Кот ловит в сети свою мышку...BTS/Мин Юнги

– Соль!!! Ты мне ничего рассказать не хочешь?? - Ли Гун влетает в квартиру сестры, даже не поприветствовав ее. – Ты чего влетаешь так?! А вдруг я раздетая, - возмущается сразу же Соль. – Ага, еще скажи, с этим тут непристойностями занимаетесь! - продолжает напирать Гун. – С кем с этим? Объяснить нормально не можешь что ли? - начинает закипать Соль. – Не прикидывайся тут! С Мин Юнги! С кем же еще! Тебя видели с ним на свидании, когда ты в отпуске была. - кричит уже Гун. – И дальше что?! Что? Я не твоя собственность, чтобы мной распоряжаться. С кем хочу, с тем и хожу на свидания. Завтра вон с другим пойду, кто меня остановит. - кричит в ответ Соль. Они с братом всегда воевали на тему личных отношений. Ли Гун был успешным бизнесменом, а так как родители давно отошли от дел и не участвуют в компании сына, то он посчитал, что имеет право распоряжаться личной жизнью сестры. Рассчитывая, что она выйдет замуж только за того, кто ему будет выгоден по бизнесу. Гун был воспитан в строгих правилах, его жизнь была полностью сосредоточена на деньгах, финансах семьи и расширении связей. Ему с детства вбивали, что он обязан делать, а чего нет. Соль же была поздним ребенком и правила для нее изменились. Ей многое разрешалось, позволялось учиться там где она хочет и на кого хочет. Она не была пай-девочкой. Но брат все равно думал, что в итоге она починиться стандартам, выйдет замуж по расчету с выгодой для семьи. Вот только Соль ничего подобного не планировала. – Ты давно себя взрослой почувствовала что ли. Благодаря кому ты всего этого добилась, квартира на чьи деньги куплена, а?! А учебу твою кто оплатил?! Устроил в штат сразу журналистом, а не помощником - кто помог? Я тебе еще год назад сказал, что выйдешь замуж за Пак Сок Йоля. Тогда наша семья расширит свое влияние здесь, в Америке. Нам нужна связь с компанией по телекоммуникациям. – А я тебе еще тогда ответила, что шел бы ты лесом со своим Сок Йолем. Расширяй свой бизнес за счет своего брака. Можешь жениться сам на этом Паке, - Соль тогда совершенно не восприняла брата всерьез. Ведь родители всегда ей говорили, что она сама решает с кем ей общаться и за кого выйти замуж. – Ладно сестренка, посмотрим, как ты запоешь, когда я перекрою все твои финансы и работу, - ухмыляется гадкой улыбкой Гун. – Да уж как-нибудь проживу. - кидает вслед Соль. Данная ситуация только ускорила решение давно созревшее в голове. Ее брат был очень умным, но и его сестренка была далеко не дурой. Она всегда знала, что он к ней относится только, как к товару для бизнеса. Поэтому всегда строила свои связи в мире журналистики, чтобы на будущее вот так не лишиться любимого дела. До заместителя главного редактора, а потом и самого главного она сама добилась. Ну, а деньги у нее были свои. Отец давно разделил финансы между детьми, этим уж точно Гун не мог ее задеть. Старший брат наивно полагал, что все знает про свою сестренку, и не видел дальше того, что ему преподносят. Чистый упрямец. Они с Юнги были осторожны при встречах, чаще стараясь не выходить на люди. Проводить время либо у кого-то дома, либо снимая весь ресторан. Но очевидно, на последнем свидании их все же засекли, когда они решили просто выпить кофе. Соль не переживала за себя, но вот слитые фото ее волновали. Ведь тут касалось не только ее. Прошло уже полгода с момента их первой встречи. И эти отношения поглотили ее. Она уже не могла отказаться от мужчины, который умело ее приручал, У Юнги лихо получалось затушить пожар, который мог загореться от любой мелочи. Он знал, в каком месте надо притормозить, а в каком подчинить. Их отношения - это цунами сносившее ей голову и разум. Жизнь и отношения на разных концах света, так далеко и так близко при этом они были друг от друга. Тогда Юнги провел целый месяц в Америке, они были рядом буквально каждую свободную минуту вместе. А потом он уехал и они постоянно созванивались и переписывались. В свой отпуск Соль уехала к нему, в Корею и там они жили вместе. Снова новые чувства и эмоции, огонь и пепел. Их последняя ссора и примирение дали им понять, что они не смогут друг без друга. ******** – Какого лешего я должна торчать тут, я для чего прилетела к черту на рога, чтобы видеть тебя только утром, когда просыпаюсь, а ты только ложишься спать?! – Работа у меня такая, ты знала, что тебя здесь ждет!!! И нечего орать, башка и так раскалывается после ночи. – Пить меньше надо было на своих съемках. Вот голова бы и не болела. – Ты кажется много на себя берешь, милая. Я не упрекаю тебя никогда, когда ты ходишь на всякие тусовки, где куча мужиков к тебе пристают! Поверь мне интернет все показывает! – Но я же не хихикаю с ними. Я ваши видео после съемочные тоже все смотрю. Как ты со своей командой милашничаешь, задерживаешься там, а я тут тебя жду. – Я не робот, чтобы ходить с миной на лице. Это моя жизнь, я айдол, певец, продюсер. Я так себе на жизнь зарабатываю. – Ненавижу тебя. Юнги не стал дальше вдаваться в полемику, а просто прижал Соль к столу и врезался просто в ее губы. Борьба за власть перешла в другое русло. Они оба кусались, пытаясь вырвать верховенство себе. Соль царапала спину Юнги, он в ответ держал ее руки за спиной. Если бы они могли давить своей аурой, то вокруг бы никого живого не осталось. Одежда слетала с них с неимоверной скоростью, порванная и непригодная для дальнейшего использования. Следы губ оставались на обоих телах, но все же в недоступных глазу местах. Адреналин зашкаливал в крови у обоих, они уже даже не понимали, кто ведет сейчас. И идет ли вообще борьба. На пределе эмоций Юнги резко разворачивает свою ненаглядную, заставляя лечь грудью на стол. И также резко входит в нее, тут же замирая. Потому что невозможно, потому что слишком много. Дыхание и так нет, только обрывки воздуха. Голова все еще в тумане, а тело уже двигается. По кухне уже разносятся стоны обоих, эндорфин выброшен в кровь в неимоверных количествах. Что одновременно слышиться и смех, и слезы текут от удовольствия по щекам. Когда их настигает пик, они оба просто заходятся в истерическом смехе. Так хорошо им еще не было. Любая ссора стоит такого эффекта взрыва. – Я же люблю тебя, сплюшка моя! - говорит Юнги и выходит из любимого тела. Он никогда не сможет им насытиться, потому что между ними ураган чувств. – И я…люблю…тебя! ************** Соль жмуриться в удовольствии, вспоминая ту сцену. Они тогда поговорили все же, как взрослые люди и договорились обо всем. Ревность не всегда хороший помощник, а значит ее должно быть в меру. – Юнги, у меня небольшие проблемы. У меня пара вариантов, но я не знаю, как ты их оценишь. – Сплюшка, ну ты расскажи, а мы вместе подумаем. – Брат узнал как-то про нас, фотки ему кто-то подкинул, где мы в кафе. И угрожает мне замужеством с одним мудаком. – Так! И?! – Ну во-первых он может их слить в интернет, чтобы я ему подчинилась, чтобы не выдать и навредить тебе. – На это сразу забей, пусть что хочет с ними делает. Мне все равно. – Но… – Сплюшка, ты же моя девочка. Я люблю тебя. Я всегда знал, что когда-то это случиться, мы все равно не смогли бы вечно скрываться. – Я сейчас плакать начну от твоих нежностей. – Неа, плакать я не разрешаю. Ты же сильная у меня, так что отставить слезы. Твой план? Ты же что-то придумала. – Есть вариант сбежать отсюда к тебе. Все равно я не могу так жить все время на расстоянии и ждать кто к кому сможет прилететь. Я просмотрела пару журналов у вас, закинула пару удочек насчет должности и меня берут, если я перееду. Не главным редактором конечно, как тут, но заместителем пока точно. – Сплюшка, ну это же классно. Тебе только вещи собрать, жить тебе точно есть где. Шкаф так и быть выделю тебе, хах. – Ты точно уверен?! Так быстро все. – Ну, у нас с тобой все и так в ускоренном режиме. Может мне прилететь и помочь тебе?! Брат не устроит тебе какую-нибудь засаду? – Я никому не скажу, хотя родителям надо. Вещи только необходимые возьму, остальное же можно купить. Деньги у меня есть. Да и не без работы же я остаюсь. – Какая ты у меня продуманная. Родителям обязательно скажи. Ну все, собирайся, улаживай все с работы и сообщи мне, когда ждать тебя. – Хорошо, кот, целую. – И я тебя.