Странница

— Что от меня останется В сердце твоём, странница? М. Цветаева

Этой ночью мне не спится, и я бреду по улицам нашего огромного города. Я давно не чувствовал себя вот так — странником. Словно у меня нет дома и я воплотился в мире, как молекула воздуха — плутаю, будто неприкаянный. И не сказать, что в голове неразбериха. Мне вполне комфортно. Даже при том, что я, кажется, позабыл свой путь. Не пахнет грозой, но воздух сейчас на удивление свежий, будто я и не в городе — а ведь дождя не было. Да и будет ли? Я лёгок, и даже то, что я не ел со вчерашнего дня, благоволит моей лёгкой дороге. Я будто увлекаюсь в круговорот мыслей и летнего свежего предчувствия, и моё горло уже не сжимает, как это было парой часов тому назад. Ты, наверное, уже легла спать, и от этой мысли мне спокойно. Уж не знаю, горько ли тебе было засыпать после сегодняшнего вечера — мне было горько уходить из нашей квартирки и нырять в ночное ничто светящихся улиц. После слов, что ты говорила, после моего кома в горле и дрожащих пальцев… мне стало легко так скоро. У меня вообще есть дом на этой планете? Я вряд ли смог бы уснуть вместе с тобой, если б не решил прогуляться в ночи и остался, и поскольку час уже поздний, я как будто пуст. И полон одновременно… Я один, но не чувствую одиночества, хотя я словно оторван от тебя теперь. И моя лёгкость навевает мне мысли о горах и ярких звёздах, и они, призрачные, невсамделишные, кажутся мне такими… маленькими. Нет, я сам себе кажусь вездесущим — наверное, я мог бы перешагнуть через любые горы в этот час. Хотел бы я, чтобы ты чувствовала это тоже. И, может быть, ты чувствуешь — и даже видишь это в твоём сне… Запрокинув голову, я вижу луну — огромную, овальную, яркую, будто теперь её свету нипочём никакие слои пыли и городского смога в небесах. Сколько лун сейчас в этом мире — каждому, кому спится и не спится, видится своя луна в своём небосклоне: лун на земле столько же, сколько и человеческих сердец. Почему-то в этот час мне кажется, что передо мною открыты все дороги мира — и я не знаю, куда они меня ведут. Но чувствую, что завтра я могу проснуться любым человеком. И само это ночное странствие ведёт меня повсюду и в никуда — я не знаю даже того, кем я вернусь к тебе. Но я знаю, что непременно буду свободным. Дело в том, что ничего не изменится от одних только моих дум — ни в мире, ни между нами. Зато сам я так лёгок сейчас, будто сбросил со своих плеч чужую, непомерную мне одежду. И хотя мне грустно, я чувствую, будто могу взлететь. До самой моей луны. Неужели я счастлив? Мысли о том, что ты, должно быть, крепко спишь и тебе тепло под мягким одеялом, дают мне комфорт и уверенность в моих шагах. Ступни мои несут меня по сплетениям улиц, и я хочу понять — что-то понять. Мне нужно открыть для себя ещё очень много мудрости, и я прекрасно знаю, что одной ночной прогулки будет бесконечно мало… Но эта ночная прогулка видится мне непривычно важной. Я знаю, что ведёт меня в никуда этой ночью: мой личный тернистый жизненный путь, который освещает мою теперешнюю дорогу. В жизни стало слишком много неразрешённых проблем, чтобы я мог блуждать по миру так же приземлённо, как раньше. Смешно было бы называть всё это борьбой — уж больно пафосно. Я не люблю пафос, ты же знаешь. Только не такой. Пожалуй, это время, и никакая не борьба. Но я знаю, что мне нужно расплатиться за ту неопределённость, которой я одаривал своих близких в последние годы. Наверное, твоё отношение ко мне — это моё воздаяние. Это же не ты сейчас ходишь по улицам, теряясь в космосе, будто ступни твои ступают не по земле, и чувствуешь, что у тебя нет дома. Ничто с нами не происходит зря, а значит, я заслужил всё это — то, к какому себе я пришёл после всего. И я знаю чем. И дело не в моих грехах или ошибках. Не в том, чем я мог обидеть ныне или прежде причастных к моему миру. К моему свету… Дело только во мне самом. Я знаю: мне нужно сбросить ту самую, непомерную одежду, и зажить в сродной ко мне коже. Искренность тянется к искренности?.. Совсем как любовь. Я не знаю, куда меня приведут мои дороги; но чего я точно должен избежать — это кончить худшей из них. Меня не станет, если я зароюсь в свои противоречия ещё глубже — умрёт моё сердце. Не станет моей луны. Что будет освещать мой путь, если моя луна погаснет? Потому стоит всегда ступать в её свете — я понял, что кроме наших собственных сердец ничто не осветит наши дороги. Это же такая простая истина… Всё верно: нельзя отклоняться от этого света. Должно быть, это сон, раз мне вдруг стало понятно то, что было дано мне с самого рождения… Должно быть, я проснусь свободным, если сейчас сплю. Хочешь ли ты всё ещё делить со мной мой свет? Я сомневаюсь. Хотя и очень хочу в это верить. Но ведь ты такая же цельная и живая, как и я, а значит, ты тоже можешь прийти к своей истине. Чувствуешь ли ты себя дома? Кажется ли тебе, что у тебя его нет вовсе — как мне часом ранее? Или ты чувствуешь, что твой дом далеко-далеко от тебя и ты потеряна? Когда глубокая ночь сменяется на трепетное тёмное утро, я возвращаюсь домой. Ты спишь крепко и наверняка видишь в своём мире неземные горы, которые можно перешагнуть одним махом. Твоё нежное лицо притягивает мои пальцы, и я глажу его. Ты никогда не просыпалась от моих касаний — наверное, ты очень уверена в нас. И это так сбивало меня с толку… До сегодня. Я ложусь на постель рядом с тобой, в чём был — не раздевшись и не укрывшись. Твоё лицо и волосы освещены яркой луной, льющейся в незанавешенное окно. Что за чудесная картина… Хотел бы я, чтобы ты видела её. Как же легко мне засыпать рядом с тобой в эти минуты… Порой путям свойственно расходиться. Возможно, «ты и я» совсем скоро перестанет быть частью этой жизни… Но если ты тоже отыщешь в себе свет, то этот путь может перемениться. Не хочешь ли ты заглянуть в мои сны?

[26 мая 2023]