Каждый от чего-то зависим

Последние вещи отправляются в чемодан, а Натали все смотрит на лист бумаги на её тумбе, с которого начнётся либо череда проблем, либо её новая счастливая жизнь. Всегда планирующая все девушка сейчас импульсивно собирается покинуть страну и оборвать все связи с тем, к кому безответно испытывает самые сильные чувства. Несмотря на всю свою любовь, она нашла силы уйти от Габриэля, пусть и не сказав ему этого в лицо, а лишь оставив от себя пустые полки в комнате и заявление по собственному желанию, но она никогда не смогла бы оставить мальчика одного. Адриана она любила как собственного ребёнка, бросать его с отцом, что участвует в его жизни в лучшем случае раз в месяц, она, конечно, не хотела, но иначе не получалось. "Мой дорогой мальчик, прости меня за то, что я не нашла сил попрощаться с тобой достойно, а смогла лишь оставить это письмо, что тоже мне нелегко далось. Я переезжаю навсегда в другую страну, поэтому в ближайшее время мы с тобой точно не встретимся. Я не могу тебе рассказать абсолютно всех подробностей, но знай, что я очень люблю тебя. За все эти годы я очень привязалась к тебе, ты мне очень дорог. Я знаю, что неправильно оставлять тебя наедине с отцом, ведь вы почти не общаетесь, но ты всегда можешь поговорить со мной, я буду рядом. +*********** Единственная просьба: Габриэль не должен знать ни об этом письме, ни о номере, что я тебе даю, я не желаю иметь с ним никакой связи, мне так будет проще. Не бойся отстаивать свое мнение перед ним, ты должен ему показать, что твои принципы превыше всего, но и не забывай про занятия. Спасибо тебе за все, Адриан, я буду по тебе скучать. Навечно твоя, Натали" Адриан сидел в слезах, держа в руках лист бумаги, который прямо заявлял, что он теперь один. Да, Натали все ещё могла быть с ним на связи, но он больше не сможет обнять её, принести ей завтрак в комнату, она не будет сидеть рядом с ним, когда он болеет. У него остался лишь отец, который не факт, что вообще помнит о существовании сына. Адриан решил проверить его, ведь Натали никогда не была для Габриэля пустым местом, он, должно быть, сейчас места себе не находит. И он не ошибся. Мальчик тихо подошёл к дверям кабинета, аккуратно заглянув, он увидел своего отца, который, как ему показалось, впервые начал что-то чувствовать после ухода Эмили. Он будто увидел своими глазами, как ломается на части и тут же испаряется его маска непоколебимости, твёрдости и безразличия. Он выглядел так, будто для него сейчас рухнул весь его мир, оставляя за собой лишь маленькие крупицы воспоминаний. Он сидел на диване и, склонив голову, смотрел на несчастный лист бумаги, пока из его глаз текли слезы боли, отчаяния и тоски. Он во всем виноват. "–Адриан должен жить свободной жизнью, почему ты решаешь за него каждый его шаг?! –Я его отец, Натали, я лучше знаю, что ему нужно! – они переходили на крик, пытаясь доказать друг другу свое мнение, но никто из них не хотел отступать. –Так почему тебе ровным счётом все равно на него, раз ты его отец? Ты вспоминаешь о наличии сына только тогда, когда хочешь сделать из него очередную рекламу, но не тогда, когда ему нужна помощь, поддержка! –Я сам разберусь, как я буду воспитывать своего сына! –Это не воспитание, Габриэль, а маразм! Ты хоть раз говорил с ним о том, как прошла его прогулка с друзьями? А о том, что за девушка ему нравится? Он спрашивал у тебя, какой подарок лучше ей сделать на день рождения? Нет! Потому что тебя не волнует ничего, кроме себя и своей работы, ты говоришь с ним только о школе, его успехах и неудачах в фехтовании, китайском и игре на фортепиано. Ты сам не появляешь интереса к нему, оставляешь его одного, так ещё и не пускаешь к друзьям, хотя он не сделал ничего, чтобы запереть его дома! –Его друзья плохо на него влияют! Он не добьётся высот, если будет с ними общаться! – Адриану, телохранителю и обслуживающему персоналу несказанно повезло, что они находились далеко за пределами особняка, ведь казалось, что он таких криков скоро начнут биться стекла. –А ты хоть спрашивал у него, хочет ли он достигать этих высот? Он подросток! Ему хочется прогулок с друзьями и больше свободного времени, а не тотального контроля, что ты ему устроил. Если ты имеешь над ним власть из-за амока, то не значит, что этим стоит злоупотреблять. Поставь себя на его место. – резко перейдя на спокойный тон, Натали последний раз попыталась его вразумить, после чего просто вышла из кабинета, оставив его одного" Да, прошло уже несколько дней с той их ссоры, Габриэль даже всерьёз задумался над словами Натали. Он отпустил Адриана к друзьям, пришёл к нему вечером, чтобы поговорить о прогулке, хоть и разговор выдался очень неловким. Но с тех пор между Габриэлем и Натали не было ни одного разговора длиннее 10 секунд, и даже те касались сугубо работы и состояли из одной или двух фраз. После разговоров с Адрианом, видя его искреннюю улыбку, когда отец отпускает его к друзьям, Габриэль понял важность слов Натали, поэтому принял решение извиниться перед ней. Она ведь так много делает для него, её помощь для него бесценна. Заведя будильник на час раньше, чем обычно, он лёг в кровать с мыслями о том, что завтра утром привезёт её любимые пончики ей на завтрак, заварит кофе, а потом пойдёт с этим набором к ней в комнату, чтобы разбудить и поговорить. Казалось бы, такой романтичный момент, ничего не может его испортить, кроме пустых полок в комнате. Он чуть не выронил поднос из трясущихся рук, поставил его на тумбу, а сам, будто не веря своим глазам, подошёл ближе к её шкафам, надеясь, что все вещи и она сама сейчас вернутся в комнату будто по волшебству, но этого не произошло. Габриэля бросало то в жар, то в холод, пока он пытался переосмыслить все, понять, где она может быть. Так и оставив поднос на тумбе, мужчина спустился в кабинет, увидев на столе лист бумаги, где чёрным по белому идеально ровным почерком выведено: "Прошу уволить меня с занимаемой должности по собственному желанию с 25.05.2023 24.05.2023 (подпись)" Ноги перестают держать, он садится на диван, а предательские слезы вот-вот выступят из его глаз. Как она могла уехать? Они столько всего пережили вместе, несмотря на все они оставались рядом. А теперь, особняк стал будто чужим, ведь каждая комната хранит кучу воспоминаний, когда они вдвоём забывали про все обиды. Вот, в кабинете они совсем недавно придумывали новую коллекцию к показу всю ночь, после чего Натали уснула на диване, а Габриэль нежно и аккуратно переносил её в комнату, стараясь не разбудить. В его комнате она была рядом с ним, когда он болел. Она носила ему горячий чай, следила за тем, чтобы он вовремя принимал лекарства, разговаривала с ним обо всем, пока он держал её за руку, умоляя посидеть с ним ещё хотя бы чуть-чуть. А на кухне они редко, но завтракали всей семьёй, обсуждая планы на день, предстоящий показ и жизнь Адриана. После чего каждый разбегался по своим делам, сохраняя в сердце очередное тёплое воспоминание. О ней напоминало абсолютно все в этом доме, нахождение в нем без этой девушки становилось противным. Спустя мгновение в его руках уже был телефон, что раз за разом твердил:"Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позже". Каждый новый раз отдавался невыносимой болью в груди, но увидев планшет, что она оставила рядом с заявлением, в сердце загорелся маленький огонёк надежды на то, что он ещё может найти Натали, узнать ее местонахождение. Габриэль перекопал абсолютно все, но ни одной зацепки. Естественно, Натали стёрла все, что хоть немного могло её выдать, она далеко не была глупой. Адриан в это время уже звонил на тот номер, что оставила Натали в письме. –Натали? –О, Адриан, мальчик мой, прости меня... –Я так рад тебя слышать, почему ты уехала? – слезы уже поступали к глазам, её такой родной голос теперь был так далеко, Адриан отдал бы все, лишь бы ежедневно слышать его вновь в особняке. –Я тоже, милый, я тоже рада тебя слышать. Что ж, у меня не остаётся ничего, кроме того, чтобы рассказать тебе правду, я полагаю? –Да, пожалуйста... –Ты ведь знаешь, что мы с твоим отцом давно знакомы и работаем вместе. Так вот, моё отношение к нему не только деловое и дружеское. Я давно испытываю чувства к твоему отцу, что с недавнего времени просто сводят меня с ума. Мы стали все чаще ссориться, поэтому я приняла решение уехать. Несмотря на всю любовь, я думаю, что мне будет намного легче вдалеке от него, хотя... – горячие слезы стали предательски стекать по лицу, прямо заявляя, как тяжело ей находиться на таком расстоянии от него. – Как там Габриэль? –Я его никогда таким не видел. Я заглядывал к нему в кабинет, он плакал, я за последнее время впервые увидел, как он что-то чувствует. Ты ему очень нужна... Ты уверена, что с твоими чувствами тебе будет лучше подальше от него? Почему ты не призналась отцу? Мне давно казалось, что между вами более, чем дружеские отношения. –Мы никогда не переходили за рамки друзей, но я правда устала. Больше всего Габриэль не хотел быть один в этот момент, поэтому через считанные секунды он уже стучался в дверь Адриана, а ещё через пару мгновений уже заключал сына в объятия. Адриан не ожидал, что отец, будучи в таком состоянии, сам придёт к нему и обнимет. Адриан ответил ему взаимностью, кладя голову на плечо отца, пока из глаз текут ручейки слез. –Адриан, она тебе что-то оставила? Поговорила с тобой? –Нет... – он не предал бы Натали. Если она сказала, что не хочет общаться с отцом, то это её решение, к тому же Натали все ещё слышала все по телефону, который Адриан отбросил от себя сразу же, как вошёл Габриэль, но не сбросил звонок. –Я не знаю, что делать без неё... Она всегда была рядом, помогала во всем, здесь каждый сантиметр дома напичкан воспоминаниями о ней. Это я во всем виноват... –Почему? –Мы поссорились на днях и с того момента не разговаривали. Хотя она была права... Я хотел извиниться этим утром, но её уже не было. Если бы я пришёл раньше, то мог бы её остановить... –Пап, ты её любишь? –Что?! Я... Я не знаю, я никогда не думал об этом. Она очень близка мне и дорога, – и тут Габриэль резко понял, что последние 3 недели никаких акум и атак от него не было, ведь Габриэль каждый раз выбирал провести время с Натали, пока она плохо себя чувствует. –Я даже не представляю, как она будет там одна, она ведь больна, я не смогу спокойно спать, зная, что где-то вдалеке от Парижа она возможно мучается от приступов. Моя девочка...– он лишь крепче прижал к себе Адриана, совсем не зная, что Натали слышала каждое его слово. Она плакала, держа в руках телефон, она так хотела сейчас обнять Габриэля, она по одному его голосу чувствовала, как он разбит, но она должна была справиться с этим, она знала, что будет больно. Несколько минут спустя Габриэль оставил Адриана, пообещав ему, что найдёт Натали и попытается все исправить. Адриан в свою очередь взял телефон и продолжил разговор с Натали. –Вы ведь вдвоём страдаете, почему нельзя просто поговорить?! Вы делаете друг другу только хуже! Натали, прошу тебя, хотя бы ради меня поговори с ним, пожалуйста. –Ладно, Адриан, только если ради тебя. –Пообещай, что поговоришь! –Обещаю...