: свежескошенная трава перемешивалась с нежностью гладиолусов, растущих у входа в госпиталь, но больше всего палату заполняла гнетущая скука. Впрочем, Тен-Тен сегодня выписывалась, однако особой радости от этого не испытывала: перелом ноги, полученный на последней миссии, убивал все планы на ближайший месяц, а Фестиваль Фейерверков состоится уже сегодня. Фестиваль, на который пойдут все. За исключением Тен-Тен, конечно же, ведь ходить она сможет ещё не скоро. Тен-Тен тяжело вздохнула, дочитывая последнюю страницу третьего по счёту романа, и отложила его на прикроватную тумбу. Наверное, стоило привести себя в порядок: собрать растрепавшиеся по плечам волосы и переодеться во что-нибудь более приятное, нежели невзрачный спортивный костюм. Скоро должны были зайти её сокомандники, чтобы помочь добраться до общежития, и встречать их в таком виде Тен-Тен не хотела. Особенно Неджи. Стоило о нём подумать — дверь в палату распахнулась, и на пороге появился Хьюга во всей своей красе. Для Тен-Тен он всегда выглядел особенно хорошо, но когда ему исполнилось шестнадцать, она буквально не могла отвести от него взгляда. Так и прошли два года, а Хьюга становился лишь краше, обретая в себе всё больше благородности и стати. А она… Она всего лишь Тен-Тен — незаметная тень своих товарищей — так она и считала. — Неджи… — Тен-Тен невольно улыбнулась, увидев его. — Доброе утро. — Доброе. — Он подошёл ближе, кидая взгляд на сумку с вещами, что лежала рядом с кроватью. — Уже собралась? — Почти. — Тен-Тен засуетилась и принялась искать зеркало, чтобы собрать волосы. Косметичка осталась в уборной, а до неё пришлось бы ковылять добрых минут пятнадцать, прыгая на одной ноге. — Тебе помочь? — Неджи поднял сумку с пола и начал складывать туда книги. — Я косметичку в туалете забыла, не успела себя в порядок привести… — А ты не в порядке? — Неджи окинул её непонимающим взглядом, протягивая красную косметичку, что, оказывается, лежала на подоконнике. — Ах, вот она… — Тен-Тен лишь пожала плечами на его вопрос и, расстегнув сумку, достала расчёску. — Тебе хорошо с распущенными. Оставь как есть. — Тебе нравится? — Она подняла свой неуверенный взгляд, встречаясь с его нечитаемым, и густо покраснела. — Нравится. — Неджи был расслаблен, но уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке, и Тен-Тен ощутила, как тепло разливается по её сердцу вместе со смущением. — А Рок Ли…? — она поспешила сменить тему, опасаясь неловкой паузы, возникшей за этим. — Он с Гаем был. Видать, тренировался до седьмого пота и забыл. Но я говорил, что ты выписываешься сегодня. Тен-Тен убрала оставшиеся вещи в сумку, накинула олимпийку и сложила руки на коленях, неуверенно поглядывая на костыли: к ним ещё предстоит привыкнуть. — Подашь? — она кивнула в сторону, где располагалось средство её передвижения на ближайшие несколько недель. — Да брось, — отмахнулся Неджи, склоняясь над кроватью. — Так будет быстрее. — Он закинул за плечо её сумку и ловко подхватил Тен-Тен на руки. Тен-Тен никогда не была тяжёлой, и Неджи уже не раз приходилось держать её на руках. Да и с миссии она добиралась поочерёдно на спинах своих напарников, но сейчас Неджи заметил, что весила она значительно меньше. — Здесь настолько плохо кормили? — Неджи звучал серьёзно и осуждающе, ведь они с Гаем уже спрашивали об этом и даже предлагали приносить ей покупную еду. — Еда как еда… — Тен-Тен пожала плечами, держась за его шею. — Боялась поправиться, валяясь в кровати сутки напролёт. — Поэтому решила от неё и вовсе отказаться? — Только от ужинов, Неджи, только от ужинов. — Похудеешь ещё хоть на грамм — сам займусь твоим питанием. Ладно. Неджи всегда был заботлив. Однако он так же заботился и о Роке Ли. И вообще, они оба, порой даже чрезмерно, пеклись о Тен-Тен. Вероятно, потому, что она просто была девушкой — девушкой, сродни сестре для них обоих. Такие мысли огорчали Тен-Тен. В конце концов, ей хотелось, чтобы Неджи видел нечто большее, чем просто близкую напарницу. На улице было солнечно и оживлённо. Люди на главной площади вовсю готовились к вечернему фестивалю, украшая деревню флажками и фонариками под задорный аккомпанемент добрых улыбок и смеха. Тен-Тен наблюдала за этим с толикой обиды и разочарования. Она давно ждала этого фестиваля. И неспроста. В этот день она, наконец, хотела признаться в своих чувствах, и будь что будет. Сил молчать уже не оставалось. Тен-Тен понимала, что даже если это будет безответно, а, скорее всего, так оно и будет, она сможет легче «остыть». Ничего не угнетало так, как неопределённость, и ничего не давало столько же ложных надежд, которые можно было трактовать как угодно, пока не получишь конкретный ответ. — Что с настроением? — спросил Неджи, наблюдая её подавленность. — Сегодня фестиваль. — Тен-Тен разочарованно поджала губы. — Я его очень ждала. Но из моего окна не будет видно даже фейерверков. — Тебе не обязательно сидеть дома, — сказал он, поправляя сумку. — А как тогда? — Тен-Тен покачала головой. — На костылях, будучи в юкате и гипсе? Курам на смех… — Быть на моих руках тебя устроит? — Я не хочу тебя так обременять. — Тен-Тен боялась надумать себе лишнего: видеть чувства там, где их нет, было глупо, ведь это всего лишь следствие его доброты. — Но ведь это я тебе предложил, разве нет? — парировал Неджи. — Сама же сказала, что все пойдут. Вот и ты пойдёшь — только с моей помощью. — Спасибо. — Тен-Тен улыбнулась и повернула голову к Неджи, встречаясь с его взглядом. Находясь к нему так близко, что можно было ощутить его ровное тёплое дыхание, колени начинали дрожать, и Тен-Тен даже обрадовалась, что сейчас не могла ходить, потому что в противном случае опасалась, что и вовсе не смогла бы сдвинуться с места. — Я зайду за тобой в семь, хорошо? — подходя к общежитию, спросил Неджи. — Будь готова.

~

Тен-Тен была собрана уже к половине седьмого. Её выбор, без сомнения, пал на небесного цвета юкату, украшенную принтом ярких розовых цветов, а талию утягивал коричневый оби. Она также подкрасила ресницы тушью и нанесла блеск на губы. Последним штрихом должна была стать причёска. И при любом другом раскладе это совершенно точно были бы собранные в два пучка волосы… Но Неджи похвалил её распущенные локоны, и хоть это было не совсем уместно к традиционному наряду, Тен-Тен не стала собирать их. Вместе со стрелкой часов, отбившей назначенное время, в двери раздался негромкий стук — три скромных удара, и сердце Тен-Тен забилось в ускоренном ритме. — Открыто, — позвала она, оборачиваясь и балансируя на одной ноге у напольного зеркала. — Привет. — Неджи облокотился о дверной проём, устремляя свой проникающий в самую душу взгляд к напарнице. На нём было светлое кимоно, а длинные каштановые волосы приятно контрастировали с этим оттенком, чертовски привлекательно спадая на широкие, но вместе с тем утончённые плечи. Тен-Тен лишь заворожённо вздохнула. — Привет, Неджи. — Она в очередной раз засмущалась и отвернулась обратно к зеркалу, заправляя выбившуюся прядь себе за ухо. Тен-Тен боялась выглядеть глупо. При всём уважении к Сакуре и Ино она не хотела уподобляться своим подругам, теряя дар речи при виде любимого человека. Однако опасаться ей было совершенно нечего, ведь Неджи, погружённый в свои собственные мысли, которые всегда казались Тен-Тен чем-то недоступным, её волнения попросту не замечал. — Готова? — Неджи подошёл ближе, сокращая между ними дистанцию, и остановился напротив, ожидая её разрешения взять её на руки. — Да. — Тен-Тен рвано выдохнула, ощущая непривычный мандраж, пожала плечами и протянула руки к его шее, обхватывая. И Неджи поднял её с абсолютной лёгкостью и присущим только ему изяществом. На предстоящем фестивале многие признавались друг другу в чувствах. Конечно, обязательной традицией это не являлось, но с течением времени данный предлог стал негласным атрибутом сего праздника. Обстоятельства Тен-Тен также складывались против неё тем, что она не являлась представительницей столь величественного клана. А они, как и некогда истреблённые Учихи, отдавали предпочтение лишь носителям своего же генома. Так что Тен-Тен рассчитывала скорее потерпеть поражение и освободиться от своих чувств, нежели обрести взаимность. Она понимала, что была никем. Понимала, что Неджи даже не обратил бы на неё внимания, не окажись они в одной команде. Тен-Тен всё прекрасно знала, но ничего не могла с собой сделать. Она любила его просто за то, что он всегда был рядом. В какой-то степени этого было достаточно, но сердце всегда желало большего. По нему вздыхали многие куноичи. Если бы Тен-Тен только знала, что сам Неджи не обращал внимания ни на одну из них — ни на кого, кроме неё, — это изрядно упростило бы её задачу. Но она не знала. Поэтому ей потребовалась вся сила воли и выдержка, что в ней только имелась. Находиться так близко, обнимать за шею, пусть и по-дружески, вдыхая его древесно-имбирный запах было невероятно приятно. Для Тен-Тен Неджи был идеален во всём настолько, будто он и был создан для неё. Но, прижимаясь головой к его плечу, она понимала, что была создана для кого-то явно попроще. Ребята были рады видеть её на празднике, и Тен-Тен не могла не обрадоваться в ответ. К ней никогда не относились по-особенному, но общение с другими командами всегда оставалось тёплым, и это согревало душу. — Хочешь данго? — Неджи говорил тихо: так, что никто, кроме Тен-Тен, его услышать не мог. — Я, кажется, кошелёк оставила. — Тен-Тен опомнилась только сейчас. Как она вообще могла забыть деньги? На неё это не похоже. — Будто он тебе когда-либо требовался. — Неджи говорил серьёзно, но его голос бархатно вибрировал, и хоть Тен-Тен не видела его лица, она знала: он улыбался. Несмотря на то что Тен-Тен в подобных жестах не нуждалась и никогда не просила, Неджи и Ли не позволяли ей платить за себя — ни в детстве, ни теперь. Её мальчики всегда были самыми лучшими и баловали её. — Тогда мог и не спрашивать. — Тен-Тен рассмеялась. — Знаешь же, что буду. — Ты же теперь решила худощавой стать, — буркнул Неджи. — Кто тебя знает. — А ты сказал, что возьмёшь моё питание под свою ответственность, — Тен-Тен задорно пихнула его в бок, улыбаясь. — Поэтому мы идём за данго. В воздухе витали манящие ароматы закусочных, перемешиваясь с вечерней прохладой, а ненавязчивая музыка гармонично сочеталась со всем привычным стрёкотом цикад. До фейерверка оставалось не так уж много времени, и некоторые ребята разбились на пары, отправляясь к смотровой площадке. — Ты не устал ещё меня таскать? — спросила Тен-Тен, доев последний рисовый колобок. Неджи поднялся со скамьи и вновь потянулся к своей подруге, чтобы подхватить её на руки. — Могли бы пойти туда, — она махнула рукой к бордюрам близ смотровой площадки. — Оттуда ты ничего не увидишь, — отмахнулся Неджи, который лишь искал очередную причину держать Тен-Тен рядом с собой как можно дольше. — Ладно, — согласилась она, прикрывая загипсованную ногу полами юкаты и улыбаясь в ответ, когда снова оказалась на крепких руках. — Эмм… Неджи? — Тен-Тен смутилась, когда заметила, что они уходят в совершенно противоположную от площадки сторону. — Там, куда мы направляемся, тоже хороший вид, — объяснил он. — Посидеть тоже есть где, не переживай. Тен-Тен покорно кивнула, наслаждаясь тёплыми объятиями, что так волнительно ощущались теперь, когда она особенно в них нуждалась, и обречённо вздохнула. Что, если её признание заставит их отдалиться друг от друга? Что, если Неджи просто добр к ней, потому что она его напарница? Тогда Тен-Тен всё испортит, а этого она боялась больше всего на свете. Неджи бережно усадил её на небольшой каменный выступ, открывающий вид на всю вечернюю Коноху, и Тен-Тен заворожённо замерла. На мгновение шум городской суеты затих, а в следующую секунду мрачные небеса разразились сиянием тысячи мерцающих звёзд: фейерверки, как волшебные факелы, взлетели в воздух, а сверкающие блики пронзили темноту. Огненные лучи, словно волшебные перья, рассекали горизонт, раскрывая новые измерения пространства, и разноцветные огни переплелись в грандиозном танце. — Н-е-е-д-ж-и… — прошептала Тен-Тен, переводя взгляд к его белым радужкам, отражающим огни фейерверков. Она не знала, что хотела донести до него. Она просто наслаждалась моментом, растягивая прекрасные буквы его имени. — Это прекрасно. — Ты прекрасна, Тен-Тен, — серьёзно ответил он. — А это всего лишь салют. Тен-Тен ощутила, как тело сковало дрожью, кожа покрылась мурашками, а сухой песок под ногами вперемешку с землёй внезапно оказался невероятно «интересным», потому что она больше не могла поднять взгляд. Она бы и вовсе решила, что ослышалась, если бы не пронизывающий тон в голосе Неджи, полный уверенности. Встречный поток ветра растрепал её каштановые волосы, разбрасывая их по дрожащим плечам, и Тен-Тен всё-таки нашла в себе силы поднять голову. Неджи смотрел на неё, сосредоточенно рассматривая робкое волнение, и то, как она закусила губу, казалось слишком завораживающим зрелищем — до фейерверков на заднем плане ему не было никакого дела. Несмотря на то что Тен-Тен и так была до невозможности смущена, он всё же рискнул коснуться её подбородка, а после наклонился и оставил скромный поцелуй на её лбу. — Я люблю тебя, — сбито прошептала Тен-Тен, цепляясь за его крепкие плечи, и обняла его, утыкаясь носом в тёплую грудь. — Я знаю, Тен-Тен, — Неджи сглотнул, обнимая её ещё крепче, — потому что я полюбил тебя гораздо раньше.

~

В холодные бессонные ночи, что им довелось провести на поле боя, ненадолго укрываясь в палатках, чтобы отдохнуть, Неджи слишком убедительно успокаивал её. Он говорил, что всё будет хорошо. И Тен-Тен верила. Не могла не верить. Неджи рассказывал о Стране Волн и о море, которого они никогда не видели, говорил, как Хината, будучи там на миссии, нахваливала местную «Пина коладу», уверяя Тен-Тен в том, что, когда всё закончится, первым делом они отправятся туда и попробуют, наконец, эти коктейли. И Тен-Тен успокаивалась, уютно устроившись в его объятиях. Закрывала глаза, визуализируя всплывающие в голове образы, и засыпала, в то время как Неджи не мог себе позволить даже сна. Он отказывался от отдыха по двум причинам, и приоритетной была отнюдь не безопасность: он не хотел отвлекаться на сон, не зная, чем для них может обернуться следующая секунда жизни.

~

Тен-Тен всегда вспоминала последние мгновения с горечью, разрывающей сердце, но она не хотела омрачать слезами то немногое, что им довелось разделить друг с другом. Вот и сейчас, ощутив ком в горле, она одёрнула себя и бессильно улыбнулась, вдыхая солёный морской воздух и выдыхая боль утраты. — Готовы сделать заказ? — официантка остановилась рядом, окончательно вырвав её из раздумий, и Тен-Тен кивнула. — Две пина колады, пожалуйста, — выдохнула она, устремляя взгляд к морской белой пене, так отчаянно напоминающей взгляд Неджи. — Вы кого-то ждёте? — уточнила девушка, кивая на соседний пустующий шезлонг. — Нет, я одна. Тен-Тен боялась одиночества. Боялась, что её накроет с головой и она больше никогда не оправится. Но это не имело значения, потому что Неджи всё равно оставался рядом. Даже когда его не стало, он продолжал жить в её сердце, заполняя воспоминания от и до.