Темный Властелин может быть только один

      Ещё с древних времен Запретный лес был наполнен различными существами: опасными и добрыми, страшными и красивыми. Несмотря на старые байки, лес всегда был живым, и даже ученики ходили туда на занятия. До тех пор, пока там не разрослось гнездо акромантулов. После этого лесу и дали название «Запретный».       Хагрид в очередной раз шёл навестить своего старого друга Арагога. Поболтать о своём и узнать как идут дела в лесу. Акромантулы его никогда не трогали, но он всегда видел сотни глаз, следящих за каждым его движением. Даже бравого лесничего это напрягало, хотя он и понимал, что бояться нечего. Однако сегодня никого не было, и это напрягало ещё больше. Мало ли что может случиться с Арагогом.       Но, подойдя к гнезду, Хагрид был одновременно и рад и очень поражён. Все акромантулы собрались вокруг кокона из паутины на расстоянии нескольких метров, не решаясь подойти ближе. Под весом пауков скрипели ветви деревьев, а толстые нити паутины посвистывали от лёгкого и редкого ветра. Арагог лишь наполовину вылез из гнезда и не сводил всех глаз с центра поляны.       Там сидел мальчик. Маленький мальчик, уже выросший с пелёнок, но ещё не дотянувший до возраста обучения в Хогвартсе. На фоне его ободранной чёрной одежды, длинные сияющие волосы напоминали яркое пламя. И самое главное, он сидел ровно и спокойно, словно для него это была привычная обстановка.       — Арагог! Друг! — воскликнул Хагрид. — Откуда здесь ребенок?       Акромантул дернулся и слегка отполз назад от резкого голоса лесничего. Его потомки заметно занервничали, активно заскрипели деревьями и опавшими листьями. Мальчик повернулся к Хагриду с совершенно спокойным лицом и осмотрел его с ног до головы, словно прикидывая насколько тот силен.       — Не знаю. Забери его, — скрипуче отозвался Арагог и ещё дальше забрался в кокон. — Он опасен. Он — тот, кого мы не зовём. Чьё имя не называем.       У мальчика вырвался легкий, по-детски невинный смешок, который в темном лесу прозвучал просто жутко. Один из акромантулов, перенервничав, рухнул с дерева и замер без чувств с поднятыми кверху лапами. Любого бы такое поразило и насторожило, но только не простодушного Хагрида.       — Тьфу ты, Арагог, это же просто ребёнок, — Хагрид расмеялся и вышел в центр поляны, присев около мальчика. Золотые глаза ребенка тут же вспыхнули настороженностью, и он поднялся на ноги, делая пару шагов назад.       — Ты это, не бойся… — лесничий неловко почесал затылок и протянул руку для знакомства. — Я Хагрид. За лес отвечаю. А ты кто таков?       Мальчик на мгновение замер, словно над чем-то раздумывая, и в итоге пожал Хагриду палец из-за невозможности охватить всю его ладонь.       — Майрон. Меня зовут Майрон, — ответил он.       — Хагрид, — проскрипел Арагог. — Забери… Забери его… отсюда. Казалось, акромантулов удерживает от побега только присутствие Хагрида, который может разговаривать с ребёнком без страха. Сейчас даже в голову Хагрида пришла мысль о том, что же такое неуловимо странное есть в этом мальчике. Но решил подумать об этом позже. Судя по всему, Майрон чувствует себя замечательно, а вот Арагог — не очень. Хагрид не хотел, чтобы с его другом что-нибудь случилось.       — Майрон, пойдем в школу? — как можно дружелюбнее предложил Хагрид. — Я тебя познакомлю с дядей директором. Он тебе поможет.       — Пойдем, — без раздумий согласился ребёнок. Хагрид обрадовался, помахал рукой Арагогу, вскочил на ноги и припустил в лес. Уже сделав пару шагов, услышал раздраженный крик ребёнка.       — Я не успеваю за тобой. Я же маленький! — он в гневе притопнул ножкой. Ещё пару пауков лишилась чувств, а Арагог полностью скрылся у себя в гнезде.       — А, точно! — Хагрид стукнул ладонью себя по лбу и аккуратно взял ребёнка на руки. Тот развалился на огромных руках великана как на троне, беззаботно покачивая ногами.       «Все-таки странный пацан», — подумал Хагрид, перед тем, как поспешил прочь из леса.       Саурон задумчиво разглядывал мелькающие мимо деревья, обвешанные паутиной и думал-думал… Думал, как докатился до жизни такой. Как вообще превратился в маленького ребёнка. Айну просто не могут быть детьми. Или остатки его духовных сил так малы, что не хватило даже на ужасающий облик. Как он вообще будет внушать ужас в таком жалком теле. Не будет же он пугать акромантулов. Больно они ему сдались. В Лихолесье от них невозможно было избавится. Ладно, с этим можно позже разобраться. Сейчас важнее другое.       — Хагрид, где мы? Что такое школа? Кто такой директор?       Хагрид нахмурился. Видимо, эти три простые вопроса были для него очень трудными. Майрон решил не торопить и дать ему время. В конце концов, он уже научился ждать. Уже тысячу и один раз научился.       — Мы в Запретном лесу, — наконец произнес лесничий.       — Так если лес «Запретный», то что ты там делал? — Майрон понимал, что это всего лишь пафосное название места, чтобы пугать детей, но не мог не подколоть Хагрида.       — Так это, мне можно. Это для учеников он закрыт. Я лесничий.       — Учеников?       — Ну да. Школа — это место где учатся магии. А тот, кто здесь всем управляет — директор. Профессор Дамблдор просто прекрасный человек, вот… — Хагрид был готов хоть всю дорогу воспевать директора школы, но Саурон его перебил.       — Магии? Ты умеешь колдовать? Тебя этому обучают? И меня могут? — айну едва ли не подпрыгивал на руках Хагрида от воодушевления и зреющего в голове плана по захвату мира, грандиозной мести эльфам и людям.       — Ты маленький ещё, чтобы колдовать, — Хагрид покачал головой. — Лет через пять тебя могут взять. А я уже не учусь. Мы пришли.       Майрон поджал губы и нахмурился. Выглянул за плечо Хагрида, и его детское личико стало ещё более мрачным. Казалось, он вот-вот разразится горьким слезами. На самом деле, Саурон не собирался рыдать, но был очень недоволен.       Под плотной кроной деревьев было не видно яркой луны, освежающей зеркальное озеро и море травы на крутых холмах. Единственное, что могло порадовать сердце темного майа — это огромный замок, возвышающийся темной громадиной и затмевающий звёздное небо. Майа не любил звезды, но сейчас он невзлюбил их ещё сильнее. Эти звезды, были не те, что он видел в Средиземье. Совершенно не те.       — Ну ты эт… не расстраивайся, — Хагрид хлопнул майа по спине так, что тот чуть вновь не развоплотился. — Дамблдор обязательно тебя примет. Маг ты сильный. Тебя даже акромантулы боятся, вот! Директор как узнает…       — Хагрид, — поспешно воскликнул Саурон, для убедительности посмотрев в глаза лесничему. — Давай ты ничего не будешь рассказывать директору о пауках, ладно?       — Но как же… — Хагрид хотел было возразить, но не смог сказать «нет» ребенку, который так искренне просил о сохранении маленькой и не такой уж значимой тайны. — Ну, хорошо. Я ничего не скажу директору.

* * *

      В кабинете директора Дамблдора Майрон вновь почувствовал невероятный душевный подъем. Здесь было множество людей, что-то бурно обсуждающих. Но стоило внутрь зайти Хагриду с ребёнком в руках, все внимание было переключено на него.       Саурон даже не взглянул на них. Всё его внимание привлекали различные магические артефакты. Такое количество настолько прекрасных вещей он видел только в Нуменоре в сокровищнице короля. Жаль, что тогда все было погребено под толщей воды. Некоторые вещи просто невозможно сотворить заново, как ни пытайся.       — Хагрид, ты где взял этого ребенка? — воскликнула сухопарая и очень строгая на вид женщина в зелёной мантии.       — Так он это… потерялся в лесу, профессор МакГонагалл. Его зовут Майрон, — представил Хагрид. — И он очень странный.       Перестав пожирать взглядом дребезжащие и выпускающие пар предметы, Майрон склонил голову в знак приветствия. Учитывая то, что он до сих пор уверенно сидел на руках у Хагрида, это выглядело так, словно юный царь приветствует своих нерадивых подданных.       — Действительно странный, — заметил старик за столом.       Саурон остался внешне невозмутимым, но внутри всё рвалось и металось. Этот старикан был опасен. Он чувствовал это.       — Как ты оказался в лесу? Где твои родители?       — Я не знаю, — ответил Майрон. Пусть лучше думают, что он потерял память. Хотя какая память может быть у человеческого пятилетнего ребёнка?       — Дамблдор, у нас сейчас нет времени думать о этом ребенке, — профессор МакГонагалл повернулась к директору. — Нужно найти Сириуса Блэка раньше министерства. Нам нужно разобраться с этим. Пропавший ребенок тоже важен, но не лучше ли сейчас разобраться со взрослыми?       — Миссис Уизли, — директор обратился к полной, рыжей женщине, сидящий в углу. Она была одета в старые, потертые вещи и вытирала глаза салфетками. — Я понимаю, что не имею права вас об этом просить, но, может быть, вы присмотрите за мальчиком, пока мы со всем не разберемся? Простите старого человека за беспокойство.       — Ничего страшного, директор, — женщина громко воскликнула. — Прекрасно вас понимаю. У меня и так шесть сыновей. Еще с одним ребёнком точно справлюсь.       «Шесть детей? Издеваетесь? Эти мелкие, орущие и срущие как орки чудовища? Я же просто умру в окружении этого сборища! Не могу умереть, но умру!» — мысленно вопил Майрон, но спокойно разрешил передать себя из рук в руки. В конце концов, он может просто сбежать.