Назови меня по имени

      Однако, как бы ни хотелось как можно скорее ворваться в кабинет Третьего и выложить ему всё, гневать Тигра — себе дороже. Если бы я не явилась в назначенный час на место сбора, он бы свернул мне шею прямо в кабинете Хокагэ, объяснив это нарушением кодекса или ещё чем похлеще. Так что сначала нужно было закончить с заданием и уже потом — бежать раскрывать карты. Но вы же помните, что этот мир всегда насмехался надо мной?       Мы неслись, гнали, как будто опоздай немного — и случилось бы непоправимое. Для АНБУ, впрочем, так оно и было. Всегда. Элитные шиноби, лучшие из лучших — мы должны были очутиться на другом конце континента чуть медленнее сверхскоростностого Мерцающего, если потребуется. На сей раз команде поручили выкрасть несколько свитков из Страны молний: ранее их стащили дезертиры прямиком из архива Конохи. Данзо обещал порубить предателей на куски, а Хирузен повелел отправить отряд на поиски столь важных документов. Воришки были некогда почётными дзёнинами деревни, но что-то сместилось в их картине хорошего и плохого, и они решили, что предать родную Коноху и продать информацию Облаку — здравая идея.       — Два километра на северо-восток, и будем на месте, — сообщил Ястреб. Его призывные звери — мелкие, но очень прыткие змеи — способны были проползти в любую щель незаметно и быстро, так что очень пригождались на такого рода миссиях.       — Продолжаем, — дал добро Тигр: куда же без него. Я почти уверена, что командир по-прежнему злился на меня, но просто не показывал этого, ибо ниндзя не положено было испытывать эмоции, тем более столь губительно-разрушительные. Так что мужчина ограничивался лишь игнорированием Изуми в тех ситуациях, когда позволялось обходиться без лишней коммуникации. Что ж, мне же лучше.       Мимо проносились бесконечно унылые пейзажи Каминари-но куни: одинаковые серые скалы с крутыми выступами. В отличие от Конохи здесь почти не было зелени: только редкие пучки порой встречались на вершинах. И, конечно же, как и полагается, пространство вокруг заполнял плотный туман, что затрудняло обзор. Благо, Шаринган спасал.       — Стандартная рокировка, — предупредил нас лидер на ходу, после чего Пума привычно выдвинулась вперёд, а Ястреб остался со мной на одном уровне.       Перед нами открывалась пещера. Точнее, не так: груда камней, наваленная у самого входа, намекавшая на то, что внутри никого быть не могло, так как единственную возможность проникнуть внутрь давным-давно кто-то обрубил. Однако в таких местах обычно бывает второй ход: потайной, который знают лишь избранные. Было бы удобно, окажись у нас в группе хоть один из клана Хьюга, но руководство, похоже, посчитало, что одной Учихи с мощным додзюцу будет достаточно. Впрочем, нехватки человеческих ресурсов мы действительно не испытывали.       — Стихия земли: развал! — крикнул Тигр, когда со всей дури хлопнул по земле. Поверхность загудела, после чего валуны вмиг размельчились на множество крошек — щебень разлетелся повсюду, создавая нечто, подобное взрыву. Обычно мы заходили тихо, но в этот раз слишком спешили, чтобы искать обходной путь.       — Кха-кха!       — Входим, не мешкая, — последнее явно было адресовано мне, которая, как посчитал капитан, вероятно прохлаждалась, откашливая из горла пыль. Для споров, впрочем, существовали более благоприятные обстоятельства, так что сейчас пришлось придержать гордость и молча войти внутрь.       В пещере нас ожидал воздух ещё более тяжёлый: из-за постоянной высокой влажности и отсутствия какого-либо намёка на проветривание всё здесь буквально цвело. Но делать нечего — пришлось смириться с тем, что без визита к ниндзя-медикам после миссии не обойтись, и двинуться вглубь. По мере отдаления от входа света становилось всё меньше, пока, в конце концов, вокруг не осталась одна лишь кромешная тьма. Коридор, если можно его так назвать, казался бесконечным, а путь — чем дальше, тем более бессмысленным. Но призывные животные не могли ошибиться.       «Здесь!» — ощутила я чакру нескольких неизвестных. Судя по всему, напарники почувствовали то же самое, а потому Тигр жестами приказал двигаться дальше, пока не достигнем заветной точки...       Пума выносит с ноги дверь, после чего мы тут же кидаемся врассыпную. Дзёнины — не промах — сразу же сообразили, с кем имеют дело, а потому один из них попытался буквально выкурить нас прочь из крохотной комнатки мощным потоком огня. Что ж, у него это действительно получилось.       Оставшиеся пятеро, как и сам шиноби, использовавший только что катон, выбежали в импровизированный коридор вместе с нами, находу обнажая клинки и бросаясь в бой.       — Стихия огня: огненный шар! — постаралась я защитить от острого лезвия Ястреба, которого прыткий враг уже успел поймать в гэндзюцу. — Кай! — развеяла иллюзию, коснувшись напарника, но не тут-то было:       — Стихия воды: водяной дракон! — ещё один шустро вкинул вместо себя простую подмену, оставив Пуму ни с чем. Этот шиноби не просто свёл мою атаку на нет, он сделал так, что прямо сейчас на нас летела гигантская струя воды. Ястреб ещё не пришёл толком в себя, я не успею унести нас обоих...       — Стихия земли: стена грязи! — прикрыл Тигр. — Не мешкайте! — рявкнул так, будто мы тут песни пели и танцы плясали.       — Есть! — отозвались машинально. — Ты в порядке? — в правой руке уже концентрировала чакру для возможного удара, а левой продолжала тормошить товарища.       — Порядок, спасибо.       — Ах, вы! — занесла в итоге с вертушки тому, огнемёту, когда он попытался напасть, вынырнув откуда-то сбоку: Шаринган помог отследить движение раньше, чем я сама бы заметила.       «Воришки неотёсанные! Из-за вас я здесь, а могла бы уже давно быть в кабинете Третьего», — свирепею резко: вспыхиваю, точно спичка, оттесняя выпадами тайдзюцу всё ближе к каменной стенке. «Бесите, как же вы бесите»!       — Ха-а... ха-а... — а воздух-то по-прежнему плесневелый, так что от нагрузки сердце расходится не на шутку. Завлекаю несчастного огнемёта в мир гэндзюцу, как только наши взгляды случайно пересекаются. Он побеждён. Бедняга корчится, стонет и обмякает у меня в руках, после чего я быстро выуживаю из подсумка верёвку и как следует связываю дезертира.       Не успеваю обернуться, чтобы оценить происходящее, как понимаю, что кто-то нападает сзади. Резко поворачиваюсь — теперь водянисто-драконистый. Мужчина, обычного телосложения, в токе чакры ничего примечательного, волосы убраны назад банданой, в остальном — типичный ниндзя в типичной форме шиноби. Но ухмыляется так странно... жутко.       — За нами аж Учиху послали, какая честь! — издевательски плюёт он. С этими красными фонарями никакой конспирации, зачем мне вообще маска в таком случае?       — Ты, походу, сильно наблюдательный, раз заметил! — бросаюсь вперёд: снова несколько рукопашных комбинаций, но он отражает все до единой. Спешно обнажаю катану, но противник не отстаёт — отбивает удар уже кунаем, молниеносно вынутым из недр экипировки.       Лязг металла, порой столь громкий, что закладывает уши. Шаринган судорожно отслеживает каждый поворот плеча, любое движение туловища, лишь бы не пропустить атаку. Злость заполняет меня полностью, заставляя сердце биться как можно чаще и гонять кровь. На самом деле, в подобной схватке следует сохранять максимальное хладнокровие, но я не могу.       — Да когда ж ты уже прекратишь! — орудую клинком в разы быстрее, практически на максимальной скорости. Несколько раз даже задеваю противника, но не настолько серьёзно, чтобы тот сдался.       Гнев — топливо, катализатор, позволяющий полуобморочной мне хоть как-то реагировать. Потому что организм уже на пределе: только адреналин помогает застывшим мышцам шевелиться. Понимаю, что тянуть больше нельзя: нужно создать клона, чтобы хоть ненадолго отступить, а затем напасть со спины. Отскакиваю, создавая себе фору буквально в одну секунду, за которую во что бы то ни стало нужно успеть.       — Техника тенево...       Промазала. Вместо того, чтобы соединить ладони в привычном, с детства всем шиноби знакомом жесте, хлопаю по тыльной стороне кисти — промахиваюсь. Недопустимая для моего уровня оплошность. Из-за того, что потоки внутренней энергии не успевают соединиться, как следовало бы, техника разрушается, так и не сумев воплотиться в реальность.       Клон не появляется.       Вместо этого я только вижу, как на меня несётся тот самый дезертир, а потом — темнота.