Вижу я сон

Толпа собралась немаленькая. Шэнь Цинцю мог разглядеть даже пару постных даосских рож. Все присутствующие явно узнали о собрании раньше него. Что у Ло Бинхэ с системой сообщений? Шэнь Цинцю раньше не слишком вникал в этот вопрос, что, вероятно, зря. Работала она хреново. - Я к старому козлу, - шепнул Бинхэ, - Ты со мной? - Ты справишься сам. Мне нужно поговорить с Юэ Цинъюанем. Вместо ответа Ло Бинхэ сжал его плечо на миг и растворился в толпе по направлению к сборищу разодетых адептов Хуаньхуа. Шэнь Цинцю же направился туда, где на виду у всех уже расположилось руководство школы Цанцюн. Завидев его, Юэ Цинъюань, переменившись в лице, спустился ему навстречу. - Нам нужно поговорить, - сказал он тихо, - Идём со мной. Маленькая комнатка в стороне от главного зала и лишних глаз была тут же запечатана Юэ Цинъюанем изнутри от прослушивания. Шэнь Цинцю не знал, чего ожидать. Прямо сейчас он даже не был так уж уверен, о чём именно собирался разговаривать. Что стоило рассказать, а что умолчать? - Нужно, чтобы ты ответил на мои вопросы, шиди, - Юэ Цинъюань был смертельно серьёзен, - Иначе мне будет непросто понять, как поступить. И вот как это понимать? Он же говорил, что двери школы всегда будут открыты, нет? А если глава имеет в виду другое, то что? Может быть, он лишь просил сообщить, от чего и как он должен защищать остатки репутации Шэнь Цинцю. Или же и впрямь пытался решить стоило ли оставлять своего проблемного шиди в школе и не проще ли было избавиться от него всем на радость. И что Юэ Цинъюань собирался спросить? Какие ответы Шэнь Цинцю был готов дать? Как Юэ Цинъюань мог отреагировать на любой из ответов? Можно ли было ему доверять? Можно ли было ему вообще доверять? - Почему ты не пришел, когда я ждал тебя? - способ понять был только один. Юэ Цинъюань нахмурился, явно раздосадованный отсутствием желаемой реакции. - Сейчас не время вспоминать былые обиды, Цинцю, - произнес он тем самым увещевающим тоном, за который Шэнь Цинцю мечтал придушить его ещё с детства, - Нам нужно решить, как разобраться с беспорядком там, снаружи, и сделать это лучше побыстрее. - Нет уж, ты не уйдешь от ответа, - зло сказал Шэнь Цинцю, - Без "я подвёл тебя". Без прочего бреда. Одним предложением, ясно и четко. Где ты был. Тяжело вздохнув, Юэ Цинъюань собрался и все же ответил. - Там, где я помог тебе пробудить золотое ядро. Учитель запер меня после ошибки в совершенствовании. Что за нездоровую брехню он сейчас выдал. И Шэнь Цинцю должен был в это поверить? - Ты же понимаешь, как тупо звучит твоя ложь, правда? - осведомился он, - Кто бы доверил Сюаньсу такому ничтожному изначальному провалу? Да ты не мог бы вынуть его из ножен, без риска сдохнуть при этом!.. Или же... Юэ Цинъюань никогда не обнажал свой меч. Неверяще Шэнь Цинцю уставился на него. Выражение лица главы дополнило мысленную картину. - Ах ты тупой кусок дерьма... Помолчав, Шэнь Цинцю вдруг вскинулся, поразившись новой мысли. - Что же, хочешь сказать, ты мог в любой момент сдохнуть и бросить меня управлять твоей паршивой школой? Издеваешься?! Неожиданно Юэ Цинъюань рассмеялся. Шэнь Цинцю недобро сощурился. Он лично ничего смешного не видел. - Не переживай за меня, - сказал глава тепло, - Я буду в порядке. Уже много лет я обхожусь без меча и не стремлюсь к скорой смерти. Тебе ли не знать, что способов победить почти всегда больше одного. Да кто тут переживал?! Шэнь Цинцю чуть не задохнулся от возмущения. - Рад видеть тебя таким энергичным, - продолжил глава, посерьезнев, - Но все же, нам нужно поговорить о том, что предстоит. Мне нужно твое содействие, чтобы понять, с чем мы имеем дело. Если ты откажешься помочь... - Разве я отказывался отвечать? - перебил его Шэнь Цинцю, - Это ты ещё не задал ни одного вопроса. Юэ Цинъюань посмотрел устало, но спорить не стал. - Расскажи мне, что происходит во дворце Хуаньхуа, - попросил он, - Мне показалось, старый глава затаил на тебя обиду. Хотелось бы знать, что у него на уме. Неприятный момент. - Я не знаю, что там происходит, - сознался Шэнь Цинцю. - Но почему? Я думал ты был... - Ты ошибался. - Ясно, - прикрыв глаза, Юэ Цинъюань потёр переносицу, - Хорошо. И где же тогда ты был? Хотя нет. Это сейчас неважно. Скажи лучше, что у них может быть против тебя? - Иначе говоря, выложить тебе все свои злодеяния? - уточнил Шэнь Цинцю ехидно. - Я хочу помочь. Если знать заранее, с чем придется столкнуться, вероятность победы выше. Я не собираюсь осуждать тебя, и никому не расскажу, что бы ни услышал. Хочет помочь, значит. Ничего, сказал себе Шэнь Цинцю. Если что, всегда можно вернуться в мир демонов. Даже если школа Цанцюн будет потеряна, он справится. К тому же вряд ли это сложнее, чем признаться жестокому учителю в своей нечеловеческой природе. Да, Бинхэ? - Ты знаешь про У Яньцзы. - Как долго? Шэнь Цинцю усмехнулся. - На смертную казнь наработать успел. Юэ Цинъюань кивнул. - Прежде я убил того человека... Цю и некоторых других в его доме. - Ясно. Мне жаль. - А мне - нет. Сукин сын заслужил свою смерть. - Что-то ещё? Искушение сказать "нет" было велико. Но отступать сейчас было бессмысленно. - Лю Цингэ, - все, что он сумел выдавить из себя. - Му Цинфан рассказал мне все, - поспешно заверил его Юэ Цинъюань, - Он не винит тебя ни в чем. И я тоже. Это не касается дворца Хуаньхуа. Шэнь Цинцю избегал смотреть ему в глаза. Он знал: с главой школы у Лю шиди отношения были не в пример лучше, чем с ним. - Сяо Цзю, - услышал он, - Пожалуйста, не вини себя. Я знаю, ты сделал все, что мог. - Любой другой мог бы его спасти. - Тогда вам обоим не повезло. Юэ Цинъюань похлопал его по плечу, прежде чем встать. - Если это все, то мы легко справимся. Пойдем, время не ждёт. Снаружи людей будто бы стало даже больше. Пришлось некоторое время вглядываться, чтобы найти Ло Бинхэ в толпе. Тот, стоя за левым плечом бледноватого старого главы, просиял в ответ на слабую улыбку Шэнь Цинцю. Суд вышел значительно менее нервным, чем ожидалось. Появление Цю Хайтан стало неожиданностью, но, скорее, даже приятной. Возможно прежде ее слезы задели бы Шэнь Цинцю, но сейчас он просто был рад видеть, что она жива, здорова и нашла неплохую работу. От всех вопросов, связанных с его разбойничьим делами с У Яньцзы и убийствами в поместье Цю, Юэ Цинъюань отбрехивался с изощренной ловкостью придворного чиновника. Шэнь Цинцю только и оставалось соглашаться с его словами. Все шло настолько хорошо, что он начинал невольно задаваться вопросом, зачем вообще кому-то мог понадобиться этот спектакль. В моменты, когда становилось неуютно, он смотрел в сторону Ло Бинхэ. Именно поэтому, когда он начал падать, Шэнь Цинцю вскочил на ноги первым. С громким звуком тело Ло Бинхэ рухнуло на пол, и в зале воцарилась тишина.