Я не поверю в твою ложь.

Зал с длинным обеденным столом из темного дуба с белоснежной скатертью и горящими свечами в трех золотых трикириях. Зачем нужны были свечи, если света от люстры, находившейся над столиком, и лево стоящего камина со стороны окон было предостаточно? Высокие чуть ли не панорамные окна были занавешены то ли оборванными, то ли неподходящими по размеру красными, как листья мака, шторами. Справа от окошек находился огромный книжный шкаф, протягивавшийся до самого потолка. В помещении было только два человека: Эбардо и Лололошка. Первый ходил из одного угла в другой и рассказывал что-то очень нудное по мнению Ло. - Видимо ты сильно не заинтересован в моем рассказе. Произнес Эо, вернувшись на свой “трон”, стоящий на противоположной стороне от стула Лололошки. Других сиденье около стола не было. - Нет, вовсе нет. Я прекрасно тебя слушаю. - Тогда на чем я остановился? Зеленоглазый состроил вопросительную мордашку и начал пытаться высмотреть глаза Ло через его черные стекла бирюзовых очков. Лошка замешкался, ведь какой черт его тянул за язык, чтобы соврать магу, который рассказывал какие-то там великие планы, а новичок от слова совсем не слушал его и был погружен в свои мысли? - Ну давай вспоминай. Я жду. Может быть ты всё же опять соврал? - Почему сразу “опять”? - А потому что ты и сам не замечаешь, как врешь не так ли? - Я никогда не вру. Наигранной удивленностью цокнул Эбардо. Преступник уже не сидел так будто пятилетнему мальчику родители рассказывают какую-то историю из жизни, а восседал как король целой вселенной. - Хватит сказки сочинять. Твои друзья хоть и поверят, но я вот нет. И знаешь твои игры с ложью начинают заходить в не то русло. Скажу честно, ты идешь словно балансер по острому лезвию, где на какую-либо ты сторону не упадёшь, то там все равно будут заостренные шипы. И я этим восхищаюсь, ведь ты до сих пор жив и ни разу не упал. Над тобой всевозможные оружия, нацеленные на твою белоснежную шею, пустую голову и черное сердце. Желать твою помощь, наивную внешность, добрую душу и голову каждому дозволено, и ты им помогаешь с этим. Однако все, кого ты убил и предал, нацелены вовсе на твою душу, а на твои пустые глаза и молчаливый рот. Они хотят ответов, которые ты никак им не обещаешь и не дашь. Человек умрет, не дождавшись твоей помощи, а ты скажешь: «Мне так жаль». Но правда ли на самом деле тебе жаль? Ты стараешься быть милостивым, добрым, отзывчивым и наивным ко всему. Стараешься не выделяться, но у тебя с трудом это получается. Тебя раскрывают, а ты отнекиваешься и списываешь всё на свою память мол «Я этого не помню», а ты ведь всё помнишь Лололошка? Верно, ведь лжец? Брови новичка с каждым предложением и словом напротив находившегося человека поднимались все вверх и вверх, пока не достигли предела. На лбу героя Поэны возникали капельки холодного пота, но сам он не знал из-за чего это происходит. - Чего? Ты точно не сбредил Эбардо? Слишком нервозно вышли вопросы из уст Ло. Ответа не последовало, однако черный и густой дым вдруг образовался в той комнате. Лололошка резко вскочил с кровати в холодном поту и, открыв глаза, увидел, что находился в Эрессии в своем доме на улице было солнечное и теплое утро. Для шатена это был сон, и он этому очень рад.