Грустное счастье

— НАКОНЕЦ-ТО! — воскликнул Шаст — ЕДЕМ! Я целый год этого ждал! — он с радостью собирал вещи. Антон родился там, где его понимают и любят, но это была не очень обыкновенная семья, а религиозная, то-есть он каждую неделю был в церкви… (СВЕЧКИ НЕ СТАВИЛ!) Это не та церковь, о которой ты подумал, огромный золотой купол, расписные стены внутри — нет. Это не большое здание, почти не отличается от обычных частных домов, только крест на краю крыши. — Тошенька, возьми ещё курточку с собой! — Мааам, я же в июле еду, а не в ноябре, зачем? — Ты едешь в горы, а не на море в Евпаторию! Антон с матерью конечно спорить не будет, но и подчиняться беспрекословно тоже, поэтому взял длинный чёрный плащ. — Ещё я знаю, что едет Арсений, помнишь? — она помогает аккуратно сложить вещи. — Всмысле? Как? Он же старый! Как его пустили в детский лагерь? — Во первых, ему всего-то 19 — Я думал 21 — недовольно произнес Шаст — Во вторых, он едет наставником. — Что??! Жесть, я ему сочувствую. — уже с ухмылкой говорит Антон. — Всё, давай бегом собирайся, иначе на автобусе поедешь. — с улыбкой на лице угрожала мама. *** Хоть дорога была и долгая, но ради старых друзей — не жалко. Наконец увижу Поза. Мы подъехали, и я счастливо выскочил из машины за сумками. Быстро попрощался с родителями, и побежал в лагерь (Я же не знал, что на самом деле, с ними не прощаюсь.). Ёлочки, дорожка, пока ничего примечательного, виднеются 2 маленьких домика из тонкого ДСП… Как я понял дальше столовая, она накрыта белым полиэтиленовым пакетом что-ли? Ко мне подошла девушка и спросила за какую-то палатку (а мы естественно ничего не брали), но сказали, что выделят. И на этом спасибо, не буду спать под открытым небом, и путать комаров со звездами. — Жесть. — Тоша пообещал себе, что не будет материться во время лагеря. — За такие условия 5500? Я сплю на земле, практический. Ладно если бы асфальт, но так… Почему то было мало людей, но зато, он всех знал, и ему помогли поставить палатку, но Антона и Поза так и не встретил. — Что за чертовщина?! Вечером он увидел свою мать. Оказалось, что она директор всего слёта. Он в аху… шоке. *** Утро было сладким, в прямом и переносном смысле, мне принесли банку открытого мёда, подумав, что это палатка директора, а я смачно влез в неё рукой и размазал по лицу и волосам. — Уффф, шикарно. — высунув язык проговорил Тошка и побежал к умывальникам. До них надо было бежать около 35 метров, не слишком далеко, но не с медовой головой. — Ооо, Тошааа, привеееет! — радостно воскликнул Арсений, вытягивая руки, чтобы его обнять. Сейчас он стоял в чёрной толстовке, с эмблемой «puma» и облегающих черных рваных джинсах. Раньше такого не было, ни разу он меня не обнимал, мы и не сильно общались для такого, но блин, было когда-то что-то, я ещё жостко обиделся на него после этого…он пол дня ко мне клеился, шутил, приставал даже (по дружески конечно), потом прощались, я подошёл обнять его, и он сразу:» сначала спроси у мамы». Тут как раз она проходила, и он ей говорит:» ваш сын лезет ко мне с объятьями, ему можно?». А сейчас… как тут упустить такой момент. И я быстрым шагом шел к Сеньке на встречу, быстро вытирая медовые руки об свою одежду. — Арсик! Как я рад тебя видеть! — (Это был более сарказм, чем правда) с глупой ухмылкой прошептал я. И он нежно обнял меня всем телом, притягивая за талию. Я был счастлив, и в то же время в печали, это была моя пайта. — Воу, Тош, у тебя что, течка при виде меня началась? Ты что такой липкий? — и отвращением говорил Арсений. — Я просто в печали, потому что ты меня предал. — с самыми серьёзным лицом стоял Тошка. — Что?! Как ты узнал? — Арс похоже впервые испугался. — ГДЕ НАЙК??! КАКАЯ НАФ… ВООБЩЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПУМА??! — Ааааа, не парься, я тебе её привез. — с облегчением произнес Арс. — Окей, я если что, знаю твой номер, и где ты живёшь. — показывая жест двумя пальцами а-ля «слежу за тобой». И наконец-то смылся от туда. или туда, в общем помылся, но в очень-очень-ОЧЕНЬ холодной воде. «Зато волосы блестят.»