Последнее слово

Глава 10. Через четыре часа Ильяс усаживает в машину Тимура, и возвращается ко входу бара, где стоит Ярослава. Парень хватает её под колени и перекидывает через плечо. Когда все оказываются пристегнутыми, Гаязов заводит машину и трогается с места. — И снова седая ночь! — Пропевает Тимур, а Ярослава удивленно поворачивается назад. — Ты даже пьяный петь можешь? — Девушка достаёт из сумочки жвачку и закидывает в рот сразу две пластинки. — Талант не пропьешь, моя дорогая. — Коктейли какие-то не совсем слабые. — Они могли быть слабыми, если бы ты не запивала их вином. — Ильяс приоткрывает окно, чтоб лобовое сильно не запотело изнутри. — Так я всего два бокала.! — Ты когда пила последний раз? — Ну… На выпускном своём, а потом на новый год в офисе. Только там был бокал шампанского и все. — Ну, теперь ясно, почему тебя так унесло. — Эй! — Фомина снова поворачивается назад и бьет Тимура по ноге. — Ты чë спишь то?! — Не трогай его, ещё хуже будет. Сама поспи. — Не могу спать. Расскажи что-то. — Конкретнее. — Да что угодно. Надо поговорить, чтоб я отрезвела до дома. — Уже восемь вечера. Поеду медленнее, чтоб вернуться за полночь. Мамы уже будут спать, так что тебя не спалят. — Мне уже двадцать лет. Как школьницу не отчитают. Говори что-то. Спроси у меня о чем-нибудь. — Что с Климом решила? — Только не это. — Блондинка поправляет волосы назад и поворачивается к лобовому стеклу. — Приеду и поговорю с ним. Расскажу, как было и пусть он уже решает, расставаться нам или нет. — Ты сама то чего хочешь? — Мы почти шесть месяцев вместе, я привыкла к нему, он хороший парень. Мне просто стыдно смотреть в его добрые глаза. Он же меня любит очень, верит мне, на руках носит, а я… А я вот так с ним. — Ты же понимаешь, что на тебе нет никакой вины? — Да, но я ведь его обманываю. Не ты ему в верности клялся. — Ты клялась в верности? Может вы еще в церкви венчались? — Короче, ты понял о чем я. Стыдно, что он ничего не знает. Утром встречусь с ним и поговорю. Скажу, как было, но тебя упоминать не буду. Это его окончательно разобьёт. — То есть, ты хочешь взять мой косяк на себя? — Зачем ты поцеловал меня? Ильяс резко жмет на тормоз и слышится звук удара сзади. Тихий вой Тимура приводит всех в себя и по салону тянется протяжный выдох. — Что… — Ярослава смотрит вперёд и закрывает рот рукой. — Мамочки. — Это обычная лошадь. — Ильяс толкает брата и тот медленно поднимается с пола. — Хочу покататься на ней. — Тимур прищуривается, чтоб разглядеть животное перед машиной и широко улыбается. — Она тебя знать не знает, легнет копытом и останешься здесь. — Но я хочу покататься. — Может поедем уже? — Фомина с ужасом смотрит на лошадь за окном. — Она такая красивая. Давай я попробую? — Тимур, сиди! — Уже со злостью кричит Ильяс, пока младший брат пытается открыть дверь машины. — Поехали говорю! — Кричит Ярослава, чтоб её хоть кто-то услышал. — Заткнитесь оба! Оставшуюся дорогу все молчат, только сопение Тимура сзади напоминает о его существовании. Ильяс следит за дорогой, а Ярослава пытается развлечь себя видами за окном на закате. В доме тишина, поэтому Ильяс пропускает Тимура и Ярославу вперёд себя. Компания на цыпочках крадется по лестнице и вдруг загорается свет. Фомина от испуга падает назад, но Гаязов старший ловно подхватывает её за талию. Все замирают в таком положении, а сзади слышятся апплодистменты. — Как к бабушке съездили? — Марина подходит слева к лестнице и смотрит на дочь. — Хорошо. — Блондинка крепче сжимает руками перила и пытается улыбнуться. — Она на море со Светкой. — А такой привкус чего-то алкогольного откуда? — Татьяна подходит к подруге и осуждающе смотрит на детей. — А это… — Фомина ставит ногу на ступень выше и одергивает от себя руки Ильяса. — Мы поужинали и помирились. — А с каких пор вы стали мириться через бутылочку винца? — Ма, вы и без ссор каждый вечер по бутылочке пропускаете. Мы выпили по паре глотков и поехали обратно. — Ты на ногах стоять не можешь. — Фомина старшая скрещивает руки на груди и прикрывает глаза, кивая головой в стороны. — Докатилась, пьяная домой крадешься. — Теть Марин, она в последнее время устала, ей нужно было это. — Ильяс толкает девушку локтем в бок и смотрит на сонного брата. — Они с Тимуром выпили по бокалу, а потом я повез их домой. Все живы и здоровы. — Эй! — Татьяна с прищуром смотрит на младшего сына и сжимает кулак. — Ты пил, гаденыш? Тебе лет… — Мам, двадцать четыре! — Тимур хватает за руку Ярославу, которая снова скатывается вниз. — У тебя в моем возрасте был муж и ребенок. Лучше пусть у меня будет лёгкий перегар, чем муж и ребенок. — Ильяс, ложи их спать. — Марина машет рукой на детей и хватает Татьяну за руку. — Завтра утром подниму всех на работу. Ильяс послушно хватает Ярославу за талию одной рукой, а Тимура за капюшон второй. Он толкает брата в его комнату и ведёт по коридору девушку, которая почти засыпает в его руках. Уложив блондинку на кровать, Гаязов накрывает её одеялом и ставит бутылку воды ближе на тумбе. — Ты так и не ответил. — Фомина берёт руку Ильяса в свою и тянет ближе к себе. — Зачем ты меня поцеловал? — Красивое лицо было в пяти сантиметрах от меня. — Парень присаживается на корточки перед блондинкой и убирает с её лица волосы. — Не удержался. — Никогда так больше не делай. — Не собираюсь, не волнуйся. Спи давай. — У меня голова сильно болит. — Если уснешь, то она пройдет. Не тошнит? — Неа. — Ярослава прикрывает глаза, но руку не отпускает. — Спасибо за сегодня. Теперь даже как-то неудобно выигрывать спор. — Что делать? — А что делать? Ха, муравью хрен приделать, вот что делать. — Да, понесло тебя хорошо. Давай, спокойной ночи. Зови, если станет плохо. — Ты не услышишь. — Я постараюсь. Спи. — Угу. Ильяс аккуратно убирает от себя руку девушки и накрывает её одеялом. Он замечает, что она действительно вышла лицом и в ней собрались все те черты, что ему нравятся. Мало того, её характер нравится не меньше и с такой, как Ярослава, парень смог бы сойтись в отношениях. Наверное, с ней он смог бы что-то почувствовать снова, ведь ничего тёплого не разливалось в груди уже давно. От этого чувства опустошения с каждым днем все тяжелее и тяжелее жить. Но Ильяс надежды не теряет, а терпеливо ждет, что кто-то сможет пробудить хотя бы одну бабочку в его животе. Пока по всем параметрам подходит Ярослава, но внутри ничего ещё не шевелится. — Доброе утро. — Ильяс ставит на тумбу стакан газированной воды и таблетку анальгина. — Уже утро? — Ярослава медленно поднимается и принимает сидячее положение. — Как быстро. — Я тебя в одежде положил. — Да, я помню, я переоделась ночью. — Фомина делает глоток воды и улыбается. — Как же я хотела этого ночью, но встать не рискнула. — Я же говорил, чтоб звала меня. — Гонять тебя в три часа ночи за водой? Не, это слишком. Завтрак ещё не готов? — Маша суетится по кухне уже. — Отлично. Пойду в душ, потом поем и на работу. — Давай, собирайся, я отвезу тебя. — Не стоит, я сама доеду. — Мне все равно на студию. Жду внизу. Через пол часа все собираются в столовой за завтраком. В этот раз Тимур тянет бутылку воды сразу же, а Ярослава отпивает прямо с горла около половины. Марина и Татьяна усмехаются, смотря на детей, которые стараются тихо «сбить сушняк». — Как съездили то? — Татьяна смотрит на Тимура, но тот и взгляда от графина с соком не отводит. — Попей уже. Все помирились? — Да. — Ярослава открывает диалог с Климом, где назначает встречу на шесть вечера. — Почему ты решила напиться? — Марина с жалостью смотрит на дочь, пока она печатает сообщение. — Ярослава! — А? — Девушка кладёт телефон на стол и косится на Ильяса. — Да просто решили немного расслабиться, а вышло так. — Не пей больше, если не умеешь. После двух бокалов вина выглядишь, как я после трёх литров. А вас, Тимур, это тоже касается. — Теть Марин, я никогда больше. — Гаязов поднимает руки вверх и прикрывает глаза. — Маш, а где сок холодный ещё? — Это ещё что такое? — Старшая Фомина удивленно смотрит в рабочий планшет и переводит взгляд на Яросаву. — Объясните? Марина отворачивает планшет от себя и все внимательно в него смотрят. Лицо Ильяса и Ярославы в миг меняется на удивленное, а Тимур все еще пытается понять, что ему показывают. Татьяна давится чаем, понимая, что слишком много совпадений вокруг. Марина смахивает фото вниз и все удивляются ещё больше, потому что это публикация в одном из популярных каналов Москвы. — А, это Ильяс и Яська в обнимку? — Улыбается Тимур и тут же получает осуждающий взгляд всех присутствующих. — Ничего себе, ужас какой. — Где это и когда? — Татьяна строго смотрит на Ильяса, который пытается вспомнить, кто мог сделать снимок с этого ракурса. — В Брянске, у кафе в центре. — Гаязов делает глоток воды и смотрит на Ярославу, пока она печатает сообщение Климу. — Почему вы так обнимаетесь? Произошло что-то? — Ну… — Я переходила дорогу и вылетела машина. — Перебивает блондинка и строго смотрит на маму, чтоб та наконец-то отвела от неё взгляд. — Ильяс успел меня схватить за руку в последнюю секунду. Я испугалась очень, вот и заплакала. Тимур за водой пошел в тот момент. Не знаю, кто мог сделать фото и слить сюда. — Я разберусь с этим. — Марина положительно кивает и улыбается Ильясу. — Ты прям ангел-хранитель для Яси. Хорошо, что сам тоже не пострадал. — Ладно, мне пора. — Ярослава хватает телефон и встает из-за стола. — Я отвезу. — Ильяс встает следом и ударяет Тимуру лёгкий подзатыльник, чтоб тот бросил ложку и пошел за ним. — Нам тоже на студию. — Дядь Паша сфоткал, инфа сотка! — Тимур закрывает коробку сока и откидывает голову назад. — Теперь Климу ещё и это объяснять. — Фомина закрывает лицо руками и тихо скулит. — Я уже совсем завралась. — Мы все заврались. — Ильяс снижает скорость перед светофором и смотрит на брата. — Этому не привыкать. — А мне в новинку. Получается, что я расскажу Климу про эту ситуацию, чтоб не обманывать его, но в итоге все равно обману. С этим фото всë точно так же. — Скажи правду и не мучайся. Не волнуйся, раз на раз я его вывезу. — Не хочу, чтоб он ещё кого-то винил и ненавидел. Про отца тем более не расскажу. — Почему это такая великая тайна? — А ты бы трепал всем про отца-тирана и манипулятора? Вот и я не хочу. Мама только нервничать больше будет, а оградить его от нас не сможет. Слишком сложно. Останови у этого салона. — Ты будешь говорить с ним на работе? Лучше уйти в спокойное место. — У него в кабинете достаточно спокойно. Ну, с Богом. — Ты веришь в Бога? — Тимур поднимает голову и удивленно вскидывает брови. — Я же русская, а с нами Бог. Только он один и поможет. Ярослава выходит с машины и быстро бежит к автосалону.