Оковы связанных надежд

Дождливый день. Вокруг исходит приятный запах сырости и свежего дождя. Улицы города всё также усеяны толпами людей, ведь работу ни кто не отменял. Вообщем обычная людская, тяжкая жизнь.

Но по ту сторону города всё немного иначе. На одном из холмов с которых открывается прекрасный вид, находится Собор. Собор Великой Троицы. Это место принято считать заброшенным, хотя каждые чёртовы семь лет он становится довольно людным. Ведь череподева ушла в сон совсем ненадолго. Каждый раз когда она появляется на город наводится ужасный хаос и разгром. Хотя для некоторых приход столь агрессивной дамы становится спасением. Сотни тысяч девушек идут по зову своих слабых сердец в сторону Собора. Они готовы жертвовать всей собой, только бы получить этот невиданный артефакт — черепосердце. Они ищут спасение именно в нём, словно это последний ключ надежды. Но желания многих вовсе нечисты. Поэтому жизни многих увядают как красивые цветы. И лишь некоторое количество этих бесстрашных девушек, осознаёт всю гибель себя. На их лицах видны нежные улыбки, каждые прохожий думает:"Какая же она всё-таки жизнерадостная» Но даже не подозревает, что она готова рвать на себе собственную плоть из-за адской боли внутри. Их кожа бледна словно молоко, глаза горят красным пламенем гнева. Их непредсказуемость даст о себе знать. Их солёные слёзы тихим стуком падают об пол говоря об всём их сожалении. Они потеряли ту самую «себя» утопая в густой тьме. Не пытайся их спасти. Они погубили себя сами, пусть примут горечь боли по самое сердце. Пусть они упадут на колени раскаиваясь во всём, пусть кричат от безысходности. Каждый их шаг - это боль давящая во внутрености. Заповеди в Великом Саборе начались. Какая-то дева покрытая чёрными одеяниями стоит возле небольшой книги вычитавая молитвы. Очевидно это Дабл. Бесформенное существо обладающее трансформацией в любого человека, животного и так далее. Её белокурые волосы слегка вылазят из платка, добавляя милость её миниатюрного личика. Она что-то неразборчиво шепчет, сложив руки вместе и слегка прекрыв веки. Она преспещница череподевы. Бог знает сколько она уже служет этим недружелюбным существам. Череподева находится в катакомбах. Она спит крепким сном укутанная словно одеялом голубым туманом. Вокруг неё находятся тысячи черепов и костей, бывших людей так сказать. Но они были погублены её самой. Какова бы она не бы зла, у неё есть на это весомые доказательства. Тихий и обычный вечер в приюте. Две девочки сидят уже погрузившемся в тьму саду. Они любуются на сверкающие звёзды словно на самые дорогие бриллианты. Они мило держатся за руки, и кажется что они общаются где-то в глубине души… Они не хотят отпускать друг друга. Чуть позже. Рыжеволосая подруга вырывается из хватки мускулистого мужчины. Он бьёт её своей тяжёлой рукой по её нежному личику. На щеке появляется красный след от пощёчене. Она терпит, тепрпит эти чёртовы унижения. Лишь маленькие слезинки которые она не может контролировать говорят о всей боли что она испытывала. Её подруга молча стоит за дверью. В её взгляде пустота и боль. Она падает на ноги крепко хватаясь за подол юбки, и тихо всхлипывает от безысходности. К её сознанию приходят ужасные картины. Она бежит из-за всех сил чтобы спасти Патрицию, но уже слишком поздно… Худое тело девочки лежит на полу, везде синяки и садины. На тельце нет живого места. Её глаза… Её изумрудные глаза, их нет. Эти подонки их выкололи без всяких проблем. Им было плевать на чью-то только начавшуюся жизнь! Мари аккуратно берёт тело подруги, она нежно её обнимает согревая своим теплом. С её глаз падают солёные слёзы. Её жизнь упала в тьму без просвета. Ей хочется убить всю эту Мафию Медичи! Ей хочется засадить им острые ножи в их ужасные глаза. Пусть они вытекают и те ослепнут навеки. Девушка встаёт, она кладёт тельце Патриции на холодный, кафельный пол. Мари быстро уходит. Ей больше не хочется видеть искалеченное тело самого родного в мире человека… Она больше не чувствует нечего. Ни радости, не сожеления, не-че-го. Седоволосая направляется в Собор. Он побит, стёкла все разбиты, не души. Девушка аккуратно проходит через дверной проём, к её глазам пристаёт огромный зал. Вокруг всё заросло, огромные статуи Венеры и других, придают ещё большей атмосферы. Но вдруг вдали показался странный силуэт. Это было очень странно, здание заброшенно, тут никого не может быть… Или может? Мари подошла ближе, на свету силуэт показался чуть лучше. Это была монахиня? Видимо она так предана вере, что изволила приходить сюда до конца жизни. Девочка слегка пошутнулась, что раздалось довольно громким эхом. Монахиня повернулась лицом к гостье. «Дитя, что испугало тебя? Что ты здесь делаешь?» — спокойно говорила верующая. «Я…», — запинаясь мямлила девчонка. Но монашка лишь прикрыла той рот своей ладонью. «Ничего не говори.», — также спокойно ответила она. В её руках что-то засветилось ярким, голубым светом. «Я думаю это то, что тебе нужно, дитя.», — мягко сказала она. Девочка посмотрела на объект в руках монахини. Это черепосердце. Она готова жертвовать собой ради подруги? Да. Она хочет отомстить этой ужасной Мафии, они убили всех самых дорогих людей. Они должны попробовать всю боль горечи утери. Седоволосая протянула руки к артефакту. В глазах была уверенность и спокойствие. На последок она глубоко вздохнула, и из её уст донеслось:"Я желаю отомстить за неё» В неё вселилась вера, что она сможет отомстить своим обидчикам. Её кожа стала бледной и безжизненной, глаза наполнелись ярким пламенем. Но её это не пугало. Она знала на, что идёт и зачем. Прошло много, каждые семь лет дева просыпается и над городом нависает новая порция угнетения и ужасов. Она дала клятву, что каждый Медичи будет убит её самой. И что их род выгорит словно пепел. Она всё ещё мечтает обнять её, Патрицию. Обнять так крепко и не отпускать. Пусть они сломают все рёбра, но буду вместе до конца… «Моя милая, Патриция, я люблю тебя.», — всё ещё где-то гуляет голос озабоченной девы.