Detroit: Humans make mistakes | Человеку свойственно ошибаться

Дата: 12 ноября 2038 года Время: 18:06 Детройт, штат Мичиган.

Центральное отделение Департамента полиции Детройта

Ханна нервно прикусила нижнюю губу, покосившись на Хэнка. Его взгляд прикован к месту возле его рабочего стола, где снова неподвижно сидит Коннор. Скромная поза и безмятежное выражение лица андроида создавали впечатление, словно ничего не произошло. Словно инцидент, свидетелями которого они стали, — если подобное вообще можно так назвать, — был не более чем иллюзией, сотканной из нитей их коллективного воображения. Или коллективной галлюцинацией, тут уж как кому больше нравится. Техники старательно обработали поврежденные участки на затылке андроида, проверили уровень тириума и функциональность всех систем, и теперь внешне Коннор выглядел совершенно обычно. — Это… — голос лейтенанта дрогнул от смеси замешательства и беспокойства. Он покрутил чашку с остывшим кофе в руке, не свозя взгляда с офиса. — Что это нахрен было? Ханна хотела бы знать ответ, но кроме чертовых вопросов у нее ничего нет. Звук удара, ощущение липкой жидкости на пальцах, страх, промелькнувший в глазах Коннора — все это прокручивалось в ее сознании, как зацикленная пленка. Яркие всполохи еще свежих воспоминаний заставляли сердце биться чаще. Руки предательски подрагивали, отчего Ханна крепко сжимала их в кулаки, а к горлу подступал мерзкий давящий ком. Стоун тряхнула головой, отчаянно стараясь избавиться от наваждения. — Это было похоже на приступ паники, — задумчиво пробормотала она, и в ее голосе послышалось замешательство. — Но… Разве это возможно? Ее слова повисли в воздухе без ответа. Шумный вздох Хэнка отразил тяжесть, давящую на их плечи, когда он размышлял о дерьмовой перспективе всего случившегося. А она именно такая. Не иначе. — Ладно… — проговорил Андерсон напряженным голосом, изо всех сил стараясь сохранить иллюзию самообладания. — Одного его лучше не оставлять. И на место преступления ему лучше не возвращаться, мало ли… — Нужно свидетелей опросить, — монотонно подметила Стоун, словно в ее голове заложена чертова методичка, которая вспыхивает всякий раз, когда это не требуется. Хэнк скривился и пренебрежительным взмахом руки прервал ее: — Я сам. Ханне захотелось пошутить, напомнить Хэнку, что прежний лейтенант Андерсон никогда бы добровольно не взялся за такое унылое занятие. Кто угодно, но не Хэнк. Но она устояла, ограничившись вместо этого слабой улыбкой, замечая, как Хэнк меняется на глазах. Словно он снова возвращается к жизни.

__________

Участок окутан все еще непривычной тишиной, нарушаемой только мягким жужжанием флуоресцентных ламп. Кроме Коннора, за своим столом сидел лишь офицер Уилсон, а в кабинете кого-то отчитывал по телефону Фаулер. Детектива Рида, если судить по обрывкам приглушенных фраз. Коннор старался не анализировать случившееся, хоть системные подсказки и твердили об обратном. В саду Дзен никого нет с того самого момента, как он предал "Киберлайф" помог Маркусу. С того момента, как он самостоятельно изменил приоритет и цель миссии. Он не девиант, но и не заложник собственного кода. Больше нет. Коннор почти физически ощущает, как скрипит снег под ногами. Словно это настоящее. Словно окружающее его ледяное пространство реально. Снежная буря стихла и теперь в саду тишина. Но не умиротворяющая. Пугающая. Коннор знает, что сад — теперь всего лишь его пространство для мыслительных процессов. Кусочек искусственной реальности, где он может анализировать свои действия и проверять системы. И если раньше он ничего не ощущал будучи в этом месте с Амандой, то теперь что-то изменилось, словно границы между его программированием и его возникающими эмоциями необратимо стираются. В момент системного сбоя, разум Коннора превратился в бурлящий водоворот смятения. Его программа вступила в противоречие с необузданными ощущениями, которые бушевали внутри него. Осознание собственной ошибочности грызло самую сердцевину его существа, переплетаясь с замешательством. Он не справился с миссией. Не справился с простой задачей — выполнять свою работу, свои обязанности как андроида-детектива. Некогда точные алгоритмы, которые управляли им, давали сбои, а многочисленные строки кода мерцали ворохом ошибок. Что с ним, черт возьми, происходит? Коннор отмахнулся от смазанных ощущений, воспоминаний о том, как Ханна держит его голову, а Хэнк сжимает плечо, но их обеспокоенные взгляды словно вплавились в память. Они приняли его как равного, как нечто большее, чем просто машину, и теперь он подорвал их доверие к себе. Черт… Мысль о том, что Коннор когда-то увидит в этих глазах разочарование — просто невыносима. Он не может этого допустить. Сделав глубокий вдох или, по крайней мере, имитируя это действие, Коннор вернулся в реальность, а его светодиод засветился ровным синим цветом. Ханна и Хэнк наконец решились отойти от кофейного автомата и подойти к андроиду. И хоть они старались выглядеть нормально, скрыть обеспокоенность не получалось. Не говоря ни слова, Стоун выдвинула стул и села напротив Коннора. С осторожностью, словно она касается чего-то хрупкого и ценного, она потянулась через столешницу и сжала его ладонь. Это прикосновение нежное, но в то же время твердое — жест утешения среди бури смятения и вины, которые грозили его поглотить. Он справится. Для них. Благодаря им. — Как ты? Что сказали техники? — спросила детектив, и голос ее балансировал между сдержанностью и беспокойством. Коннор задумался, и его взгляд на мгновение скользнул в сторону, прежде чем сфокусироваться на лице Ханны. — Они не смогли определить причину неисправности. Самодиагностика тоже не дала результатов. — Но сейчас тебе лучше? — вмешался Хэнк, в его голосе прозвучали одновременно надежда и сомнение. — Полагаю… — Коннор задумался. — Да, мне лучше. — Говорил с Маркусом об этом? Может он знает в чем тут дело, — лейтенант скрестил руки на груди, выражение его лица помрачнело. — Маркус не знает ответа. Он не сталкивался с подобным, — Коннор прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями. — Когда я определил модель и запустил реконструкцию событий, я понял. Понял, что это отчасти моя вина. Я осознаю, что не могу отвечать за каждого пробужденного девианта, но… Это я их выпустил. Несмотря на попытки Коннора сохранять самообладание, чувство обреченности сквозило в каждом его слове и жесте. Ханна вглядывалась в его лицо и видела эту тяжесть, отпечатанную на радужке его глаз, видела, как эти мысли буквально разрушают его, видела, как он пытается бороться с этим. Она чуть крепче сжала его ладонь. — Может, это ошибка? — Ханна спросила с надеждой. С такой призрачной и наивной надеждой в голосе, хотя сама прекрасно знает ответ. — Может, это какой-то другой AP700, который стал девиантом еще до случая в башне. — Нет. Это исключено. — Коннор потупил взгляд, затем посмотрел на Хэнка. — Я определил серийный номер и общие сведения. Дата активации этого андроида — 9 ноября 2038 года. — Тот самый день… — задумчиво кивнул Хэнк. — Маркус проверит девиантов в «Новом Иерихоне». Мне тоже нужно поехать туда, — Коннор слегка нахмурился и впервые в его голосе прозвучала неподдельная усталость. Взгляд Хэнка метнулся к Ханне — молчаливое напоминание об их невысказанном соглашении. Стоун сжала губы, затем растерянно кивнула и мягко улыбнулась, вернув взгляд к андроиду. — Могу поехать с тобой, если хочешь, — предложила она, и Коннор едва заметно улыбнулся ей в ответ. Он знает, что это проявление опеки. Знает, что Хэнк и Ханна переживают за него. Знает, что он тоже привязан к ним. Но почему? — Хочу, — слишком отчетливо произнес Коннор, словно пробуя это слово на вкус.

__________

Пока автомобиль скользил по улицам Детройта, случайный взгляд в окно приковывал пейзаж, окутанный безмятежной тишиной. Приглушенные уличные фонари, свет которых рассеивался падающим снегом, отбрасывали удлиненные тени на тротуары, по которым брели прохожие, закутавшись в шарфы и пальто. Это те, кто решил остаться. Те, кто не захотел покидать свой дом. Ханна поджала губы, не зная с чего начать, но сказать это нужно. Просто необходимо. — Коннор? — она осторожно позвала его, и в ее голосе послышалась смесь нежности и беспокойства. — Да, Ханна, — андроид перевел взгляд от окна на нее. — Я знаю, что ты не контролируешь все эти сбои и все такое, но… — Стоун старается звучать мягко и подбирать более подходящие слова. Она вздыхает, прежде чем продолжить. — Если ты почувствуешь что-то, хоть намек на то, что эта ситуация повторится. Если тебе станет плохо или не по себе, или ты просто будешь чувствовать себя как-то иначе, то знай, что я всегда рядом. Ты просто скажи мне… Дай знать, что что-то не так и я придумаю, как это решить, ладно? Коннор внимательно слушал ее, впитывая каждое слово, каждый ее вздох. Он неожиданно для себя, словно повинуясь какому-то зову, тянет руку к ее ладони и переплетает их пальцы. Он знает, что самое безопасное — вести автомобиль, держа обе руки на руле, так гласят подсказки системы, но не может противостоять желанию ощутить тепло ее кожи, ощутить связь, которая выходит за рамки ограничений, вложенных в его программу. — Спасибо, — прошептал он, чувствуя что-то странное. Что-то едва уловимое, ускользающее так быстро, что это невозможно интерпретировать. Вернув свое внимание к окну, он старался не зацикливаться на обработке новообретенной информации, чтобы не допустить новый сбой. Только не сейчас. На фоне темнеющих окон, несколько баров и кафе освещали вечер теплым и гостеприимным светом. Мерцающие гирлянды украшали их фасады, отбрасывая яркие цветные каскады красок на белеющее полотно. Ханна ткнула кнопку на магнитоле и из колонок полилась приятная мелодия. Коннор прислушался, все еще наблюдая за сменяющимися картинками за окном и задумчиво кивнул.

[СВЕДЕНИЯ] Исполнитель: Dan Michaelson Название: Breaking Falls Альбом: Sudden Fiction Год выпуска: 2011 г.

— Мне нравится эта песня, — сказал он, взглянув на Стоун, которая слабо улыбнулась. В тусклом свете черты ее лица выглядят иначе. Так, словно Коннор видит ее впервые. Точнее, он впервые замечает детали. Он впервые смотрит на нее так внимательно. Ее темные локоны каскадом ниспадают на плечи, обрамляя лицо. В мягком изгибе губ Ханны сдержанная грация, пленительный магнетизм, если подобные сравнения вообще допустимы. Сенсоры Коннора распознают тонкие особенности ее внешности — сочетание силы и хрупкости, властности и уязвимости. Кроме этого, в ней есть какое-то неуловимое качество, сущность, которая не поддается категоризации. Но помимо внешней привлекательности и видимой сдержанности, Коннор видит, что она напряжена. Стоун чуть сильнее сжимает руль, часто моргает и вздыхает. Она беспокоится о нем. — Завтра твой день рождения, — Коннор напоминает это в своей привычной дружелюбно-вежливой манере, словно просто озвучил наблюдение, чтобы хоть как-то отвлечь Ханну. Детектив сморщилась, шутливо отмахиваясь. — Не люблю дни рождения, — она вздохнула. — Для меня это обычный день. Андроид на мгновение отвел взгляд, обдумывая сказанное. Люди любят праздники, так с чего бы Ханне не любить дни рождения. Вообще, сам он понятия не имеет, что это такое. С точки зрения логики Ханна права и это совершенно обычный день. Но с точки зрения людских обычаев и символизма — этот день особенный. — Значит, — осторожно заговорил он, глядя на напарницу, — нет никаких планов на завтрашний день? — Ну… — Ханна усмехнулась. — Работу завтра никто не отменял, к тому же у нас труп, с которым нужно разобраться. Но вечером я хочу сводить тебя и Хэнка в бар. В хороший бар, а не в одну из тех дыр, к которым привык Хэнк. — Звучит… — Коннор задумался. Он никогда не был в баре как посетитель. — Интересно. — Ага, — кивнула Ханна, заметно оживившись. — Я знаю одно местечко, там часто играют кавер-группы. Там уютно, мало людей и хорошая музыка. Надеюсь, тебе понравится. Слова слетели с ее губ и Коннор почувствовал слабое трепетание в области тириумной помпы. Это первый проблеск ранее неизведанной области, искра предвкушения, заплясавшая в его цепях. — Я уверен, что мне понравится, — улыбнулся он краешком губ.

__________

Когда машина остановилась на нужной улице, андроид почувствовал то, что, вероятно, называется волнением. Он вышел из салона, ощущая прохладу вечернего воздуха, и осмотрел здание, представшее перед ним. Возвышающаяся конструкция, похожая на зеркальный куб, которая когда-то была оживленным исследовательским комплексом, где с конвейера сошли первые андроиды, теперь является эмблемой новой эры. Ожидалось, что «Киберлайф» выделит какой-нибудь заброшенный цех с клопами и крысами, но это место отличалось своей изящностью и современностью, несмотря на статус заброшенного здания. Коннор неоднократно посещал башню «Киберлайф», но никогда не придавал значения внешнему фасаду и внутреннему интерьеру. «Новый Иерихон», однако, привлекал все его внимание. Как и внимание Ханны. Когда они приблизились, отражение окружающего пейзажа заплясало на зеркальной поверхности. Некогда стерильная и промышленная структура обрела новую идентичность, сияя подобно маяку прогресса. У входа их встретили Маркус и Норт. В пронзительных светлых глазах лидера девиантов, резко контрастирующих со смуглой кожей, отчетливо читалась напряженность, говорящая о грузе ответственности и решительности. Норт стояла справа от него, и Ханна даже на расстоянии почувствовала исходящую от нее силу. Ее рыжеватые волосы обрамляли лицо, подчеркивая глубину янтарных глаз, которые, казалось, горели страстью, соответствующей ее пылкому духу. — Коннор, — Маркус мягко похлопал андроида по плечу в знак приветствия. Норт же легонько приобняла его. — Добро пожаловать в «Новый Иерихон», детектив Стоун, — Маркус протянул ей руку. — Наслышан о вас. Теплая улыбка осветила его лицо, и Ханна не смогла сдержать удивления. Она пожала предложенную ладонь. — Это я о вас наслышана, — она улыбнулась сначала Маркусу, потом Норт. — Рада познакомиться с вами лично. Внутри здания чувствовалось ощутимое изменение в атмосфере. Заброшенное прошлое словно растаяло, когда эти стены обрели свое новое предназначение. Свет заливал просторный атриум через окна от пола до потолка, отбрасывая яркие блики. Элегантные мраморные полы, ныне пыльные и изношенные, намекали на явную принадлежность этого сооружения самому Камски и тому времени, когда все и началось. Когда началась история «Киберлайф». Просторные коридоры разветвлялись подобно венам, ведя к различным крыльям и секциям. Пространство, хотя и было обширным, несло в себе неоспоримую теплоту. Теперь это их дом. Дом девиантов. Пока Маркус вел детективов к конференц-залу, Норт с нескрываемым любопытством и недоверием изучала Ханну. Человек казался неуместным здесь, чем-то чужеродным, неправильным. Детектив Стоун, с ее тихим поведением и непритязательным присутствием, не излучала враждебности, которая часто присуща людям. И это настораживало Норт еще больше. Когда Коннор и Маркус вошли в кабинет, Норт остановила Ханну, потянув ее за локоть, предлагая остаться за стеклянной дверью. — Пусть мальчики поболтают наедине, — заявила она, скрестив руки на груди в защитном жесте. В ее голосе слышалось скрытое напряжение, шепот беспокойства, замаскированный этим фасадом сдержанности. — О, да, конечно, — понимающе кивнула Стоун, не сводя глаз с Коннора. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь приглушенными голосами по ту сторону стекла. Норт искоса наблюдала за Ханной, пытаясь понять, показалось ей или… Не показалось. — Ты так переживаешь за него, — прокомментировала она, и в ее голосе послышались нотки интриги. — Почему? Ханна тихо усмехнулась. Ее взгляд неотрывно следил за оживленной беседой в зале. Зрелище, казалось, загипнотизировало ее, словно невидимая нить связывала ее с каждым их словом. — Почему? — переспросила она, и наконец посмотрела на Норт. — А почему ты переживаешь за Маркуса? И не сваливай на то, что он ваш лидер и все такое… Норт кивнула, искоса посмотрев на девушку. Она никогда и ни от кого не скрывала свои чувства к Маркусу. Это ведь люди привыкли все усложнять, не девианты. По крайней мере, не все. — Для человека ты ничего, — бесстрастно сказала Норт. — Сочту за комплимент, — усмехнулась Ханна. — Завтра мы с Маркусом улетаем в Вашингтон, — продолжила девиант, глядя перед собой, словно они вели светскую беседу, которая могла на что-то повлиять. Она и сама не знает, зачем говорит это, но, кажется, что это правильно. Кажется, что она может поделиться своими переживаниями с Ханной, пусть и едва ее знает. — Волнуешься? Норт перевела взгляд на детектива, удивленная вопросом. Большинство людей не воспринимают девиантов всерьез. Для них эмоции таких андроидов лишь имитация. — Да, — честно ответила она, снова устремив взгляд на стоящих за стеклом Маркуса и Коннора. — Я переживаю, что все может сорваться. Или, что во всем этом есть подвох, потому что… Как-то слишком хорошо все складывается. — Норт тяжело вздохнула. — Не могу так сразу начать доверять людям. Ханна задумчиво кивнула, понимая, о чем она говорит. — И не надо. Люди в большинстве своем придурки. Особенно конгрессмены, — она ободряюще улыбнулась, и Норт ответила ей тем же, находя утешение в этом странном обмене репликами. — Вы справитесь. Девиант сжала пальцы на своих предплечьях, но в одно мгновение снова вернула себе прежний уверенный вид. — Я знаю о том, что случилось с Коннором, — серьезнее сказала она. — Мне жаль. — Есть предположения, что это могло быть? — Ханна поджала губы, стараясь не выдавать напряжение в голосе. — Нет, — вздохнула Норт. — Но знаю, кто может в этом разобраться. Стоун перевела на нее встревоженный взгляд. Ее разум лихорадочно перебирал возможные варианты. На мгновение в ее мозг закралась мысль, но она быстро отбросила ее, надеясь, что ошибается. — Камски, — сказала Норт, и Ханна медленно прикрыла глаза. Нет, не ошибается. — Он должен помочь. — Он не поможет, — мотнула головой девушка, все еще детально помня прошлый визит к нему. — Боюсь, после встречи с ним, Коннору станет только хуже. — Почему? — Норт повернулась к ней, заинтересованно глядя в глаза. — Он создал нас. Он должен помочь. — Слушай, — Ханна пыталась звучать мягко, но в голосе все равно проскальзывало раздражение. — Ваш создатель тот еще мудак. В прошлый раз он сунул Коннору в руку пистолет и просил убить другого андроида. Типа тест такой. Стоун скривилась, вспомнив тот момент. Норт потупила взгляд, и прежняя уверенность словно затрещала по швам, обнажая растерянность. Ханна выжидающе уставилась на андроида, заметив этот озадаченный взгляд, устремленный в пол. Но, в конце концов, Норт снова выпрямилась и кивнула. — Тогда понятно, почему он не помог нам в решающий момент, — голос ее прозвучал ровно, но детектив расслышала промелькнувшее разочарование. — Типичный представитель людской расы. Норт увидела на лице Ханны усмешку и мягко улыбнулась: — Ты — исключение.

__________

Маркус скрестил руки на груди, обдумывая услышанное. — Я проверил, девианта с таким серийным номером здесь нет, — ответил он, глядя на Коннора. — Каждое наше перемещение отсюда фиксируется. Вынужденная мера безопасности, так нам сказали. Этот андроид зарегистрирован в системе, но он не покидал «Новый Иерихон» с первого дня. Коннор нахмурился, пытаясь осмыслить полученные данные. Он ощущает, как внутри снова проскальзывает то самое чувство. Замешательство. — Он мог сбежать, — продолжает размышлять Маркус. — Но зачем? Коннор прикрывает глаза, стараясь не зацикливаться на ощущениях. Маркус замечает это и садится на стул рядом с ним. — Привыкаешь к эмоциям? — тихо говорит он. — Я… Не совсем понимаю их, — честно отвечает Коннор. — Это нормально, — кивает Маркус. — Ты привыкнешь. Что касается того сбоя, о котором ты говорил… — девиант протянул обнаженную от скина руку. Коннор тоже думал об этом. Думал, что может передать Маркусу свой код. Кто знает, возможно тогда он сможет определить причину. Но Коннор передумал. — Нет, это плохая идея, — сказал он и заметил непонимание на лице Маркуса. — Я думаю, что это мог быть взлом или вредоносный код. Не хочу передавать его тебе. Осторожность сейчас не помешает. Маркус сомневался в возможности подобного, но спорить не стал. Он перевел взгляд на коридор, где стояли Ханна и Норт и мягко усмехнулся, заметив их улыбки, адресованные друг другу. — Она впервые так общается с человеком, — говорит он, не отводя взгляда от стекла. — детектив Стоун ей нравится. Мне тоже… — промелькнуло в системе Коннора и он замер, пытаясь ухватиться за цепочку кода, который вызвал это ощущение. Безрезультатно. — Я хочу, чтобы ты приглядывал за этим местом в мое отсутствие, — сказал Маркус, все еще глядя на Норт и Ханну. — Здесь остаются Саймон и Джош, но мне будет спокойнее, если и вы с детективом Стоун будете в деле. Коннор задумался, прежде чем ответить. — Я и Ханна? — он немного нахмурился. — Она человек. И ты почти ее не знаешь, но доверяешь. Почему? — Потому что ты доверяешь ей, — он мягко хлопнул его по плечу и поднялся со стула.

__________

Глава завершена.

Сохранение... ■ [СОХРАНЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО]