Тасянь-Цзюнь не остановился на подсвечнике

Чу Ваньнин, подвергшийся влиянию сильнейшего в мире афродизиака, уже не был в состоянии стоять на ногах. Если посмотреть на него сверху вниз, как это видел Тасянь-Цзюнь, он выглядел как нельзя возбуждающе. Его глаза были закрыты, а щеки горели огнем желания. Сам Чу Ваньнин легко дрожал, ожидая каких-либо дальнейших действий Тасянь-Цзюня. На нем уже не было одежды. Единственное, чем он прикрывался - одеяло, но и то, в процессе Чу Ваньнин лишился даже его. Тасянь-Цзюнь смотрел на свою Чу Фэй безумными глазами - ему нравилось видеть то, как он не в силах был сдерживаться и сохранять каменное выражения лица под воздействием сильных возбудителей. Сколько бы Чу Ваньнин не сопротивлялся, сколько бы не пытался сохранить свое лицо - всё было тщетно. Если этому достопочтенному нравилось видеть Чу Ваньнина таким, значит он таким и будет. Тасянь-Цзюнь медленно приближался к кровати, на которой лежал Чу Ваньнин. На его лице играла ненормальная улыбка. При одном взгляде на неё можно было прочитать все мысли и желания Тасянь-Цзюня в один момент, и это пугало Чу Ваньнина ещё больше. Но когда Тасянь-Цзюнь подошёл вплотную к кровати, на которой лежал Чу Ваньнин, он остановился. Это заставило Ваньнина открыть глаза. То, что он увидел, повергло его в шок. Тасянь-Цзюнь заряжал... ружьё?! Зрачки Чу Ваньнина моментально сузились. Он медленно попятился ближе к подушкам, к самой стене, лишь бы подальше от этого психа. Но он и так прекрасно знал, что это ему не поможет. Внезапно Тасянь-Цзюнь похотливым голосом спросил: — Неужели ты боишься? Ха-ха! Этот достопочтенный никогда не навредит своей любимой Чу Фэй. Чу Ваньнин сглотнул ком в горле, все ещё продолжая смотреть на обезумевшего Тасянь-Цзюня, совершенно не моргая. Когда Тасянь-Цзюнь закончил с ружьём, он кинул его на кровать, и совершенно случайно немного задел ноги Чу Ваньнина. Ружьё было довольно тяжёлым, потому Ваньнин не смог сдержать лёгкий вскрик. Тасянь-Цзюнь непринужденно рассмеялся и сказал: — Упс, кажется, этот достопочтенный не сдержал своё слово. В следующий миг он приблизился к самому Чу Ваньнину. Оставляя лёгкие покусывания, он обжигал чужую шею своим горячим дыханием, медленно спускаясь всё ниже и ниже. Как только Тасянь-Цзюнь почувствовал вставший член Чу Ваньнина, он взял того за волосы и заставил привстать, чтобы встретиться с Тасянь-Цзюнем лицом к лицу. Одной рукой он взял подбородок Чу Ваньнина и притянул к своим губам, а второй рукой достал своего "впечатляюще незаурядного" из под одежды. Обхватив два их члена одной большой, сильной рукой, он начал двигать ей вверх-вниз, заставляя Чу Ваньнина легко постанывать от удовольствия. Через некоторое время Тасянь-Цзюнь остановился и убрал свою руку. Прямо в тот момент, когда Чу Ваньнин был на пике оргазма. Громко рассмеявшись, Тасянь-Цзюнь вернулся к тому самому ружью, которое совсем недавно было заряжено патронами. Чу Ваньнина вновь накрыла волна страха. В его жилах застыла кровь, а дыхание сбилось окончательно. Тасянь-Цзюнь не стал перетруждаться - он лишь плюнул на ружьё и растёр свою слюну по всему стволу. Действительно, чем не смазка? В то время Чу Ваньнин выглядел будто кот, которого намереваются погрузить в воду. Тасянь-Цзюнь игриво проговорил: — Ну же... Этот достопочтенный хочет удовлетворить тебя. Чего же ты боишься? Не дав Чу Ваньнину ответить, он ловко притянул его ближе к себе и разложил на кровати. Смотря прямо в испуганные глаза Чу Ваньнина, он медленно начал вводить дуло ружья в его промежность. Ружьё всё ещё было заряжено. Одно неверное движение - и Чу Ваньнин труп. Наверное, это было единственное, что его пугало на этот момент. Подсвечник ему казался безобидной игрушкой по сравнению с этим. Тасянь-Цзюнь все продолжал засовывать ствол все глубже и глубже в анус Чу Ваньнина. На глазах Ваньнина выступили слезы. Ствол ружья был очень длинным. В какой-то момент Тасянь-Цзюню надоела эта медлительность, и он, забыв о какой-либо пощаде в сторону Чу Ваньнина, резко ввел практически весь ствол прямо в него! Снаружи оставались лишь курок и магазин с патронами. Не переставая улыбаться, Тасянь-Цзюнь начал с самого начала очень быстро шевелить ружьём туда-сюда. Чу Ваньнин кричал. Но не от удовольствия, а от невероятно сильной боли. Тасянь-Цзюню же это доставляло неземное наслаждение. Он был очень силен, так что был в состоянии удерживать такое тяжелое оружие всего лишь одной рукой - свободной он вновь обхватил член Чу Ваньнина и продолжил незавершённое дело, только уже без участия своего. Руки Чу Ваньнина вцепились в подушку, а его глаза были зажмурены настолько сильно, что ему даже больно было продолжать их держать в таком состоянии. Ему пришлось их разомкнуть. Своими глазами он увидел Тасянь-Цзюня в последней стадии безумия. Он двигал ружьём настолько быстро, что Чу Ваньнин едва не терял сознание от боли. Видя Чу Ваньнина таким, Тасянь-Цзюнь испытывал крайнюю степень возбуждения. Он неосознанно начал двигаться ещё быстрее, пока Чу Ваньнин не был уже на пределе... К его счастью, оргазма тоже. С очень громким стоном он кончил прямо в руку Тасянь-Цзюня. После этого он окончательно выбился из сил. Но Тасянь-Цзюнь не остановился. Он небрежно вытащил ружьё из Чу Ваньнина. Видя, что Чу Ваньнин смотрит на него помутненным взглядом, он поднял ружьё дулом к потолку и...выстрелил. По комнате донёсся оглушающий звук выстрела. Чу Ваньнин тут же пришел в себя. Тасянь-Цзюнь с ухмылкой поговорил: — Этот достопочтенный ещё не закончил. Тебе ещё никто не разрешал отклоняться. Чу Ваньнин мысленно выругался и приготовился к новой пытке. Тасянь-Цзюнь бросил ружьё на пол. Оно упало с очень громкий звуком, что заставило Чу Ваньнина невольно дернуться ещё раз. Тасянь-Цзюнь насторожился: — Быть может, тебе не хватает афродизиака? Как насчёт новой порции? Чу Ваньнину тяжело было находиться в сознании, не то чтобы говорить... Но он смог промурчать Тасянь-Цзюню в ответ: — Нет... Мо Жань, пожалуйста, не надо... Но Тасянь-Цзюнь его не слышал. Вино, в котором находился афродизиак, вновь оказалось влито Чу Ваньнину прямо в рот. Оно потекло и мимо - вся кровать вскоре оказалась розовой, а тело Чу Ваньнина в глазах Тасянь-Цзюня стало выглядеть ещё сексуальнее, ведь на него тоже попала не малая часть. Тасянь-Цзюнь спустился к животу Чу Ваньнина и прошёлся от него прямо до шеи, языком. Ему хотелось вылизать остатки вина с этой идеальной кожи. Чу Ваньнин все ещё дрожал, но с каждым действием Тасянь-Цзюня он начинал дрожать ещё сильнее. Вскоре Тасянь-Цзюнь перешёл к делу. "Достойный восхищения" медленно приблизился к Чу Ваньнину. На этот раз Тасянь-Цзюнь не стал резко входить. От начала до самого конца он сделал это аккуратно и медленно, но потом... Вновь забыл о всякой человечности по отношению к Чу Ваньнину. Он двигался быстро, даже разъяренно. Чу Ваньнин вновь пустил слезы. Но на этот раз он не смог контролировать их количество - его щеки вскоре заблестели. Но Тасянь-Цзюнь всё ещё не останавливался. Его огромный, налитый кровью член двигался внутри Чу Ваньнина с такой интенсивностью, что даже сам Тасянь-Цзюнь не смог оттянуть свой оргазм. Он не стал вытаскивать, позволив своему члену излиться прямо в Чу Ваньнина. Вместе с ним одновременно Чу Ваньнин кончил во второй раз... Лишь спустя несколько мгновений Тасянь-Цзюнь вытащил свой член, и тогда уже вся кровать оказалась в их сперме. Тасянь-Цзюнь снова громко рассмеялся. Приблизившись к лицу Чу Ваньнина, он взял его за подбородок и спросил со сладостью в голосе: — Ну что, готов к третьему заходу?