࿔‧ ֢˚˖Шальная императрица˖˚֢ ‧࿔

На днях, РИ стало очень плохо. Да так плохо, что он упал и потерял сознание прямо во время обсуждая с одним из турецких послов передачу даров султану Осману, в честь рождения Шах-Хубан султан. Империя попросту шёл, выглядел живее всех живых, и вдруг резко побледнел, качнулся и свалился на землю без чувств, в опасной близости от мраморного угла небольшой изгороди. Из-за начавшихся в стране волнений и личных переживаний, здоровье царя было разрушено. В итоге, Романов оказался в постели. Он не верил, что медицина способна тут помочь, поэтому достаточно скептично отнёсся к новости о том, что из-за противостояния своим инстинктам, он ослабел. —... Александр Николаевич, ну как так? Разве оно того стоило?- журила будто маленького мальчика Эвальд, суетясь в покоях императора. Медикус рекомендовал полный покой, больше сна и употребление сырой печёнки. Все его распоряжения были исполнены. —Других выходов не вижу- разводя руками ответил РИ, сидя на собственной кровати. Слава Богу, Екатерина ещё не знала об инциденте- девушка сейчас была в Москве, где строила церковь в честь покойного сына. Резко пришедшая боль и звон в ушах, заставили РИ схватится на голову и болезненно заскулить. К его кровати сразу же бросилось несколько расторопных подручных местного медика, но Александр только отмахнулся. —Уйдите все, Христа ради...Дайте умереть уже спокойно...- начиная раздражаться просипел Александр, думая, что его голова вот-вот расколется на две части как орех. На Романова снизошло уныние, и, вспомни бы он сейчас о Законе Божьем, точно бы покаялся. Но окружающие то понимали, что царь попросту хочет побыть в покое, а вольный взмах императосркой руки, стал для них сигналом. Собрав бумаги, склянки и прочее, главные члены совета, медики в белых халатах и камердинер поспешили уйти. —Дарья Михайловна, прошу Вас остаться... Головная боль также резко прошла как и началась, и империя всё же убрал руки от головы, стараясь не делать резких движений. Ножка кровати скрипнула, разнеся по покоям деревянный скрежет. Империя, порой путаясь в рукавах своей рубашки, перевернулся несколько раз, пытаясь найти удобное положение. Когда же комната опустела и воцарилась тишина, разбавляемая тихим тиком напольных венских часов, Эвальд мягко подплыла к постели императора, осторожно обращаясь к тому: —Саша...Сашенька...Ты же страдаешь, Я это вижу...Ну раз Бог так рассудил, нельзя противиться его воле...- осторожно погладив воспитанника по черным волосам с сочувствием произнесла Дарья Михайловна, и в её синеватых глазах отобразилось искренне желание помочь. Но..тут Эвальд была бессильна. Её это убивало. РИ молча опустился на спину, и на его сухих губах мелькнуло подобие улыбки. Только Дарья Михайловна имела право ласково обращаться к Александру в таком ключе. У других такой привилегии не было. —Да все вы ждёте когда я подохну наконец. Что же, Я не вижу как вы все в сторону трона смотрите? - с явной чернухой произнёс РИ и перевернулся на другой бок.- Умереть то я умру, а на кого мне Россию оставить? Павел мал, Григорий - тем более. На Екатерину Алексеевну я не могу взвалить такое бремя. Всё ведь развалите, раскрадете, растащите... Опять РИ впадал в крайности... —Неужели Вы собрались умирать в столь молодом возрасте? Не гневите Бога, Александр Николаевич!- всплеснула руками Эвальд, отчего РИ вновь мрачно улыбнулся. Хотя, улыбкой ту гримасу болезненно-саркастического выражения, которое сейчас отразили царские черты, назвать было сложно. —Да кто ж знает, как Господь рассудит. Мы не можем быть уверены, что вообще завтра будем живы. А я убивать ради некому ненужной вечной молодости не намерен. Сколько свыше отмерили, столько и проживу- говоря вполне логичные для того времени вещи ответил Романов, пытаясь устроится поудобней на подушках.- Если не убьете конечно... —Саша! Империя безрадостно рассмеялся, но его смех тут же перерос в сильный кашель. Александр с болезненным мученическим стоном переворачивается на бок, а потом, еле держась на дрожащих руках, садиться на кровати. Всё тело ломило и слабость была просто невыносимая, но Романов не давал голоду полностью себя поглотить. Уж лучше умереть, чем пить кровь невинных, тем самым продлевая свою жизнь и укорачивая чужую. Такой грех на душу, Романов брать не готов. —Вы главное отдыхайте батюшка, отдыхайте родимый, набирайтесь сил- Эвальд заботливо укутывает воспитанника в байковое одеяло и приглаживает шелковистые чёрные волосы. Царь слегка улыбнулся. Дрожащие уголки губ приподнялись, когда дамский платочек прошёлся по его лицу, стирая капельки холодного пота. —Да отлежусь, отлежусь, куда ж я денусь, Дарья Михайловна...- вздохнул он, и бросил мимолётный взгляд на затянутое мраком окно.-А сейчас идите. Доброй ночи Вам Он расправляет складки своего одеяла, мрачно и с неприязнью размышляя о насущном. Ещё никогда на душе не было так противно... —Доброй ночи, Ваше Величество Александр поцеловал на сон грядущий руку своей воспитательницы, и уединился за молитвой.