101 роза любви

Утро. Теплое одеяло и тёплые объятья любимого человека, и казалось бы, что может испортить счастье, будильник! Звон будильника неприятным звуком отдаёт в ушах, а голова раскалывается, от резкого звона. Феликс нащупавыет и выключает будильник. Хёнджин недовольно бурчит что-то себе под нос, проклиная всё и всех, кто прервал такой момент. Феликс привык к будильнику и спокойно открыл глаза, сел и подтянулся. — Джини, любимый, просыпайся.- сказал Феликс, наклонясь к Хвану и гладя щёчки. — доброе утро, Ликси. Они нежно поцеловали друг друга. — пошли умываться.- вытягивая с кровати. — нет, куда. Но всё-таки они умылись, после чего Хёнджин повеселел и они отправились есть. Сегодня на завтрак был предложен, шоколадный пудинг и фруктовый салат, а также чай, кофе. Позавтракав они пошли переодеваться. — Джини, у нас ещё есть время, отвези меня домой, Я переоденусь. — конечно, Ликси. Одевшись, они спустились на низ, а после пошли к машине, сели и отправились к Феликсу. Спустя пол часа они были возле дома Феликса. Они зашли в подъезд, потом в лифт и в квартиру. — как довно Я здесь не был. — хаха, Я тоже. Так я быстро переоденусь и мы поедем в пекарню. Феликс зашёл в комнату. Через пять минут он был готов. — так, ну всё можно ехать, эээ, Хёнджин, ку-ку — бля, почему ты не одевал эти кожаные шорты раньше? — а, что? — ничего, просто я сейчас только от одного твоего вида кончу. — поехали, время.- сказал Феликс указывая на часы. Хёнджин не удержался и всё-таки шлёпнул по попке Ликси. — эй, руки. — ладно, ладно, поехали. Они отправились в пекарню. По преезде, они зашли в пекарню, расположились. До открытия ещё пятнадцать минут. Хёнджин и Феликс прошли в небольшую комнатку, где стоял маленький диванчик, рядом был шкаф, там висели фартуки. — заходи, присаживайся. Сейчас я тебе дам фартук. — мг. — вот держи.- протягивая фартук. Хёнджин надел не себя фартук и Феликс тоже. Выглядят они, уж очень мило. — оу, Джини, ты выглядишь так мило и сексуально. — спасибо, ты тоже, что аж хочется, тебя на этом диване..... — Я понял, сегодня вечером. — Я не могу больше ждать. — сможешь. Пошли. Они вышли в зал, Феликс пошёл открывать пекарню, а Хёнджин остался за прилавком. Феликс вернулся за прилавок и стал готовить кексы. Хёнджин с интересом наблюдал за ним. Уверенность в движениях, чёткие и отработанные, не капли сомнения, а главное, он это делал с такой лёгкостью, что казалось, он это делает всю жизнь. В его взгляде, был тот самый огонёк, какой часто бывает при игре в азартные игры, он вкладывает в преготовление всю свою душу. Он такой красивый, волосы так нежно спадают на лоб, такие серьезные глаза, веснушки, они просто прекрасны, о них Хёнджин, никогда, не перестанет думать, вишнёвого цвета губы, так и манят к себе, если бы не покупатели, то Хван, точно бы их поцеловал. — добрый день! Чтобы вы хотели? — здравствуйте, Я бы хотела............ Хёнджин не особо слушал, что хотела та девушка, да и ему было всё равно, он просто любовался Феликсом. — спасибо, приходите ещё! — до свидания. — скажи, та девушка очень даже милая. Хван, Хван! — а, да, да ты прав. — да что с тобой сегодня такое? Ты меня вообще не слышишь, летаешь где-то в своих мыслях. — хочешь знать, что со мной такое? — да, будь добр объяснить, что… Не успел Феликс договорить, как Хван резко вцепился в такие бархатные, нежные, любимые губы. От неожиданности Феликс вздрогнул, но ответил на поцелуй. Их поцелуй был наполнен нежностью, теплом, страстью и любовью. Сколько длился их поцелуй, никто не знает, и Хёнджин, и Феликс, были безумно рады, ему. Отстранившись друг от друга, но всё ещё глядя в глаза, Хван сказал: — вот, что со мной, Я не могу перестать думать о тебе, это так странно, мне мало тебя, Я хочу, чтобы ты был везде, Я не могу надышаться тобой. Страшно представить жизнь без тебя. — Джини, Я никогда тебя не брошу. Мне тоже тебя не хватает, хочется ближе быть к тебе. Даже сейчас мы стоим близко друг к другу, но этого мало. Я люблю тебя, Джини. — и я люблю тебя, Ликси. Из-за дня в день они говорят это друг другу, им тяжело представить жизнь друг без друга и эту, такую искреннюю любовь, они хотят пронести до конца своей жизни, но даст ли, этому случиться судьба или нет, никто не знает. Время проходит стремительно быстро, уже 18:55. Хёнджин помогал Феликсу, подавал что-то, вобщем делал то, что скажет, его любимый. Тот поцелуй, их вылечил, Хван больше не летал в мыслях, а Феликс стал более мягче и нежнее. -… спасибо за покупку, ждём ещё! — Лисёнок. — ты так мило меня назвал. Что, Джини? — переезжай ко мне! Я пойму, если надо будет время подумать, Я подожду, столько, сколько надо. — эээ, Я даже не знаю, что и сказать. Феликс был в приятном шоке. Они знают друг друга, плюс минус неделю и уже ему, предлогают переехать. Это такое счастье, поэтому подумав несколько минут Феликс сказал: — Джини, Я согласен! — обнимая Хвана. — правда? — да правда. От радости они обнимали, целовали друг друга. Хёнджин был удивлён, он знал, что Феликс его любит, но чтобы сразу согласиться переехать, это конечно не могло не порадовать Хвана. — Ликси, во сколько твоя пекарня закрывается? — во столько, во сколько я захочу, а обычно в 21:00. — давай ты сегодня закроешь свою пекарню раньше. — а это с какого перепугу? — мы поедем к тебе собирать вещи. — а почему мы не можем это сделать после 21:00? — потому что, у меня на вечер ещё есть планы и да, они тебя тоже касаются. — хм, а это уже интригует.- сказал Феликс с ухмылкой на лице. — ладно, раз такое дело, то поехали, но если меня убьют покупатели, то ты, в этом виноват. — хорошо, пошли снимать эти супер фартучки.- не сдерживая смеха. — а чем тебе, они не понравились? Чего смеёшься? Они переоделись, закрыли пекарню и поехали к Феликсу. Спустя минут десять они были у Феликса. Феликс собирал вещи, а Хван ему помогал. Вместе они справились за три часа. За это время они успели и поссориться, что якобы у Феликса дохера ахереной одежды, но он её не носит, потом минут двадцать целовались, прося прощение. Эти три часа были очень эмоциональными, но с горем пополам четыре чемодана были собраны. Два раза Хёнджин поднимался чтобы забрать их, с радостью, что они справились, они поехали к Хёнджину. Уставшие они зашли в дом, люди Хвана помогли занести чемоданы на верх, завтра после работы Феликс будет все вещи раскладывать по местам, а Хёнджин будет благополучно ему с этим помогать. — и так, Ликси, Я очень рад, что теперь, ты будешь жить у меня, поэтому я предлагаю выпить, так сказать отпраздновать твой переезд.- с ухмылкой на лице. — Я не против. — хорошо тогда присаживайся.- попросил Хван, приглашая сесть на стул. Хёнджин достал два бокала, бутылку Мерло и небольшую тарелку, в виде закуски, были шпашки, с дольками лимона, кусочками сыра и маслинами. Хван включил красный свет, разлил вино по бокалам и сел напротив Феликса. — ну что, Феликс, за переезд. — за переезд. Тишина, красный свет, придающий интимности обстановке и звон от бокалов. От куда-то полилась музыка, размеренная, плавная. Хёнджин встал, тихим шагом подошёл к Феликсу и сказал: — не против ли вы, потанцевать со мной? — протягивая руку. — не против. Феликс вложил свою руку в руку Хёнджина, тот притянул к себе Феликса, положил одну руку на талию, а другой держал руку Феликса. Одну руку Феликс положил на плечо Хвана, их взгляды были направлены друг на друга, после, они слились в плавном танце, движения были нежными, правильными. — о каких планах шла речь, Хван? — об этих и шла. Взгляд Хёнджина переместился на губы, Феликс немного их покусывал. * Так хочется поцеловать* — Чего ты ждёшь? Целуй меня. Хван впился в губы Феликса, сминая и немного покусывая бархатистые губы. По телу Феликса прошла волна мурашек, то ли от приятных чувств, то ли от возбуждения, которое преследовало весь день. Нежности переросли в жаждущую страсть. Губы Феликса были покусаны, от этого, чувствовался солоноватый привкус крови, что так возбуждал. Хван подхватил Феликса и усадил на стол, разместившись между ног. Хван переместился на шею. Прикусывая нежную кожу, оставляя ранки, он их зализывал, как бы прося прощение. От Феликса были слышны тихие стоны, которые давали разрешение на продолжение. Оттянув майку, показался вид на ключицы и там Хёнджин оставил свой след. Хван стянул майку и прильнул к соскам, сминая и покусывая их. — о Господи, Хван, ммм. Феликс стал стягивать майку с Хёнджина, открывая вид на мышцы, пресс старшего. Этот вид возбуждал Феликса, тот стал водить пальчиками по прессу. Эти манипуляции волной мурашек окатили тело и осели внизу живота. Вернувшись к губам, Хёнджин стал снимать эти чёртовы кожаные шорты, в которых, ягодицы младшего, смотрелись просто нереально. Феликс приподнялся, помогая Хвану стянуть с себя ненужные вещи. И вот, Феликс остался полностью голый, холод прошёлся по спине, отчего тело Феликса покрылось мурашками. — малыш, как ты красив, ты так возбуждаешь. Хёнджин положил Феликса на стол, а сам отошёл. — Я сейчас. Тепло которое исходило от Хёнджина исчезло, от этого появилось неприятное чувство пустоты. Прошла минута, а для Феликса это показалось целой бесконечностью, вновь вернулось тепло Хёнджина. Хван поставил ноги Феликса на стол, раздвигая их. Послышался щелчок, Хёнджин выдавил смазку на пальцы, немного согревая. Прикоснувшись к колечку мышц, он резко ввел один палец. Из Феликса вырвался громкий стон. Спустя некоторое время он ввел ещё один палец. Плавно двигал ими растягивая стеночки и подготавливая их, после чего он достал пальцы, на что услышал недовольный всхлип. — ааа, Джини, войди в меня. На что Феликс услышал звук растёгивающейся молнии, а после открывание презерватива. Надев презерватив и обильно размазав смазку, он нежно, очень медленно вошёл, до конца, давая привыкнуть. Медленно старший стал входить и выходить. После он стал набирать темп, Хван взял руки Феликса в свои и поднял их над головой младшего. Хёнджин двигался быстро, на всю длину. Громкие стоны заполнили кухню, Хван вбивался в податливое тело, покрывая поцелуями шею, ключицы, грудь, лицо. Разносились шлепки от горячих тел, неприятным звуком стол стал скрипеть, но им было далеко наплевать. Хван закинул ноги Феликса к себе на плечи, угол проникновения поменялся, сейчас Хёнджин ровно попадал по заветному комочку нервов. Стоны Феликса стали ещё громче, он чувствовал приближающийся оргазм, пару толчков и звезды показались перед глазами, пальцы на ногах поджались, Феликс излился на живот, пачкая стол. Хёнджин ещё несколько раз толкнулся в любимого и с громким стоном излился в презерватив. Хван вышел из Феликса, стянул презерватив, завязал его и выкинул. Далее он взял влажные салфетки и аккуратно протёр живот Феликса и стол. Феликс настолько был обессилен, что даже встать не мог. — ты как, любимый? — мне кажется ты сам всё видишь, это было ахуено. Хёнджин подхватил Феликса, как невесту и понёс в спальню, они оба устали поэтому сразу легли спать. Феликс положил голову на плечо Хвана, а ногу закинул на бёдра, Хёнджин положил руку на ногу и медленно поглаживал ягодицы, талию, спинку. — спокойной ночи, ангел. Я тебя люблю. Феликс почти спал, но всё равно услышал и что-то невнятное промурлыкал: — ага и я тебя тоже. Хёнджин посмотрел на это милое создание и поцеловал в лобик.