ну точно спаситель

      — Давай сделаю массаж?       — Что?       — Что? Я говорю давай сделаю массаж, — он понял, что девушка смотрит на него непонятливым взглядом. — Ну, у тебя шея затекла, ты говорила.       Он знал, что Аня не откажется. Аня знала, что не имеет права отказаться       Она повернулась спиной к Жене, давая согласие, и почувствовала теплые мягкие руки на своей шее.

***

      Щербакова до последнего не хотела думать о своих внезапных чувствах к парню. Она не верила в любовь с первого взгляда, не искала отношений и уж тем более не надеялась влюбиться в незнакомца в аэропорту. Но когда его руки плавно перемещались по ее эрогенной зоне, а горячее дыхание обжигало кожу, ей не оставалось ничего, кроме раздумий об этом.       Она, кажется, влюбилась? Или правильнее назвать это симпатией? Девушка не имеет понятия. Раньше она с трудом выносила парней, с отвращением отмахиваясь от флирта или любого внимания, но сейчас…

***

      Женя явно умел делать массаж. Напряжение начало спадать, мышцы расслаблялись, и Аня буквально обмокала в его руках. Если бы не горячее дыхание парня, находящегося непозволительно близко к ней, она, вероятно, вновь задремала бы.       Переходя к местам, находящимся ближе к затылку, Женя аккуратно убрал ее волосы в сторону, коснувшись ушей Ани. По ее телу пробежались мурашки, дыхание перехватило, и сначала она подумала, что шепот в ушах — это галлюцинации. Она не могла держать себя в руках.       Однако шепот, приятно обжигающий уши, повторился.       -Эй, принцесса, все хорошо? — намеренно томным голосом спросил Семененко, касаясь губами мочек Щербаковой.       В ответ послышалось неразборчивое, но точно удовлетворительное мычание. Девушка слегка повернула голову в сторону парня, целенаправленно находящегося близко к ней, и наткнулась на взгляд резко потемневших глаз.       Между ними оставалось несколько миллиметров. Руки парня уже перестали мять уставшие мышцы, свисая на шее, но они оба не торопились пошевелиться.       — Можно? — снова томный шепот, пьянящий девушку, вызвал у нее тысячу мурашек.       Она, не в силах ответить, прикрыла глаза, подалась вперед и почувствовала на своих губах медовый вкус. Семененко целовался медленно, нежно, словно от неправильного движения разрушится весь мир. Мягкие губы осторожно скользили по чужим, останавливаясь только на доли секунд, чтобы вдохнуть.       Он обхватил шею девушки одной рукой, а другой прижал поближе к себе, держа за талию. Щербакова была уверена, что откроет глаза, проснется, и все, что было, окажется ложью и сном. Она боялась потерять его и плавилась в его руках.

***

      В аэропорт они заходили незнакомыми людьми, а вышли — влюбленными. Ты настоящий спаситель. Ты спас меня от одиночества.