sunny bunnies. raspberry jam. aromatic coffee.

На часах без десяти семь вечера, солнце потихоньку начинает сбавлять обороты и на улице становится с каждой минутой прохладнее и прохладнее. Пожилые люди вышли на свои огороды, что то подсапать, что то подкопать. Миловидные, среднего века женщины тащат в своих руках сапки, лопаты, пока их мужья сзади, как школьники идут с поливальником и покорно слушают, что им говорят их жёны. Знаете, это так мило, когда вы встретились в двадцать лет, а то и в семнадцать, и дожили вместе до пятидесяти лет. У вас есть очаровательные дети, миловидные внуки, а может у кого то и весёлые правнуки. Вы прожили всю жизнь вместе, разве это не мечта? Для кого то может быть, а кто то мечтает отправиться в путешествие и исчезнуть из жизни всех своих знакомых, родителей, родственников. Такое ощущение, что вы как будто сужены были друг для друга, как соулмейты, но увы, большинство людей не верят в то что могут быть « родственные души. «. Минхо и Чонин идут в тишине под взглядами односельчан, детей которые возвращались по домам, и мечтали отдохнуть. Честно сказать, Ли было противно и даже мерзко, хотя он понимал что он виноват, в том что подпалил школу, которую все так любили. Чонину было грустно и даже обидно, потому что никто, абсолютно никто не хотел из селян понять Хо. А ведь это в некоторой степени плохо, плохо жить и понимать, что тебя никто, никогда, ни зачто не поймут. Тебя просто не захотят слушать. А от таких мыслей самому тошно от себя, тошно что он это он. Тошно оттого, что он вообще существует. Нет, не живёт, а именно существует. И по крайней мере, Чонин гордиться Минхо, по тому что не каждый сможет в детском возрасте выдержать то что выдержал Минхо. У Минхо очень глубокое, ранимое, но железное сердце. Правду говорят, что даже самый черствый эгоист, бывает с кем то нежен. Сколько Чонин дружит с Минхо и помнит, он всегда, абсолютно всегда заботился о своих младших сестрах и младшего Ли. Да даже и сейчас тишком заботиться, ведь он старший брат и если признаться, то он очень сильно любит своих младшеньких. Просто он не знает как это показать, и да это нормально. У самого грубого человека, самое ранимое, самое чуйное, самое доброе сердце. Просто возможно, его добротой когда то очень хорошо пользовались, а потом выкинули как не нужную тряпку. Это ранит. Очень ранит. Поэтому этот человек закрывает навеки вход в своё сердце. Ведь люди не меняются и могут опять сделать опять больно. Дойдя до пляжа, парни прикрыли уши, так как возле них буквально пищали дети, брызгались, орали как резанные. И ещё какой то ребенок кажется наступил на ногу Чонина и не извинился. Что за неуважение к старшим, манерам родители не учили видимо. Но да ладно, это их заботы. Парни прошлись по песку и найдя своих радостного хлопнул в ладошки, подходя к скоплению подростков, где дружно сидели ребята и что то бурно обсуждали. Минхо и Чонин сели рядышком, им было интересно про что они вообще разговаривают. А заметив своего брата, Феликс улыбнулся краешками губ и подполз к нему, что бы обнять очень крепко со спины и положить голову на плечо Минхо. Всем понравилась реакция Хо. Он сидел с таким довольным лицом, и даже если бы был котом, то наверняка он бы замурчал. Наверное, они её на долго запомнят, а особенно Сынмин, который сейчас сидит и всех втихаря фоткает. Он хочет сделать в конце лета всем мини сюрприз подарок. Джисону не много было не по себе, ведь ему так хотелось подойти и поговорить, пошутить с Минхо, но у него буквально язык не повернется. Ему как-то обидно чтоль, но он не будет пытаться сделать так, что бы Минхо насильно влюбился в него. Нет, Хан не такой человек. Парень откинулся назад на покрывало и накинул на лицо чью-то кепку, пока Чанбин пленил Сынмина в своих объятиях и что то радостно рассказывал Хёнджину, который постоянно смеялся. Чанбину Хёнджин показался позитивным человеком на самом деле, но внешность, поведения, улыбка бывает обманчивой. Чанбину хотелось бы стать с Хваном более близкими, как он с остальными, ведь на вид Хёнджин очень добрый и милый. Чану нравилось наблюдать за парнями, наблюдать за тем, как они что то весёлое обсуждают на фоне реки на которой медленно пошли брыжи, высокого камыша и селян, которые пришли отдохнуть, ведь они сильно устали после тяжёлого дня. Чан чувствовал гармонию. Смех Хвана дополнял шутки Чанбина, от смеха Хвана было ощущение что шутка Бина становилась в разы смешнее. В то время как Ликс и Минхо как братья нежелись в своих объятиях, то как Феликс мягко, нежно поправляет коричневого цвета волосы Хо, а Чонин лежит на Джисоне и поддерживает разговор между ребятами, делая вид что не замечает, как их фоткает Сынмин который просто лежал в позе звёзды и смотрел на небо. Все ребята были по своему особенными, разные, но они так дополняли друг друга. Это не передать словами просто. Они были как будто век знакомы, как будто в прошлых жизнях знакомы и пообещали друг другу, что обезательно в следующих жизнях будут вместе. От зори до луны. Чан считал их своей второй семьёй, ведь он вырос с ними, они его единственные, близкие друзья. Каждый из них ему важен и он не знает, как в будущем будет жить без них, ведь у каждого своя дорога. Парню хотелось бы заплакать, потому что в один прекрасный момент он не сможет больше увидеть их, не сможет почувствовать то дружеское тепло, и что он может обнять их в последний раз. Если понадобится за них умиреть, он умрёт. Он реально умрёт и даже не пожалеет. За таких друзей можно. А пока все грустные мысли в сторону, потому что жить надо сейчас, ведь если думать и даже жить прошлым то вы считай застрянете там, а если постоянно думать о будущем то вы сойдете с ума. Потому что надо именно сейчас жить, принимать решение, но с умом. Если вы не выберете правильное решение, то оно может вам навредить или другим, но как говорят мудрые люди, « на ошибках учатся» но по правде не все. Нужно с умом принимать и выбирать решение, ведь всего лишь один шаг что бы упасть в пропасть и не выбраться. У Чана разрывалась голова от этих мыслей, ему хотелось просто отвлечься. Парень перевернул последний шампур и сложил всё в тарелку. Это его фирменный рецепт, который с поколения в поколение переходит. Чани сел на плед где были все ребята и поставил тарелку с шашлыком, а Сынмин поняв и достав три литровых бутылки колы. — ну, налетайте. — Чан улыбнулся и ожидал пока самый младший возьмёт шампур и тогда все могут кушать. Как только Чонин взял в руки шампур, остальные тоже взяли, пока Сынмин разливал колу и кажется случайно перелил её чуть на футболку Чанбина, который начал бы читать лекцию, но его перебил Хван который прислонил свой палец к губам Бина, мол не сейчас. Сказать, что они покушали, ничего не сказать. Они отлично покушали, Хван никогда не ел такого вкусного шашлыка. Он был сочным, румяным, а какой запах.ммм, объедение. Серьезно. Только запах заставлял живот бурчать, а слюнки течь. А какая атмосфера, восемь друзей сидят на больших, серых пледах, речка отблескивает огненные лучи солнца, а ветер колышет камыша, где то кажется жабы заквакали. Не ну шикарная атмосфера, Феликс так считает. Объевшись и даже никто не замазался, а это уже достижение, парни лежали на пледах и отдыхали. От всего. От физической работы, может даже кто то отдыхал так морально. И как так получилось, что Минхо и Джисон лежали рядом, неужели судьба любит Минхо? Точно нет. Не в этот раз уж точно. У Джисона было много вопросов и это было видно даже по глазам, Ли кивнув головой « давай отойдем » и встал с пледа, уходя куда то в кусты которые выходили на другой край. А через пару минут и сам Джисон тоже направился по следам Минхо. Конечно это были подозрительно и очень даже, ведь что то да между ими случилось. Садясь на песок рядом с Минхо, Джисон прикусывает щеку из нутри и ждёт. Он ждёт пока Минхо что то скажет, а он ничего не говорит, у него как комм в горле. Тишина давит, очень сильно давит. Было легко почувствовать что между ними ветало в воздухе напряжение и если соприкоснуться с ним то можно получить электрический удар. — ну?. — Хан не выдерживает, у него начинают потихоньку лопаться нервы. А Минхо не знал как сказать, ему даже было не много стыдно. — ко мне относились так как будто к меня нету сердца. Я грубый, безчувственная мразь, которая даже посочувствовать не может. Понимаешь?. Вот это я слышал от жены умершего головы. Я не хотел, правда. Я… я был изгоем, а мне просто хотелось дружбы. я ведь тоже человек и тоже ребенок. Я не знал, как привлечь внимание. — Минхо не хотел плакать, но слёзы сами накатывались на глазах. Ему хотелось кричать, но он не мог. Всё равно его тупые проблемы никому не нужны. — знаешь Минхо, а ведь самые мразотные мрази порой самые благородные, добрые, доброжелательные, сильные люди. — Джисон слабо улыбнулся и раскрыв руки, тем самым приглашая Минхо в объятия. Ли сразу же без раздумий обнял Хана и прикрыл глаза, прислушиваясь к его сердцебиению, а Хан успокоительно поглаживал его по голове и даже чмокнул в макушку. Как бы Хану не было обидно, Минхо ему дорог. Минхо чувствовал, что Хан обижен на него и ему было пипец как сильно стыдно зато как он поступил, но ведь он сказал правду. — Ханни, ты прости меня за всё. Ладно?. Я хочу с тобой дружить и ты мне как младший брат, я не хочу что бы тебе было больно из-за меня. — Ли поднял голову и посмотрел в глаза напротив, которые на половину наполнились водой. — всё в порядке. Я не держу на тебя обиды. Парни улыбнулись друг другу и просто остались сидеть в объятиях друг друга, это было так комфортно и так тепло. Было ощущение, что как будто у них новое начало. В то время, Хван прогуливался по берегу реки на котором даже и человека не было. Конечно он знал что Минхо и Джисон поговорят и он будет очень даже счастлив. Не заметив фигуру, которая сидела на берегу, Хван бы завернул, но услышал знакомый голос остановился. — и куда идёшь? там дальше кусты. — Феликс пожал плечами и пригласил Хвана сесть рядом. — ну. а ты вообще как сдесь оказался?. — Хван слегка не понимал, ведь Феликс был с остальными ребятами и в друг сдесь появился. Феликс ничего не ответил, он просто смотрел на реку. Ему хотелось сейчас так резко поступить, но он бы мог одновременно всё обломать что между ими с Хваном. Но, живём один раз, поэтому Феликс решается. Парень поднимается с песка и под заинтересованным взглядом Хвана начинает тупо раздеваться до гола, в то время как Хван смущённо отворачивается и получает тихий смешок. Сняв последнюю вещицу и отложив её в сторону, Ли аккуратно прошёлся босыми стопами по краю берега, заходя в речку и тихо смеясь, а Хван смущённо закрыл лицо руками. Такая милашка, серьезно. Ли уже считай зашёл в воду по самую грудь и окликнул Хвана, зовя его к себе и как-то по хитрому улыбаясь. — да перестань, что я у тебя не видел. У нас одинаковое сложения тела. — да нууу, ну Феликс. — Хёнджин канючил. Ему не хотелось раздеваться перед Ли, это слишком смущает, а ещё и с ним в реке плавать. Но то что Ли был безупречно красив, это факт. Синие волосы намокли и краи плавали в воде, как будто как у русала. Лучи солнца в точку попадали на его веснушки, а ветка дерева гармонично вписывалась. Сдавшись, Хван начал раздевается, а Ликс отвернулся от Хвана, что бы не смущать. Когда Хван зашёл в воду как и Ликс, парни взялись за руку и начали плыть, Ли где то видел такой вид плавания. Это было достаточно экстремально, но так волшебно. Хвану Ликс казался миловидным эльфом с веснушками, а Хван Ликсу как какой то вельможный принц у которого волосы в воде смотрятся лучше, чем какие то аристократические картины. Парни не смущались так таково и когда хотели уже вылазить, услышали свист и хитрые улыбки ребят. Ликс отвёл взгляд, а Хван просто поболтал рукой по воде, приглашая и сами парни не отказались. Все мигом разделись и залезли в воду, а кто то бомбочкой прыгнул. Парни бы так всю вечность проплавали, пока не услышали голос Йеджи.