Пирофобия

"Ты хочешь, чтобы я играл роль твоего телохранителя, пока ты будешь бродить по улице, я правильно понял?" Странник скрестил руки на груди. Свет Храма Сурастаны придавал глазам Дендро Архонта воодушевлённого блеска, "Ты можешь думать об этом в таком ключе. Но лично, я бы предпочтительней назвала это прогулкой с другом." Другом, хах. Смешно. Он пытался заменить её в качестве божества Сумеру, плевал ей в лицо клеветническими словами, и пытался убить её и путешественницу 168 раз. Она должна ненавидеть его. Она должна была изгнать его и бросить где-нибудь гнить. Её глаза должны смотреть на него с презрением, но нет, её взгляд был полон нежности. Она должна была бросить его, того кто почти погрузил её любимую нацию в хаос, но вот она стояла перед ним, её губы не говорят презрения, а вместо этого называют его другом. Смешно. "Ты слишком добра для своего же блага." Он фыркнул, "Хоть это и правда что ты умна, в один день, это твоя доброта подвергнет тебя большому риску." "Ну, у меня есть ты, который будет прикрывать мою спину. Так что это меня успокаивает." Странник усмехнулся, "Значит ты всерьёз назначаешься меня своим телохранителем. Или скорее, твоей нянькой. Несмотря на это, я должен тебе, и если составление тебе компании на твоей легкомысленной прогулке и предотвращение врагов от вонзания тебе ножа в спину докажет тебе мою полезность, то я сделаю это." Нахида, которая привыкала читать его слова между строк, перевела это заявление как согласие на свое предложение, "Спасибо. И всё же, я хочу прояснить что я лишь прошу тебя ко мне присоединиться, а не требую этого. У тебя есть выбор. Всегда есть. Ты не скован обязательством сопровождать меня с мыслью 'расплатиться по счетам'." Пауза. Разум Странника обдумывал её слова. "Я понимаю." Он ответил, "Я всё равно не смогу заснуть ночью если с тобой что-то случится." Глаза Нахиды немного округлились. Странник сразу же себя подправил увидев её выражение лица, "Не пойми меня неправильно. Меня просто не устроит если ты умрёшь, не успев я отплатить тебе." Он опустил руки по бокам и продолжил, прежде чем Архонт успела произнести хоть слово, "Хватит болтовни. Давай перестанем тратить здесь время." Его ноги мягко постукивали по земле, когда он начал подходить к двери, "Обычно к твоему любимому магазину сладостей выстраивается большая очередь, поэтому если ты хочешь взять немного пока они не закончились, нам лучше выдвигаться." На её лице расцвела тёплая улыбка, когда она подбежала к нему. Странник пытался отвлечь себя конфетой во рту, которая была слишком для него сладкая. Он с хмурым видом перекатил её в другую сторону рта, заставляя людей отводить взгляды от незнакомца в их городе… который шёл с Архонтом, державшись за её руку. Ранее, когда толпа на рынке была гуще, чем они в тот день ожидали, Малая Властительница Кусанали--Нахида, поправил он, вспомнив настойчивость маленького божества-- предложила им взяться за руки, чтобы они не разминулись. Конечно ей бы пришла такая абсурдная идея, будучи ребёнком коим она и была. На её предложение он прорычал. Однако, -видя её огромные круглые глаза походящие на щеночка- видя глаза некоторых людей смотрящие на него, он решил не устраивать спектакль, поэтому согласился. И вот они, гуляли по городу Сумеру выглядящие как любящие брат и сестрёнка, поедающие конфетки. Как семья. Он сглотнул комок в горле, позволив доводящей зубы до гниения сладости смыть мысль. Мысль о семье приносила ему тепло, но холод воспоминаний гасил это. Он помнил холод в воздухе когда его мать его бросила в заброшенном павильоне, в иссохшем сердце Нивы у него в ладони, и в безжизненном трупе мальчика. Они все были холодные. Его семья. Холодная и мёртвая. Холодная, как и его притворная семья в Снежной. Холодная, как и пустота в его груди. Он выдохнул. Может в один день... В один день он будет способен удерживать тепло наличия семьи без страха и сожалений. Это может быть не завтра, или следующий день, следующий месяц, следующий год. Но однажды. А пока он остановится на ощущении теплой руки Нахиды на своей, мягкий свет солнца обволакивал его тело полностью теперь, когда он не носит шляпу. Сейчас, когда он об этом подумал, много времени прошло с тех пор, как он чувствовал себя так; видеть мир без тени его шляпы. Много лет, он прятался под ней, ограничивая обзор и закрывая людей с которыми пересекался; его взгляд было устремлён вперёд, к миссии, которую он выполнял, и к дороге, вымощенной неугасимой яростью, внутри него. Он бы спрятал своё лицо, свои эмоции, свои уязвимости–себя всего–под шляпой; его стены выросли настолько, чтобы никто больше не смог снова причинить ему вреда. Сегодня однако, Нахида предложила ему спрятать свою шляпу, чтобы она не билась об прохожих. Без неё, он чувствовал себя голым, небольшое пятно страха таилось в тёмном углу внутри него. Но...это было неплохо. Не так плохо, как он думал. Будто с его глаз убрали вуаль, позволив ему увидеть мир ярких красок вокруг него. Он больше видел не прямую и узкую дорожку, а местность целиком, красочные шёлковые ткани на ларьках, красноту яблок в корзинах, зелень уличных декораций, и даже голубизну неба над его головой. Без преграды, он теперь видел не только ноги краем глаза, но и руки люди с их жестикуляцией, и их лица, включая их выражения и эмоции. Может, вот так вот выходить на прогулки было не так уж и ужасно. Да, это было не так ужасно. Особенно с обнадёживающим теплом рядом с ним. Сейчас была пятница, и остаток утра прошёл в праздном досуге, как и всегда. Они взяли ткани с которых Нахида могла пошить ему новую одежду. Они попробовали какой-то еды, которую он раньше не пробовал, с Архонтом парирующей его аргумент в отсутствии нужды есть используя 'это всё о вкусах и ощущениях'. Они также прошли мимо своеобразной сумеречной птицы что пела. Однако, он не мог разделить энтузиазм Архонта, не тогда, когда эта птица была слишком громкой и раздражающей, не тогда, когда она оскорбила его, сев ему на голову и сделав из его волос какое-то гнездо. Такая наглость. Если бы не Нахида, пытающаяся умерить его пыл, он бы уже запустил эту птицу прямиком в пустыню взрывом Анемо. Пока день тянулся, Архонт таскала его по различным местам будто они были птичками прыгающими с ветки на ветку. Или если точнее выразиться, она потихоньку учила упавшую с неба и сломавшую крыло птичку как снова летать. Она помогала ему стабилизироваться в воздухе всякий раз, когда он мысленно спотыкался и падал на землю. Она оставалась с ним всякий раз, когда он пытался сильнее сложить крылья, до тех пор пока он почувствует себе в достаточной безопасности и комфорте, чтобы развернуть их и полететь с ней снова. Она была ветром под его крыльями. Она будет направлять его, поддерживать его, пока он не найдёт выход из тёмного леса что держит его в заточении, в чистое синее небо где он сможет быть свободным. Ему стало лучше чем за последние 400 лет, благодаря компании Нахиды и её мудрости. Он восстанавливался. Но когда ты на тропе лечения, Временами, Тропа, по которой ты идёшь может внезапно обрушиться. Сегодня был один из таких случаев. Это должен был быть простой поход на базар за продуктами. Та же песня и танец которые они проходили кучу раз до этого. Он мог вспомнить улыбку на лице Нахиды когда она держала подаренный ей букет цветов, то как сияли её глаза когда она предложила ему редкую голубую сумерскую розу, и насмешливый тон в его голосе когда он сказал что сможет найти цветок поудивительнее этого. Он мог вспомнить её приглашающую его на проводимое на Большом Базаре представление на следующей неделе. Он помнил её маленькую руку дёргающую его за рукав. Затем ничего. Только огонь. Пламя, что вырвалось из соседнего киоска. Близко. Слишком близком. Оно смотрело на него. Собираясь поглотить его. Нахида говорила с ним, но он не мог разобрать слов. Его тело тряслось. Его руки сжались в кулаки. Его зубы стиснули друг друга. Горячо. Слишком горячо. Руки огня тянулись к нему. Жжёт, Жжёт, Жжёт, Пламя обвило свои руки вокруг его горла. Он задыхался. Он не мог дышать. Огонь. Огонь Огонь. Он был в миллиметрах от его лица. Обжигал. Обжигал. Обжигал. Он душил его. Он сделал шаг назад. Он не мог дышать. Ещё шаг назад. Ему больно. Ещё один. Его кожа была в огне, сдиралась, превращаясь в пепел. Ещё шаг назад, Пока он не побежал. Подальше. Подальше. Подальше. Подальше от огня, подальше от всего. Он не знал куда он бежал. Окружение было размытым и всё вокруг него крутилось. Его мысли были горсткой пепла, развеянного ветром. Он убегал. Он убегал из Горна Микагэ но пламя, боль всё равно преследовали и опаливал его. Его кожа была в огне. Он был в огне. Каждый сантиметр его тела кричал от поглощающей его мучительной боли. Слезы катились с его глаз. Больно. Больно. Больно. Помогите. Он бежал и бежал только чтобы оказаться внутри горящего дома, с пеплом его младшего брата оставшимся у него на ногах- Жжёт. Потом он вернулся в лабораторию Дотторе, огонь отражался в маниакальном взгляде Доктора когда он прижал горящий факел к его коже. Прекрати. Мне больно. Помогите. Помогите мне. Дым заслонил его зрение что уже было размыто от слёз. Он пытался протолкнуть воздух в свои искусственные лёгкие, но он был под водой, в глубине пламенного моря и он тонул. Он закрыл руками уши потому что, пусть он и был под водой, их голоса не были приглушены– последние слова Нивы, обещание ребёнка, безумный смех Дотторе. Он слышал их всех одновременно, кричащих на него, сливаясь с его всхлипами пока огонь пожирал его живьём, пока вода погружала его в глубочайшие и темнейшие глубины. Он пытался сморгнуть слёзы, трусил головой, стиснул зубы от боли, от ощущения того, как горит заживо. Он открывал и закрывал рот, но воздух не входил. "--ник!" Он горел. Он задыхался. Он умирал-- "Странник!" Его голова резко повернулась к человеку перед ним. Белые волосы, изумрудные глаза. Нахида. "Я–я не могу–" он испуганно выдохнул, его глаза были широко распахнуты и ошеломлёнными, "Он жжёт, я не могу..." Маленькие руки взяли его, "Странник, посмотри на меня." С паникой в глазах, он посмотрел на неё. Нахида сжала его руки и мягко сказала, "Следи за моим дыханием." Она сделала глубокий вдох, позволяя ветру заполнить её лёгкие. И немного задержала его перед тем как выдохнуть, её плечи опускались когда напряжение покинуло её тело. "Вдох...и выдох..." Она наблюдала как её паникующий спутник испытывал трудности в следовании за её действиями, "Ты можешь дышать. Просто будь помедленней. Повторяй то, что я делаю." Он изо всех сил старался имитировать Нахиду, концентрируясь на её лице, на порыве ветра в её груди и во рту, и позволить выдыхаемому ею воздуху восполнить работу его ослабевших лёгких, украденную пламенным морем. "Вот так." Похвалила его Нахида. Её большие пальцы начали водить круги на тыльной стороне его дрожащей руки, "Теперь, сосредоточься на действиях которые я делаю с твоей рукой. Почувствуй мою кожу на твоей, движения, и тепло моей руки. Ты можешь сделать это для меня?" Странник кивнул, его более спокойный взгляд упал на их переплетённые руки. Он смотрел как её изящные пальцы танцевали на его руке. Он следовал за путём по которому они двигались, концентрируя своё внимание на том, как они касаются его руки, насколько они были мягкими, по сравнению с его деревянными конечностями, и какими тёплыми они были, когда они разминали его холодную руку. "Странник." Позвала она, заставив его вновь взглянуть на её лицо, "Можешь назвать цвета первых трёх предметов, которые ты видишь?" "Твои глаза, зелёные." Его глаза сместились влево и обнаружили небольшой камушек на земле, "Серый камень." Глаза цвета индиго бродили по окрестности. "Коричневое дерево." Он был в лесу. Хотя он не помнил как он здесь оказался, или где эта часть джунглей точно находилась. "Хорошо. Теперь я хочу чтобы ты пошевелил ногами и их пальцами. Да, вот так." Она кивнула. "Почувствуй траву под собой, как она щекочет твою кожу, и как твой вес сидит на ней." Он был в лесу, повторил он. Он не был в Горне Микагэ или том горящем доме. Он не был в лаборатории Дотторе. Доктора здесь не было; он не мог ему навредить. Он был в лесу с Нахидой, с одним лишь слышимым шелестом листьев и чириканьем птиц. Ветер был спокойным а голубое небо чистым. Он не горел. Здесь не было никакого пламени, только деревья и минута покоя. "Ты в безопасности здесь, со мной." Нахида накрыла его дрожащую фигуру завереньем. Они остались так на какое-то время, купаясь в тепле солнца, в спокойствии что предлагала им земля, и в присутствии друг друга. Нахида была якорем, что не давал волнам страха смыть его, рукой что вытаскивала его из тёмного моря, холодной водой что тушила пламя и успокаивала его ожоги, пока от них не оставались едва заметные отголоски прошлого. С ней рядом, его тело перестало трястись. С её руками держащими его, на его колени больше не падало слёз. "Ты чувствуешь себя лучше, Странник?" В её изумрудных глазах проплыла забота, её голос был нежным как шёпот дующего мимо них ветерка. Он поспешно вытер оставшуюся влагу с глаз рукой и выпрямил спину, "Да. Прошу прощения за то, что тебе пришлось узреть такое никчёмное зрелище." Она помотала головой, "Не нужно извиняться. Такое случается." Прекрасно, он опозорил себя на глаз у Архонта, на глазах у ребёнка. "Тебе не нужно стыдиться этого. Это не никчёмное зрелище. После того, что ты прошёл, этого стоило ожидать. Поэтому пожалуйста, не кори себя за это." "...Что случилось?" Спросил он, пытаясь найти ответ в глазах Архонта. "Давай начнём с того, что ты последнее помнишь." "Ладно. Мы ходили по улице, и ты приглашала меня посмотреть выступление, потом там был огонь..." Он замолчал, чувствуя, как у него в горле возвращалось неприятное ощущение. Она положила свою руку на его и нежно сжала, "Это верно. Вероятно, группа детей задела стол владельца магазина пока играла, в результате чего свеча соприкоснулась с легковоспламеняющимися материалами. Пожар вспыхнул через секудну. На мгновение ты был будто выключен а затем убежал. Дав людям инструкции по безопасному тушению пожара, я последовала за тобой сюда." "Извини, за то, что так убежал." Нахида потрусила головой, "Не волнуйся об этом." Её взгляд смягчился, "Если ты не против, могу я спросить что случилось?" Он отвернул взгляд от Архонта, "Когда я увидел огонь, я..." Он старался правильно подобрать слова, "Я почувствовал беспокойство" Слово 'ужас' бы подошло лучше, но его гордость не позволила ему его озвучить, не смотря на то, что его действия уже это Нахиде наглядно показали. "Следующее что я понял, я бежал. Я не знал куда я бежал, но я просто продолжал бежать и оказался тут." "Потом я убежал сюда прояснить голову." Голова Нахиды качнулась, не говоря ни слова в ответ на несказанное им в его мыслях, "Я понимаю." Она на мгновение промолчала собиралась с мыслями перед тем как продолжить, "Когда личность подвергается серьёзным психологическим стрессам, это может тяжело сказаться на них в последующей жизни. Когда они сталкиваются с чем-то, что напоминает им об этих тяжёлых воспоминаниях, реакция их тела борьбы или бегства срабатывает чтобы спастись от предполагаемой угрозы. Её руки лежали на её коленях, "В твоём случае, огонь должно быть вызвал такую реакцию." Она вспомнила своё смятение внутри, увидев в каком мучительном состоянии он был, когда она нашла его, дрожащего, с паникой и болью в глазах, когда он с трудом дышал произнеся слова. "Жжёт, мне больно, помогите." Она звала его снова и снова, но её голос не мог добраться до него. Он был слишком глубоко в своем бреду, который как она могла сделать вывод был вызван воспоминаниями, что она увидела в его сознании, которые уходили корнями в огонь. Ей пришлось использовать чуточку Дендро, чтобы немного успокоить его разум, создать скважину куда она могла просунуть руку и вытащить его из его мучений. "Как ты избавилась от этого?" Этот вопрос прервал ход мыслей Нахиды. Он скрестил руки на груди и попытался восстановить прежнее самообладание, обратно поднимая свою оборону, "Я не хочу чтобы это помешало в моих будущих битвах или других заданиях." На её лице появилась грустная улыбка от того как он это сформулировал, будто это был мусор, который можно просто выбросить, "Боюсь я не могу дать тебе на это конкретный ответ. Ситуация каждого индивида уникальна. Я могу помочь сформулировать некоторые меры, которые помогут тебе вылечиться, но такие травмы требуют время на заживление. Так что я прошу тебя быть терпеливым к себе." Он ответил тишиной, он мысленно обрабатывает её слова. В это мгновение её осенила идея. "Однако мы можем сделать что-то, что поможет успокоить её." "Что это?" С теплым солнечным светом, проливающимся на её тело, улыбка Нахиды была любящей и сияющей, когда она раскинула руки, "Объятия." Он поднял бровь, "Это какая-то шутка? Ты играешься со мной, да?" "Зачем бы я стала шутить о таковой важной теме? Исследователи обнаружили что объятия создают ощущение спокойствия и расслабления. Они хороши для снятия стресса." Ответа не последовало. Её руки становились тяжелее, но она их ге опускала, "Я могу?" Он задумался на некоторое время, прежде чем вздохнуть, "Как хочешь." Голос Нахиды весело пропел, "Спасибо." Другие говорили что когда они испытывали тепло другого человека, когда они почувствовали обхватывающие их руки, нежные и полные любви, именно в тот момент они поняли что значит не быть одним. Когда рядом был кто-то, кто бы держал их когда они плачут, накрыл бы собой будто они были самым сокровенным сокровищем, принял бы их за их чувствительную и слабую сторону, тогда они поняли какого это быть любимыми. Вот так начинают заживать глубокие раны. Это началось тогда, когда бесконечно и бесцельно скитающийся странник нашёл дом. Объятие ни в коем случае не было чудодейственным средством. Они не смогут стереть раны и шрамы оставленные огнём. Они не смогут склеить обратно вазу, вернув ей её безупречность. Что они могли сделать, так это облегчить боль, И дать тебе знать что на это мгновение, Ты в безопасности и любим.

Даже если кажется, что всё распадается на глазах, И даже у твоих ног начала проваливаться земля. Даже если твои страхи попытаются утащить тебя под воду, Я буду здесь, Держать твою руку. Ты не один. Больше не один.