На лайнере

Аякс оказался прав — его соседка действительно проводила много времени с каким-то противным, слащаво-кудрявым пареньком. В голове Ксавье это не укладывалось абсолютно — как вообще такой мог кому-то понравиться? Фальшивым в нем казалось все — то, как он заискивающе улыбался, как взвешивал слова и подбирал те, которые помогут стать к ней еще ближе, как ходил за ней хвостом и вечно пытался в чем-то помочь. И тем не менее, судя по его щенячьей преданности, шансы что он её утащит жить в свою каюту казались достаточно высокими, а значит его друг прав и всего-то осталось начать её раздражать настолько, чтобы она сама об этом задумалась. Сначала в ход пошли типичные «мужские» косяки — неаккуратно разложенные вещи, поедание чипсов с пивом в кровати, после Ксавье и вовсе стал раскидывать грязную одежду по углам каюты, перекладывать ее вещи с места на место, занимать на час ванную и не открывать ей, отказываться от уборки номера — но толку от этого оказалось мало. Девушка казалась какой-то радостной и то ли не замечала косяков, то ли вообще воспринимала их позитивно. Неужели влюбленность в этого придурка настолько повлияла на её мозг, что её перестало что-либо раздражать? Иногда создавалось впечатление, что, несмотря на все попытки разозлить девушку, по факту больше всего неудобств испытывал именно Ксавье. Нет, она не делала никаких подстав и вообще почти не разговаривала с ним — со стороны казалось, идеальная соседка. Но она преспокойно расхаживала по каюте в майке и трусах, отчего у Ксавье снова начинался какой-то мозговой ступор, подобный тому, что случился при первой встрече. Такая отбитая девушка, без всякого стеснения расхаживающая в полуголом виде по каюте и игнорирующая парня, просто выносила ему мозг своим безразличием и красотой. Очень хотелось списать все на то, что у нее скверный характер и ей не интересен вообще никто, но, наблюдая за развитием её отношений с тем «милым зайчиком», как его прозвал Аякс, Торп недоумевал, чем он вообще мог ее зацепить, особенно с учетом того, как лихо она отшила Ксавье в первый день. Изо дня в день, пытаясь вывести девушку из себя, он наблюдал за ее безразличием и за вечно приподнятым настроением — создавалось ощущение, что ей вообще все равно на нежелательного соседа — и на то, как он оставляет крошки в кровати, и на разбросанные вещи, и на то, что он вечно видит её голую упругую попу. Она как будто вовсе жила одна — настолько ей было все равно на Ксавье. Для парня это походило на какую-то изощренную пытку — и было уже через несколько дней понятно, что план с треском проваливается. — Да не суетись ты раньше времени, — как-то хмыкнул Аякс. — По мне так всё идет по плану. Они и в порт вместе выходят, и работают, сидя рядом. Даже если у тебя не выходит её разозлить, она все равно может к нему скоро переехать. С работой было всё еще хуже. Если большинство тех, с кем он познакомился, зарабатывали удаленно, то его обычно приглашали фотографировать мероприятия. Сев на корабль, он фактически остался без заработка, а платежи по кредиту неумолимо приближались. Он понимал, что сам виноват во всем — из-за своих импульсивных поступков он и оказался здесь без денег, и даже шанс сойти на берег и вернуть деньги назад он не использовал. Но именно сейчас очень хотелось обвинить во всех бедах свою вечно радостную и игнорирующую все его гадости соседку — фанатку своей работы и какого-то мерзкого слащавого паренька. — Я нашла тебе проект! — откуда ни возьмись появилась Энид, пока он лежал у бассейна несколько дней назад и раздумывал, что же делать с его никчемной жизнью. — Ты же говорил, у тебя сейчас с этим не густо? — Работы нет, это правда… — задумался Ксавье и перевел взгляд на девушку. — И что это за проект? С Энид они с тех пор неплохо общались, так что она была в курсе его финансового положения. Никто из них больше не пытался ни к кому подкатить, и они периодически просто болтали друг с другом, а однажды даже вместе гуляли в порту. — Одному знакомому Йоко нужны рекламные снимки! — воодушевленно рассказывала Энид, — Я не знаю подробностей, что это будет за бренд, но знаю только, что нужно придумать и снять креативные рекламные фотографии — такие, чтобы изображение выглядело как произведение искусства, как шедевр, который можно повесить на стену! — Звучит довольно трудно, — с сомнением проговорил Ксавье. — Хотя, если честно, меня всегда восхищали такие фотографы. — Вот я и подумала, что ты можешь принять участие! — радостно верещала Энид. — Я даже могу помочь, мне всё равно заняться нечем! Например, если в кадре нужна будет девушка, можешь фотографировать меня! Или если кого-то еще, я смогу подобрать одежду или макияж! — Не торопись, — пытался успокоить ее Торп. — Мы ведь даже не знаем никаких условий. Хотя я бы узнал подробности, дай мне контакт заказчика. Это было несколько дней назад — а сегодня он во всю готовился к первой съемке. Его соседка, вероятней всего решившая, что Ксавье конченый бездельник, несказанно бы удивилась, если б была сейчас в каюте. Вообще, он надеялся, что рекламировать нужно будет какую-нибудь одежду или косметику — нет ничего сложного в том, чтобы красиво сфотографировать девушку для рекламы подобных брендов. Но Энид не ошиблась и фотографии требовались действительно креативные — среди доступных проектов были и кофемашины, и какие-то шоколадные батончики, и электроника, и даже йогурт. Ничего подобного Торп раньше не делал, и, скорее всего, будь он на суше, вряд ли бы взялся за такой сложный проект, а продолжил бы фотографировать свадьбы во Флориде. Но на корабле работы не было и максимум, что ему светило — организовать пару фотосессий для каких-нибудь пожилых парочек. Решив, что самое простое будет взяться фотографировать шоколадные батончики, он договорился о том, что через неделю покажет первый результат. И вот уже прошло четыре дня, перелопачен весь интернет и исписана пара десятков листов бумаги — но окончательной идеи всё равно нет. — Я конечно ничего в этом не понимаю, — сказал Аякс за завтраком. — Но, думаю, если в кадре будет девушка — то успех обеспечен. Ты же общаешься с той блондинкой, которая тебе рассказала об этом проекте? Так возьми её — она же просто красавица! — Аякс, мне надо фотографировать шоколад, а не девушек… — устало проговорил Ксавье, ковыряясь в тарелке. — Если б нужно было фотографировать её — всё было бы уже готово. — Ну и добавь на фотку свой шоколад! — ляпнул Аякс. — Пусть она его ест, скажем, или если нужно что-то менее банальное — пусть швыряется им в тебя. Или просто лежит голая в море этих шоколадок, — как-то мечтательно протянул парень. — Вас познакомить? — удивился Ксавье. Как-то слишком мечтательно его друг отзывался об Энид. — Сомневаюсь, что я ей буду интересен, — махнул рукой Аякс. — Она какая-то слишком шикарная — загорелая, ухоженная, стрижка у нее интересная, будто только из салона. Думаю, таким как она нет дела до меня. — Это какой-то бред, — нахмурился Ксавье. — А ты-то чем плох? Решено — позову её с нами поужинать. — А тебе она разве не нравится? — удивился Аякс. — Мне казалось, ты к ней подкатываешь. — Да нет, она как-то не в моём вкусе, — пожал плечами Ксавье. — Так что без проблем. — Покажешь как-нибудь тогда ту, что в твоем, — ухмыльнулся друг. Стараясь не думать о том, что единственную девушку на корабле в его вкусе он сам безуспешно пытается доводить, чтобы она съехала к другому, Ксавье отправился к себе, чтобы обдумать детали первой съемки — возможно, Аякс прав и действительно стоит включить Энид в процесс съемки — тем более, что она сама предлагала. Поспешно написав девушке о том, что хочет попробовать её в съемке своего проекта, он стал готовить реквизит, присланный заказчиком — стоит сделать несколько разных кадров и посмотреть на то, что получится. Фотографировать было решено прямо в каюте, пока равнодушная к нему соседка работает где-то в лаундже с «милым зайчиком». Энид пришла где-то через пол часа — и они провозились с фотографией почти весь день. Надо отдать ей должное — она старалась, помогала и давала дельные советы. Каким-то чудом у неё оказалось в наличии аж несколько крайне экстравагантных платьев, будто бы она рассчитывала, что на лайнере каждый день проходит настоящий светский бал. В итоге за 6 часов работы они опробовали около десяти сюжетов, но интересными можно было назвать лишь несколько. На балконе — Энид стояла в синем платье, глядя вдаль, а вокруг неё парили шоколадные батончики в ярко-красных упаковках. На кровати — там была просто композиция из гирлянды, шоколадок и её рук. И в ванной — примерно, как предложил Аякс — заполнив её доверху красными батончиками, Энид, раздевшись, туда забралась и сделала вид, что принимает такую странную ванну. Предстояло еще много часов обработки — особенно первой фотографии, где батончики должны «парить», так что он решил быстренько поужинать с ребятами, а потом сразу взяться за дело. Тем более что Аякс, похоже, заинтересовался блондинкой — а оставить их наедине под предлогом обработки фотографий — отличная мысль. — Как у тебя с Уэнсдей? — вдруг спросила Энид, когда они уже собирались на ужин. — Ох, только не делай такое лицо! Мне все было понятно с самого начала! — Даже не представляю, что там тебе было понятно… — сказал Ксавье каким-то будто бы не своим голосом. — А вообще, я пытаюсь ей доставлять побольше проблем, чтобы она съехала к другу. — К Тайлеру? О, боже, ты что, серьезно? — Энид посмотрела на парня, как на умалишенного. — У тебя сейчас такой шанс добиться расположения девушки, которая тебе действительно нравится, а ты решил сделать вид, что ты мерзкий тип? Но зачем? — Ну, чтобы жить одному… — смущенно протянул Ксавье. — Например, чтобы девушек в каюту приводить. — И каких, интересно, девушек ты туда планируешь водить? — засмеялась Энид. — По-моему, та, кого ты больше всего хочешь, уже спит в твоей постели! Нет, может, я что-то не понимаю, но я же вижу, как ты на неё пялишься каждый раз, когда она оказывается в твоём поле зрения. И как прожигаешь взглядом Тайлера. Мне казалось, ты только её и замечаешь. — Потому что он ужасно мерзкий тип, — сморщился Ксавье. — Ах, ну конечно! — продолжала насмехаться подруга. — Интересно, почему это он кажется тебе мерзким? А? Нет идей? Нет, ну серьезно, кого именно из всех девушек этого лайнера ты планировал водить к себе, как она переедет? Назовешь хоть одну, или хотя бы опишешь? Они уже подходили к ресторану, где их ждал Аякс, но всё же были к нему недостаточно близко, чтобы его молчание можно было списать на начало ужина. Речь девушки действительно ввела Ксавье в какой-то ступор — по сути, он действительно не помнит ни одной из тех, кто бы ему понравился на корабле, кроме Уэнсдей. Но, тем не менее, она в первый же день дала понять, что общение с Ксавье ей не интересно, а значит и ему не следует её рассматривать в этом ключе. Тем более, что она заинтересовалась этим Тайлером, как его назвала Энид. Посидев с ребятами минут двадцать, он пошёл к себе, как и планировал — создавалось впечатление, что Энид тоже понравился Аякс, по крайней мере она разговаривала с ним с повышенным энтузиазмом. А ему же стоит заняться обработкой фотографий — еще не факт, что это последняя версия, ведь, возможно, придется переснимать. И в самом деле, зачем он старался во что бы то ни стало избавиться от своей соседки? Да, она его просто грубо отшила, но грубила ли она ему после этого, или её грубость и равнодушие — это просто бред его больного воображения? Может, стоило попытаться с ней общаться? Хотя бы дружить, а может и снова подкатить. Хотя дружить с той, которая вызывает сексуальное влечение подобного рода — заведомо провальная стратегия. *** Пара недель пролетела незаметно. За это время лайнер совершил пять остановок, и Уэнс, как и планировала, выходила на каждой. На мексиканском острове Косумель она погружалась с аквалангом для изучения коралловых рифов, в колумбийской Картахене просто гуляла по городу, наслаждаясь колониальной архитектурой и мощенными брусчаткой площадями. Через неделю они пересекли панамский канал, заехали в Панаму, Коста-Рику и Никарагуа — но эти три остановки показались Уэнсдей слишком уж похожими друг на друга, будто эти страны ну совсем не отличаются между собой. Продолжая общаться с Тайлором, Уэнсдей постепенно обрастала и новыми знакомствами. Прогуливаясь по колумбийской Картахене девушка наткнулась на немного мальчишеского вида брюнета в очках. Парень стал ей с огромным энтузиазмом рассказывать об истории этого города, колониальном периоде и архитектурной ценности дворца инквизиции. — Так ты говоришь, ты географ? — подытожила Уэнс его короткий рассказ о себе. — Экономическая география, — расплылся парень в детской улыбке. — А вообще я родом из этих мест. Мои родители переехали из Колумбии в Штаты, когда мне было три. Я мало что помню, но очень люблю эти места. — А я из Калифорнии, — сказала девушка. — Пишу сценарии к разным фильмам и сериалам на заказ. — Да, я знаю. Ты здесь своего рода знаменитость, — проговорил парень, посмеиваясь. — Ваша история стала известна на весь лайнер. — Даже не знаю, что и сказать, — пожала плечами Уэнсдей. — Уж точно не мечтала прославиться подобным образом, — ухмыльнулась она. — Юджин Оттингер, — представился парень. — Твоё имя я знаю, ты — Уэнсдей. — Все верно… Похоже, действительно прославилась, — улыбнулась девушка. — Можешь звать меня Уэнс. — Ну что, какими судьбами на этом круизе? — поинтересовался Юджин. — И как тебе, кстати, в каюте с незнакомцем? — Я искала именно этот круиз, бронировала его за два года, — закатила глаза Уэнс. — Но нет, умудрились мне испортить отдых каким-то длинноногим мужиком. — Что, не любишь высоких? — посмеялся Юджин. — Его ноги не помещаются на кровати, — закатила она глаза. — Ему видите ли приходится их сгибать и его колени, конечно же, залазят на мою половину кровати! — Постой, ты сейчас серьёзно? — брови Юджина полетели вверх. — Ты спишь с ним в одной кровати? Вы ведь не знакомы… Разве в номерах люкс нет дивана, куда его можно отселить? Уэнс тяжело вздохнула. Диван у них действительно был, но скорее декоративный, не предназначенный для сна. Да и Торпу там будет очень тесно, а кровать она, конечно же, ему не уступит. — Да знаешь… Мне на самом деле все равно, где он спит, — улыбнулась она. — Места на кровати предостаточно, и если б не его коленки, то проблем бы не было вообще. Ну что? — спросила она, увидев удивлённого Юджина. — Нет, правда. Я не стеснительная. Для меня даже не проблема переодеться при нем. Пусть это будут его проблемы, а не мои. С Ксавье действительно практически не было проблем. Ну, хотя на самом деле проблем он создавал много — но слишком уж хорошо они вписывались в ту картину, которую она обговорила с юристом Уимс. Он крошил на общей кровати какие-то снеки, по ошибке выпивал ее воду, раскидывал по номеру свои носки и другую одежду. Часто было просто невозможно его дождаться в ванной, а иногда он вешал табличку «не беспокоить», из-за чего номер оказывался не убран. Уэнсдей было впору беситься от такого положения дел — но она все это фиксировала на камеру и отправляла юристу, а та в свою очередь каждый раз говорила о том, насколько высоки их шансы разыграть в суде настоящую драму, показав, как невыносимо Уэнс было с ним жить. Каждая оплошность парня была просто на руку девушке и потенциально могла принести денег сильно больше, чем по сути проблемы стоили того. Вообще, было удивительно, насколько неряшлив оказался парень, и как плохо он соблюдал чужие границы. Однако в целом он её мало напрягал — больше не пытался к ней подкатывать, спал под отдельным одеялом и девушек в каюту не водил. Казалось, только его коленки на её половине кровати — единственное, что он не мог контролировать. Та блондинка, которую Уэнсдей выгнала из каюты в первую ночь, через неделю тоже подошла познакомиться. И в отличие от Юджина и Тайлера, компания которых радовала Уэнс и с кем всегда удавалось отлично провести время, она оказалась на редкость надоедливой и слишком уж прямолинейной девушкой. Отделаться от неё не получалось, а общих интересов у них не было и быть не могло — однако сама блондинка, похоже, этого вовсе не замечала. — Ты извини, что так вышло тогда… Ну, ты понимаешь! — говорила девушка. — Кстати, я Энид Синклер! Очень рада с тобой познакомиться! Честно, я не хотела тогда тебе как-то мешать, но никто ж не знал, что вас так поселят! — тараторила новая знакомая без умолку, пока они прогуливались по Леону. — Кстати, как у вас там? Я видела, как ты ему приглянулась! У вас уже было? Хуже этого глупейшего трёпа было сложно что-либо представить. Уэнсдей кидала в девушку самые презрительные взгляды и старалась отвечать максимально сухо, чтобы она сама догадалась, насколько этот разговор нежелателен — но блондинка как будто и вовсе не замечала никакой проблемы. Энид подходила к ней каждый день — подсаживалась во время еды, присоединялась во время прогулок по городу, звала её в бассейн — и даже прямые просьбы оставить ее в покое работали очень слабо. Вскоре Уэнсдей привыкла к блондинке, как к какому-то неизбежному атрибуту этого лайнера и действительно стала с ней общаться по душам, хотя это общение часто напрягало ее. Разговоры о возможных романтических отношениях Уэнс и Ксавье постепенно перерасти в разговоры о Уэнс и Тайлере — создавалось ощущение, что Энид непременно нужно, чтобы у Уэнсдей появился ухажёр, а уж кто это будет — не так важно. — А что, разве нельзя полноценно жить без парня? — как-то спросила её Уэнсдей. — Сама себе хозяйка, это удобно. — Не верю в то, что можно быть полностью счастливой без любви! — будто летая в облаках, говорила Энид. — Не верю, что тебе никто из них не нравится! — Мне нравится Тайлер, — пожала плечами Уэнс. — он умный, добрый, целеустремлённый. Привлекательный. Я чувствую, что он относится ко мне с уважением, не нарушает границ. Мне с ним действительно интересно, — улыбнулась Уэнсдей. — Кто знает, может с ним и получится что-то, но я бы не стала забегать вперёд. Пока я просто общаюсь в своё удовольствие. — Ну а Ксавье? Не обманывай меня, я помню, как он опешил, когда тебя увидел! — шептала Энид. — Даже то, что под ним лежала я, его так не волновало, как ты, стоящая в трёх метрах! Я тогда поняла, что у нас точно ничего не будет, и слава богу! — Не обратила внимание на то, как там он смотрел, — пожала плечами девушка. — В любом случае, не думаю, что меня должно это волновать. Он такой неаккуратный, бесцеремонный, неуклюжий. Непонятно чем он вообще занимается и как зарабатывает — похоже, что он просто бездельник. Создаёт ощущение ветреного и ненадежного парня. Совсем не мой типаж, — пожала плечами девушка. — Но руки у него по моему просто класс, — как-то нервно хихикнула Энид. — А если серьезно, то он фотографирует на заказ, и иногда ему дают интересные проекты. Хотя чаще всего ему приходится подрабатывать на свадьбах или детских праздниках. Потому как денег от более грандиозных проектов недостаточно. Самым ненавязчивым из тех, с кем она общалась, так и оставался Тайлер. Он действительно ей нравился, и, в частности, он ей нравился тем, что не пытался во что бы то ни стало ее «завоевать», как это любили делать доморощенные рыцари, играющие в патриархат, а просто общался с ней и получал удовольствие, как и она. Начиная с какого-то момента они даже стали работать вместе — просто садились рядом в лаундже и каждый делал свою работу — никто никого не отвлекал, но и ощущение, что ты в команде, возникало. Сегодня был уже третий день без захода в порт — и соответственно третий день работы нон стоп. После ужина Тайлер позвал Уэнс прогуляться по палубе — и в этом действительно был смысл, потому как третий день за ноутбуком без прогулок сказывался характерной усталостью и хотелось просто немного расслабиться. — Гляди, как хорошо видно звёзды, — махнул Тайлер в сторону звёздного неба, пока они сидели на лавочке. — Вон там созвездие Кассиопея! А это Большая Медведица — её, наверное знают все. Знаешь, как найти Полярную звезду? — Не знаю, — промолвила Уэнс, наслаждаясь тем, насколько же много сегодня звёзд на небе. — Самая яркая? — Нет, самая яркая — это Сириус. Если, конечно, не считать планет. А чтобы найти Полярную — нужно взять две правых звёзды из созвездия Большой Медведицы, мысленно провести по ним прямую. И на этой же прямой окажется полярная, вот, видишь? Она кажется примерно в 5 раз дальше от нижней звёзды из тех двух, по сравнению со второй? Уэнс, пожалуй, ничего бы не поняла, если бы Тайлер не показывал руками, куда именно нужно смотреть. Отыскав Полярную звезду с его помощью, она стала смотреть в её направлении. — Стало быть, север прямо по курсу? — Да, мы как раз сейчас едем на север, а через несколько дней уже завернем на запад, — улыбнулся Тайлер. — Знаешь, по Полярной звезде можно определить не только север, но и широту. Угол между полярной звездой и горизонтом — это и есть широта. Видишь, она довольно низко? Потому что мы сейчас близко к экватору, и широта здесь небольшая. Ты увидишь, как ее высота будет меняться во время круиза, и всегда она будет зависеть от широты. — Откуда ты всё это знаешь? — удивилась Уэнсдей. — Я думала, в стандартную программу по тому, чтобы удивить девушку, входит лишь название нескольких созвездий. — Я увлекался астрономией в школе, — сказал Тайлер, посмеиваясь от реплики девушки. — И даже собирался стать астрономом. Но как-то не сложилось, а знания остались. Внезапно парень повернулся и посмотрел на девушку. Его лицо было сильно ближе, чем обычно, так, что Уэнсдей уже чувствовала его слегка прерывистое дыхание. Немного испугавшись от того, что, скорее всего, отступать сейчас уже некуда, а её решение касательно этого приятного парня так и не было принято, она немного напряглась, но всё же позволила его губам поцеловать её в довольно нежном и аккуратном поцелуе. Это было довольно приятно и воздушно, но отчего-то чувство тревоги не покидало её — теперь точка невозврата уже пройдена и остаётся два пути — окунаться в эти отношения или прерывать общение полностью. В дружбу после поцелуев Уэнс не верила, так что оставалось только в экстренном порядке пытаться разобраться в том вопросе, который она так долго откладывала — готова ли она к отношениям с этим парнем или всё-таки нет.