Ключ ото всех замков

- И что? Стало понятнее? Арсений видит две пробирки, явно защищенные десятками замков, паролей, явок и кодов, хоть с виду и стоящие на всеобщем обозрении. - Сначала надо найти путь к отступлению. - Он должен быть в тупиковой части вентиляции, означающий тупик здания и, соответственно, предполагаемый выход. Дверь снизу открывается, пропуская шатенку. Она прикладывает руку, сканирует сетчатку, вводит код, произносит слово, сверяя голос.. Антон вопросительно кивает в её сторону. Арсений жмет плечами, выбивает ногой решетку, спрыгивая вниз. - А я вас везде ищу. Надо будет сменить систему воздухоснабжения. - Вы ведь не на государство работаете? Вы хотите захватить город? Страну? Мир, может быть? - Мистер, я не хочу захватывать ни город, ни страну, ни мир, - шатенка направляет на Арсения что-то похожее на пистолет, - всего лишь, справедливости ради, избавить планету от мусора. - Наштамповать много меня и его, - кивает Антон, - Не понимаю с какой целью, но, думаю, не с самой благородной. Вы безумны почти так же, как я. - А вы безумны? - Еще как, - Антон делает два шага вперед, ловит выстрел Бек грудью, падает на колени. - Да что ты будешь делать, - выдавливает он, чувствуя реальную Боль. - Почти десять тысяч вольт. Нравится? У меня есть и второй, - обращается она к Арсению. Провода, излучающие электричество, не достигают своей цели – Арс ныряет вниз, проходит под тем, что сейчас доставляет боль Антону, получает удар под дых.. черт, но это точно не удар хрупкой дамы. Антон что-то пытается сказать, но сознание еще слишком далеко, чтобы понять. Зачем же он сюда пришел? Что он хотел здесь найти? - Покой. Тебе нужен простой человеческий покой. - Нужен был, - Арсений не понимает, почему слышит эти голоса и кому они принадлежат, - Арс, ему больно. Помоги ему, ты обещал. - Ты можешь это изменить. Вдох. Свет. Невесомость. Арсений видит все будто в замедленной съемке. Антон на грани, женщина готовится нанести новый удар и.. он. Арсений сейчас лежит на полу, даже не пытаясь подавать каких-то признаков жизни. Но кто тогда тот, кто видит все это? - Из меня выбили разум? – ни эха, ни ответа – пустота и тишина. Попов пытается опустить занесённый над ним электрошокер Бек. Вполне себе выходит – недвижимая шатенка поддаётся, становясь пластилином в руках «призрака». - Ну.. раз уж на то пошло.. – брюнет забирает у нее из кармана две пробирки, рассматривая их, а затем замечает раковину. Он открывает пробирку одну за другой, тщательно промывая их. В этом же помещении он обнаруживает слюну, взятую в самом начале этого бешеного дня. Или, быть может, прошел не один день? Арс избавляется от всего, что только находит, разбивает планшет и оборудование, потом.. суп с котом. - Ну что, друг мой, - обращается Попов к застывшему Антону, - пора выбираться. Он не знает, сколько пробудет в этом состоянии – час, последние пару минут или, может, навсегда в нем останется. Последний вариант был бы препечален, ведь это будет невероятно скучная вечность. Арсений отцепляет проводки от груди Шаста, поднимая его на руки. Он не знает, куда идти и что делать в тот момент, когда он найдет выход. А выход где-то должен быть, ведь не через стену же их втащили сюда. *** Арсений видит дверь. Большую, тяжелую и, кажется, ту самую. Он кладет тело Антона перед нею, обходит десятки солдат, отправляясь на поиски какого-нибудь пульта управления. Тот обнаруживается здесь же, в нескольких метрах. Перед глазами вырисовывается ночь, усеянная.. звёздами. Берлин такой же застывший, как, кажется, все в этом мире. Попов вытаскивает тело друга, укладывая на траву. - Надеюсь, ты проснешься. А сам отправляется обратно. У него есть еще несколько дел. *** Сколько раз в своей жизни вы сожалели о чем-то? Он – сотни. И каждый раз, осознавая свою ошибку, он прикреплял её к остальным, уже совершённым и осознанным. Но насколько правильную тактику он выбрал? Неужели обязательно нужно было всех избегать, ни с кем не сближаться, отталкивать каждого? Он просто не хотел делать никому больно. В том числе и себе. Кажется, сегодня ледяной кокон его сердца дал сбой.   Этот парень. Возможно, он сумел подобрать новый ключ к душе, взамен выкинутого старого. Он заставлял верить себе не только с помощью больших, зеленых, в некоторые моменты детских глаз. В нем было то, чего никогда не имел ни Свен, ни Арсений. Шаст не боялся совершить ошибку, не обдумывал каждый свой шаг, а вместе с ним и пять последующих. Он жил так, как Арсений не мог позволить себе жить. Не потому что он боялся или не хотел. Он не умел. Наверное, даже не знал, что так можно. Красный фонтан брызжет из шеи Карин, последнего живого человека в этом здании, не считая летающего разума Арсения. Он бросает рядом окровавленный нож. Слышит шум, не совсем понимая нахождение его источника. Как будто ото всюду и ни от куда.. Он сделал то самое доброе дело. Он прожил эту жизнь не зря. Он спас своего человека. Брюнет чувствует касание. Да, это точно касание, чего-то теплого и такого живого.. - Не думай помирать, ты же бессмертный, дурак! Он знает этот голос, определенно знает.. Вдох. Свет. Тяжесть. - Ант.. – он кашляет, пытаясь столкнуть с себя человека сверху. - Ну вот! Я ж говорил, живой! - Что ты.. – легкие отказываются принимать кислород. - Я реанимировал тебя, хотя так до конца и не понял, как все живые люди в этом здании вдруг стали мертвыми. - Зачем ты реанимировал? Я же.. – голова идет кругом, полная дезориентация. - Ой, все, хватит болтать, пошли скорее отсюда. За что ему все это? Он же просто прилетел в аэропорт, чтобы убедиться, что это все бред какой-то. Он должен был вынести какой-то урок? Шагнуть назад, чтобы потом сделать два шага вперед? - Ладно, тогда.. Тело отрывается от пола, а через пару минут брюнет чувствует.. ветер. Настоящий, уличный ветер обдувает его лицо, руки, тело. - Надо бы нас приодеть, а то так и полицаи забрать могут. Арсений, наконец, чувствует в себе силы и открывает глаза окончательно. - О, так ты просто хотел на ручках покататься? – Опять шутит. Что с ним делать? - Хреново выглядишь, – в последний раз такие слова Арсений произносил в сорок пятом. - Ты не лучше, поверь, - Антон поправляет свою ношу, - На нас вся улица пялится, и кажется я слышу сирены. - Надеюсь, мир вокруг не красный? – теперь это его нелюбимый цвет. - Нет, это полиция и скорая. - Тогда спускай меня и побежали. - Побежали? – ноги касаются земли, - Не стар ли ты для… Арс разгоняется, подбегает к краю моста, что видится в паре десятков метров, перемахивает через перила.. вода принимает в свои очень даже гостеприимные объятия. Арсений рад. Рад опять быть на свежем воздухе, а еще.. он больше не терзается вопросами. Он нашел все свои ответы. Кажется, этот прожитый день дал ему тот необходимый толчок к тому, чтобы суметь начать жить. Жить, а не просто существовать. Спустя почти 180 лет. Он слышит второй всплеск где-то совсем рядом, оглядывается по сторонам.. - Привет, познакомимся? – Антон выныривает сзади, кладя ладони на плечи, обтянутые мокрой рубашкой, которая уже не годится даже для мытья полов. - Мы знакомы, - Арсений скрывает свою улыбку в воде – ныряет, позволяя течению нести себя все дальше от моста и смывать всю эту кровь. - Мне не понравилось то наше знакомство, забудь, - парень не отстает, - меня зовут Антон Шастун, и мы так и не договорили. Так ты не русский? - Я английский. Вообще-то, меня Свен зовут, - Арсений не знает почему, но теперь говорить об этом получается легче, чем раньше. - Н-да, лучше уж Арсом будь. - Твоя сестра сказала так же, - брюнет улыбается, сам не понимая, почему. Сердце никогда еще не билось так быстро и так живо, как в этот момент. Два сумасшедших, одетых в окровавленные тряпки, плывут по реке посреди Берлина и разговаривают о событиях 150-ти летней давности. Красиво. Скоро приедет полиция. - Эй, - Попов оборачивается, - я говорил тебе, что ты хмурый? - Конечно, - Арсений разворачивается, чтобы выйти на бережок. - Кажется, - его хватают за ногу, притягивая обратно, - твои глаза стали на пару оттенков теплее. Тебе идёт быть тёплым, - Куда делась моя чёрствость? - И, к твоему сведению, я все еще не понимаю, кто убил всех тех людей и Карин. Арсений улыбается. - А я так тем более. Ты очнулся на улице? - Невероятно, но факт. - И пошел обратно за мной? - Также факт, - Шаст подплывает еще чуть ближе, - а ты бы за мной не пошел? - А мне.. – Арсений осекается, заставляя себя сказать это, - Пошел бы. Я, кажется, благодаря тебе понял одну важную деталь. - Что зеленоглазые – самые красивые? - это тоже. - Молодые люди, выйдете из воды! - Это точно нам? – кивает наверх старший. - Не, не думаю, - затем чувствую его губы на своих. И я не хочу убегать от него. Нам обоим предстояло прожить долгую жизнь. А потом еще одну. И еще. Каждый свою вечность. Почему бы не попробовать объединить эти жизни в одну непрерывную? Тем более.. - Этот рассвет я запомню надолго. - Навсегда, ты хотел сказать? ..вероятно, это начало совершенно новой вечности.