Жарко-холодно

Илья уже достаточное долгое время снимался на площадке без перерыва. Прошло порядка трёх часов, когда начали самое массовое испытание в битве экстрасенсов — поиск человека в багажнике. Раньше бы Ларионов подумал, что не сможет так долго работать без пауз, но сейчас время летело иначе. Менталист иногда засматривался на экстрасенсов, которые действительно имели какие-либо способности, это было весьма неожиданно и завораживающе. Но конечно больше было тех, кто только выдавал себя за магов и колдунов — они просто вызывали улыбку на лице. Готовясь к приходу очередного экстрасенса, спрятав человека, ведущий с наблюдателем отошли немного в сторону. — Макс, мы готовы, — Ларионов встал на середину площадки, опустив руку с рацией. Стало немного душно. — Дверь что ли закрыли? — поинтересовался мужчина у одного из операторов. — Теплее стало. — Нет, Илюх. Может просто ветер утих. Илья пожал плечами, в целом, ему было не привыкать работать в разных условиях. Мужчина уставился вперёд, смотря за тем, как на павильон заходит новый экстрасенс. Парень. Экстрасенс подошёл ближе, тогда Ларионов смог полностью рассмотреть черты его лица. Выглядел юноша достаточно молодо, с короткой стрижкой, волнующейся улыбкой на лице. На парне были тёмные брюки и кофта с длинным рукавом. Никакого лишнего пафоса, что, на самом деле, радовало, и уже как-то располагало к человеку. — Здравствуйте, я Илья Ларионов, ведущий этого испытания. Представьтесь, пожалуйста. — Я Владислав, мне двадцать шесть лет, — с лёгким акцентом проговорил экстрасенс, — я медиум и чернокнижник. Илья удивился, услышав эти слова, что не укрылось на его лице. — Как давно вы чернокнижник? — поинтересовался иллюзионист. — После ситуации, связанной с суицидом, — юноша немного погрузился в свои воспоминания, приподняв глаза к верху. Ларионов вздрогнул. Его руку резко обдало кипятком. — То бишь, когда ты вот начинаешь чувствовать свою жизнь на грани, ты можешь тогда начинать чувствовать другие судьбы людей. — То есть я правильно услышал, что вы стояли на грани? — решил уточнить ведущий. Ему не сильно нравились люди, у которых были попытки или мысли о суициде. И не нравились не в том плане, что он их презирал, а потому что искренне сопереживал им. Может быть поэтому секундой назад мужчина вздрогнул, когда услышал из губ чернокнижника признание о попытке самоубийства. — Да. Был такой момент, лет наверное в десять, — Влад упорно не хотел смотреть на ведущего, отводил взгляд. Почему-то Илье показалось, что парня самого передёрнуло. Скорее всего, такие вещи не особо приятно вспоминать. — Что просто вот так, думаю, пойду соберусь и наверное стоит оборвать этот день. Собрался, думаю: так мне надоело. Почему всё в моей жизни вот так, такое дерьмо? — медиум ненадолго остановился, ртом вдыхая воздух. Илья сдержался, хотя собирался попросить подать юноше воды. — Ты уже стоишь… в петле. И что-то приходит, рядом с тобой становится, — Влад наконец перевёл глаза на Ларионова, смотря в упор, мелко подрагивая. — И просто резко обрывается тот ремень, я лежу на полу… Следующие несколько минут Илья и Влад просто разговаривали. Ведущему постепенно становилось всё жарче и жарче, теперь он не был уверен в том, что это из-за отсутствия лёгкого ветра. Чернокнижник же, напротив, стал переминаться с места на место, вероятнее всего в попытках согреться. Илья решил не затягивать и объявил начало испытания. Протягивая личную вещь человека, спрятанного в багажнике, Илья ощутил насколько у медиума холодная рука. «Он правда замёрз?» — удивился в мыслях ведущий. Влад разложил свои вещи на чёрное покрывало. Достал какое-то потрёпанное и побитое зеркало, насыпал чего-то на него, положил деньги, а рядом предмет. Встал, почесывая висок мизинцем левой руки. — Давай, подымай, под-дымай, настал тот день, к-которого ты сам хотел-л… — Ларионов внимательно вслушивался в слова парня. Пару раз проскакивали матные слова, голос Влада дрожал, он говорил с запинками. Через минуту хлюпнул носом, как будто у него насморк или он плакал долгое время. Илье становилось слишком душно. Он как будто очутился в Анапе, в жару эдак плюс двадцать девять. Пока камеры переместились на Влада, Илья стянул с себя пиджак, протягивая его одному из помощников. Ну действительно, он взмок весь. Вытерев пот со лба платком, который мужчина на всякий случай носил с собой в кармане, Ларионов снова перевёл взгляд на чернокнижника. Тот стал каким-то слишком бледным, но наверное, это нормально, раз он работает с тёмными силами. — Вы готовы, Влад? — Готов, — едва ответил парень, поднимаясь с пола. Он сделал несколько неуверенных шагов в сторону, останавливаясь, когда сила потянула его совершенно в другое направление. — Хват-тит меня мороз-зить, хватит, говорю б-блять. Сейчас слягу т-тут от холода, и хер найд-ду нужную душ-шу, — бормотал экстрасенс, прикусывая посиневшие губы. «Меня бы поморозили», — подумал Илья, нервно сглатывая. В горле пересохло, жутко хотелось пить, но мужчина не мог позволить сделать себе это в момент прохождения испытания. Расстегнув две верхние пуговицы на рубашке, Ларионов принялся засучивать рукава. Становилось невозможно дышать из-за жары, перед глазами скапливалась пелена. Ведущий снова вытер пот, когда ему быстро подсунули бутылку воды, пока на Ларионова не было направлено ни одной камеры. — Ты хуёво выглядишь, Илюх. Жарко что ли тебе? — Пиздец сильно, — менталист жадно выпил переданную воду, почти всю бутылку, отдал её, благодарно посмотрев на напарника. — Спасибо, Вадим. Стало немного лучше, поэтому мужчина поспешил вернуться в кадр, тем более, когда заметил, что Влад находится где-то по близости. Первое, о чём подумал Илья: «блять, он находится рядом с нужной машиной», второе: «блять, ему слишком плохо». А дальше полились беспорядочные мысли: «что делать? Спросить, всё ли хорошо? Предложить мой пиджак? Закончить испытание? Но он же блять, сидит у нужной машины…» — Влад, с тобой всё нормально? — Ларионов сам не заметил, как перешёл на «ты». — Т-тут он-н, т-тут, — беспорядочно бормотал парень. Он сидел на полу, безостановочно дрожа, это уже было слишком заметно. Лицо сливалось с белым полом, в руках догорала свеча. Воск капал на открытую кожу ладони, но чернокнижник, казалось, совсем не ощущал этого. Красные пальцы потряхивались с каждым слабым вздохом юноши. Влад еле открыл глаза. — Влад, тебе нужна помощь? — более серьёзно и навязчиво спросил Илья, скорее ставя парня перед фактом. Парень очень медленно, борясь с дрожью, подтянул колени груди, руки сложил перед собой, сжимаясь в комок в попытке согреть себя. — З-здесь чел-ловек, з-здесь, з-за моей-й спин-ной л-лежит, — мертвенно-синими губами прошептал экстрасенс на грани отключки, постоянно запинаясь. — В-всё, бол-льше н-ничего н-не скаж-жу… — Влад! — Илья резко упал на пол, стукаясь коленями о твёрдую поверхность. Ноги прожгло болью, но она не была настолько сильной, сколько общее ощущение зноя на площадке. Уже не думая, что их снимают камеры, и сейчас из зала смотрят около пятнадцати человек, мужчина схватил ледяные щёки чернокнижника, притягивая к себе. Тело обдало током. Ларионов сильно вздрогнул, на секунду отключившись, а потом до него дошло: — Блять, блять, блять, какой же я дурак! Ведущий прижался к окоченевшим губам Влада, обдавая их жаром. Парень не ответил на поцелуй, безжизненно уронив голову на плечо Ильи.

***

Чернокнижник устало приоткрыл глаза, понимая, что лежит в полузатемнённом помещении. Было жутко холодно, хотя не так, как какое-то время назад. Влад простонал, поворачиваясь на бок. Кто-то упорно держал его за руку и это место обдавалось теплом. — С-сука. — Проснулся? — раздался заботливый голос над ухом. Влад, перебарывая себя, посмотрел чуть на верх. Рядом с ним сидел Ларионов. — Успел-л что-л-ли? — усмехаясь, поинтересовался парень. Он до сих пор мелко дрожал. — Успел… Ты то откуда знаешь? Ты уже отключился в тот момент, когда я поцеловал тебя. — Т-толик мне сказ-зал, что соулмейт-та тут св-воего найду… Не дум-мал, что т-так быстро… Парень спешно отпил подставленный к губам горячий чай. Илья пересел к нему, не сводя взгляда с того, как Влад жадно пил напиток, так же как и он воду пару часов назад. — Так ты сразу понял, что мы соулмейты? Почему же тогда молчал, глупыш? — не ругая, с ласковой улыбкой на лице интересовался иллюзионист. — К-как ты эт-то себе представ-вляешь? «Извин-ните, я прохожу испыт-тание, но мы предназ-значены друг др-ругу судьб-бой… Есл-ли вы меня н-не поцел-луете, я сдох-хну от холода…» — Именно так и представляю, — Илья отставил пустую кружку с чаем, слегка приподнял Влада, прижимая его к себе крепко-крепко. Парень в ответ попытался обнять его, вздрагивая всем телом. — Ты же мог умереть, Влад. — Я над-делся, чт-то мой соул не т-тупой… и н-не зр-ря, — на лице появилась бледная улыбка. Илья засмеялся. — Давай, отогревать тебя будем. — На дол-лго я отруб-бился? — До конца съёмок дотянул. Не волнуйся, всё отмонтируют так, что покажут, как всё было, не раскрывая нас. Ты нашёл человека, Влад. Я горжусь тобой. Чернокнижник снова улыбнулся, почему-то даже от смущения пряча лицо в изгибе шеи мужчины. От него веяло теплом, в котором хотелось растаять, учитывая то, что сейчас Влад был ледышкой. — Поед-дем домой? — Пока нет, Владик, — покачал головой Ларионов. — Приезжали медики, сказали, что тебе опасно сейчас много ходить, есть вероятность, что ты до дома просто не доедешь. Нужно ночь здесь переночевать. Нам команда всё устроила, есть куча подушек, одеял и пледов, несколько термосов и электрический чайник. Ну и я впридачу. — Послед-днее меня больше вс-сего рад-дует. Илья мягко прижался губами к виску парня. — Что ты сейчас хочешь? — Сп-пать. С тоб-бой. И сог-греться… Менталист понятливо кивнул, на пару секунд опустил чернокнижника, стягивая с себя майку. Кинул её на пол — всё равно больше не понадобится. — Давай я помогу тебе снять толстовку. Только сейчас Влад заметил, что на нём были более тёплые штаны, шерстяные носки, а вместо его тоненькой кофты — толстовка, которая пропахла Ларионовым. После того как мужчина помог снять верх, они оба стали наполовину обнажённые, но Илья поспешил лечь на спину, притягивая к себе Влада. Старший накрыл их сверху пледом. И пусть сейчас снова стало жарковато, парень на нём охлаждал иллюзиониста. Важным стало только желание отогреть Влада. — Теплее? — Д-да… Проваливаясь в сон, Ларионов услышал тихое: — Н-но я зн-наю, как-к сделать так, чтобы ст-тало совсем тепл-ло. Мужчина вопросительно посмотрел на Влада. — П-поцелуй меня… Илья ласково улыбнулся, перед тем как нежно прикоснулся к губам напротив.