Страх себя

Дазай Осаму

      Кто я? Почему всем всегда ясно кто они? Все считают меня человеком, но кто я? Я давно потерял себя.       Тьма мафии поглотила мой свет. Во мне все видят только руководителя кучки взрослых. И никто ведь не видит то, насколько мне плохо. Возможно напарник догадывается, но и это не факт.*       Осаму Дазай стоит в просторной ванной напротив зеркала, упираясь руками об раковину. Голова опущена, а на холодную керамику капают слёзы. С порезов на руках струится кровь, рядом лежит лезвие, которым были нанесены эти порезы.       Он поднимает тяжёлый взгляд в зеркало. Следит за собственным отражением словно за врагом, задерживается на глазах. Таких мрачных и пустых. Раньше янтарно-коньячные глаза теперь же выглядят как чёрный алмаз. Взгляд будто бы пронизывает тебя насквозь, видит все закутки твоей души. Он может прочесть любого человека как открытую книгу, но не себя.       Рука срывается и бьёт в отражение которое будто бы смеётся над своим оригиналом. Осколки разлетаются по ванной, некоторые впиваются в руку.       Вроде стало легче, но это ненадолго. Боль которая только доходит до затуманенного разума, служит неким показателем того что он жив.       Неужто ли я все еще жив. Нет. Единственная холодная мысль, пронеслась в разгорячённом потоке информации. Его душа умерла тогда когда он вступил в мафию, она вытащила из него все эмоции. Сейчас он лишь оболочка разума запутанного в лозах мыслей.       Он отвернулся стены, на которой всего пару мгновений назад висело зеркало. Его взгляд упал на телефон лежащий на стиральной машине. Он был выключен. Возле него были разбросаны бинты с тела шатена. Осаму сам его выключил в порыве ненависти к самому себе, что бы его никто не беспокоил.       Дазай сполз под раковину, макушка опиралась на стенку под раковиной. Дрожащие руки уперлись в колени и он закрыл глаза. Будто бы это поможет закрыться от всего мира и его сознания. Он не хотел даже пытаться сдержать слёзы которые ринулись с его темных глаз.       Дазай ничего не воспринимал вокруг, время для него остановилось, лишь дверной звонок звонил, у кого-то из соседей. Шатен лишь иногда делал судорожные вздохи.       Вдруг его холодных плеч коснулись теплые руки. Осаму поднял взгляд и застыл в ожидании чего-то. Его глаза видели лишь пятна, но из этого набора цветов он смог понять что на него смотрели голубые глаза его напарника Накахары Чуи. Рыжик сидел на корточках, напротив младшего.       Чуя заметил то как глаза Дазая пытались сфокусироваться на нём, а также увидел на руках ужасающие тонкие красные линии, с которых все еще сильно шла кровь.       Осаму смотрел на напарника, при этом его сознание уже начало ускользать от него. Вот глаза закрылись и он ничего не чувствует. Темнота поглотила его разум и последняя мысль которая пронеслась в голове:        Чуя почему ты здесь. Неужели я нужен тебе?       Но вдруг его вновь заставляют раскрыть глаза и видит Чую. Он уже не в окровавленной ванне, а в своей комнате, с перебинтованными руками и укрытый пледом.       — Ну и напугал ты меня. — Накахара говорит это с облегчением. Его глаза были довольно сонные, видно все то время он присматривал за напарником. — Я теперь от тебя не на шаг.       На лице Осаму показывается легкая улыбка. Чуя в смотрит на напарника в недоумении. Дазай приподнимаясь на локтях припадает пересохшими губами к губам парня парня напротив. Рыжик не ожидал этого, но сейчас его сердце просто сияло. Поцелуй получился нежным и чувствительным. Они оба вложили в него все то, что знал их разум, и то, что думало их сердце.