Ты ревнуешь

Сжимая её в объятиях, прижимая к своей обнаженной груди, я благодарил Аллаха за счастье, что мне досталось… Но не надолго! Почему это случилось именно с ней, а не с кем-нибудь другим?.. С той, с кем разлука меня убьёт. Боясь этого времени, я просто продолжал вдыхать запах её волос, поглаживая её спину. Ее руки скользили по моим плечам, очерчивая мышцы. Губы прижались к моей груди. Проложив дорожку поцелуев вдоль большой грудной мышцы, Эда потянулась к моим губам. Вкус её поцелуя возбуждал во мне все органы чувств – я филигранно ощущал дуновение легкого ветерка или полёт насекомого, но это всё было на далеком фоне, центром моего внимания как мужчины была она. Я скользнул в её рот языком, приглашая её к французскому поцелую. Наши языки впервые переплелись, лаская друг друга. В этом было столько интимности и страсти, что по моей коже побежали блаженные мурашки. Пока её руки хаотично гладили мою грудь, цепляясь за неё, мои ладони накрыли её ягодицы, сминая это чертово платье. Я осторожно потянул его вверх, тщательно следя за реакцией Эды: она подняла руки, позволяя обнажить её. Сбросив её платье, я обнаружил отсутствие бюстгалтера. Пока мой взгляд не успел оценить желанные округлости, любимая скромно скрестила руки на груди, скрываясь от меня. - Ну же милая, не закрывайся от меня, – с максимальной нежностью сказал ей я, целуя её шейку и проводя руками по обнаженной спине, - мы здесь только вдовоём, позволь мне сполна насладиться тобой. Меня немного обижало её недоверие ко мне: я так любил её, она это знала, я бесперестанно говорил ей комплименты о её красоте, в конце концов, она такая смелая, раз надевает такие наряды, так почему стесняется здесь? Девственница. Меня эта мысль неимоверно согревала изнутри, будто мне приподнесли какой-то подарок, высшую награду в виде невинности любимой женщины. Я накрыл её губы своими, обхватывая ладонями её лицо, Эда наконец убрала руки со своей груди, обхватив мою шею, из-за чего её упругая грудь прижалась к моей. Её мягкие полушария приятно вжимались в моё тело, заставляя чуть ли не урчать от удовольствия. Я тихо благодарно простонал. Подхватив любимую, оставшуюся лишь в черных трусиках, на руки, я пошёл в спальню. Бережно положив Эду на постель, я навис над ней на вытянутых руках. Её грудь была упругой, даже без намека на отвисание, как у Селин, небольшой и аккуратной с красивыми розовыми сосками. - Ты даже не представляешь как ты прекрасна, - шептал я, целуя её горло, чтобы плавно опуститься к желанной груди, Эда часто дышала, щеки порозовели, глаза горели, слабеющими руками она неплотно обхватывала мою шею, - никогда не стесняйся меня, я самый счастливый мужчина на свете, потому что именно я и только я ласкаю тебя, - шептал я, накрывая одной рукой грудь, и целуя, облизывая языком, другую. Из Эды вырвался полувсхлип-полустон, когда мои губы сомкнулись на соске. Улыбнувшись, я продолжал нежно ласкать это тело, которое никогда не касалась рука любовника. Вдоволь насладившись, мои губы стали спускаться вниз, ведомые одной мыслью: я никогда этого не делал и не хотел, но хочу попробовать с ней. Когда мой язык обвёл пупок, а пальцы легли на резинку трусиков, Эда вздрогнула и испуганно на меня посмотрела: - Тшш, всё хорошо, доверься мне, - успокаивающе прошептал я, целуя самый низ её живота по краю трусиков. Эда откинулась на спину, сжав одеяло в кулачки. Я медленно стал стягивать её трусики, любимая приподняла бёдра, помогая мне. Обнажив её полностью, я вновь залюбовался своей любимой: длинные черные кудрявые волосы растеклись по белым подушкам, полузакрытые веки, румянец на щеках, чувственные приоткрытые губы, тяжелое дыхание через рот – она была прекрасна в своей жажде моего тела. Мои пальцы провели по её складкам. Влажная, хочет меня. Я медленно провел большим пальцем вдоль её лепестков. Эда сжала ноги, издав стон. Обхватив её под попу, я шире развел ее ноги, наклоняясь, чтобы припасть к источнику. Громкий тяжелый стон донесся до моих ушей, когда я медленно провёл языком вдоль её нежных складок, ощущая солоноватый вкус. Я не знал как делать, чтобы ей было максимально приятно и ориентировался лишь на её стоны и движения бёдер. Полоскав клитор, мой язык спустился вниз, обводя контур входа, пока мои пальцы раскрывали её для более глубокой ласки. Когда мой язык проник внутрь, Эда сжала мою голову ногами, неимоверно сексуально простонав: - Пожалуйста, не останавливайся… Я улыбнулся, продолжая ласку, мой член стоял колом, казалось, что я еще никогда не был так сосредоточен и возбуждён одновременно. Почувствовав приближение оргазма Эды, я оторвался от неё, на что она вопросительно посмотрела, и приблизил пальцы к её входу. Сначала я потихоньку ввёл в неё один палец, поглаживая её стенки изнутри, не почувствовав сопротивления, я добавил второй, а затем и третий, растягивая её для меня. Эда тяжело дышала и подмахивала бедрами, пока я разрабатывал мою девочку пальцами. Когда любимая окончательно расслабилась и входить в неё стало значительно легче, я чуть повернул кисть, лаская переднюю стенку, её дыхание стало глубже, она хватала ртом воздух, её грудная клетка высоко вздымалась, мышцы вокруг моих пальцев стали сокращаться, её влагалище текло, оставляя мои пальцы в её соках. Когда её оргазм утих, Эда притянула меня за шею, набрасываясь на мои губы: - Серкан, я так тебя люблю, - шептала она покрывая моё лицо маленькими поцелуями и орошая слезами. - И я тебя люблю, люблю больше жизни, - ответил я, накрывая её губы и наслаждаясь ее счастливыми ласками. Я сделал её очень счастливой! Моя самооценка как мужчины поднялась до небес, наблюдая как эта богиня любит меня. Её ручки последовали вниз от моей груди, погладив пресс, Эда потянулась к застежке ремня. - Милая, совсем необязательно. Для тебя может быть много на сегодня… - Пусть будет сегодня всё идеально. Я хочу тебя почувствовать внутри, - прошептала Эда, расстегивая ремень и ширинку. Со стоном я отбросил брюки и носки в сторону, накрывая Эду и ложась на неё сверху, давая почувствовать силу моего желания через тонкую ткань боксеров её центром. Я мягко потёрся об неё, на что мы оба простонали… Её ручки потянулись к резинке моих трусов, мы быстро избавились от них. Теперь я предстал перед ней полностью обнаженным: увидев мой стоящий член, её глаза расширились, она нервно сглотнула. - Не переживай, ты растянешься под меня. Ты очень влажная, больно быть не должно, - успокаивал её (и себя) я, накрывая её, вынуждая лечь. Я взял член в руку и искушающе медленно провел по её мокрым складкам, показывая насколько это может быть приятно. Эда дернулась, шире раскрыв ноги. Медленно я стал погружать головку в неё. Тугая, горячая, жаждующая… Я боялся, что я кончу, как школьник, не доставив ей удовольствия. Её стенки зазывающе обхватывали меня, и тут я почувствовал преграду. Её глаза в панике раскрылись, руки легли мне на грудь. - Тише, тише, больно не будет, я обещаю тебе, - прошептал я, двигаясь вперед-назад по очень маленькой амплитуде, растягивая плеву. Коснувшись большим пальцем клитора, я медленно продолжал свои точки, сгорая от напряжения. Наконец Эда расслабилась и доверилась мне, двигая бедрами мне навстречу. Она издавала такие чудесные стоны, что мой самоконтроль трещал по швам. Её внутренние мышцы начали сокращаться, сигнализируя об её оргазме. Когда Эду накрыл оргазм и обменял все её чувство на пронизывающее удовольствие, я резко толкнулся бедрами вперед, прерывая плеву. Резкое движение вперед, это сумасшедшее трение, напряжение, что длительное время не покидало меня толкнуло меня к своему собственному оргазму. Я не найдя силы и не желая выходить из этого райского места, кончил в неё совершая несколько грубых беспорядочных толчков. Ее плоть сжималась вокруг моей, даря счастье не секса, а именно близости, казалось в этот момент кто-то на небесах подсветил нить соединявшую нас. Перед глазами мелькали звезды, голова была тяжелой, когда я пережив свой оргазм, упал на Эду. Потные счастливые и невероятно влюбленные позже они вместе сходили в душ, чтобы смыть со своих тел не только пот, но и кровь – доказательство их связи.