Раздумья и усталость

      Эфир сидит на камне, уперев локти в колени, и задумчиво смотрит на цветок перед собой. Эфир устал. Покорение очередной части пустыни даётся… тяжко. Потому что здесь всё очень-очень тесно связано с Каэнри’ах.       А значит невольно вспоминается и Люмин.       Эфир пялится на цветок – нужно немного времени отдохнуть. Перевести дух, дать расслабиться напряжённым мышцам. А ещё хоть немного не слышать бесконечный скрежет автоматонов, от которого уже болит голова.       Цветы скорби. Интересно, что их назвали так, пусть и понятно, почему: в этой части пустыни была кровавая бойня. Чем-то по своей сути эти цветы похожи на кровоцветы из Иназумы, только у этих венчики опущены вниз: цветы действительно скорбят по ушедшим. Плачут по ним.       Раздаются шаги по металлической лестнице. Неспешные. Спокойные. Чжунли сказал, что добудет оставшиеся две части для генератора. Дал отдохнуть.       И Эфир очень благодарен ему за это.       – Я всё нашёл, – негромко говорит Чжунли, кладёт ладонь на плечо, чуть сжимая, и садится рядом. – Как ты?       – Получше, – глухо отвечает Эфир, не отворачиваясь от цветка.       В такие моменты хочется оказаться в лесу в проливной дождь, лечь на траву и позволить воде смыть все переживания. Все размышления. Тяжёлые предчувствия.       – Ты замечал, что эти цветы растут только здесь? – спрашивает Эфир, едва-едва хмурясь, и Чжунли переводит взгляд на цветок. – Их нет в Разломе. Нет в логове Ужаса Бури. Нет на острове Сэйрай. Их нет в Ванаране прошлого. Зато их очень-очень много здесь, над Каэнри’ах.       Конечно же, Эфир говорит не про особенности пустынного климата. Очевидно, причина в них. Но ведь даже те же кровоцветы – не родственники цветам скорби. А в других регионах и вовсе нет ничего похожего.       – Возможно, в этом действительно есть смысл, – вздыхает Чжунли. – Возможно, здесь оплакивается куда больше, чем принято считать.       Чжунли снова недоговаривает. Он знает больше, чем может рассказать. Эфир видит это по глазам. Слышит в тяжёлом молчании. Чувствует в едва заметном напряжении. Но Эфир не винит. Контракты Чжунли ценит больше всего на свете, и Эфир точно не тот, ради кого стоит поступаться своими принципами.       Но Эфиру важно даже то, что Чжунли просто слушает и поддерживает.       – Возможно, – через некоторое время кивает Эфир и поднимается. Чжунли встаёт следом.       Эфир срывает цветок и прячет в подпространстве – пригодится. Впереди ещё много исследований.       Задерживаться надолго нельзя.