Цена королевской крови

Куро спрыгнул с лошади, снял с нее связанную девушку и легко толкнул ее в руки спешившемуся брату. Потеряв равновесие, она врезалась спиной в грудь Белому, и парень подхватил ее, обняв за талию. — Не бойся, — Белый улыбнулся ей, хотя ее глаза были завязаны, и она не могла этого видеть, — тебе понравится. Мы тебя не обидим. Из-под повязки, закрывающей глаза, покатились слезы. Кароми не так представляла себе поездку к отцу. Они не виделись целую вечность; карета, немного подпрыгивая на ухабах, катилась в сторону королевского дворца, охранники ее конвоя перешучивались, и их смех был слышен даже сквозь стук колес и копыт. Но перегородившие дорогу разбойники перечеркнули планы принцессы и ее сопровождающих. Свист стрел, крики, лязг скрестившихся клинков, звуки падающих тел – и Кароми осталась одна, без защиты и поддержки. Один из преступников, что был пониже и плотнее, выволок ее из кареты и, заломив руки назад, связал их за спиной, а затем завязал и глаза. На краю сознания принцессы мелькнула мысль, что убивать ее, видимо, не собираются, иначе не заботились бы о том, чтобы она не видела лиц. Значит, ради выкупа. Во время поездки по лесу она пыталась понять, куда они едут, считать про себя повороты, но вскоре запуталась и сдалась, предавшись тревожным мыслям. Она старалась быть сдержанной, но уже находясь в логове разбойников, поняла, что, если они сами ее отсюда не выведут, ее никогда не найдут. И почувствовав, как по телу начали блуждать две пары мужских рук, взмолилась: — Не надо! Мой отец вам заплатит, если вы вернете ему меня невредимой! Я никому не скажу, что это вы меня похитили, я скажу ему, что вы меня спасли! Куро на секунду остановился. Кароми почувствовала, что он наклонился к ее лицу совсем близко: — Он заплатит в любом случае, лишь бы ты осталась живой. Достаточно и того, что мы планируем оставить тебе все пальцы. Хотя поступи мы иначе, какой от тебя был бы прок? Насмехаясь, он сжал ее кисть, будто собираясь сломать. Нервы девушки были напряжены до предела, и, почувствовав легкую боль, принцесса не выдержала и с истерическим криком забилась в руках парней. Дверь распахнулась, с шумом ударившись о косяк. — Стоять! — Властный голос заставил Куро выпустить из рук пальцы девушки. — Она – моя! — Немного помедлив, Белый вслед за братом неохотно разомкнул руки, обнимавшие талию и грудь принцессы. — А ты, — обладатель голоса развернулся в сторону судорожно всхлипывающей Кароми, — замолчи! Девушка не видела обладательницу голоса, но не подчиниться ей было невозможно. Принцесса умолкла, почувствовав, что парни отступили от нее, и переведя дыхание, начала прислушиваться к разговору. В метре от нее шла раздраженная перебранка: — За какие провинности мне достались такие тупые братья?! Что непонятного в словах «некалечить», «вернуть целой», «нас всех поубивают, если мы ей навредим»? — Сестренка, — ластился Белый к обладательнице сурового голоса, — Фатя, — тянул он, — не будь к нам так строга. Мы бы не навредили ей. И с тобой бы поделились. По окончании. — Неужели? Поделились бы? — Незнакомка говорила холодно и с каждым предложением все более угрожающе. — Это был мой план. Это я взяла вас, дураков, на большое дело. Это мой трофей и моя награда. Это я с вами поделюсь по окончании. Возможно... — Фейт, ну не кипятись, — буркнул Куро, отступая. — План действительно был хорош. И думаю, эта девчонка действительно может достаться в пользование тебе, пока ее папаша не заплатит. — Думаешь? Судя по тому, что я тут видела, это единственный способ сохранить ей товарный вид, — отрезала девушка. — Впрочем, я сама виновата. — Она фыркнула. — Глупо было ожидать от вас хоть какой-то сдержанности. Скройтесь куда-нибудь на пару часов, пока я никого из вас не убила. Спрячьте трупы охранников. Сейчас нужно замести следы. Еще несколько часов принцессу никто не будет искать. Вы можете пустить ищеек по ложному следу. — Хотя Кароми этого не могла видеть, она почувствовала, как парни согласно закивали и, стараясь не терять достоинства, ретировались. Дверь хлопнула снова. — Наконец-то мы одни. Хоть немного отдохну, — голос девушки зазвучал мечтательно. Она явно разглядывала свою пленницу. — Впервые вижу живую принцессу. Кароми похолодела, услышав акцент на слове «живую». Очевидно, до этого момента сестра головорезов принцесс видела. Но в иных конфигурациях. Кароми почувствовала, как длинные жесткие пальцы сомкнулись на ее плече. — Пойдемте, ваше величество, познакомлю вас со своей спальней. Тут высокий порог, не споткнись.

***

Фейт с завистью рассматривала лежащую на ее кровати девушку. У нее никогда не было таких платьев. Живя в глубине леса с двумя братьями и выбираясь в ближайшую деревню только на большие праздники, она особо не нуждалась в красивой одежде, но до умопомрачения ее обожала. И сейчас, изучающе глядя на Кароми, она рассматривала не только светлые кудряшки, разметавшиеся по подушке, дорожки слез, подсыхающие на щеках, высокую грудь, вздымавшуюся в такт испуганным вдохам, но и красивый узорный корсет, который эту грудь приподнимал, и длинную юбку, которая, задравшись, обнажала поджатые ноги девушки. Стянутые за спиной руки делали изгибы ее тела еще более соблазнительными, и Фейт невольно залюбовалась. Не желая оттягивать самое интересное, наконец приблизилась к кровати, мягко ступая. Пружины скрипнули, и принцесса почувствовала, что девушка совсем близко. Пленница задрожала. — Пожалуйста, не трогай меня, — начала она, но ладонь разбойницы мягко накрыла ее рот, заглушив мольбы. — Я хочу, чтобы ты замолчала, — тихо, но властно произнесла Фейт, склонившись над принцессой. — Я пока тебе ничего не сделала. Но сделаю... — Фейт наклонилась ниже, касаясь уха принцессы губами, и Кароми почувствовала, как по спине бегут мурашки, — ...сделаю, что захочу, и только потом ты пойдешь домой. Если хватит ума вести себя хорошо и не злить меня. Кароми вздрогнула последний раз и замолчала. Она слепа, связана и уязвима, и ей нечего противопоставить той, кто пленила ее, кроме как попытаться завоевать ее расположение своим послушанием. Фейт думала о другом. Наконец они одни и никто им не помешает. Она ощущала удовлетворение, разглядывая лежавшую перед ней девушку, только переставшую вздрагивать. Вместе с тем Фейт почувствовала некоторую растерянность. У нее не было раньше женщины. Ей не приходилось доминировать. Никто не ждал от нее, что она будет проявлять инициативу. И никогда раньше в ее власти не оказывалось абсолютно беззащитное женское тело. Ухоженное тело юной богачки, у которой было все, о чем когда-либо мечтала Фейт. Девушка разрывалась между желанием побыть доброй благородной госпожой и желанием отомстить всем богатеям страны и самому королю в лице молодой принцессы. Но пока превалировал интерес. Фейт за плечо повернула принцессу на бок, сама легла сзади и, прижавшись грудью к спине девушки, обняла ее за талию. Прикрыв глаза, разбойница осторожно коснулась носом плеча пленницы, провела им по шее и зарылась лицом в ухоженные волосы принцессы, поцеловав их. Затем рука Фейт скользнула выше, исследуя, провела по груди Кароми прямо сквозь корсет под сдавленный вздох пленницы; затем еще выше, подушечками пальцев погладила мягкую округлость, выступающую над корсетом. Принцесса лежала смирно, но, целуя ее шею, Фейт отметила напряжение мышц, попытку девушки сжаться. Разбойница зарылась пальцами в волосы принцессы и, преодолев робкую попытку сопротивления, запрокинула голову девушки назад под ее тихий стон. Этот звук опьянил Фейт: она поняла, что девушка сдерживает крик по ее приказу; она подчинилась и теперь в полной ее власти. — Заткнись, — исступленно шептала Фейт, продолжая тянуть волосы принцессы и заставляя ту запрокинуть голову назад, целуя ее шею все настойчивее и уже начав прикусывать ее зубами. Осмелев, разбойница скользнула рукой под корсет пленницы и, с удовольствием сжав нежную грудь, почувствовала, что начала возбуждаться сама. Из-за боли в натянутых волосах Кароми выгнулась, подставляя грудь прямо под руку насильницы, чем та не преминула воспользоваться, больно сжав сосок и вырвав из сжатых губ принцессы громкий стон. Мнимое неповиновение пленницы, на которое она сама ее спровоцировала, раззадорило Фейт, и ей захотелось от принцессы большего. Просунув колено между бедер девушки и прижав ее ноги сверху вторым коленом, Фейт начала выкручивать сосок Кароми, чувствуя, как она пытается сжать бедра, едва сдерживая стоны. Скользнув второй рукой под юбку принцессы, Фейт легко провела по внутренней стороне бедра, поглаживая нежную кожу. Кароми пыталась свести ноги, но мешало колено разбойницы. — Тебе и ноги связать? — Прошептала Фейт, сильнее сжав грудь девушки. — Не надо! — Тогда не мешай мне. И рука Фейт снова нырнула под богато украшенную юбку, стягивая белье принцессы. Почувствовав, что между ее телом и рукой разбойницы больше нет ничего, даже тонкого кусочка ткани, Кароми снова попыталась свести ноги. Видя такое открытое неповиновение, Фейт рассердилась, отпустила грудь девушки и освободившейся рукой предупреждающе сдавила ее шею. Пока принцесса, едва сдерживая подступившие слезы, пыталась справиться с чувствами, Фейт окончательно стащила трусики с ее бедер и отбросила в сторону. — Будешь шуметь, они окажутся у тебя во рту, — с удовольствием пригрозила она, запустив палец между половых губ принцессы. Кароми едва не вскрикнула, и лишь угроза насильницы заставила ее сдержаться и лишь сдавленно застонать. Фейт тем временем нежно гладила пальцем между губок принцессы, иногда соскальзывая на клитор и массируя его. Внутри принцессы было горячо и с каждой минутой все более влажно. Уж что-что, а как доставить девушке удовольствие руками, Фейт знала. Ее пальцы скользили все быстрее и начали смещаться ко входу во влагалище, когда она заметила, что принцесса стала зажиматься сильнее. Ну конечно. Наблюдая за распаленной девушкой, Фейт и думать забыла, что семнадцатилетняя дочь короля просто обязана быть девственницей. Впрочем, превращать развлечение в кровь, слезы и крики разбойница не планировала. Иначе не стала бы прогонять своих братьев. Поэтому она снова вернула свои пальцы на клитор, с усмешкой подметив про себя, что Кароми уже без всякой команды развела ноги шире.

***

Кароми боялась задуматься о том, что она делает и что чувствует. Она боялась, что пальцы разбойницы лишат ее невинности, и боялась, что Фейт остановится, не закончив начатое. Ей не должны были быть приятны прикосновения девушки, тем более незнакомой, тем более той, которую она даже не видела, тем более, что происходило все это явно против ее воли. Но она не могла не думать о том, что это было очень любопытно. Первый страх прошел, ее явно не собирались убивать, а братья Фейт, даже если собирались покалечить принцессу, теперь были далеко, и сама Фейт, очевидно, не планировала вредить девушке. Да, она была немного груба, и ее прикосновения заставляли Кароми дрожать, а когда она шептала ей непристойности, дергала за волосы, выкручивала соски, принцесса чувствовала себя униженной, как никогда… Но между ног она ощущала жар, и ей было интересно, что будет дальше. Скоро ее совершеннолетие, отец выдаст ее замуж за какого-нибудь знатного вельможу, или, если повезет, короля соседнего государства, и ей придется снова, как и всю предыдущую жизнь, быть манерной, сдержанной, скромной принцессой. И уж конечно в той версии жизни ей вряд ли удалось бы узнать, каково это – быть с женщиной. Поэтому, когда Фейт вытащила пальцы из-под ее юбки, Кароми только разочарованно вздохнула и развела ноги пошире, приглашая девушку продолжать. Но у Фейт были другие планы: ее утомило обилие одежды, мешавшее развлекаться с привлекательным телом, поэтому она развязала корсет принцессы и перевернула девушку на спину, чтобы стащить его с груди. В надежде на продолжение удовольствия Кароми, ориентируясь на звук дыхания разбойницы, потянулась губами ей навстречу. Фейт удовлетворенно засмеялась и, схватив девушку за волосы, снова прижала ее к кровати, наблюдая, как тянется к ней принцесса. Грудь девушки вызывающе колыхалась над приспущенным корсетом, приковывая взгляд Фейт. Не удержавшись, она наклонилась и провела по соску языком. Кароми ахнула и снова выгнулась ей навстречу. Фейт сжала соски девушки пальцами и медленно потянула вверх. Девушка задышала испуганно, едва сдерживая крик – ей стало больно, а ее руки были по- прежнему связаны за спиной, и она не могла помешать своей властной партнерше. Разбойница улыбнулась своей жертве почти нежно, хотя та и не могла этого видеть, разжала пальцы, позволяя ей упасть обратно, и, наклонившись, накрыла ее губы своими. Кароми с готовностью ответила на поцелуй, разомкнув губы, приглашая Фейт поиграть с ее языком. Продолжая целовать девушку, разбойница опустилась на нее сверху и задрала ей юбку, обнажая бедра, открывая доступ к самым интимным местам. — Пожалуйста… не останавливайся, — едва дышала Кароми между жаркими поцелуями. Фейт и не собиралась останавливаться. Довести девушку до оргазма было не последним ее планом на принцессу сегодня. Фейт снова быстро задвигала пальцами, массируя клитор девушки, второй рукой оглаживая ее шею, живот, грудь, легко сжимая мягкие округлости, и целовала, целовала, чувствуя, как от усердия начинают неметь губы. Почувствовав, что дыхание принцессы участилось, что она стала сжимать ноги, чтобы усилить ощущения, Фейт насильно развела бедра девушки в стороны, не давая их сжимать, и сильнее надавила на клитор. Кароми вскрикнула и резко выгнулась дугой, все еще безуспешно пытаясь сжать бедра. Видя, как напрягаются ноги и живот принцессы, разбойница продолжала массировать и поглаживать чувствительное место, пока девушка не расслабилась и не упала на кровать, обессиленная, тяжело дыша. Фейт с удовлетворением рассматривала вздымающуюся грудь девушки, ее припухшие губы, влажные волосы, прилипшие ко лбу, и на губах ее играла легкая улыбка. В целом ей понравилось иметь дело с живой принцессой.

***

Фейт позволила принцессе немного полежать спокойно и прийти в себя после первого в жизни оргазма. Сама она до сих пор не была удовлетворена, по крайней мере, физически. Кароми, которую девушка так настойчиво подводила к кульминации, выглядела в тот момент так мило и беззащитно, так подавалась бедрами навстречу ее руке, нежно дышала ей в шею, страстно стонала, что Фейт не хотелось издеваться над ней и растягивать мучительное удовольствие. Но волна первого возбуждения Фейт схлынула, когда она начала заниматься девушкой, практически забыв о себе, и теперь от испытываемой к пленнице нежности мало что осталось. Теперь и самой Фейт требовалось получить свою долю удовольствия, и ей не хотелось думать, что будет с принцессой, если та не захочет ей в этом помочь. — Хватит лежать, — резкий голос вывел Кароми из состояния сонной мечтательности. — Время и тебе поработать. На пол! Кароми напряглась от такой резкой перемены настроения похитительницы. Только что та была сама нежность и подарила ей ощущения, которых раньше не дарил никто. И вот онаснова холодна и властна. Принцесса решила подчиниться. Впрочем, если до сих пор Фейт не сделала с ней ничего плохого, значит, и дальше вряд ли что-то сделает. Главное – быть послушной. С помощью Фейт, помогавшей ориентироваться, Кароми сползла на пол и встала на колени перед кроватью. — Не шевелись, — приказала разбойница, и принцесса почувствовала холод металла, на мгновение коснувшегося ее кожи, а затем – как корсет вокруг нее распался, более не удерживаемый шнуровкой. Она, по-прежнему ослепленная и связанная, стояла на коленях перед кроватью пленившей ее девушки, голая по пояс, и холодный воздух неприятно касался ее сосков, которые тут же напряглись. Вторым шагом Фейт подняла пленницу на ноги и стащила с нее юбку, а затем снова вернула девушку на колени. Кароми чувствовала, как легкий ветерок, тянущий из-под двери, холодит ее бедра, внутренняя сторона которых ощущалась скользкой и влажной. Представляя себя со стороны, она залилась краской и опустила голову. Фейт пальцами приподняла подбородок принцессы и, не позволяя ей опустить голову, задумчиво смотрела на обнаженную пленницу сверху вниз. — Ноги разведи шире, — и когда принцесса замешкалась, разбойница звучно шлепнула девушку по внутренней поверхности бедра, заставляя расставить колени. — Какая же ты шлюшка… — Фейт провела ладонью по щеке принцессы, оставляя на ней след влаги с ее бедра. — Теперь твоя очередь доставить мне удовольствие, — Кароми чувствовала, что далеко разведенные колени разъезжаются, и она практически теряет равновесие, заваливаясь набок, но жесткая рука сжала волосы на ее затылке и направила ее голову прямо между ног разбойницы. Кароми с удивлением поняла, что и не заметила, когда сама похитительница успела раздеться. — Давай сама. Прояви инициативу. Сделай так, чтобы мне понравилось. Кароми замерла, прижатая щекой к бедру Фейт. Она боялась того, что сейчас произойдет, но еще больше она боялась того, что произойдет, если она не выполнит то, что приказывает ей эта девушка. Собравшись с духом, принцесса нежно поцеловала внутреннюю сторону бедра Фейт, а затем повела неуверенную дорожку поцелуев вверх. Почувствовав, что бедро закончилось, она в нерешительности остановилась. Ей не было противно, но было ужасно неловко. Некстати подумалось, что девушка видит ее абсолютно голой, а Кароми до сих пор даже не знает, как она выглядит. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием девушек. Фейт забавляла нерешительность пленницы, ей нравилось чувствовать, что она у нее первая. Но теперь, будучи неудовлетворенной, распаленная неумелыми ласками принцессы, девушка расценила нерешительность принцессы как пренебрежение и оскорбилась. Неужели эта выскочка думает, что она лучше? Что только ей и можно доставлять удовольствие? Или, может, вообще брезгует лесной оборванкой? Фейт почувствовала, как кончики ее пальцев начали подрагивать по мере того, как она заводилась. Принцессе стоило подчиниться сразу. Схватив девушку за светлые кудряшки, разбойница рывком запрокинула ее голову назад и наотмашь ударила по лицу ладонью. Девушка коротко вскрикнула, попыталась отвернуть голову в попытке защититься, а затем, поняв тщетность своей попытки, испуганно и судорожно задышала, собираясь заплакать. Фейт, снова чувствуя нарастающее возбуждение, наградила ее ударом по другой щеке, уже тыльной стороной ладони. Кароми пыталась опустить голову, но похитительница больно тянула за волосы, и девушка не имела ни малейшей возможности прикрыться. — Открывай рот и вытаскивай язык. Ну! Кароми вздрогнула, готовясь получить очередной удар, но его не последовало, и она выполнила приказ, осторожно высунув язык. Фейт схватила за него и вытянула еще вперед: — Вот так! А теперь не смей закрывать рот и убирать язык, иначе это будет последнее, чем ты меня разозлишь, — с этими словами разбойница погладила пальцем высунутый язык пленницы, собирая с него слюну, а затем небрежно вытерла о грудь девушки. Принцесса заплакала от унижения. Глядя на это притягательное зрелище сверху вниз, Фейт удовлетворенно хмыкнула и снова потянула девушку за волосы в сторону своей промежности, продвигая ее голову между своих ног на расстояние касания язычком. Кароми робко повела головой снизу вверх, нащупывая кончиком языка щель. Фейт притянула ее еще ближе к себе, и девушка поняла, что все делает верно. Она заработала языком активнее, и вскоре ей удалось вырвать из груди разбойницы несколько томных вздохов, которые затем перешли в стоны. Боясь разгневать похитительницу, Кароми очень старалась. Ее лицо горело от пощечин, и она практически зарывалась лицом в промежность Фейт, обводила языком каждую складочку, массировала кончиком языка клитор, целовала ее половые губы, глубоко просовывая язык внутрь, лишь бы снова не вызвать гнев похитительницы. Фейт оценила старания девушки: откинув голову назад, она полностью отдалась приятным ощущениям. Ее ноги расслабились и немного разошлись в стороны, позволяя языку принцессы проникнуть глубже; ее рука перестала стягивать волосы пленницы на затылке и теперь спокойно лежала на макушке принцессы, перебирая пряди, поглаживая по голове, благодаря за ласку. Фейт потеряла счет времени, наслаждаясь ощущением шершавого язычка принцессы на своем клиторе, но в какой-то момент поняла, что до кульминации уже недалеко, и шире развела ноги, чтобы помочь себе пальцами и при этом не мешать Кароми орудовать языком. Чувствуя нарастающий жар, она скользнула рукой ко входу во влагалище и легко ввела средний палец на всю глубину, чувствуя, как мягко обнимают его нежные стенки. Немного подвигав им, добавила второй, с удовольствием ощущая давление на чувствительную точку внутри, и, высоко застонав, начала быстро двигать рукой, создавая характерные влажные звуки. Поняв, что ее похитительница приближается к разрядке, Кароми обхватила губами ее клитор, начав нежные посасывающие движения. Фейт едва не закричала от удовольствия, глубже вбивая в себя пальцы, за затылок прижала голову девушки, вдавливая ее в свою промежность и, услышав ее придушенные вздохи, почувствовав конвульсивные подергивания принцессы в попытке вырваться и глотнуть воздуха, закачалась на волнах оргазма, размазывая по лицу принцессы вязкую жидкость. Закончив, она оттолкнула девушку назад на пол и упала спиной на кровать, пытаясь прийти в себя. — Спасибо. Ты хорошо постаралась. Кароми лежала на полу в изножье кровати, пытаясь отдышаться. Фейт сползла с кровати и легла рядом с девушкой на ковер, легко поцеловав ее в ключицу. Принцесса удивленно развернулась в ее сторону, подаваясь головой под ласковую руку, начавшую мерно поглаживать ее по волосам. Достоинства живой принцессы были неоспоримы. Пожалуй, к следующему разу стоило развязать ей руки.