Операция "Любить"

Хан проснулся от будильника, который треском врезался в его сонную голову и просигнализировал, что пора просыпаться. Утро. Глупое и раннее. Даже если Хан и знал, что день будет хорошим, подъёмы раньше девяти точно не его конёк. Он сбросил ещё порядка пяти назойливых мелодий, настойчиво трезвонивших с интервалом в пять минут, посмотрел на время и с досадой понял, что дальше откладывать уже некуда. Лениво сполз с кровати и проследовал в ванную, где проделал все свои утренние ритуалы. На кухне неторопливо пожевал сэндвич с кофе, листая мессенджер и новости, после чего покинул квартиру. Хан Джисон - среднего роста брюнет, с каштаново-чёрными волосами, янтарно-карими глазами, худощавого, но достаточно подтянутого телосложения. С родителями история сложная: мать покинула семью, когда Джисон был ещё совсем крохой, так что опекунство на себя взяли отец и бабушка. Отец, со временем не выдержав бремени долгов и одиночества, проиграл всё в азартных играх, а затем наложил на себя руки. До девятнадцати лет Хан прожил с бабулей, но и она покинула его в силу возраста. Хану осталась небольшая квартира в самом типичном спальном районе Кореи, но в целом и по жизни крутиться приходилось самостоятельно. С самой школы Хану не были чужды постоянные подработки. Своими силами он поступил в местный университет искусств на факультет продюсирования, ни разу не пожалев о своём решении, ведь с самого детства отдушиной Хана была музыка. Он не тосковал сильно по семье, так как жизнь вынудила смириться с её практически перманентным отсутствием: Хан был достаточно общительным, хоть и до ужаса стеснительным. За время обучения университет наградил Джисона скопом приятелей, некоторых из которых он даже выделял в категорию друзей, но жизненные обстоятельства буквально вынудили его быть немного отстраненным и вообще держаться по жизни обособленно. Как раз сейчас Джисон уверенным и быстрым шагом летел на остановку, умоляя вселенную, чтобы его автобус не уехал прямо из под носа, как это бывает практически всегда. Прибежав на остановку, он уже с лёгкой отдышкой мониторил приложение с картами с возможностью отслеживания движение автобусов, молясь всем богам, чтобы его транспорт вот-вот оказался рядом. И — о чудо! Сегодня он и правда успел, так что очень гордился собой. Будни в университете проходили для Хана с лёгкостью, так как он правда любил своё дело. А ещё он частенько заглядывал в танцевальный класс. Периодически даже подучивал хореографии, получая подтрунивания, мол, Хан просто создан быть айдолом: такой милашка, а ещё и талантливый. Хан обычно от этих комплиментов отмахивался. Он просто не мог родить на них стоящую реакцию. Учёба заканчивалось примерно в три-четыре часа дня, иногда Хан мог позволить себе немного задержаться, если они работали над каким-то сложным проектом, затем с семи до одиннадцати вечера Хана ждала подработка официантом. Конечно, ему бы хотелось устроиться куда-то по специальности, но, к сожалению, университет предоставлял полноценные стажировки только с третьего курса, а Хан был на втором. И любая продюсерская работа, которая находилась в интернете, требовала полного рабочего дня. Но Хана и так всё устраивало. На досуге, если оставались силы, он набрасывал музыку дома, пару песен ему даже удалось продать малоизвестным коллективам. И Хана брала несказанная гордость, когда из какого-нибудь ушлого радио, без перерывов играющего из соседского окна, звучала одна из его аранжировок. Когда день подошел к концу, Джисон, еле волоча ноги, шёл домой. От кафе до его квартиры примерно двадцать минут пешком, и, конечно же, Хан выбирал пешие прогулки, а не лишние траты на транспорт, так как денег у него было не шибко густо. Добравшись до подъезда, начались совершенно машинальные действия: открыть подъезд, подняться на шестой этаж, ключи, дверь, ветровку на крючок, помыть руки, далее должен последовать кофе и какое-то подобие ужина. Квартирка небольшая, примерно тридцать пять квадратов. Кухня и так называемая гостиная — соединены; отдельно санузел и комната, которую Хан сделал спальней. Всё убранство квартиры было среднего класса. Очевидно бросалось в глаза то, что мебель ставили больше десяти лет назад, но она в не самом убитом состоянии. Хан не большой фанат уборки, раз в неделю он силой воли убеждал себя что нужно что-то сделать, но крайне любил оставлять вещи где попало. Как раз сейчас Джисон шёл в зону кухни, чтобы поставить чайник, но веки вместе с бровями поползли вверх, удивление смешалось с небольшим страхом, а возможно и возмущением: на его диване лежало мирно спавшее тело, но что ещё больше удивляло —это было тело с реальными кошачьими ушами, большими, как у мейн-кунов, пушистыми ушами! Сначала Хан подумал, что ему померещилось. Он зажмурил глаза, открыл, присмотрелся, но странный объект никуда не исчез. В голове начался активный умственный процесс. Вор-косплеер? Вор-фетишист? Пьяный вор-косплеер-фетешист, который увидел, что в квартире ничего нет и уснул? Бред. Вырвавшись из своих странных раздумий, Хан вздрогнул. Туловище зашевелилось, видимо последовала реакция на то, что в кухне зажёгся свет. И ухо! Это чёртово кошачье ухо дернулось! Этот вор-косплеер-фетешист ещё и механик, который сделал себе такие правдоподобные робо-уши? «Соберись Хан Джисон, надо что-то делать» — подумал он и осторожно двинулся к спящему телу. Оно казалось и так вот-вот проснётся. Хан до чёртиков боялся это нечто в своей квартире. Ещё больше его удивляло — как оно вообще тут оказалось? Окна были закрыты, дверь тоже, а ещё это шестой этаж, и с улицы не так легко попасть. Если это вор, то почему он просто уснул? А ещё по мере приближения Хан отмечал, что эти уши кажутся ему всё более и более настоящими. Джисон присел на корточки возле дивана, его и незнакомца отделяло менее полуметра, поэтому смог разглядеть лицо. Первое, что подумал Джисон, что человек перед ним очень красив: прямой нос, длинные ресницы, выточенные, но в то же время мягкие черты лица, казалось к нему домой забрела какая-то модель. Действительно ли стоит переживать и расстраиваться, когда у тебя на диване такая красота. Из этих мыслей его вырвало осознание того, что объект напротив, кажется, проснулся. На Джисона посмотрели два серых глаза, два очень ярких, глубоких и прекрасных серых глаза, на секунду Джисон ещё больше утонул и потерялся. Осознание происходящего быстро настигло его, но он не смог вымолвить ни слова. Тело застыло и Хан не понимал, что должен сделать — начать буянить и ругаться или мирно уладить ситуацию? Радует лишь то, что существо напротив вроде пока не выглядит агрессивно, а может оно просто ещё не проснулось. Кото-человек, не меняя положения своего тела, пристально смотрел на Джисона, затем выражение его лица сменилось на какое-то подобие смятения, словно этого нарушителя не меньше Джисона интересовало, что вообще здесь происходит. Он лениво принял сидячее положение не отрывая глаз от Хана. — Т… ты кто такой? — с комом в горле выдавил Хан. — Меня зовут Ли Минхо и меня очень интересует: кто ты такой и где я нахожусь? — совершенно спокойно проговорил он. Хан сглотнул.