После женитьбы на Школьной Траве

      Последнее время в окрестностях Гуанчжоу похолодало. По словам Цзянь Рана: «Аж на 10 градусов! Папочка замёрз до смерти! Сможешь жить без меня?»       — Брат прав! Небо холодное, земля промёрзшая! Поэтому нет ничего лучше горячих источников, — поддержал старшего Рен Цинлинь.       Отель с источником, что они выбрали, был виллой в японском стиле с прокатом кимоно. Неподалёку в соседнем посёлке проходила храмовая ярмарка, больше похожая на фестиваль уличной японской еды.       Главная улица освещена фонарями, а персонал в кимоно зазывал к свои прилавкам, полным такояки (~ осьминожки в шарике из теста), кебабами и прочими закусками.       Цзянь Ран с Рен Цинлинем прибыли довольно поздно. Их друзья уже хорошенько отмокли на источниках и, утомлённые и укутанные в халаты, собрались на втором этаже виллы.       Фань Хуэйфэн учил Кэ Яня играть в «Короля Пестицидов» (~ какая-то фермерская игрушка). Янь нервничал, ошибался и всё время шептал: «2, 1, 3, 2, 1, 3». Глядя на его сосредоточенное лицо, Цзянь Ран вспомнил о прошедших экзаменах.       Шэнь Цзысяо лежал пластом на диване с закрытыми глазами и красным лицом. Лоб прикрывало сложенное полотенце.       — Что это с ним? — нахмурился Цинлинь.       Сбоку подошёл Ли Шисюань с бутылкой ледяной Колы:       — Слишком долго торчал в источнике и ему стало плохо.       Цинлинь лишь покачал головой, наблюдая, как Собакена поят из бутылочки.       — А где Лао Цзи с Кеке? — закрутил головой Цзянь Ран.       — Они отправились на храмовую ярмарку, — Ли Шисюань протянул ключи Цинлиню. — Ваша комната первая по левой стороне на этом этаже.       Парни отправились в свой номер, чтобы бросить багаж. Когда Цзянь Ран переодевался в халат, то обнаружил на своём теле множество засосов — на шее, ключицах, талии, внутренней стороне бёдер… Ни одно месте не было пропущено.       Если сейчас он в таком виде устроится в ванне термальных источников, то трудно даже представить реакцию друзей, когда они это увидят. Сюй Кеке, вероятно, вообще в обморок грохнется.       Он посмотрел на младшего — у Цинлиня отметин было меньше, но хорошо были видны несколько царапин на спине.       Цзянь посмотрел на свою руку:       — Может, пора подстричь ногти?       Цинлинь запахнул халат и спросил:       — Брат уже готов?       Цзянь колебался. Ему явно в таком виде лучше не появляться на людях, но сейчас темно и, возможно, никто ничего не заметит.       — Ладно, — принял решение Цзянь Ран, — пошли!       В это время многие постояльцы отеля отправились на ярмарку, и на источниках было относительно мало людей. Цзянь Ран специально выбрал отдалённую и пустую ванну, развязал халат и аккуратно спустился в воду.       Горячий источник находился в красивом месте — вокруг на камнях из белого песчаника мягко светились жёлтые фонари, чуть парила поверхность воды и пахло влажной хвоёй.       Цинлинь медленно сел в воду напротив. Его глаза чуть затуманились, ресницы намокли от пара, и он выглядел немного смущённым.       — Ты такой красивый, — не смог удержаться Цзянь Ран, разглядывая супруга.       — Брат, ты знаешь, почему ты мне нравишься? — улыбнулся младший.       — И почему?       — Ты ломаешь весь мой внутренний контроль и лишаешь покоя. Это пугает и притягивает.       Цзянь широко улыбнулся, и они долго смотрели друг на друга, готовые в любой момент слиться в поцелуе. Но они на улице, кругом люди.       Цзянь Ран разочарованно вздохнул и с трудом отвёл взгляд. Цинлинь же неожиданно попросил:       — Брат, спой мне песню.       — Что ты хочешь услышать? — Цзянь с готовностью отозвался.       — Что сам захочешь. Любую…       Цзянь немного подумал, посмотрел на Луну у горизонта и тихо замурлыкал:       — Я признаю, что именно Луна причиной катастрофы стала; И лунным светом сердце заливало, и нежностью твоей душа полна; В это мгновение готов лететь с тобою в мир, где Сахарные горы Хуаньшань.       Как только Цзянь Ран спел куплет, над их головами раздалось весёлое пение:       — Я признаю, что всё звучит немного глупо, но жить на Сахарной горе мечтаю сотни лет. Ведь только там сердечко, твёрдое, как сталь, растает под Луной на пике Хуаньшань.       С последней фразой Шэнь Цзысяо спокойно развязал халат и вошёл в воду под мрачным взглядом Цзянь Рана:       — Итак, ты пришёл. Что ты здесь делаешь?       — Хочу выпить сока, конечно, — фыркнул Шэнь Цзысяо и посмотрел ехидно на друга.       — Ты же только что в обморок падал, — сказал Рен Цинлинь.       — После холодной Колы мне стало намного лучше. И я снова с вами!       — Ты что, никогда не был на горячих источниках? — скривил моську Цзянь Ран.       — Чувствую, мне здесь не рады, — ровным голосом протянул Собакен. — Я вам сильно помешал?       — Хм, — подал голос Рен Цинлинь.       — Чушь, — сказал Цзянь Ран.       — Ха-ха! — рассмеялся Шэнь Цзысяо. — Так классно тебя бесить! И ты мне ничего сделать не можешь!       Цзянь Ран лишь молча посмотрел на бывшего друга. «Его сосед-собака по комнате такая с… собака!»       Но эта мысль родила совсем другую: «После возвращения в университет они с младшим будут жить вместе?» Цзянь Рану нравилось жить в комнате вместе с друзьями, но если будет выбор — три соседа или Цинлинь, то определённо это будет супруг. Хотя он не знал, что думает Цинлинь.       После купания в источнике, они втроём вернулись на виллу. Там уже Цзи Юаньси и Сюй Кеке угощали всех закусками, купленными на ярмарке. Они много купили, и еле дотащили пакеты до дома.       Сюй Кеке была одета в кимоно с мелкими цветочками. Волосы уложены в пучок и прикрыты соломенной шляпкой. Кроме пакетов девушка ещё мужественно держала в руках небольшую сумочку-клатч. Это выглядело очень стильно.       — Младший брат, — обратилась она к Цинлиню. — Есть чай с молоком и сок. Что ты хочешь?       — Сок, пожалуйста, — отозвался Цинлинь.       — Могу задать вопрос? — спросила Кеке, протягивая ему бутылочку мангового сока.       — Да?       — Если бы ты хотел описать запах, похожий на Цзянь Рана, то какой бы запах это был?       — Клубничный, — моментально ответил младший.       — У него, действительно, клубничный запах? — Сюй Кеке ошарашенно оглянулась на Цзянь Рана, который тут же принял горделивую позу.       — Мне так кажется, — улыбнулся Цинлинь. — А почему ты спрашиваешь, старшая сестра?       — Да так, ерунда, — немного смутилась Кеке.       Кэ Янь, казалось, был отравлен пестицидами. Сыграв несколько десятков раундов, он стал делать заметки о стратегии игры. Цзянь с мужем включили телевизор и устроились рядышком на диване. Сюй Кеке о чём-то задумалась, открыв небольшой розовый ноутбук. Остальные же пошли в комнату KTV (караоке).       В середине фильма Цзянь внезапно вспомнил, что сегодня вечером ведущий его любимой игры будет вести стрим. Он включил смартфон и стал смотреть прямую трансляцию. Но на маленьком экране делать это было очень неудобно.       В это время Кеке закрыла ноут и удовлетворённо вздохнула:       — Я хочу почистить немного фруктов. Кто-то хочет?       — Кеке, можно я на твоём ноуте посмотрю трансляцию? — тут же попросил Цзянь Ран.       — Конечно, — разрешила Сюй Кеке и ушла на кухню.       Цзянь Ран быстро устроился перед ноутом, поднял экран и заметил, что подруга не закрыла страницу в Ворде. Он хотел схлопнуть окно, но увидел своё имя в тексте. Присмотрелся: точно — его имя. А рядом фигурировало имя Цинлиня. И даже довольно часто!       Цзянь Ран нахмурился и промотал документ в начало.       [Рен Цинлинь открыл дверь класса и сразу почувствовал слабый фруктовый аромат с лёгкой сладостью — запах клубники.       Глаза Рен Цинлиня потемнели. Как Альфа он очень хорошо знал, что это запах феромонов молоденького Омеги. Но в классе нет Омеги! Лишь один Бета сидит в углу. Альфа зашагал в сторону Беты.       Цзянь Ран навалился животом на стол, борясь с волнами жара, что прокатывались по его телу и затравленно смотрел на приближающего Альфу.       — Старший, вы здесь один?       — Ты тупой или слепой? Ты кого-то ещё здесь видишь? — слабо произнёс Цзянь Ран, сглатывая подкатывающую к горлу тошноту.       — Тогда откуда здесь запах феромонов Омеги? — Рен Цинлинь нахмурился. Но чем ближе он был к Бете, тем ярче и насыщеннее становился запах Омеги. Он уставился на красные щёки Цзянь Рана и мокрые от слёз глаза. Альфа вытаращился и просипел:       — Старший, ты…       — Что-о?!       — У вас течка? — Альфа бессознательно тоже выпустил феромоны. Клубничный вкус и аромат ХХХ слились воедино и разлились по классу.       Цзянь Ран уставился на младшего Альфу затуманенным взором. Словно путник, заблудившийся в пустыне, увидел оазис:       — Иди сюда! — яростно простонал Цзянь.       Но Цинлинь не двинулся с места:       — Старший, потерпи! Я сейчас куплю ингибиторы!       Ему не дали договорить. Цзянь прыгнул на грудь Альфе, крепко обнял его и стал тереться всем телом о Рен Цинлиня:       — Ты так хорошо пахнешь!]       Цзянь Ран оторвался от экрана с круглыми глазами. Он знал каждое слово, написанное Сюй Кеке, но все вместе они не соединялись во что-то осмысленное. «Он слишком мало знает, или мир Кеке слишком сумасшедший?»       Цзянь Ран повернулся к супругу, который всё ещё смотрел фильм:       — Ты знаешь, что означают Альфа и Омега?       — Греческий алфавит? — отозвался Цинлинь.       — А феромоны?       — Это что-то из химии или… биологии, — предположил Цинлинь, не отрываясь от телевизора.       Цзянь Ран задумчиво перелистнул несколько страниц текста.       [Доктор внимательно посмотрел на Цзянь Рана и спросил с серьёзным лицом:       — Почему ты один? Где твой Альфа?       — Он на экзамене. Доктор, что со мной?       — Ты уже на втором месяце беременности, — пожал плечами врач.]       «Что??? Здрасьте! Кто беременный?» — подскочил на месте Цзянь Ран.       (прим. пер. — Разрушили Цзяньке мозг! Изверги!)       Когда Сюй Кеке вернулась в гостиную с нарезанными фруктами, то увидела Цзянь Рана, сидящего перед компьютером со сложным выражением лица, и сразу поняла, что случилось:       — Ты всё видел?       Цзянь ткнул пальцем в экран:       — Давай объясни!       Сюй Кеке быстро захлопнула ноутбук и села рядом, смущённо потупившись. Прошептала еле слышно:       — Это просто для себя. Клянусь, я никому не показывала текст. Абсолютно никому!       Цзянь не сердился из-за этого. Он просто спросил подругу:       — Что означают феромоны?       — О, это…       Сюй Кеке вздохнула и стала подробно рассказывать о концепции мира АБО (Омегаверс). Цзянь же расстроился, что он Бета.       — Почему Цинлинь Альфа, а я Бета?       — Это была изначальная ошибка комиссии. Ты теперь Омега. Просто ты поздно сформировался и тебя считали Бетой.       — Но Омеги же слабее Бет? Не хочу быть Омегой, — надулся Цзянь Ран.       — Но… Бета не может иметь детей. А Омега может забеременеть и воспитать прекрасного малыша.       Цзянь Ран опасно прищурился. Подруга закрыла рот ладошкой и замотала головой, словно она ничего не говорила.       Цзянь вздохнул и спросил:       — Если у меня, как ты говоришь, клубничный вкус, то почему у Рен Цинлиня какой-то ХХХ? Что это за аромат такой?       — О! — улыбнулась девушка. — Я просто пока не придумала подходящий для младшего брата аромат. Потому пока ХХХ. Цзянь Ран, а как ты думаешь, какой запах похож Цинлиня?       Цзянь Ран серьёзно задумался. Потом пододвинулся ближе к супругу и внимательно обнюхал его, начиная с колен, словно котёнок. Цинлинь поднял одну бровь:       — Что происходит?       Цзянь Ран учуял лишь свежий запах стирального порошка халата. Но это не считается, поэтому он спросил:       — Как ты думаешь, какой твой любимый аромат?       — Любой, какой ты захочешь, — тут же ответил Цинлинь, ласково глядя на Цзяня.              …………………….       Мысли автора Чжи Чжи Мау Мау:       Продолжайте-продолжайте! Мне так нравится ваша сладкая повседневность!