Попытки спасти.

      31.05.2020г.       Запись 6.       Снова привет, дневник! У меня ничего не изменилось. В последние дни с нами почти ничего происходит такого, что мне действительно пригодилось бы. Записи уже не такие большие и интересные. Я почти не пишу сюда даже... А что писать? Как Чанбин-хён продолжает завоёвывать сердце Хёнджин-хёна? Или как Джисон-хён вместе с Ёнбок-хёном продолжают подшучивать над всеми? Или как Сынмин-хён продолжает доказывать Минхо-хёну, что он его уважает? Или как Чан-хён продолжает Про Чан-хёна даже сказать нечего. Он просто продолжает следить за нами, а я всё время рядом с ним хожу. Хёны шутят, что я просто боюсь потеряться (сравнивают меня с маленьким ребёнком, который не отходит далеко от мамы), но я просто боюсь потерять их. Может, я не смогу им помочь в полную силу, но хотя бы предупредить их или получить травмы с ними...       В общем, у нас всё, как всегда! Мы продолжаем двигаться вперёд, продолжаем встречать опасности на своём пути, но легко с ними справляемся. Травма, которую получил Чан-хён после неудачного приземления, уже не болит, как сам хён говорит. Пусть он просто ударился, но мы волновались. А вот царапина на щеке Минхо-хёна совсем не собирается заживать. Пусть она не болит и никак не мешает (так же, как сам хён говорит), мы волнуемся, что может что-то случится. Надеюсь, хён скоро поправится.       Снова отвлёкся от темы. Из-за того, что с нами почти ничего не происходит, я решил писать о том, что с нами происходило. С чего всё началось и к чему мы пришли. Думаю, я и сам смогу что-то важное для себя там найти.       Всё началось ещё давно, очень давно. Точнее, очень давно началось только для меня, для хёнов прошло не так много времени. Начну с самого начала.       17 лет назад. Город Пусан, Южная Корея. — Поздравляем Вас, госпожа Ян. У вас родился здоровый мальчик, — медсестра отдала малыша в руки матери и ушла из палаты, оставив родителей наедине со своим ребёнком. — Я так рада, — мать, ранее известная, как госпожа Ян, искренне радовалась появлению малыша на свет. — Я тоже, милая, — мужчина немного наклонился к жене, чтобы получше разглядеть лицо ребёнка. — Такой же красивый, как и ты. — На тебя он тоже похож.       Родители смеялись и радовались малышу. Что может быть лучше появлению своего ребёнка на свет? В тот момент господин и госпожа Ян не могли придумать что-то лучше. Не долго думая, малышу дали имя — Ян Чонин. Тогда ещё никто не знал, что этот мальчик больше никогда не увидит и не услышит своих родителей. Он никогда не узнает своих братьев. Он никогда не будет знать свою родную семью.       Вскоре, медсестра забрала малыша на обследования. Кто же знал, что ни на какие обследования мальчик так и не попадёт? Медсестра зашла в кабинет с ребёнком на руках и отдала его в руки мужчине в белом халате. Тот улыбнулся, кивнул ей и ушёл с мальчиком на руках, перед этим накрыв его пелёнкой. Когда прошло достаточное количество времени, родители начали волноваться, где их ребёнок. К ним пришла медсестра и сказала, что малыш умер, так как был слишком слаб. Новость для родителей была внезапной и очень печальной. Мальчик не казался слабым, как же такое могло произойти? Позже пришёл врач и подтвердил новости. Горю родителей не было конца, но пришлось смириться с новостью. После выписки госпожи Ян из роддома были похороны, но в маленьком гробике не было никого — тело не разрешили забрать. Пока семья горевала на похоронах, маленький Ян радовался жизни, ещё не понимая, что с ним случилось.       Если у вас появился вопрос откуда я всё это знаю, ведь я только родился тогда (а этот вопрос у вас точно появился), то я объясню. Чан-хён где-то откопал мои документы, в которых всё это и было написано. До сих пор не знаю, Где он их смог найти, но меня этот вопрос уже не так сильно волнует.       Вернёмся к моей истории. Меня привезли в какое-то странное место. Я рос там, не зная, о существовании чего-то за границами здания, в котором проживал. Я находился в очень странном месте (хотя оно мне таким тогда не казалось). Мы были всегда одеты в белые вещи, все носили капюшоны, мы все были одинаковыми. Мы почти не испытывали никаких эмоций, мы просто занимались тем, чем нам говорили. Я хорошо помню лабиринт, с которого всё и началось.       "Они говорят, что люди рождаются разными, но почему кажется, что мы одинаковы?"       Люди попадают в этот город в разном возрасте: кто-то в 15, кто-то в 40, а кто-то растёт там с рождения. Людей забирают туда для исследований. Туда не попадает кто попало, каждого человека выбирают заранее, ведь видят в нём особенность. Как они узнают о человеке, который ещё не родился? Это я сказать Вам не могу, это секретная информация. В любом случае, "им" это не мешает с каждым годом забирать всё больше и больше людей. В городе, в котором и проживают все особенные, есть всё для полноценного проживания там. После попадания в это место, люди забывают обо всём, из-за чего они не так прихотливы и могут пользоваться тем, что есть. Тем более, все люди одинаковые, ни у кого не изменятся прихоти, пока "они" сами того не захотят. Но везде же есть исключения, да? Кто-то обязательно не будет таким, как все. Кто-то заметит странность этого места. Кто-то обязательно захочет сбежать.       Ли Феликс Ёнбок. 15 лет.       Феликс не знает, как он тут оказался, но ему явно не нравится здесь. Все одинаковые, уже глаза болят от этого! А ведь парень просто прилетел в Корею, чтобы познакомиться с культурой родины его родителей. Кто знал, что его затащат в какой-то переулок мужчины в белом, а потом он окажется здесь. Его семья сильно волновалась, ведь Ёнбок очень долго не выходил на связь. Позже, им сообщили, что произошёл несчастный случай и Ли Феликс погиб. Горе, похороны без тела — всё точно так же, как и было с малышом Яном.       Они говорят, что люди рождаются разными, но почему кажется, что мы одинаковы? Ведь нас всех ждала одинаковая участь в итоге.       Семья особенно горевала, ведь парень "умер" в возрасте 14 лет, в этом году ему должно было исполниться 15. Он был совсем молодым, он всех радовал своей солнечной улыбкой. Где же теперь будет его улыбка? Будет покоиться в неизвестном месте или найдутся люди, которые её ещё увидят? Близкие Ёнбока подумали бы о первом варианте, но кто знал, что правдой окажется второй? Феликс продолжает ослеплять своей улыбкой, только уже других людей.       Парень окружён зеркалами. В каждом он видит своё отражение. "Как же мозолит глаза" — подумал Ли про себя, не выдержав множества своих копий. Ему никогда не нравилось то, что все выглядят, как копии друг друга, а увидев себя в зеркале, он понял, что больше так не может, здесь что-то не то. "Это не я... Я не могу быть им. Я не буду больше слушать "их". Я буду тем, кем должен быть" — после этих слов Феликс начал танцевать. Танцевать резко и будто не заканчивая движения. Закончив свой танец, если его таковым можно назвать, Ёнбок разбил все зеркала.       Ли направился к главному зданию, возвращаясь к себе в комнату.       Ли Феликс Ёнбок. 15 лет.       Сбой в системе.       Это первый сбой за всё существование этой системы. Будут ли сбои в будущем ещё?       Хан Джисон. 15 лет.       Джисону не нравилось это место только из-за большого количества людей. Ещё с детства он был социофобом, который не мог спокойно переносить большие скопления людей.       Кстати, у Джисон-хёна это осталось ещё с того времени, когда он не оказался в этом городе. На удивление, это не изменилось и он уже тогда отличался от всех.       Хан уже проклинал тот день, когда он поспорил с родителями, что сможет стать певцом в течение года. Сидел бы сейчас дома в Малайзии, занимался уроками, а не бродил по улицам Сеула, стараясь игнорировать скопления людей. Вот кто его тянул за язык? Надо было слушать родителей! Но ничего уже не поделаешь. Хан решил пойти по пустому переулку, так как идти через площадь, где люди всё время толкаются из-за того, что находятся очень близко друг к другу, ему совсем не хотелось. В переулке было немного прохладно, но достаточно солнечного света. Вдруг откуда-то выскочил мужчина в белом и, отключив Джисона, понёс его к машине, чтобы отвезти в место для исследований. Семье сказали также, как и про Феликса — несчастный случай, подробности неизвестны. Горе, похороны без тела — всё точно также, как и было с малышом Яном и солнечным Ли.        Они до сих пор уверены, что мы разные?       Парня, похожего на белку, похоронили в возрасте 12 лет, через несколько месяцев ему должно было исполниться 13. Он был тем, кто радовал людей своей схожестью с бельчонком. Где же теперь будут эти беличьи щёчки? Будут покоиться в неизвестном месте или найдутся люди, которые их ещё увидят? Близкие Джисона подумали бы о первом варианте, но кто знал, что правдой окажется второй? Хан продолжает забавлять своими щёчками, только уже других людей.       Нет, так совсем не пойдёт! Описания Ёнбок-хёна и Джисон-хёна буквально одинаковые, только детали разные. Они нас пытались сделать одинаковыми и у них это получилось. Только мы не стали всеми, мы стали индивидуальны, в отличии от них.       Джисон стоит в кругу людей. Почему-то, сейчас его не волновало количество людей рядом с ним, его волновал только яркий свет, который светил ему в лицо. "Откуда он взялся? "Они" желают, чтобы я ослеп?" — пронеслось у Хана в голове. "Этот свет везде. Такое чувство, что он очень важен. Могут ли за нами следить с его помощью?" — Джисон обернулся назад, после чего уже полностью отвернулся от света. "Чтобы это не было, хорошее оно не означает".       Немного постояв ещё, Хан направился в свою комнату.       Хан Джисон. 15 лет.       Сбой в системе.       Новый сбой. Они догадываются?       Ли Минхо. 17 лет.       Минхо будто было всё равно на то, где он находится. Он лишь не любил то, что не мог высказать своё мнение во всей его красе. А если бы парень тогда не задержался на тренировке по танцам, то он не мучался бы от этого сейчас. Хотя, вряд ли бы "они" дали ему спокойно уйти. Минхо буквально жил танцами. Он не знает, чем бы мог заниматься, кроме них. Его профессионализм, который развился за достаточно короткое время, удивлял даже опытных танцоров. Минхо танцевал везде, где только мог, но после того, как он задержался на ночной тренировке, он забыл о своей мечте стать профессиональным танцором. Ничего нового из новостей для семьи не было — несчастный случай. Горе, похороны без тела — всё точно также, как и было с малышом Яном, солнечным Ли и белкой Ханом.       Никакого разнообразия... Чтобы не повторяться, просто ска напишу, что он "умер" в возрасте 16 лет. Уже не так рано, верно?       Минхо подошёл к доске. Рядом с ней уже стояло много людей, но Ли это не смущало. Эту доску ещё называли "секретной доской" ведь на неё можно было писать то, что не можешь сказать или показать другим. Отличное место для своего мнения, которое ты не можешь кому-то высказать, да? В этот раз Минхо был не многословен: "Здесь что-то не то. Я не чувствую себя собой". Ему хватило простой надписи "I am Not": "Как много они узнают из этих надписей?" — подумал Минхо и начал читать ближайшие строчки. На доске можно было увидеть разные фигуры: одна из надписей была выделена квадратом, что-то обведено кругом, много чего было зачёркнуто, но выделялась одна надпись, которую зачеркнули крестом, ниже что-то было подчёркнуто и в итоге получилась пирамида.       Не особо рассматривая доску, Минхо направился к выходу из комнаты.       Ли Минхо. 17 лет.       Сбой в системе.       Очередной сбой... Их не так просто контролировать.       Со Чанбин. 16 лет.       Чанбину не нравилось то, что их порой заставляют показывать ненастоящие эмоции. Что "они" этим пытаются добиться, если сами же заставляют всех быть, как под копирку?       Со всегда был прилежным учеником, который учился на отлично. В добавок к этому, он ещё и занимался спортом. Ну не мужчина мечты ли?       В первой записи я писал, что Чанбин-хён любит заниматься спортом. Если вы его однажды увидите в живую, то сами в этом убедитесь.       После школы, Чанбин сразу шёл в спортзал. Пока у него есть силы на тренировки, он их ставит пораньше. Ему всегда нравился спорт, что может быть лучше него? Со только попрощался со своим одноклассником и направился в сторону зала. Уже приближаясь к зданию, его также, как и остальных, схватил мужчина в белом. Всё произошло так быстро, что Чанбин даже не смог дать отпор. Так он и попал в свой новый дом.       А дальше ничего не изменилось: семье сказали про несчастный случай.       А дальше горе, похороны без тела — всё точно также, как и было с малышом Яном, солнечным Ли, белкой Ханом и танцором Ли. Парень "погиб" в 14 лет. Чуть больше месяца назад он праздновал свой День рождения, а сегодня забыл обо всём.       Чанбин сидит посреди экранов, на которых стоит он и улыбается. "Ненавижу эту улыбку. Она ненастоящая" — утверждает Со, ведь знает, что он никогда бы так не улыбался. "Чего они этим добиваются? Что им от нас нужно?" — Чанбин встаёт с пола и ещё раз осматривает все экраны. "Везде так много света... Неужели, он так важен?" — после этого Со закрывает рукой глаза и экраны гаснут. Парень больше не слышит шума от экранов, что дало ему знак — они выключились.       На ощупь и по памяти, Чанбин продвигается к выходу из комнаты, желая, чтобы этот свет вокруг погас навсегда.       Со Чанбин. 16 лет.       Сбой в системе.       Как много людей догадаются о том, где они находятся?       Ким Сынмин. 16 лет.       Сынмин не особо был активным, так что это место казалось ему просто нормальным. Ни больше, ни меньше.       Сынмин с детства любил заниматься бейсболом. когда у него не было возможности играть, он смотрел матчи, а когда была, с удовольствием принимал участие в играх. Как жаль, что ему пришлось бросить это дело, но он продолжил интересоваться этой тематикой. Возвращаясь с матча, Ким обсуждал игру со своим другом. После того, как они разошлись, Сынмин решил немного сократить путь и пошёл по улице, где уже почти никто не жил. Он никогда не боялся здесь ходить. Как раз наоборот, он любил это место. Тишина и спокойствие, что может быть лучше? Явно не то, что тебя похищает мужчина в белом, а после ты оказываешься в неизвестном для тебя месте и совсем ничего не помнишь. Очередной несчастный случай, очередное горе и похороны без тела — всё точно также, как и было с малышом Яном, солнечным Ли, белкой Ханом, танцором Ли и честным Со.       Очень похожие ситуации, вам не кажется?       Для всех Сынмин умер в 14 лет. Молодой парень, который любил подшучивать над всеми, так внезапно и быстро ушёл, оставляя так много вопросов.       Ким сидит и рисует человека. Даже здесь всё было одинаковым: одинаковые столы, на которых лежали одинаковые холсты с одинаковыми рисунками. Сынмин всё время сравнивал свой рисунок с другими, нанося кисточкой всё больше зелёных мазков. Он даже не понимал, что человек изображён в очень странной позе, совсем неестественной. Эффект от цветка Пуансеттии сильно на него подействовал. Теперь он видит искажённую реальность. Но почему он?       Небольшое информативное отступление! позже сделаю здесь заметку       Если вдруг вы не знали, я сейчас объясню. Пуансеттия, или же Рождественская звезда, растёт только при настоящем солнечном свете. Из этого цветка также делают яд, который вызывает побочные эффекты. Иногда, нам давали этот яд. Под его воздействием реальность действительно искажается. Не самые приятные ощущения.       Картина принимала всё больший окрас. Казалось, что Сынмин пытается запечатлеть какие-то свои воспоминания, которые остались до действия яда. "Зачем я всё это делаю?" — пронеслось на секунду в голове Кима. "Почему я хочу, чтобы он был таким же?" — парень начал задумываться правильно ли он всё делает. Сделав последний мазок, Сынмин останавливается, переставая рисовать. "Этого "они" и добиваются? Чтобы мы все были копиями друг друга" — Ким встаёт, оставляя свой рисунок незаконченным, а кисточку кладёт рядом.       Он оборачивается назад, но всё же идёт к выходу. Он не будет таким, как все. Идти было не так просто, но парень уже всё решил.       Ким Сынмин. 16 лет.       Сбой в системе.       Скоро наступит конец.       Ян Чонин. 15 лет.       Вот мы и пришли снова ко мне! Как я попал сюда, вы уже знаете, так что повторять не буду. Я немного больше отличаюсь от всех, но сейчас не об этом. Что же со мной происходило?       Чонин жил в городе с рождения. Он не знал чего-то другого. Чего-то, чего лишились остальные. Единственными его друзьями были вышеперечисленные подростки и ещё двое — Чан и Хёнджин. Это были люди, которые казались ему похожими на него, но он не знал чем. Всё-таки, они были чуть свободнее, чем Ян. Они сильно различаются, но Чонин смог найти что-то общее. Что-то, что объединяло их всех. Они все догадывались, что это не простой город, а что-то бо́льшее.       Возвращаясь домой, Чонин, на одной из остановок, увидел копию себя.       Я не особо испугался. Это было больше удивление. Не каждый же день видишь своего клона! Я решил выйти из автобуса и направился к себе (?). В этот момент мы поменялись местами?       Наверное, тут стоит упомянуть, что я могу видеть будущее. Не всё, конечно, но ближайшее точно.       Ян Чонин. 15 лет.       Сбой в системе?!       Они не перепутали человека?       Хван Хёнджин. 16 лет.       Хёнджину здесь действительно нравилось. Тихо и спокойно, все равны, можно заниматься любимым делом. Он не чувствовал себя плохо здесь, как раз наоборот. Для него это казалось идеальным местом.       Хван с детства любил рисовать. У него получались прекрасные картины, которые нравились всем. А ведь он даже никуда не ходил! Всему научился сам. Когда у него закончились краски, он собрался в магазин рядом. Там продавалось много чего и как раз нужные Хвану краски. Несмотря на короткий путь, парня схватили и в итоге привезли сюда. А дальше всё по-новой: несчастный случай, горе и похороны без тела — всё точно также, как и было с малышом Яном, солнечным Ли, белкой Ханом, танцором Ли, честным Со и талантливым Кимом. Для родителей потерять своего 13-летнего было ужасом, но ничего уже не поделаешь.       У вас не болит голова от этих постоянных повторов? "Они" же могли сделать что-то поинтереснее...       Хёнджин сидит в очках виртуальной реальности. Что он там видит — известно ему одному, но он не может насладиться картинкой, ведь иногда появляется глитч, который очень мешает. Хван злится, ведь привык к тому, что в этом месте всё идеально. "Неужели, здесь есть свои погрешности?" — задумывается он. "Здесь всегда всё было идеально!" — Хёнджин сбрасывает с себя очки и сидит ещё какое-то время.       Некоторое время спустя, парень встаёт и смотрит на очки. В его голове проносится много мыслей, но ни одна из них не остаётся надолго. Ещё немного поглядев, Хван уходит.       Хван Хёнджин. 16 лет.       Сбой в системе.       Неужели он догадался обо всём только из-за глитча?       Бан Кристофер Чан. 19 лет.       Чан никогда не жаловался на это место. Он просто жил там, делал то же, что и остальные.       Кристофер всегда был добрым парнем, который мог помочь в любую минуту. Он часто забывал о себе, но при этом делал всё для остальных.       В нём до сих пор осталось это качество. Он всегда заботится о нас, но часто забывает про себя.       Чана любили все, также, как и он любил всех. Однажды, у него появилась возможность учиться в Корее и он не стал отказываться. Собрав вещи, парень улетел в Сеул. Учёба проходила хорошо, да и Бан легко смог найти себе друзей. Всё замечательно, не так ли? Но спокойно жить ему не дали мужчины в белом. Несчастный случай, горе и похороны без тела — всё точно также, как и было с малышом Яном, солнечным Ли, белкой Ханом, танцором Ли, честным Со, талантливым Кимом и художником Хваном. Парень "умер" в возрасте 11 лет.       Вы это читали уже не раз. Не думаю, что вы удивлены, увидев эти строки.       Чан идёт посреди толпы, выделяясь только тем, что он время от времени смотрит по сторонам. В очередной раз, направляя взгляд в небо, Кристофер замечает глитч, после чего он резко "просыпается", вспоминая о том, что было с ним до того, как ему стёрли память.       Бан Кристофер Чан. 19 лет.       Сбой в системе! Внимание! Сбой в системе!       Постепенно, Чан начал понимать, где они находятся. Они отстранены от внешнего мира куполом, который не даёт свету проходить. Бан следит за младшими, ведь ещё неизвестно, что ждёт их дальше. Чан удивляется, увидев ярко-красный цветок, который называется Пуансеттия.       Да, для этого я вам и рассказывал о цветке и его особенностях.       Осмотревшись, Кристофер замечает трещину в куполе, через которую проходит солнечный свет. Мысленно делая себе заметку, что этот купол возможно разбить, Чан слышит сирену, которая раздаётся по всему району: "Warning! Containment breach detected in sectors 4". Бан понимает, что надолго он задерживаться здесь не может. Пройдя чуть дальше, парень находит осколок купола и дрон. Эти вещи помогают ему понять, что город искусственный и здесь нельзя задерживаться.       Спустя немного времени, Чан придумывает план и передаёт его своим друзьям в виде красной записки. Все читают план побега, кроме Ёнбока, который уже предполагал о таком исходе.       Мы все начали следовать плану Чан-хёна. Он заранее подготовил автобус, в котором была яркая одежда. Ни минуты думая, мы сменили наши белые костюмы на что-то цветное, показывая, что "они" не смогли нас подстроить под единую систему.       С помощью автобуса мы сломали барьер и выбрались из города. Мне кажется, что тогда я почувствовал прилив сил. Всё было таким ярким и новым для меня. Хёны смотрели на все здания, которые нас окружали и постепенно вспоминали о том, что было с ними раньше. А я даже не знал, как будет правильнее реагировать. Я такого никогда не видел, но и не хотел показаться маленьким глупым ребёнком. — Чонин, — Бан кладёт руку на плечо Яна и немного поглаживает его. — Ты ведь никогда этого не видел, верно? — младший кивнул. — Как ощущения? — Даже не знаю... Что-то новое. Всё так отличается... Глаза разбегаются. — Для меня тоже, спустя столько времени это что-то удивительное, — усмехнулся Чан. — Да тут для большинства так! — крикнул Джисон и рассмеялся.       Удивительно, что когда парни покинули то место, к ним вернулись все их эмоции. Они начали быть собой.       Феликс ведёт всех в новое место. Место, которое они назовут District 9.       Это Джисон-хён придумал, кстати. — Давайте как-то назовём это место, раз это наша территория? — предложил Джисон. — У кого какие идеи? — спросил Чан. — District 9! — крикнул Хан. — Ещё предложения?.. — Бан вздохнул, а вокруг тишина. — Значит будет District 9. — Чего мелочиться, давайте сразу придумаем нам название, — с сарказмом предложил Сынмин. — Тут какие идеи есть? — Чанбин не особо вникал в разговор, но всё-таки сказал что-то. — Может это и звучит глупо, но как вам Stray Kids? — Чан-хён, ты уверен, что ты нигде не ударился? — Да, Минхо-хён прав. При чём тут дети вообще? Бродячие я ещё как-то способен понять... — сказал Хёнджин. — Эй! Дети, потому что у нас нет ещё совершеннолетних. Да и после того городка, мы адаптируемся к миру, как дети. А бродячие из-за того, что мы ещё не нашли своё место и себя. — "Себя"? — переспросил Чонин. — Да, "себя". В городе мы не могли быть собой: нас контролировали, делали всех одинаковыми. А сейчас, мы можем быть собой и искать то самое "я". Особенно, это относится к тебе, Чонин. Ты буквально с рождения там находился и не видел ничего больше, а мы, как заботливые хёны, должны не только заботится о тебе, но и найти то самое "я" в тебе. — Чан-хён прав. Мы не можем вот так бросить тебя. Да и вообще друг друга. Мы справились сегодня и справимся в следующий раз, — присоединился к разговору Феликс, а все поддерживали его и Криса.       Я даже не знаю, чтобы я делал без своих хёнов... Спасибо им большое за все свои усилия и старания, чтобы я был счастлив.       Как-то так это всё и началось. Позже, мы продолжили искать себе место для жилья и начали узнавать себя лучше.