Смена красным

-Мама, - я потянула за одеяло, но ничего не произошло, - мам, - слёзы не хотели мне давать говорить, став их вытирать, невольно сделала шаг назад. Сзади меня стоял подсвечник на тумбочке, который я притащила с собою. Предательски рухнув на пол, огонь распространился, будто так было запланировано, по всей комнате. Я же наблюдала за этим в немом кошмаре. Обернувшись, дабы найти маму, обнаружила лишь угли на месте, где она, только что, спала, - Мама..? – прах я стала собирать, будто бы от этого что-то решится, став задыхаться от отчаяния и бессилия, рванулась к выходу из комнаты. Дверь стала настолько тяжелой, что открыть её была не в силах, огонь же подходил ко мне неспешно, будто бы потешался. Сил в ногах я не чувствовала, отчего рухнула на пол. Я задыхалась, пока со слезами на глазах, вновь, не проснулась. Новый сон. Прошло полгода, как стала следовать лечению и кошмары перестали посещать меня часто. Я посмотрела на свои руки, мне не нравится мысль того, что существует душа и помнит все жизни, как и то, что знаю об этом я. Не желая вставать с постели, сделала всё, лишь бы оттянуть этот момент. Во время болезни разучилась радоваться, как это делала раньше. Сегодня прием, отчего же мысль о плане на день, настолько тяжек? Моя горничная, Иза, пришла в самый неподходящий момент, когда был разгар дум о собственном бытие, -Госпожа, - её взгляд сочувствия был тяжелым, оттянув мое одеяло на себя, продолжила донимать, - вам пора вставать, -Я не хочу, - ответив коротко, знала, что не изменится время подъема. Поэтому, сделав первое усилие, села на кровать, - и к чему всё это? – Иза знала, что вопрос был задан не ей и промолчала, взяв меня за руку, -Идемте, я Вас умою. Рука была теплой, и отвратительно мне было её держать, даже с ней идти куда-либо было наказанием, для меня. Но вновь стерпев, пошла вслед за ней, а после бесконечно-мучительной пытки, села на кресло, ожидая порцию трав. Врач, Антонниуан, говорил, что лекарство имеет накопительный эффект, но кроме ещё большей усталости и не желание продолжать существовать, я не увидела в нем иного эффекта. Теплая чашка была подана, а на кофейном столике лежала утренняя газета, она говорила о том, что мама была здесь. Она каждый день приходит утром перед работой и пьет чай, поглядывая на меня, не чувствуя облегчение из-за сна, сжигала взглядом газету, пока не решилась почитать. Горькая смесь лекарства смешивалась с горечью идиотских сплетен из газеты, отчего день начался хуже. Прочитанные книги в моей комнате заполонили весь шкаф, а идти в библиотеку желание не было, так что оставалось лишь убивать себя думами о своей ничтожной жизни. Вновь прожигая взглядом стену, пришло время идти в гостевую на прием. Иза помогла одеться подобающе, но в зеркале я не видела всей красоты, была лишь уродливая оболочка, что называет себя человеком. -Доброго дня, миледи, - Антонниуан поцеловал тыльную сторону руки и ждал, пока я позволю ему обратно упасть на, полюбившее ему, кресло, - как вы себя чувствуете? -Никак, - позволив себе развалиться на диване, поняла насколько сильно ненавижу лежать на кожаной мебели, -Как же так, Леди, - я не видела выражение его лица, но знала, что он улыбается, вновь получая экстаз от моей болезни, -Будто твои травы должны мне помочь вылечится, а не умереть, в один момент, моими же руками, - мысль продолжала расти в голове, обретая приятный цвет, о котором мечтаю последние полгода, -Леди! – выкрикнув обидным тоном, вероятно, развел руками и надул по-детски губы, - Вы делаете мне больно этими словами, - промыв горло воздухом, он продолжил бессмысленный монолог, - Вы только и делаете, что читаете целыми днями, занимая все мысли меланхолией о своем бытие, я принял решение отправить вас учиться, - эти слова позволили мне скривить лицо в отвращение о самой мысли чем-то заниматься, - маркиза я попрошу добавить урок магии, - удивленная этим, подскочила и стала дырявить взглядом врача, -Ты мне нагло врешь, не позволит он изучать мне магию, - злобно прошипев, наблюдала за шарлатаном, -Вам не позволит, не забывайте о моем статусе, я же Ваш лечащий врач, а не идиот из деревни, - не согласившись со словами, вылетевшими с его гнилого рта, выражением лица ответила ему, - Вы не полюбите меня, даже если подарю Вам свою жизнь, -Зачем мне бесполезный подарок, что прикрывается статусом «врача»? – стала язвить, но в глубине души надежда стала томиться, Антонниуан видел прекрасно, отчего позволил себе улыбнуться, -Вижу, Вы не идете на поправку, позвольте объясниться, иногда отвары приходится искать долго, я Вам поменяю состав, пейте, станет проще, обещаю, - он оставил меня наедине с собою, не удосужившись даже попрощаться. Врач никогда не следовал этикету, что его наглость перестала замечать. Дойдя до своей комнаты, день хотела провести за бездельем, когда пришла Иза всё испортить, -Госпожа, вас вызывает его Сиятельство, - значило это одно, шарлатан добился желаемого. Отца я не видела давно, он погряз в работе, а у меня не было желание его посещать. Но по пути к кабинету, заметила, как свечей в канделябре нету. С приходом моей болезни особняк стал холодеть, но столь милый жест увидела лишь сейчас и почему-то в моей пустой груди стало подниматься то приятное тепло, что утратила когда-то и грезила вернуть так отчаянно. Не поняв, как быстро оказалась напротив двери, которую так любила открывать, как вкопанная продолжила стоять, не позволив себе, постучать. Но кабинет открыл помощник, который словно учуял мой приход, и пригласил внутрь. Папа чах над стопой бумаг, но увидев меня, свет в глазах вновь вернулся, не делая его усталый вид более свежим, -Лучик солнца, сядь и подожди меня за книгой, - его улыбка заставляла меня мечтать о жизни, как поняла, что ещё не всё потерянно. Сев на треклятый кожаный диван, наугад взяла книжку, содержание которой уплывало от меня, ведь мысли все занял папа, поняв, что так сильно скучала за ним и нашими разговорами, время пролетело не заметно, когда он сел рядом со мной, -Есть важный разговор, - папа приобнял и стал гладить мои волосы, - ты вернешься к занятиям, но будет добавлен урок магии, - не в силах поверить его словам, посмотрела с опаской в глазах, - не смотри так недоверчиво, лучик. Я не в восторге от идеи дать тебе заниматься чем, что так опасно, но Антонниуан объяснил мне, что так тебе будет проще. Если тебе станет легче, то это самое большее, что могу просить на коленях перед Розалитой. Всё ещё не понимая, как реагировать, стала смотреть в открытую книжку, папа попросил прочитать её вслух и откинулся на спинку дивана, став отдыхать. Оставшиеся время я провела с папой, когда вечером нам напомнили о ужине. В первый раз за этот год вспомнила за этот день столько чувств, которые позабыла будто бы на вечность. Радость за то, что папа отдохнул хоть на несколько часов, стала кружить мне голову, отчего хотелось улыбнуться.