Смущающая правда или стыдное действие?

      — Спокойно, Арс, — вырывает брюнета из какого-то непонятного транса голос Антона. — Не переживай сильно, всё в порядке.       Арсений только сейчас возвращается в реальность и начинает осознавать, наконец, что произошло. Он понятия не имеет, сколько времени они так простояли, но бесконечный, как ему казалось, поток уже прекратился. Кожу на ногах неприятно холодила быстро остывающая моча, и слабый ветерок не способствовал обратному.       Черт. Он, кажется, снова описался на глазах Антона. Это ужасно неприятно, стыдно, и вообще — кошмар просто. И как после такого тот всё ещё остаётся стоять рядом с ним и держит его в своих объятьях?       — Отпусти, — шепчет брюнет, потому что сил у него уже не остаётся, после всего того, что сегодня произошло.       Антон на это никак не реагирует, лишь прижимает его крепче. Несколько секунд проходит в тишине, прежде чем Арсений начинает слабо вырываться.       — Тс-с, — пытается успокоить его Антон, поглаживая по спине, но Арсения это лишь больше выводит из себя.       — Отпусти, я сказал! — намного громче произносит брюнет и вырывается активнее.       — Успокойся, Арс, всё норма… — начинает шатен, но его прерывает Арсений.       — Нет, блять! — переходит на крик брюнет. — Нет, Антон. Нихера не в порядке!       — Да это… — пытается снова вставить Антон, но брюнет не позволяет ему этого сделать.       — Что это?! — его крики переходят в настоящую истерику, и он со всей силы отталкивает Антона от себя. Тот, не ожидавший этого, качнувшись, еле удерживается на ногах, отойдя на пару шагов назад.       Шатен смотрит на него большими удивлёнными, и даже немного испуганными глазами. Арсений от этого взгляда как будто малость трезвеет и теперь смотрит не зло, а с сожалением.       — Прости, Антон, — после бесконечно долгих секунд тишины выдавливает из себя брюнет. — Прости, я не хотел. Я… просто…       Он не договаривает, так как слёзная пелена застилает глаза. Арсений просто разворачивается и быстрым шагом направляется обратно в дом.       Антон ещё несколько секунд стоит не двигаясь и пытается понять, что это вообще только что было. Но он быстро отгоняет от себя всякие мысли, ведь подумать об этом можно и потом, а сейчас для него важнее Арсений и его состояние. Поэтому он почти сразу срывается с места и бежит вслед за ним.       Арсению становится плевать, как он выглядит. Что он, вообще-то, только что описался, и теперь на его штанах красуется огромное мокрое пятно. Что у него, наверняка, всё лицо сейчас красное, и слёзы текут непрекращающимся потоком. Ему на это абсолютно всё равно, как и на то, что могут подумать Дима и Серёжа, попадись он им на глаза в таком состоянии.       Поэтому он быстро забегает в дом и начинает подниматься по лестнице в их с Антоном комнату. Он слышит торопливые шаги позади себя и точно знает, кому они принадлежат. Но вот шатену он точно не хочет показываться в таком состоянии, поэтому ускоряется и заходит, наконец, в комнату.       Выбора ему, конечно же, не дают: Антон влетает следом за ним и закрывает за собой дверь.       — Арс, послушай…       — Просто уйди, Антон. Оставь меня одного, пожалуйста, — сквозь всхлипы выговаривает брюнет.       Антон его не слушает. Он подходит к нему со спины и заключает в объятья. Арсений продолжает тихо плакать, а Антон начинает успокаивать его, поглаживая по рукам, и шепчет на ухо:       — Всё нормально, Арс. Такое случается, с кем не бывает, — шатен целует его в ухо, и от всей этой незаслуженной нежности (как считает Арсений) брюнета снова накрывает.       — Вот именно, что ни с кем, блять, не бывает! — выкрикивает он. — И случается это уже не первый раз, сука!       — В этом нет ничего такого, это — естественный процесс. И это не стоит твоих нервов, Арс, — шатен продолжает держать его в своих объятиях, не отпускает.       — Да это… это отвратительно. Противно. Мерзко, — перечисляет Арсений, пытаясь образумить Антона. Ну не может же адекватный человек считать, что это нормально? А Антон, кажется, именно так и думает. — Я должен быть тебе противен, — совсем тихо добавляет он, всё ещё находясь в объятиях шатена.       — Это не так. Ты мне не противен. Я к тебе хуже относиться не стал и никогда не стану, что бы не произошло, — так же тихо отвечает Антон. Искренность в его словах заставляет Арсения ему поверить.       — Даже если я скажу что ты… нравишься мне не как друг? — Арсений не понимает, зачем он это спросил. Это вообще не то, что он хотел сказать. Но, почему-то, именно эти слова сорвались с его языка раньше, чем он успел это остановить.       Антон, услышав это, сам отстраняет Арсения от себя и поворачивает его к себе лицом. Внимательно заглядывает в его глаза, как будто пытается проверить, шутит ли он.       — Это шутка такая? — всё же уточняет шатен вслух после нескольких попыток понять это по глазам. Арсений просто всё это время отводит взгляд.       Сейчас выпал очень хороший шанс свести всё это к шутке, сказать, что с юмором у него просто проблемы и всё такое. Но Арсений очень чётко понимает, что устал врать. В первую очередь, конечно, себе. Он устал убеждать себя, что абсолютно все друзья так себя ведут. И только сейчас он, наконец, полностью осознает, что чувствует к Антону. И это чувство точно не дружеское.       Осознав это он понимает, что Антон заслуживает правды. И чем раньше, тем лучше. Поэтому на вопрос шатена Арсений отвечает только:       — Нет, — всё ещё смотрит в пол. — Нет, Антон. Прости меня, но ты мне, кажется, нравишься. Как парень.       Арсений на несколько секунд всё же поднимает взгляд от пола, чтобы посмотреть на реакцию шатена. Улыбка с лица Антона сразу же пропадает, а он сам принимает вид живого знака вопроса.       Шатен молчит, видимо ожидая, что Арсений сейчас рассмеется и скажет, что всё это неудавшийся пранк. Но этого не происходит.       Через ещё несколько мгновений тишина становится неловкой, и Арсений снова отводит взгляд. Не спасает ситуацию и то, что брюнет, вообще-то, находится всё ещё в мокрых штанах. А это, ой, как неприятно ощущается холодком на коже.       Но ещё большим холодом ощущается взгляд Антона, который буквально пытается проделать дыру на лбу Арсения.       Первым не выдерживает брюнет: отодвигает Антона в сторону и идёт в сторону выхода из комнаты. И только когда он уже находится возле двери, его останавливает тихий голос шатена.       — Подожди, — звучит настолько тихо, что Арсению кажется, будто ему послышалось. — Ты… правда?       Он не уточняет, что именно «правда», но в этой ситуации оно и не нужно. Арсений понимает его и так.       — Да, Антон, — устало выдыхает брюнет. — Я, наверное, поеду домой.       Арсений решает, что сейчас это единственно верный выход из этой ситуации. Ему нужно домой, чтобы всё хорошо обдумать, и понять, как действовать дальше. Ведь, если он будет находиться рядом с Антоном, это всё только усложнит.       Да и Антону, наверное, тоже нужно обо всем этом подумать. Потому что он выглядит искренне растерянным, напуганным и ошеломленным.       Не дожидаясь ответа, Арсений выходит за дверь и спускается по лестнице вниз. Эта долбаная лестница его, если честно, уже немного триггерит. Но сейчас на это так похуй. Как и на то, что в любой момент из своей комнаты могут выйти Серёжа или Дима и увидеть его встрепанного и в мокрых штанах. Да уж, картина маслом прям.       Сейчас Арсения волнует лишь то, что он только что сказал Антону, и как теперь это исправить. Мерзкий голосок шепчет, что всё теперь полностью просрано, и никаких шансов с Антоном у них нет даже на дружбу.       Но Арсений предпочитает не слушать этот голосок внутри себя, поэтому он просто достаёт телефон из заднего кармана штанов (который каким-то чудом там оказался) и заходит в приложение вызова такси.       Так как вселенная сегодня настроена полностью против Арсения, заказать машину он не успевает. Его прерывает, на удивление, громкий и чёткий голос Антона, который быстрым шагом спускается по лестнице.       — Постой, — останавливает его шатен. — Не вызывай такси сейчас.       Он тяжело дышит, как будто только что пробежал кросс, и останавливается на расстоянии вытянутой руки от Арсения. С одной стороны, брюнета это немного обижает, потому что раньше тот никогда не церемонился и не соблюдал никакую дистанцию. Но с другой стороны, Арсений понимает, почему тот так делает именно сейчас, и он уважает чужие личные границы. Тем более, если дело касается Антона.       — Почему? — совсем уже ничего не понимая, спрашивает брюнет.       — Ну куда, блин, ты сейчас поедешь? Время уже час ночи, мы находимся очень далеко от города, сейчас сюда никто не поедет, — объясняет Антон. — Так что лучше останься хотя бы до утра, а там решишь — поедешь или нет. Если хочешь, я могу поспать на диване в гостиной, — добавляет шатен, отводя взгляд.       Арсений понимает, что Антон прав. Он так резко подорвался и захотел уехать, что совсем забыл, что сейчас середина ночи. Даже если какое-то такси и согласится его отсюда забрать, то стоить это будет, наверняка, бешеных денег. Остаться до утра — единственное адекватное решение. А утром на свежую голову он уже будет думать, что ему делать дальше.       Арсений бросает взгляд на диван, на котором сегодня собрался спать Антон. Он мало того, что капец какой узкий, так ещё и по длине очень короткий даже для Арсения, не говоря ничего об Антоне, который выше него. Брюнет решает, что это было бы издевательством, заставлять Антона спать на этом диване только из-за его каких-то непонятных загонов.       — Ладно… ладно, — выдыхает в итоге Арсений, — Я остаюсь. Но на диване буду спать я, — подумав, добавляет он.       Антон, обессиленый событиями сегодняшнего дня, ему только кивает и поднимается обратно в их комнату.       Арсений пару раз глубоко вдыхает и выдыхает, немного успокаиваясь, и поднимается вслед за шатеном, чтобы взять из шкафа ещё один комплект постельного белья и свою одежду.       По дороге он успевает подумать о том, что ему нужно ещё переодеть запачканные штаны и трусы на чистые. А ещё, что им с Антоном остаётся только надеется, что у Димы и Серёжи крепкий сон. и они не слышали их разборок.

***

      Утром Арсений, как и обещал, уезжает домой. На часах нет ещё и восьми утра, когда Антон просыпается и не обнаруживает брюнета в гостиной.       Спалось Арсению этой ночью неспокойно. Сначала он долго не мог заснуть, а когда это, наконец, произошло, то сны ему снились кошмарные. Он просыпался каждые двадцать минут в холодном поту, а под утро вообще больше заснуть не получилось.       Поэтому в семь утра он подорвался с постели с одной только мыслью — поскорее уехать отсюда. Забрал свою так до конца и не распакованную сумку с вещами из их совместной комнаты. Пока все спали, вызвал себе такси и уехал домой.       Дома легче ему не становится. Все мысли о прошедшем дне крутятся в голове, как в барабане стиральной машинки, но среди них нет ни одной достойной.       Арсений много думает. В основном о том, что ему со всем этим делать дальше. Продолжит ли Антон с ним общаться? Ведь со вчерашнего дня они не разговаривали и не списывались. Хотя каждое утро шатен присылает ему хотя бы эмоджи. А сегодня в их диалоге пусто, как не было никогда.       Если Антон всё же захочет продолжить с ним общение, будет ли оно таким же, как раньше? Кажется, Арсений знает ответ на этот вопрос, и это расстраивает его ещё больше.       За всеми этими мыслями брюнет не замечает, как пролетает целый день. Ложась спать, он лишь надеется, что завтра утром ему позвонит или напишет Антон, и они смогут всё нормально обсудить.       Просто Арсений слишком труслив, чтобы начать этот сложный разговор первым, поэтому надежда остаётся только на Антона.

***

      Естественно, этого не происходит. Антон не звонит и не пишет Арсению ни на следующий день, ни через два дня, ни через пять. Брюнет уже начинает переживать, не произошло ли с ним что-нибудь страшное, раз он так категорически прекратил с ним общаться, но тот на третий день после его отъезда выкладывал сторис в инстаграм, где ехал обратно в город. Арсения радует только то, что с ним, хотя бы всё в порядке.       Первым он ему так и не пишет.       Брюнет старается взять как можно больше заданий на работе, тем самым стараясь выбросить лишние навязчивые мысли из головы. И у него даже получается это сделать.       Пока в один прекрасный день — седьмой по счету, после того случая с Антоном — ему на телефон не поступает звонок с неизвестного номера.       Обычно, на незнакомые номера он не отвечает. Ну а зачем ему это? Номера всех важных для него людей есть у него в телефоне, а с неизвестных обычно никакой позитивной информации не поступает. Но в этот раз Арсений, почему-то, поступает совсем по-другому. Он принимает вызов и подносит телефон к уху.       — Слушаю, — не найдя ничего лучше, произносит он.       — Арсений? — раздаётся мужской голос в трубке.       — Эм, — растерянно отвечает брюнет. Он совсем не ожидал, что звонивший знает его имя. — Ну да, я. А что такое?       — Я Серёжа, помнишь меня? — представляется собеседник. — Ну, мы недавно отдыхали вместе в лесу. Ты ещё с Антоном был, а я с Димой, помнишь?       Конечно же Арсений помнит. Он не забывал об этом, кажется, ни на минуту.       Собеседник, вернее Серёжа, понимает молчание по-своему, поэтому через минуту уточняет, слушает ли его вообще Арсений.       — Да, да, я слушаю, — спохватывается брюнет. — И я помню тебя, Серёжа. Так что ты хотел?       — А, точно. Я ж вот чего звоню, — начинает тот. — У меня есть к тебе одно предложение.       Арсений тяжело вздыхает. Опять какое-то гребанное предложение. Он ещё после прошлого не отошёл, а тут уже новое.       — А можно обойтись как-нибудь без меня?.. — с надеждой в голосе спрашивает брюнет.       — Ни в коем случае, — сразу же прерывает его собеседник. — Без тебя никак нельзя, Арс.       Тяжело вздохнув, Арсений всё же соглашается. Просто потому что не умеет отказывать.       — И что там за предложение такое? — обречённо уточняет он.       — Это значит, что ты согласен? — со смешинкой в голосе спрашивает Серёжа.       — Сначала объясни мне, что от меня требуется. Я может вообще не соглашусь на это, — на самом деле, Арсений врёт. Он уже на всё согласен. Ему сейчас не помешает хоть немного проветрить мозги и заняться чем-то, что отвлечет его от навязчивых мыслей об Антоне.       — Короче, — начинает Серёжа. — Я приглашаю тебя на вечеринку в честь моего дня рождения. Она будет в субботу, в пять вечера. Собираемся все у меня дома.       — А почему ты именно меня решил пригласить? — удивляется Арсений. Они вроде не лучшие друзья, да и не друзья вовсе. Ну, один раз пожили вместе в одном доме, и что с того?       — Ну блин, мы тогда в домике в лесу круто потусили вместе, мне казалось, что тебе с нами тоже понравилось общаться, — брюнет только угукает, и Серёжа продолжает. — Вот я и решил, что было бы неплохо пригласить тебя ко мне на днюху и потусить всем вместе ещё раз.       — Ладно, — на удивление, даже для самого себя, быстро соглашается Арсений. — А кто ещё там будет?       — Ну-у, — немного задумывается собеседник. — Ещё будет Дима, ты его помнишь, я думаю. Несколько наших коллег придёт, только самых близких, — продолжает он. — И ты.       — И всё? — всё же решает уточнить очень важный для него вопрос. — А Антон…?       — А, и он тоже будет, да, — нехотя соглашается Серёжа, — Так ты придёшь? — быстро переключает тему он.       — Приду, приду, куда же я денусь, — обречённо выдыхает брюнет.       — Тогда ещё спишемся, и я скину тебе мой адрес, — будто не замечая ничего, говорит Матвиенко. — Хорошего вечера!       — Ага, и тебе того же, пока, — говорит Арсений, слыша уже только гудки.       Во что же такое он вляпался на этот раз?