«Обиды будут недолгими»

В комнате было светло, свежо и морозно – Дима открыл окно. Приятно стало от запаха кофе, который Дима заботливо поставил на тумбочку у кровати. От него самого тоже вкусно пахло чем-то свежим. - Он уже и в душ сходить успел, надо же, какой продуктивный, - Андрей съязвил, но в голосе было слышно улыбку и одобрение. - Оказывается, солнышко, у тебя в холодильнике абсолютно пусто, - прошептал Дима прямо на ухо. В сочетании с утренним стояком это был удар ниже пояса. – Я заказал доставку, но ждать еще так долго, вот думаю, чем бы себя развлечь? - Можешь вызвать себе такси. Не понимаю, с чего ты взял, что будить в такую рань человека, над которым весь вечер издевался, это отличная мысль, - Пиро отвернулся к стенке и накрыл глаза согнутой в локте рукой. - Издевался? Какой ты нежный, оказывается, а вчера мне так не показалось, ты был такой инициативный и возбужденный, - Диму настиг порыв обнять со спины беззащитного парня, то ли чтобы спасти его от смущения, то ли чтобы засмущать еще больше. Оказалось, что Андрей с утра горячий, слегка влажный от пота, разомлевший и податливый, было преступлением не зацеловать его шею. Запах от него свежий, какой-то мятный, травяной с примесью алкоголя – пьянит. - Еще скажи, что я был бойкий и ласковый, и точно отхватишь, - на словах такой грозный, телом Андрюша прижался и сделал объятие еще более тесным, откинул голову, чтобы шею стало доступнее целовать. Он тихо простонал в ответ на легкий укус. Дима, никуда не торопясь, покрыл шею, плечи, лопатки Андрея поцелуями и укусами, руками сминая мягкие ягодицы – все-таки хорошо, что с годами худенький мальчик набрал хоть немного массы. Все равно он казался изящным, лежа на животе выгнув спину и оттопырив зад в боксерах. - Как будто просишь, чтобы я тебя отшлепал, - Нюберг несильно ударил по ягодице, почувствовал приятную упругость и тепло. Еще более приятным был резкий вдох с тихим «Ах», и захотелось продолжать, не спрашивая, только чтобы у Андрея не было никакой возможности отказаться. «Дима, держи себя в руках», - он мысленно досчитал до пяти и сделал два глубоких вдоха-выдоха. - Какие мысли у вас дикие, Дмитрий? Я бы не опустился до того, чтобы просить об этом. - Какое интересное заявление, мой милый. Ну давай попробуем, только ты должен запомнить, - Дима наклонился к уху и выделил басом. – Котик, если тебе станет больно, страшно или ты просто захочешь, чтобы я остановился, ты обязательно должен об этом сказать. Понял? – последнее слово Дима прошептал особенно ярко и даже прикусил мочку. - Хорошо, Дим, - вяло простонал в ответ, выгибаясь больше. Серые трусы Дима стянул, открывая себе поле для действий. - Я начинаю, солнышко, считай вслух до десяти. Если перестанешь считать – я остановлюсь и накажу тебя. – Нюберг одной рукой растирал бледные половинки задницы, другой крепко держал шею парня. Раздался первый громкий шлепок, за ним последовало еще девять. Каждый Андрей послушно отсчитал, произнося цифру только после стона и паузы. - Десять, да сука, ах. Да это фигня, давай еще. - Котик мой, куда тебе еще, твоя нежная попочка не привыкла к таким нагрузкам. Я продолжу только если ты попросишь, - Дима хитро улыбнулся. - Этот твой голос, просто пиздец. - Нравится, когда я говорю тебе на ухо пошлости таким вот полушепотом? – Дима перешел на пробирающий до мурашек субтон. – Если бы ты был готов, я бы оттрахал тебя в нескольких позах, чтобы тебе было стыдно вспомнить потом. Но пока обойдемся без проникновения в твою попку. Ответа не было, но за Андрея все сказал шумный звук сглатывания слюны – равнодушным он не остался. Получается, можно продолжать. - Как думаешь, ты был хорошим мальчиком весь этот год? – сидя сбоку от партнера, Нюберг поглаживал его спину: слегка размял мышцы шеи, плечи, легонько прошелся двумя пальцами по краям позвоночника, слушая мурлыканье Андрея в ответ. Спустился до поясницы и погладил раскрасневшуюся ягодицу. – Думаю, тебя надо наказать, но жалею тебя. Андрей разочарованно простонал: - Эй, дела нужно доводить до конца! Раз уж взялся, так исполняй наказание целиком. - Андрюш, разве так надо просить? Попробуй по-другому, и может быть, я соглашусь. - Да чтоб тебя, Нюберг, ты же это сам предложил! Ладно. Ладно, - Андрей прокашлялся и тихо проговорил, скрывая лицо в подушку, - Дим, пожалуйста, отшлепай меня еще раз. Захотелось поддразнить Андрея, заставляя его повторять просьбу громче и громче раз за разом, но терпению есть предел. Дима отвесил еще десять гулких ударов, наслаждаясь каждым андреевским выдохом. Приятно было слышать, как тяжелее раз за разом ему давался счет. На десятом шлепке Андрей совсем размазался и потерялся, не назвав число. - Оо, котик мой, я ведь предупредил тебя о наказании, если не будешь считать. - Просто хотелось удлинить прелюдию, а то знаю я вас, скорострелов, - Пиро уставился в потолок, застыв от неожиданного кайфа. Его посадили на кровать, раздвинули ноги коленом и замучили поцелуями в шею, щекочущим дыханием, горячими влажными засосами. Он сложил руки в замок над головой – это намек или неосознаваемое желание? – Блять, да,… Дим. Вчера вечером Дима узнал про Андрея кое-то новое: он любит, когда играют с сосками. Теперь уж он точно главный эксперт по Пирокеку, и не только в интернете. При свете можно рассмотреть бледное тело: Андрей покрыт родинками, одна, совсем маленькая, даже есть на соске – ну разве это не прямой призыв укусить? По взгляду сразу стало ясно - он точно хочет продолжить. По довольному хмыку тоже. - Нравятся игры с сосками? – непонятно, считать ли довольное хмыканье ответом, но Дима решил, что одобрение засчитано. Андрей откинул голову набок, пытаясь зарыться лицом в подушку. – Нет, Андрюш, ты сейчас будешь смотреть на меня. Он схватил Пиро за подбородок и развернул к себе лицом, крепко держа. На раскрасневшемся лице – сдавленная улыбка, Андрей зажмурился. Короткий поцелуй в шею – только чтобы вызвать удивленный вздох, увидеть как собирается в уголках глаз капельками слез похоть. - Я хочу посмотреть, как ты пытаешься скрыть свою реакцию. Как сдерживаешь стоны, прикрываешь рот рукой. Если хочешь, скажи «Да, папочка», - ожидаемо в ответ Пиро раздраженно цокнул, ничего, всему свое время. Дима спустился к расслабленным розовым соскам, нежно ущипнул их одновременно, по очереди взял их в рот, смотря в глаза Андрея. – Как дела, Андрюш? - Все хорошо, Дим, продолжай, пожалуйста, - Пиро откинул голову на подушку, смотря перед собой полуприкрытыми глазами, он положил руку Диме на голову, вплетая пальцы в красные пряди челки. - Не понял, попробуй-ка попросить еще. - Хорошо, - Пиро шумно сглотнул, закрыл глаза, чтобы собраться с мыслями, - Дим, пожалуйста, продолжай играть с моими сосками и что ты там еще собирался делать тоже продолжай, я хочу еще, хочу кончить. - Оо, малыш, до этого тебе еще далеко. – Дима укусил сосок и провел рукой по ширинке. – Но если ты будешь и дальше хорошим мальчиком, будешь просить меня продолжить, будешь так же мило стонать, может, я разрешу тебе кончить. Хотя представь, как ты хорошо будешь смотреться со стояком весь день… - Ты со мной весь день торчать намереваешься? – фирменная хитрая ухмылочка. - Удивительно, как у тебя получается ерничать в таком состоянии. Я восхищен, но есть один момент. Не ты ли только что плакал и просил меня продолжить? Думаешь, то, что ты дерзишь мне, тебе как-то поможет? – Нюберг заговорил таким строгим тоном, будто отчитывал за какой-то из «говно экспериментов». - Я могу перестать, если хочешь? - Не-ет, пожалуйста, не надо, продолжай, - Андрей притих и лег спокойно, уставившись куда-то в шею Димы, возможно, разглядывал тату. Возобновилась аккуратная нежная пытка - щипки, укусы, быстрые движения языком и влажные звуки. Только сосками Дима не ограничился, он сжимал и тискал грудь Андрея, иногда легонько щелкал пальцами по соскам. Пиро хныкал и терся о ногу Нюберга, смотрел широко раскрытыми глазами умоляюще, даже как-то неожиданно невинно. - Можешь подрочить, Андрюш, я разрешаю, - задерживаясь по очереди то на одном, то на другом соске, Дима гладил холодные бедра, периодически шлепал их, сильными поглаживаниями проходился по бокам живота. Разрешение помочь самому себе Андрей проигнорировал, продолжая только трение, видимо, опьяненный горячим дурманом. Дима ласково провел от пупка до паха дорожку поцелуев по темным волоскам, слушая аккомпанемент из ахов и шумного глубокого дыхания, стянул мешающие трусы. От первого же прикосновения языком к члену Пиро сорвался со вздохов на долгий стон, нежный голос вырывался из гортани, разливая в воздухе возбуждение.Дима изредка бессловесно спрашивал «Мм?», как бы уточняя, все ли нравится его мальчику, и получал в ответ довольные стоны. Андрей помогал ему, проводя рукой по стволу члена. - Котик, я хочу видеть твое лицо, когда ты кончишь, хорошо? Ты не против, если я помогу тебе и себе заодно? – Дима стянул трусы и с себя, соединяя их вместе, провел ладонью по ним двоим сразу. Он довольно наблюдал за лицом Андрея, который закрыл глаза от удовольствия и откинул голову на подушку, подставляя шею для поцелуев, чем Нюберг тут же воспользовался. Он поцеловал Пиро в губы, чувствуя, как тот скулит ему в рот от каждого движения. На их последних толчках Андрей задрожал, задвигал бедрами навстречу рукам, на глазах выступили слезы оргазма. Дима прорычал в поцелуй, кусая распухшие губы. Тут послышался звонок. - Я ничего открывать не буду после таких пыток! - Лежи, ладно уж, - усмехнулся Нюберг, улыбаясь Андрею и потрепав платиновые волосы. Вернулся он уже с пакетом готовой еды и фиолетовой дудкой. - Надеюсь, ты любишь «Рика и Морти?», - затянувшись и медленно выдыхая дым, уточнил Нюберг. - Если уж смотреть мультики, то я бы выбрал «Магазинчик самоубийств». – Андрей устало и жалобно взглянул, прижимая ладонь ко лбу, - Дим, я чувствую себя просто шлюхой, если честно. Я так себя во время секса не вел никогда. - Знаю, котик, иди обниму, - Нюберг растроганно полез утешать, гладить по голове, целовать мокрые глаза Андрюши. На экране появился музыкальный автомат с пластинками в стиле ретро, пошли титры под музыку, Пиро лежал уткнувшись в чужую шею, пока Дима наглаживал спину и красные от шлепков ягодицы. Кажется, питерская зима не так плоха.