Последнее слово

Глава 16. — Идем. — Ярослава отстраняется от парня и идет к выходу. — Не хочу позорить тебя, но… Прости. — Что ты говоришь? — Назаров вытирает с щеки девушки слезу и улыбается. — Я готов даже умереть, если удар будет твоей рукой. Ярослава выходит на улицу и Клим неуверенно идет за ней. Она останавливается в центре дорожки и с жалостью смотрит на парня, который ищет что-то по карманам. — Стой. –Блондинка берёт Клима за руку и он отпускает коробку, оставляя её при себе. — Я верю, что ты готов ждать. Я знаю, что ты любишь меня. — Не хватает пива и чипсов. — Тимур встает с качели и подходит ближе к дорожке. — О чем вы говорили, когда ты её увез? — Ильяс встает рядом и сталкивается взглядом с девушкой. — Чë задумали? — Сказал то же, что и ты, только спокойнее. — Тогда почему она так смотрит? — Если Клим за ней рванет, то нам придется его тормозить. — Объясни нормально, что тут происходит?! — Если смелости хватит, то она возьмет паузу в отношениях, чтоб разобраться в себе. Чувствую, что он побежит за ней. Мало ли, что он наделает с горяча. — Плюшевый мальчик свою куколку не тронет. — Ладно. — Ярослава, прямо говори. — Назаров убирает свою руку от девушки и сжимает кулаки. — Я не готова к такому шагу сейчас. — Фомина чувствует, что ноги слабеют с каждым слово. — Я уже сказал, что буду ждать столько, сколько тебе нужно. — Я не смогу ответь, Клим. — Тогда откажи. Я спрошу ещё раз. Через время ещё и ещё. Буду спрашивать, пока не станешь готова. — Давай просто перенесем это мероприятие хотя бы до годовщины? — Ты хочешь сказать что-то, верно? Скажи. — Может наедине все-таки? — Говори, здесь все твои близкие люди. Ярослава набирает побольше воздуха в лёгкие и оглядывается вокруг. Все в шоке, кроме Гаязовых. Как странно всë выходит. Чужие люди знают больше тайн, чем самые близкие и от этого перестают быть чужими. Тимур положительно кивает головой в знак поддержки, а Ильяс не отрывает взгляд от Клима, чтоб подоспеть в нужный момент, если он случится. Фомина перебирает в голове несколько вариантов разговора. Она решает, стоит ли рассказать всю правду с самого начала, включая поцелуй с Ильясом, либо уйти без объяснения причин. Если рассказать правду о поцелуе, то родители точно убьют всех троих, а Клим разобьется окончательно. Если промолчать, то выйдет ещё хуже, потому что придется назвать другую причину. Снова врать? Нет. В этот раз нужно сказать прямо и честно, несмотря на чувство жалости внутри. — Ты поторопился. — Ярослава строго смотрит на Клима, сжимая кулаки, чтоб не дать волю эмоциям и показать себя максимально холодной. — Я отказалась съехаться, а ты сразу перешёл к предложению. Да, ты согласен ждать даже шесть лет, но сам факт. Ты знал, что я не хочу замуж, но сделал всë это. Ты позвал всех мои родных в надежде, что при них я не откажу. Ты не оставил мне выбора. — Ярослава… — Назаров с испугом смотрит на девушку и делает наш навстречу. — Я предлагаю два варианта. В отличии от тебя, я предоставляю выбор. Либо сейчас мы всë это забудем и возьмем паузу, либо доводишь дело до конца, я отказываюсь и мы больше не видимся. Лица всех выражают одну эмоцию — удивление. Даже Тимур и Ильяс погружаются в шок от грубости Ярославы. Она всегда защищала Клима, говорила о том, какой он идеальный и как она любит его, но сейчас безразлично смотрит на него и разбивает это сердце. На самом деле, Ярослава сама внутри кричит, но она устала от этого. Лучше пусть всë закончится так, чем терпеть дальше. Она осознала, что любви в ней нет, а врать этим глазам больше нет сил. Пусть он возненавидит её, но зато быстрее отпустит. Клим смотрит только на девушку, словно вокруг никого нет. Внутри всë до боли сжимается и хочется скулить, стоя на коленях. Она впервые так холодна с начала их отношений. Впервые смотрит на него с безразличием. Назаров все-таки достаёт коробочку с кольцом из кармана и медленно встает на одно колено. На лице ощущается первая капля дождя, вторая, третья… Парень стоит, открывая коробку дрожащими руками. Ярослава глотает ком в горле и смотрит прямо. Она чувствует, что слезы вырвутся наружу, стоит только опустить глаза. А Клим все еще стоит, несмотря на её бездействие и дождь, который усиливается с каждой секундой. Его рвет на части, но он стоит и ждет её отказа. — Я же сказал, что от тебя даже смерть приму. — Брюнет поднимает зелёные глаза на Ярославу и открывает коробку. — Ты выйдешь за меня? — Нет. — Фомина чувствует слезы по щекам, но радуется, что из-за дождя их не видно. — Прости. — Это твой выбор. Я не отнимал его у тебя. — Встань, дождь идет. — Ярослава закрывает коробку и идёт в дом. Клим остаётся в том же положении, пока девушка уходит внутрь. Для него будто весь мир остановился. Ещё на днях он целовал её и мечтал о совместном будущем, а сейчас она уходит. Он не чувствует дождь, только липкое чувство ненависти к самому себе. Поторопился и испортил всë, что было между ними. Сам сломал этот маленький и уютный домик. Женщины бегут в дом, а за ними и Маша с Ульяной. Все хотят понять, откуда взялась такая реакция Ярославы и что за разлад между идеальной парой. Тимур и Ильяс подходят к Климу и он наконец-то опускает руку с кольцом, садясь на мокрый бетон. Братья переглядываются и младший убегает в дом, пока старший пытается оживить Назарова. — Ярослава, что происходит? — Кричит Марина, поднимаясь по лестнице за дочерью. — Яська, ты чë натворила?! — Ульяна бежит следом за женщиной, чтоб не прослушать причину. — У вас же всë отлично было! — Татьяна останавливается в коридоре и смотрит на девушку. — Что между вами произошло? — Марина чуть снижает тон, но вот-вот взорвется ещё сильнее. — Он обидел тебя? Вы в ссоре, поэтому он с предложением так поторопился? — Хватит! — Кричит Тимур и закрывает собой Ярославу. — Тимур, не вмешивайся! — Да вы достали уже со своими расспросами! Она расскажет всë сама, когда посчитает нужным. Почему вам так интересно, что у неё внутри? Хватит уже. Вместо поддержи только носы свои суете любопытные. — Я подвезу Клима. — Ильяс обходит компанию женщин и гладит Ярославу по голове. — Иди высушись, а то заболеешь. А вы разойдитесь и не трогайте её. Вернусь и с каждого спрошу. Тим, ты со мной? — Как её тут оставить? — Я останусь с ней. — Ульяна делает неуверенный шаг и блондинка положительно кивает. — Вопросами донимать не буду. — Смотри мне. — Тимур подозрительно смотрит на брюнетку и идёт за братом. — И вы тоже, женщины. Ярослава и Ульяна заходят к ней в комнату. Фомина сразу же снимает с себя мокрую одежду и достаёт из шкафа тёплый халат. Подруга терпеливо ждет рассказ, который заполнит все пробелы в её версии происходящего. Ильяс, Тимур и Клим сидят в баре уже через пол часа. Назаров выпивает третий шот подряд и отказывается от закуски. Братья не вмешиваются, понимают, что вся эта ситуация для парня болезненная. — Она любит, чтоб всë было по плану. — Брюнет выпивает четвёртый шот и морщится, принимая лимон от Тимура. — Я в этот план не входил. — Не говори так. — Ильяс жестом просит бармена повторить на троих и хлопает Клима по плечу. — Она всегда была на твоей стороне и говорила о тебе только хорошее. Даже когда ты ревновал её, она оправдывала тебя, а я говорил, что это манипуляция. Поэтому мы так часто ругались. Ярослава всегда была на твоей стороне. Видимо ты реально поторопился. — Из-за своего страха я её и потерял. Боялся, что кто-то может её забрать. Боялся, дурак. Я её первый раз когда увидел, она такой серьёзной мне показалась. Пока все вытворяли какую-то дичь, она только смотрела на это с усмешкой. В компаниях всегда была «своя», хоть и не пила ни грамма. Для меня она казалась чем-то новым и необычным. Её мама не последний человек в городе, но она никогда этим не гордилась. Всегда была самой обычной девчонкой со двора. Ей удавалось успокоить самых буйных. Не боялась говорить правду в лицо. Вокруг меня были десятки девчонок, которые готовы облизывать ноги, а она отшивала до последнего. Ярослава — моя маленькая мечта, которая так и не сбылась. Я понимал, что она не любит меня, но надеялся до последнего. Я настолько достал её своим присутствием, что она не поняла сама, что это не любовь, а… Симпатия в перемешку с жалостью. — Клим, жалости не было точно. Она ценила тебя и уважала, но никогда не жалела. Даже если любви не было, то те чувства, которые она тебе отдавала, были самыми настоящими и теплыми. Не торопись хоронить себя. Дай ей немного времени, чтоб всë обдумать. Поговори с ней позже и всë станет ясно. Себя тоже не вини, ты всего себя отдавал. Просто чувства берут верх над людьми и они не могут управлять ими. Нельзя насильно полюбить или разлюбить кого-то. — Я тебе многое не рассказывала. — Ярослава вытирает лицо сухими полотенцами и смотрит на подругу. — Не говори, если сложно. — Ульяна крепко сжимает ладонь Фоминой в знак поддержки, но в ответ только слезы. — Ты знаешь Клима и какие у нас были отношения. Он идеальный мужчина, правда. Только я слишком долго пыталась разобраться в собственных чувствах. Я думала, что полюбила его, но нет. Я очень сильно ценю его, но не люблю. Я ещё тогда вам сказала, что эта история ненадолго. Жалею, что сразу не поняла себя и теперь он страдает. Я врала ему, заставляя верить себе, а теперь вообще сердце разбила. Он не заслуживает такого отношения к себе. Я его не достойна. — Тише, малышка. Нужно было раньше сказать мне и мы бы вместе придумали, что делать. Не вини себя за свои чувства, ты не можешь ими управлять. — Ильяс прав. — В чем? — От отношений и любви толку нет. Он отключил свои чувства, чтоб они не могли контролировать его. — Это уже крайние меры. Нужно быть сильным, чтоб уметь так себя сдерживать. — Он сильный, в отличии от меня. Он и не врал никому, а я его заставила. От меня одни проблемы. — О чем ты? Что у вас тут вообще происходит? — Тот случай с парнем в магазине, помнишь? Не было никакого парня. Мы с Ильясом очередной раз ругались и он попытался забрать у меня телефон. Я запрыгнула на кровать, он за мной и не удержался на ногах. Упали оба, руки о стену содрали, а потом он поцеловал меня. Я вырвалась сразу же, он извинился и ушёл. Сказал, что поговорит с Климом, но я запретила. Думала, что делаю лучше, но всë стало только хуже. Потом ездили в магазинчик, который я привела в оправдание, договорились насчет камер. В Брянске Ильяс успокаивал меня не от машины, а после встречи с отцом. Он хотел ударить меня, но парни вовремя появились. Всë это накопилось и я напилась тогда. Теперь ты всë знаешь. — Е̶б̶а̶н̶ы̶й̶ день. — Ульяна достаёт из кармана штанов пачку сигарет и открывает балкон. — Подруга, ты как-будто в сериале живешь. Сказать, что я в а̶х̶у̶е̶ — ничего не сказать. — Я сама в полном шоке. В кого я превратилась? Врала близким, боялась признаться не в своём косяке, пряталась от проблем, заставляла врать других. Это п̶и̶з̶д̶е̶ц̶, Уль. — Если ты материшься, то это полный коллапс. Извини за вопрос, можешь не отвечать, но очень уж интересно. Как с Ильясом после этого всего? — Он сказал, что я идеально подхожу под его стандарты. Мы стали более мирными и уже почти не ругаемся. Ремонта у них осталось немного, скоро съедут. Видеться не будем так часто. Только я до сих пор не могу этот поцелуй мимолетный забыть. Мне просто нужно разобраться в себе и я отвечу на любой вопрос. Не сейчас. — Всë в порядке. Я всегда на твоей стороне. — Спасибо тебе. Прости, что молчала обо всем. Останешься? — Нет, мне еще статью дописывать, завтра надо сдать до обеда. Звони, если нужно будет поговорить. — Всë в порядке, правда. Всë совсем не в порядке, но Ярослава умело скрывает это до ухода подруги. Ульяна сразу же звонит Ильясу и сообщает, что с Фоминой всë в порядке. Парень сообщает девушке адрес бара и просит срочно приехать, потому что им нужна помощь. Нурманова нехотя соглашается и такси меняет маршрут.